<<
>>

§ 2. Экстремизм в молодежной среде

В моменты значительных потрясений и переломов, периодически возни-кающих в процессе развития любого общества и связанных с существенными деформациями условий и образа жизни людей, внезапно образующимся вакуумом ценностей, изменением материальных показателей, неясностью жизнен* Любопытно, что, называя врагов, респонденты определяют их поли-тико-географически или религи-озно-этнически (США, Европа, Азия, Китай; мусульмане, сектанты; чеченцы, кавказцы, прибалты), но не классово-идеологически: скажем, не называют демократов или коммунистов.
ных перспектив и неизбежным обострением противоречий, экстремизм становится одной из трудно изживаемых и наиболее опасных характеристик общест - венного бытия.
Опыт развития событий в современной России и ряде республик бывшего Советского Союза показал, что роль и значение экстремизма оказались явно недооцененными и это во многом способствовало целой серии трагических событий, непременными участниками и жертвами которых были и молодые люди.
Уже одно это, равно как и высокая вероятность дальнейших спорадических неконституционных выступлений и различного рода конфликтов, побуж-дает к весьма тщательному рассмотрению круга вопросов, имеющих отношение к проблематике экстремизма и социальной напряженности в молодежной среде. Однако, обращение к анализу экстремистских проявлений в среде моло-дежи необходимо начать с общей характеристики экстремизма, сразу указав на то, что экстремизм неразрывно связан с процессом отчуждения и взаимосвязь этих тенденций, параллельность их развития, представляет собой закономерный процесс, поскольку экстремизм есть особая форма отчуждения и, прежде всего, отчуждения от общечеловеческих, общекультурных ценностей.
В этом смысле понятие «экстремизм» должно быть понято широко и не должно сводиться лишь к политическому экстремизму, ибо проявления экстремизма обнаруживают себя во всех формах человеческой активности: в крайних, поисковых формах искусства (творчески-экспериментальный экстремизм), в отношении к природе (экологический экстремизм), во взаимоотношениях полов (сексуальный экстремизм) и т. д.
Для того, чтобы понять истоки экстремизма, необходимо осознать тот факт, что в самой природе человека заложено стремление к экстремальности, принуждающее его к постоянному движению и развитию. Ведь не случайно понятия «экстремизм» и «экстремальность» происходят от одного корня—от лат. «ех(гвтит»—крайний. Оба эти понятия содержат значение интенсивности, напряженности, остроты. Но если экстремальность отличает природный, сти-хийный характер, то экстремизм всегда несет с собою личностное начало, а экстремистское поведение всегда отмечено своеволием и эгоцентризмом.
Экстремальность — не всегда кризис или конфликт. Это лишь заострение проблемы, когда внимание акцентируется на новом, как правило, более значи-мом, более высоком. К примеру, творчество просто невозможно без экстремумов процесса развития.
Иное дело экстремизм, который, обостряя ситуацию, доводит ее до крайности, до режущих ( а не колющих, как в творчестве) противоречий, в силу чего спокойное конструктивное решение проблемы, как правило, становится невозможным.
Существенным признаком экстремизма остается не экстраординарность, не насилие или агрессия, но злой умысел. И здесь важно понять, что экстремизм характеризует не наличие насилия как такового (его применение бывает необходимо для разрешения целого ряда экстремальных ситуаций, например, при самообороне), а наличие его крайних, неоправданных форм.
Выдающийся русский правовед и философ И. Ильин указывал на неправомерность отождествления понятий «зло» и «сила». Он убедительно показал, что «непротивление» злу в смысле отсутствия всякого сопротивления «означало бы приятие зла: допущение его в себя и предоставление ему свободы, объема власти. Это было бы вначале добровольное саморастление и самозаражение, это было бы в конце— активное распространение заразы среди других людей и вовлечение их в сопо- гибель».1
Таким образом, экстремистскими можно назвать лишь такие действия, которые превышают необходимую степень воздействия, независимо от исполь-зуемых средств: физического насилия, морального принуждения, экономического давления и т. п.
