<<
>>

Формирование националистической установки.

Как на уровне личности, так и на уровне общности, суждения о свойствах своего этноса неразрывно связаны с представлениями о характерных чертах других этнических образований и их членов, причем, как правило, эти представления эмоционально окрашены и имеют оценочную природу.
Проявляясь в таких чувствах как любовь, ненависть, подозрительность и т.п., они выражают эмоциональное отношение к этнической действительности—к свойствам своего и других этносов. Именно эти чувства, не до конца осознанные, лежат в основе феномена этнической комплиментарности, так как образ «мы» и «они» предполагает не только фик-
3
сацию различия, но и оценку «не-нас» по сравнению с «нами», а вследствие этого обуславливает и характер межнациональных отношений.
Именно эта социально-психологическая структура различения «своих» и «чужих» лежит в истоках национализма, который актуализируется лишь тогда, когда действительные или воображаемые различия возводятся в главное каче-ство и превращаются во враждебную психологическую установку, которая вна-чале разобщает народы, а затем теоретически обосновывает и подкрепляет политику дискриминации.4 Враждебная установка продуцирует чувство страха, ненависти, нетерпимости, ведет к приписыванию иной этнической общности агрессивности, недоброжелательства, тайных умыслов и т. п. Характерным примером подобного отношения являются названные петербургской молодежью качества антипатичных им народов (ранговая предпочтительность: «жестокие», «агрессивные», «националисты», «мстительные», «чувствуют себя хо-зяевами» и т.д.).
Компенсаторно эта позиция приводит к зеркальному наделению собственной этнической общности всеми возможными достоинствами и добродетелями, что служит психологическим оправданием высокомерного неприятия «чужаков». Так, в частности, по мнению старшеклассников Петербурга (1993 г.), наиболее распространенным чувством нерусских народов бывшего СССР по отношению к русским выступает враждебность (41,7%), в то время как симпатию в отношении к ним отметил лишь каждый десятый (11,1%). В отношении русских к нерусским враждебность проявляется почти в 3 раза реже (16,5%) и симпатия—в 2 раза чаще (24,8%).
Это хорошая иллюстрация к рассмотренному выше феномену формирования националистической установки. В национализме всегда Присутствует некий иррациональный элемент, поскольку национализм связан с эмоционально-чувственным восприятием действительности. В этой связи знаменательно, что больше половины учащихся, выразивших неприязненные чувства к одному или нескольким народам, не сумели объяснить, за что они их, собственно, «не любят» (качества не формулировались или носили отвлеченный характер: «поведение в целом», «характер в целом» и т. п.) На уровне обыденного сознания националистические установки усваиваются в жестком агрессивном варианте, в виде упрощенных стереотипов («не люблю их за то, что они оккупанты» или «не люблю их за то, что они ненавидят нас»).
Принимая форму групповой са-моорганизации, национализм используется на митингах, демонстрациях, в силовых действиях против «врагов». Именно таков механизм привлечения молодежи в экстремистские организации националистического характера, в которых культивируется, с одной стороны, чувство национальной обиды, ущемленно- сти, неполноценности, с другой же—значимость национальной консолидации для отпора «врагам».
Атавистические различения «нас» и «не-нас» утвердились в древности, когда «мы» стремились отделиться от «них» горой или рекой, обозначив таким образом свою территорию;
«мы» по-своему татуировали лица, хоронили покойников, отделывали оружие. Естественно, что все болезни, напасти и беды обычно приписывались злонамеренности людей чужого племени. Подобную первобытную логику легко обнаружить на страницах многих средств массовой информации современной России, других государств СНГ, особенно в связи с межнациональными конфликтами.
Дело в том, что с возникновением этносов атавистическое деление смягчилось лишь внешне и мимикруя дошло до наших дней. Пока состояние общества относительно устойчиво и развитие проходит без особых социально- экономических потрясений, в обыденном сознании утверждаются глобальные национальные ценности, а этническая комплиментарность, несмотря на рудименты, не носит атавистического характера. Н-о в случае кризиса социальных институтов и социальных отношений противопоставление «мы—они» становится в массовом сознании приоритетным и в полиэтническом обществе непременно экстраполируется на представителя другой национальности.
Именно это произошло в процессе распада СССР, который никоим образом нельзя охарактеризовать как одномоментное событие (подписание Беловежских соглашений). Ухудшение качества жизни, усиливающееся социальное расслоение общества при отсутствии скрепляющего структуру среднего класса, численный рост маргинальных групп населения—все это усугубило и без того исторически неблагоприятный характер межнациональных отношений на территории бывшего СССР.
Националистические установки возникают в этническом сознании вследствие неблагоприятной экономической, политической, демографической, со-циокультурной мотивации, причем Дестабилизация национальных отношений проходит в своем развитии несколько последовательных стадий: отчуждение, неприязнь, конфликт, сопровождаемый насильственными действиями.
