<<
>>

б) Элевсинские мистерии и орфизм


В Греции культ Диониса существовал в двух формах: первая ~ всенародные празднества, сначала сельские, а со времени Писистрата, учредившего в Афинах Великие Дионисии, - городские; именно в период их празднования ставились посвященные Дионису трагедии и комедии и происходили состязания драматических поэтов.
Вторая форма — собственно «таинства», мистерий, в которых участвуют только посвященные и вновь посвящаемые. Наиболее древними «таинствами» были в Греции Элевсинские мистерии, возникшие на почве культа Деметры. Деметра - богиня земледелия и плодородия, и соот-ветствующие архаические ритуалы должны были обеспечить хороший урожай; миф, повествующий о поисках Деметрой своей дочери Коры, похищенной Аидом, и об обратном восхождении (анодосе) Коры из подземного царства, истолковывался относительно к земледелию как рассказ о «судьбе зерна», временно «умирающего» под землей, но потом «воскресающего» и дающего урожай. В Элевсинских мистериях этот миф переосмыслялся в отношении к судьбе человека и его по-смертному существованию: победа Коры над смертью являлась залогом такой победы для людей. Человек, посвящаемый в Элевсинские таинства, как бы переживал участь Коры, испытывая во время инициации «страсти и страдания», а на последнем этапе посвящения, соот-ветствующем возвращению богини «на небо», тоже «воскресал» и приобщался к вечной «блаженной» жизни.
Посвященные в мистерии должны были держать в тайне то, что они видели. Однако некоторые «мисты» выражали свои впечатления косвенно, в метафорической форме, - благодаря их рассказам мы мо-жем составить некоторое представление о мощном трансформационном воздействии мистерий на сознание посвящаемых.
ш
Плутарх, рассказывая о своем мистериальном опыте, говорит, что посвящаемый переживает то же, что испытывает умирающий: «Сначала блуждания, изнурительные хождения по кругу и какие-то странные путешествия сквозь тьму в никуда; затем перед самым концом - все страхи разом: трепет, дрожь, пот и благоговейный ужас. После этого - какой-то чудесный свет встречает тебя, приветствуют чистые луга, а там торжественные песни и хороводы и величавость священных звуков и чудесных блаженных зрелищ, И ты идешь среди всего этого, уже окончательно посвященный, ставший свободным и избавившийся от всех пут; увенчанный венками, ты совершаешь таинство вместе с дру-
Г. С Кнабе, И. А. Протопопова
рими святыми и чистыми мужами. Ты смотришь отсюда вниз на тол-пу нечистых и непосвященных, живущих в грязи и тумане, топчущих и теснящих друг друга, и пребывающих во зле из-за страха смерти и неверия в потустороннее благо» (Перевод мой. - И.П.)20.
Как видим, главным в мистериях было непосредственное переживание «потустороннего» божественного опыта, что давало мистам надежду на его повторение в посмертном существовании души. Такой же «потусторонний опыт» переживали и посвящаемые в дионисийские таинства: неистовые вакхические пляски под музыку тимпанов, ким-валов и флейт доводили мистов до экстаза (в буквальном смысле ек- йа515, «исступление»), «в силу которого человеку казалось, что его душа оставляет тело и самобытно уносится в неведомые миры»31.
Если с этой точки зрения взглянуть на описанное выше «дело о вакханалиях», то мы увидим в позиции римского сената непонимание самой сущности таинств: вакханалии истолковываются прежде всего как отправление «вредного» и «порочного» обряда, а их «психоделическая» подоплека, связанная с вопросами посмертной жизни, остается абсолютно закрытой для блюстителей нравственности. Это связано с тем, что вопросы посмертного существования души до некоторой поры совсем не занимают римское религиозное сознание.
Несмотря на то что римской религии были известны подземные божества, очень долгое время в Риме не существовало никаких представлений о посмертной жизни души и о какой-то связи пороков и добродетелей с карой или наградой после смерти22.
Отношения с богами были основаны на обрядности и, значит, прежде всего на идее коллективного общения с ними: индивидуальное и «неформальное» общение с «потусторонним», способом достижения которого были мистерии, в римской религии никак не практиковалось. Любопытным знаком такого отношения к богам было удивление римлян поведением упомянутого Сципиона Африканского: он каждый день приходил в храм на Капитолии и некоторое время пребывал там в одиночестве и безмолвии, как бы молчаливо общаясь с богами; в результате римляне решили, что это «муж божественный» и божест-венного происхождения23.
В Греции уже в VI в. до н. э. возникает достаточно стройное учение орфиков, посвященное именно «божественному» происхождению души, ее «падению» и возвращению в прежнее «небесное» состояние. В орфическом учении восточные влияния (представление о переселении души в разные тела) переплелись с интеллектуальным переосмыс-лением древних мифов и мистериальной практики. Так, миф о растерзании Диониса титанами, заманившими его к себе с помощью зеркала, толкуется как космогоническая история «падения» души в тело: отражение Диониса в зеркале является символом возникновения первичной «сверхчувственной» души в чувственном, материальном мире; превращения убегающего от титанов Диониса означают «переселение»
души в разные тела; растерзание и поглощение тела Диониса настигшими его титанами - подчинение души «чувственному», «страстному» состоянию, символом которого и являются титаны.
По мифу, сердце Диониса спасает Афина - так же и мист, участ-вующий в дионисийских таинствах, должен был «спасти» свое сердце, т, е. внутреннею духовную сущность, от обезображивающего влияния материального «титанического» мира. Помимо участия в таинствах, необходимо было вести определенный, близкий к аскетическому образ жизни, - если посвященный проводил жизнь «правильно», он мог надеяться, что после ряда перевоплощений его душа окончательно освободится из «темницы тела» и будет вечно пребывать в посмертном блаженном существовании.
Орфическое учение оказало большое воздействие на формирование этических представлений в греческой философии и вообще на ре-лигиозное сознание греков. Подчеркнем, что орфическое учение не принадлежит «официальной» религии, - отмеченная нами относи-тельная свобода в области представлений о богах способствовала развитию оригинальных теологических концепций и соответствующей психотехнической практики. Эта же свобода породила и еще один самобытный и очень значимый для греческой культуры феномен - фи-лософию.
<< | >>
Источник: Под ред. С.Д. Серебряного. История мировой культуры: Наследие Запада: Античность. И Средневековье. Возрождение: Курс лекций / Под ред. С.Д. Серебряного . М.: Российск, гос. гуманит. ун-т,1998.429 с.. 1998
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме б) Элевсинские мистерии и орфизм:

  1. МИСТЕРИИ
  2. "МИСТЕР ПЯТЬ ПРОЦЕНТОВ"
  3. ЗАХОДИТЕ, МИСТЕР КРОК
  4. Религиозный синкретизм, мистика и магия
  5. А. Постоянное количество денег
  6. 3. Что сказать целевой группе?
  7. Экономика с денежным обращением и бартерная экономика
  8. ОБЕЗЬЯНА
  9. Как строить беседу с секретарем
  10. Вывод
  11. 10.1. Стадия формирования
  12. Кадровая политика
  13. СТИРАЯ КРАСНУЮ ЛИНИЮ
  14. Б 1 1 . Обратная связь в команде посредством символов
  15. Одобрительные отзывы
  16. Дистрибьюторская сеть