Свое философское эссе «Бунтующий человек» А. Камю начинает сле-дующими словами: «Есть преступление, внушенные страстью, и преступления, продиктованные бесстрастной логикой. Чтобы различить их, уголовный кодекс пользуется понятием "предумышленность". Современные правонарушители ... это люди зрелого ума и неопровержимым оправданием служит им философия, благодаря которой даже убийца оказывается в роли судьи».2
Именно превышение необходимой степени воздействия на личность или объект (обусловленной культурными, нравственными, правовыми и т. п. нор-мами) определяет экстремистский характер деяния, ибо при таком воздействии нельзя не осознавать последствий и не быть злоумышленником (исключая случаи патологии,конечно).
Всякое развитие изначально содержит два возможных способа реализации: экстремальный, творческий—направленный вглубь и экстремистский— ориентированный на выражение крайностей разворачивающегося процесса, аб-солютизирующий внешнюю сторону явлений, игнорирующий любые издержки.
В свою очередь стремление человека к остроте впечатлений, яркости, свежести переживаний, реализуемое в достижении предельных (творческих), а подчас и крайних (экстремистских) результатов, есть проявление присущей че-ловеку потребности в саморазвитии. Однако в творчестве эта потребность реализуется только тогда, когда она одухотворена процессом нравственного со-вершенствования личности.
В структуре человеческой деятельности стихийное стремление к остроте эмоционального переживания выполняет роль революционного начала, которое без контроля нравственно-эстетической регламентации способно вытолкнуть человеческую личность за пределы культурного процесса, устремив ее усилия в дурную бесконечность пустых, а то и зловредных инноваций.
Так, стремление к достижению предельно крайних состояний или край-ностей, направленных не вглубь сущности, а на ее периферию, рождает экстремизм различного толка. Это стремление раскачивает систему прежних ценностей, толкает ее в дальнейшем своем развитии к все большей потере устойчивости, к нестабильности и, в конечном счете, распаду.
Рассуждения о различиях экстремальности и экстремизма следует завершить предостережением Э. Фромма: «Если называть одним и тем же словом действия, направленные на разрушение, действия, предназначенные для защиты, и действия, осуществляемые с конструктивной целью, то, пожалуй, надо расстаться с надеждой выйти на понимание причин, лежащих в основе этих действий: ведь у них нет одной общей причины, так как речь идет о совершен-но разнородных явлениях и потому попытка обнаружить причину "агрессии" ставит исследователя в позицию, безнадежную с теоретической точки зрения».
В процессе духовного распада сложно искать начало и конец, поскольку он, как все процессы, бесконечно дискретен и в отличие от процесса совершен-ствования в нем нет нравственного начала. В результате момент остроты, изощренности здесь «играет на понижение», постоянно опуская планку дозволен-ного, делая привычным то, что прежде являлось предосудительным или даже невозможным.
Если экстремизм—крайность, то терроризм—крайность крайности, выступающая, скорее, как «логическое, но не обязательное развитие экстремиз-
ма».4
Так из крайностей экстремального берет начало экстремизм, из крайностей экстремизма вырастает терроризм, который в свою очередь сам начинает расслаиваться на все более многообразные и сложные формы, эволюционирующие от отдельных актов террора фанатиков-одиночек, группового и госу-дарственного терроризма до транснациональных мафиозно-террористических структур.
Даже в самом общем виде недостаточно характеризовать экстремизм как простое пренебрежение к общепринятым нормам, правилам, законам, поскольку такое пренебрежение часто лежит в основе и творческих актов. Экстремизмом же является та крайняя степень небрежения, которая переходит в попрание всего того, что считается устоявшимся, начиная от жизненного уклада, установленного порядка, господствующего вкуса, общепризнанного стиля и кончая здравым смыслом.
Между тем от внимательного взгляда не укроется и тот факт, что у экстремизма много общих черт с инфантилизмом. Именно инфантильность, довольно часто обнаруживаемая в молодежной среде, служит питательной почвой для различных экстремистских проявлений.
Многие исследователи указывают на то, что экстремистскому сознанию присущи моменты неразвитого сознания; импульсивность, внутренняя напря-женность, конфликтность, деструктивность. Важную роль в процессе формиро-вания экстремистского сознания играют нетерпение и нетерпимость. Эмоцио-нальная черствость, тупая ограниченность нравственно-эстетических представлений характеризует инфантильное сознание и экстремистский менталитет. Этим объясняется и основная мировоззренческая установка экстремизма на поиск упрощенных , наиболее облегченных, точнее сказать, примитивных путей достижения собственных целей, на постоянное форсирование процессов и событий.