Отчуждение—относительно спокойная фаза протекания межнациональных отношений, в какой-то мере всегда отличающая взаимодействие различ-ных этнических общностей. Выражается оно в стремлении к национально однородным бракам, в моноциональномп дружеском общении, в минимизации контактов с иноциональной средой за исключением неизбежных. Социологические исследования отмечают в молодежном сознании ориентацию на нацио-нально однородные браки еще с середины 80-х годов. Так, в частности, (согласно исследованию «Межнациональные отношения студенчества СССР») каждый третий московский студент (35%) и каждый пятый ленинградский (21%) отдавали предпочтение мононациональному браку, еще в большей мере подобная позиция отличала студентов российских автономий: Татарии (43%), Северной Осетии (66%), Дагестана (72%).
Именно такое поведение характеризует сегодня этнодисперс-ные группы в крупных городах, формирующуюся русскую диаспору во вновь образованных государствах на территории бывшего СССР. Отчуждение в этноконтактной среде чаще всего обусловлено, кроме причин ситуативного характера, этнокультурными различиями, несхожими стереотипами бытового поведения, которые, как оказалось, не были преодолены в ходе формирования так называемой новой социально-исторической общности—советского народа.
Неприязнь. Переход в стадию неприязни обусловлен причинами эконо-мического характера (большая экономическая успешность одной общности по сравнению с другой, особенно в условиях общего снижения уровня жизни всего населения), правового характера (законодательная дискриминация одной этнической общности в пользу другой), социально-исторического характера—как следствие сталинской национальной политики (произвольное изменение границ, депортации и т.п.), наконец, культурного характера (частичная этническая денационализация, угрожающая самому существованию этнической общности, вина за которую экстраполируется на общность соседствующую).
По данным исследований, для молодежи крупных российских городов ведущими оказываются экономические мотивы неприязни, для молодежи бывших союзных республик—в большей мере социально-исторические, правовые и культурные мотивы. Сопутствующим фактором, способствующим переходу неприязни в стадию конфликта, может стать отсутствие опережающей нацио-нальной политики в этноконтактной среде как на региональном, так и центральном уровне, неблагоприятное соотношение доли титульной национально-сти и национальных меньшинств, когда статус национального меньшинства не соответствует реальной его численности в том или ином регионе (например, грузинов в Абхазии, русских в Латвии или татар в Башкирии).
Стадия неприязни приводит к увеличению сторонников «активных действий» в решении национальных проблем: так, по данным упомянутого выше исследования, каждый третий студент Москвы и Ленинграда осенью 1989 г. допускал такого рода действия, к этому же мнению склонялись также 32% студентов бурятской национальности, 42% студентов осетинской национальности, каждый четвертый представитель Дагестана. Характерно, в свете последующего развития событий на Украине, что ровно половина опрошенных в этой республике студентов была сторонниками «активных действий».
Конфликт, сопровождаемый насильственными действиями, обычно уже выходит за пределы собственно межэтнических отношений, ибо люди оказываются в него втянутыми не только по национальной принадлежности, но и по политическим пристрастиям, включенности в те или иные «группы влияния», просто по местожительству в зоне конфликта. Характерным участником ме-жэтнических конфликтов на территории бывшего СССР стал наемник, воюющий за материальное вознаграждение, и доброволец, поддерживающий одну из сторон конфликта по идейным мотивам. В их числе преобладают, как правило, молодые мужчины в возрасте до 30 лет с внутренне противоречивым этниче-ским самосознанием.
Безусловно, вероятность развития межнациональных отношений в сторону конфликта зависит от направленности массового этнического сознания, т. е. самосознания этнической общности в целом. Опосредованная мотивация чаще всего ситуативна и преходяща, в то время как именно этническое самосознание обладает достаточно устойчивым и структурированным содержанием.
<< | >>
Источник: Под ред. проф. В.Т.Лисовского. Социология молодежи: Учебник Под ред. проф. В.Т.Лисовского .—СПб: Изд-во C. –Петербургского университета,1996. 460 с.. 1996
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме Формирование националистической установки.:

  1. Ценности и установки
  2. 23. Психологические установки и их виды
  3. Учет оборудования к установке
  4. 10.3.2. Затраты на установку кондиционеров
  5. УСТАНОВКА
  6. Организация выполнения целевой предпринимательской установки
  7. Мотивы и установки.
  8. Установка социальная
  9. ОЖИДАЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ПО УСТАНОВКЕ И УПРАВЛЕНИЮ
  10. ОБНАРОДУЙТЕ СВОИ УСТАНОВКИ
  11. Установка и изменение границ
  12. Установка связи с помощью праны
  13. 51 СТАНДАРТНАЯ УСТАНОВКА ПОЖИЛОГО ЧЕЛОВЕКА
  14. 33. АНТИОНТОЛОГИЧЕСКАЯ УСТАНОВКА ПОЗИТИВИСТОВ И НЕОПОЗИТИВИСТОВ
  15. Определение порядка подходов и установка приоритетов при документировании и анализе процессов
  16. 9.1. Изменения в установках консерваторов в период оппозиции
  17. Комментарии по установке стопов — потеря долларов и непредсказуемость