<<
>>

«СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ДРАМАТУРГИЯ»И. ГОФМАНА

И. Гофман перенес изучение взаимоотношения я (зе1/, т. е. нашего ощущения себя, нашего представления о себе: кто мы и как индивиды, и в социальном смысле) и общества на микроуровень анализа, а именно сосредоточил внимание на мелких, повседневных актах взаимодействия, в которые мы оказываемся вовлеченными едва ли не ежесекундно.
И. Гофман определяет взаимодействие лицом к лицу (!асе-1о-!асе тЪегасИоп) как «взаимное влияние индивидов на действия друг друга в условиях непосредственного физического присутствия всех участников» (Гофман 2000: 47).
По И. Гофману, то, что мы из себя представляем (или думаем, что представляем), — это продукт не только соци-альных процессов, которые происходят на уровне соци-альных институтов (семья, школа, работа и т. д.), но и социальных процессов, которые на первый взгляд незаметны и происходят на уровне повседневных ситуаций общения. Эти микроуровневые процессы помогают нам некоторым образом организовать наше повседневное поведение и придать ему смысл в каждую данную секунду; они дают нам возможность ощущать себя как личность. Разнообразные приемы, используемые в повседневном поведении, служат не только для того, чтобы конструировать и поддерживать социальное взаимодействие, но и в равной степени для того, чтобы конструировать наше представление о самих себе и о тех, с кем это взаимодействие осуществляется.
Таким образом, наше повседневное поведение и взаимодействие с окружающими оказываются чрезвычайно важными, с одной стороны, для того чтобы создавать и поддерживать те социальные роли, которые мы играем (т. е. наши зоаа! ИепШлез), с другой стороны, для того чтобы конструировать личностные представления о себе и о других (регзопа! 1с1еп1Шез). Те «идентичности», которые создаются в процессе взаимодействия лицом-к-лицу и которые принимаются коммуникантами, в конечном счете утверждают некоторый социальный порядок и обеспечивают ста-бильность, наполняют смыслом социальные институты и установления.
И. Гофман предлагает рассматривать я (зе!/) как социальную конструкцию, применяя понятие /асе (букв, лицо) — «позитивная социальная ценность, которую каждый утверждает в процессе коммуникации с другими и которая при-нимается остальными» (Оо^тап 1999: 306). Таким образом, особенность позиции И. Гофмана заключается в том, что он не помещает /асе в область человеческой психики. По его мнению, /асе «диффузно растворено в потоке событий, происходящих в процессе взаимодействия, и находит свое выражение только тогда, когда эти события прочитываются и интерпретируются для того, чтобы выявить те оценки, которые в них заключены» (ОоНшап 1999: 307).Таким образом, само существование (поддержание) хе1/ и /асе встроено в ткань социального взаимодействия и взаимной дополни-тельности я и другого.
Один из способов поддержания /асе — то, что Гофман называет межличностными ритуалами* (т1егрегзопа1 пШ- а1з). Гофман выделяет два их типа. Презентационные ритуалы (ргезеп1а1лопа1 пШа1з) — это те «акты, через которые индивид дает понять реципиентам, как он их воспринимает» (ОоКтап 1967: 71, — цит. по: ЗсЫНпп 1996: 309). Ритуалы избегания (ауок!апсе п1иа1з) — это «такие формы выраже-ния уважительного отношения, при помощи которых актор может держаться на расстоянии от реципиента» (Там же). То, каким образом люди используют язык, сводится к искусному балансированию между этими двумя аспектами понятия /асе.
Это балансирование вызывает употребление так называемых непрямых речевых актов, или, другими словами, маскировку речевых актов. Так, прямая просьба, адресованная партнеру по коммуникации, может создать угрозу его /асе, поскольку для выполнения просьбы ему, скорее всего, придется изменить свои первоначальные планы. Поэтому предпочтение отдается не императивному предложению, например «Откройте окно» (или даже «вежливому императиву» «Откройте, пожалуйста, окно»), а предложению с императивом 1-го лица, множественного числа, ука-зывающему на общую заинтересованность (включенность в ситуацию) как говорящего, так и слушающего: «Давайте от-кроем окно?» Возможны также другие варианты, демонстрирующие, что говорящий не хочет накладывать на слуша-ющего никаких обязательств, например: «Простите, не могли бы Вы, если Вас это не затруднит, открыть окно?»
Выбор той или иной стратегии поддержания (сохранения) /асе связан с тем, как именно говорящий хочет представить свое я. Для того чтобы представить я наиболее выгодным, с точки зрения говорящего, образом, используются материальные и символические ресурсы, существующие в обществе благодаря социальным институтам и установлени-ям. И. Гофман разделяет зе\/ на публичный персонаж (риЬПс сЬагас1ег) и частный персонаж (рп\га1;е рег^огшег). Действующие лица (акторы) в каждом конкретном акте взаимо-действия выбирают, какую из этих двух сторон зе1/ вы-двинуть на первый план. Это достигается благодаря тому, что участники коммуникации демонстрируют свою связь с теми или иными социальными институтами или, напротив, дистанцируются от них. Для этой цели используются как материальные ресурсы (например, в университете оказывается важным, где расположены и как устроены аудитории и кабинеты университетского начальства, как расставлены столы в аудиториях, какие учебные материалы используются и т. д.), так и символические (эксплицитно выраженные, например выбор одежды, или имплицитно — речевое поведение, система оценок, принятые правила по-ведения) . В свою очередь, способы представления зе// в процессе социального взаимодействия тесно связаны с проблемой «язык и власть» (см. гл. 7).
Как уже отмечалось выше, повседневное социальное взаимодействие играет ключевую роль в складывании нашего представления о некотором порядке и социальной ста-бильности, сбалансированности. И. Гофман отмечает, что все мы втянуты в эти отношения и что от каждого из нас за-висит поддержание /асе другого: он сравнивает эту ситуацию с цепочкой людей, которые стоят взявшись за руки, — они должны надлежащим образом передать то, что получено от индивида, стоящего слева, тому индивиду, который находится справа . Такая межличностная зависимость может быть вполне распространена и на процесс вербальной коммуникации. Речь при этом идет не только о том, что конструкция зе2/ и значение высказываний, используемых при коммуникации, во многом зависят от того, как происходит процесс социального взаимодействия, — от повседневного социального взаимодействия зависит и наше знание того, что мы должны делать с языком, как именно и в каких ситуациях его использовать.
<< | >>
Источник: Бахтин Н. Б, Головко Е. В.. Социолингвистика и социология языка: Учебное пособие. — СПб.: ИЦ «Гуманитарная Академия»; Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге,2004. — 336 с.. 2004

Еще по теме «СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ДРАМАТУРГИЯ»И. ГОФМАНА:

  1. ГЛАВА 9. МЕТОДИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ9.1. Виды социологического исследования
  2. Глава 3 Уровни социологического знанияИерархия социологического знания
  3. § 1.3. УРОВНИ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА И СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПАРАДИГМЫ
  4. § 1.3. УРОВНИ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА И СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПАРАДИГМЫ
  5. § 1. Природа и характер социологического знания Особенности социологического знания
  6. Методология социологического исследования
  7. Метод социологический
  8. МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЭМПИРИЧЕСКОГО СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
  9. Социологическое исследование
  10. 3.2. Программа социологического исследования