В отличие от развитого, творческого сознания, которое стремится к поиску острых впечатлений, ярких, свежих переживаний, инфантильное и экстреми-стское сознание роднит тяга к острым ощущениям. При этом общим и для ин-фантильности и экстремизма остаются мифологичность сознания, отсутствие стремления к адекватному восприятию действительности. В основе этого лежит все тот же юношеский максимализм, который с определенного момента становится тормозом личностного развития, толкая индивида к крайним формам по-ведения, примитивной приземленности или эмоциональной экзальтации, тупому упрямству или вседозволенности. Результатом этого может явиться не только вандализм, но и немотивированное насилие, не только непристойная роспись на стенах, но и акты терроризма.
В нравственно-психологическом плане достаточно точный портрет экстремиста дает М.Креншо: «Он молод, у него есть желание рискнуть, он способен перешагнуть через моральные преграды. Его характер еще не сложился окончательно, и его незрелость делает его склонным к принятию экстремистских убеждений и групповой морали».5
При всем разнообразии инфантильных проявлений их можно свести к двум основным формам: пассивной (отчуждение, конформизм и др.) и активной (псевдоромантизм, экстремизм). В известном смысле экстремизм можно определить как агрессивный инфантилизм.
Многое также говорит за то, что предпосылки экстремистского поведе-ния, как и любой другой способности, лежат в природных свойствах субъекта, в особенностях его нервной системы, организации его психики и эмоционально- чувственной сферы.
В отличие от экстремальных творческих способностей, где степень таланта определяется восприятием и переработкой информации, экстремистские способности, напротив, отличаются большой степенью порога невосприимчивости, нечувствительности к тем или иным переживаниям и чувствам, т. е. оп-ределенной мерой отчуждения в сфере эмоциональной культуры.
На основе большого числа исследований экстремизма и терроризма ученые выводят следующую цепочку: «Экстремистский тип личности со специфи-ческим сознанием или, скорее, мироощущением, затем возрастающее на этой почве экстремистское мышление и, наконец, создаваемые им экстремистские модели».6 Конечно, условия оказывают свое влияние на этот процесс, но «логи-ка движения по экстремистской "трассе" непреложна».
С целью профилактики экстремистских проявлений, иных склонностей к отчужденному поведению необходимо по возможности уже с раннего возраста выявлять предназначение каждого отдельного ребенка. Основной задачей вос-питания и образования является максимальное раскрытие позитивных задатков человека и нейтрализация задатков негативной направленности.
При изучении экстремума человеческого существования, анализе взлетов и падений человеческого духа необходимо учитывать оба эти момента в их тес-ном взаимодействии.
Примечания
1Ильин И. А. Собр. соч. В 2-х т. Т.1. М., 1993. С. 307-308.
2
Камю А. Бунтующий человек. М., 1990. С. 120.
Бояр-Созонович Т.С. Международный терроризм: политико-правовые аспекты. Киев; Одесса, 1991. С. 28.
Креншо М. Терроризм и международное сотрудничество. Реф. ИНИОНАЕ СССР. М., 1990. С. 7.
В и тюк В. В., Эфиров С. А. Левый терроризм на Западе: история и современность М., 1987. С. 267.
Там же. С. 263.
<< | >>
Источник: Под ред. проф. В.Т.Лисовского. Социология молодежи: Учебник Под ред. проф. В.Т.Лисовского .—СПб: Изд-во C. –Петербургского университета,1996. 460 с.. 1996
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме § 2. Экстремизм в молодежной среде:

  1. Религиозные и секулярные процессы в молодежной среде.
  2. 2. Арабы, исламисты и исламский экстремизм.
  3. Молодежная субкультура
  4. Формирование молодежной политики.
  5. Функции молодежного жаргона.
  6. Цель и задачи молодежной политики.
  7. Принципы государственной молодежной политики.
  8. Мотивы этнического негативизма в молоджной среде.
  9. Понятие молодежного жаргона.
  10. Особенности молодежной субкультуры.
  11. 20.3. Конкуренция в экономической среде бизнеса
  12. Молодежная культура
  13. Учение о среде жизнедеятельности человека
  14. Этнография в рыночной среде
  15. Контркультурные черты молодежной субкультуры.
  16. 9.5.3. Дивидендная политика в идеальной финансовой среде