Универсально-исторические законы у М. Вебера

Первым мысль о существовании универсально- исторических законов управления высказал в своем главном труде «Хозяйство и общество» (1956) М. Ве­бер. Разделив все существовавшие на свете типы эко­номик на бюджетные (нерыночные) и небюджетные (рыночные/, он писал о том, что каждому из них соот­ветствует свой тип управления.
Противоположностью рыночной экономики у Вебера выступает бюджетная экономика и бюджетное управление. Понятие «бюд­жетное администрирование» достаточно часто встре­чается в концепции экономического действия Вебера. Так, например, термин «административная организа­ция» используется им для обозначения системы регу­лирования экономических действий, где цели унифи- цированно задаются некой властью, осуществляющей дисперсный контроль над конечными результатами.

Наряду с терминами «бюджетная экономика» и «бюджетный менеджмент» у Вебера встречается слово­сочетание «бюджетно управляемая экономика», или «экономика, управляемая посредством бюджета»89. В данном случае английский термин «экономика» лучше переводить как «хозяйство», поскольку примеры «бюд­жетно управляемой экономики» касаются, по словам Вебера, не только бюджета государства, но и бюджета отдельной рабочей семьи. Объединение столь разных явлений в одну категорию может показаться современ­ному читателю более чем странным. Однако с точки зре- 216 ния веберовской логики, оперирующей универсально- историческими категориями и глобальными схемами, здесь нет ничего противоестественного. Более того, се­мья и государство обязаны стоять по одну сторону не­зримого континуума. Ибо на противоположном его по­люсе находятся ориентированные на прибыль формы хозяйства, такие, например, как деловое предприятие.

Экономический термин «бюджет» означает утвер­жденное в законодательном порядке распределение государственных доходов на определенный срок, либо предположительное исчисление ожидаемых доходов и расходов какой-либо организации или индивида. Отсю­да происходят выражения «потребительский бюджет» (баланс доходов и расходов семьи), «бюджет времени населения» (система показателей, характеризующая распределение затрат времени по видам его использо­вания). Часто Вебер употребляет термин «бюджетный» как эквивалент понятию «домашний» (от греческого оіко8— дом, жилище, домашнее хозяйство).

Вебер уверяет, что примеров «бюджетной экономи­ки» в человеческой истории гораздо больше, чем эконо­мики рыночной. Практически всю свою историю чело­вечество прожило под знаменем «бюджетной экономики» и бюджетного менеджмента. Правда, в чистом виде «бюд­жетная экономика» встречались редко. В порах ее ткани ученые обнаруживают то сильные, то слабые примеси рыночной экономики и денежной калькуляции. Вебер указывает на то, что денежную калькуляцию — правда, без реального употребления денег или q их ограничен­ным применением— можно найти уже в Египте и Вави­лоне. Свидетельства о Применении в качестве средства измерения оплаты натурой обнаруживаются в законах Хаммурапи, на периферии Древнего Рима и в средневе­ковой Европе90. Но везде деньги использовались наряду с другими формами оплаты, а не как единственное пла­тежное средство. Однако только' безальтернативность денег служит верным признаком развитой рационализа­ции экономики.

«Бюджетное управление» существует в экономи­ке, которая покоится на бюджете и производит товары ради их внутреннего потребления, а не продажи во­вне. Искусство такого управления состоит в том, чтобы ограничивать потребности населения заранее извест­ным перечнем, который велик настолько, насколько его способно удовлетворить существующее производство. Иными словами, потребности людей и их удовлетворе­ние подгоняются под существующие промышленные

мощности. Одним из инструментов «бюджетной эконо­мики» выступает «доход». Судя по тому, как определяет его Вебер, речь идет о национальном доходе, совокупном товаре, выраженном в денежной форме91 . Но это спра­ведливо лишь в том случае, если «бюджетная экономи­ка» охватывает— как при социализме— всю страну. Национальный доход рассчитывают либо по выражен­ному в денежной форме количеству товаров, произведен­ных в прошлом, либо исходя из неких рациональных потребностей или оценок, проектируемых в будущее. Степень товарности «бюджетной экономики» зависит от того, будет ли продаваться произведенная здесь продук­ция на внешнем рынке, т. е. там, где обмениваемые това­ры оцениваются в наиболее рациональной форме, и где они приобретают свою ликвидность. Если в «бюджетной экономике» достигнута высокая степень товарности, или конкурентоспособности ее продукции, то здесь возника­ют предпосылки для развития «рационального управле­ния». Но если общество или отдельная организация движутся по пути рационального менеджмента, то им придется отказаться от иллюзорной возможности раз и навсегда запланировать потребности людей. Если послед­ние заданы директивно, возникают сравнительно легко решаемые проблемы, не требующие сложной техники и особого искусства управления92 .

Упрощенный тип управления приживается там, где к удовлетворению потребителей подходят упрощенно. В та­кой экономике исчезают возможности использования ге­терогенных хозяйственных единиц, расчета сложных со­четаний рисков и непредсказуемых рыночных факторов, а значит, утрачивается и необходимость в совершенство­вании техники денежных расчетов. Проблемы решаются посредством применения традиционных методов, выру­чавших в прошлом, либо использования весьма прибли­зительных и грубых прикидок. Однако, с точки зрения Ве­бера, подобные приемы ведут к успеху, ибо в данном случае потребности людей неким образом стандартизи­рованы и спланированы наперед, а процесс удовлетворе­ния одинаковых потребностей не представляет никаких проблем93 . Здесь господствует традиция, а стандартизи­рованным потребностям людей соответствует набор стан­дартизированных же товаров, которые они могут приоб­ретать. Здесь царит ограниченный выбор. Подобные экономические и управленческие системы эффективны при неизменных условиях производства. Стоит внешней 218 среде измениться, например в случае неурожая, как воз­никают непреодолимые трудности.

Опасность поджидает подобные системы и со стороны изменяющихся челове­ческих потребностей. В идеале люди не должны изменять­ся, а их потребности расширяться, расти, разнообразить­ся. Всякое изменение ставит такого рода систему на грань катастрофы, ибо требует неожиданных, новаторских ре­шений, к которым «бюджетный менеджмент не готов в принципе, ибо просто на них не рассчитан. «В условиях, которые достаточно просты и ясно понимаемы, адап­тация может проходить без особых трудностей»94 . Трудности возникают тогда, когда каждую потреб­ность людей приходится переводить на денежный язык, которым менеджеры «бюджетной экономики» не владеют вовсе или владеют очень плохо, либо к которому совсем не приспособлена она сама.

Движение «бюджетной экономики» в сторону рын­ка выглядит у Вебера как «эмансипация от традиций», процесс освобождения от господства управления, по­коящегося на философии, выражаясь современным языком, «планирования от достигнутого», отталкивания от традиций, принятых в прошлом стандартов и норм. Но если бы от старых норм был сделан шаг вперед, то «бюджетную экономику» можно было бы записать в разряд экономик рационально ориентированного типа. Беда, однако, состоит в том, что в действительности социалистический тип экономики ориентировался на то, чтобы в будущем повторять прошлое. Старые стан­дарты превращались в новые цели экономики, а сама она двигалась по экстенсивному пути развития, озна­чавшему простое расширение существующих произ­водственных мощностей, погоню за количественным приростом в ущерб ориентации на новое качество.

Таким образом, экстенсивность предполагает ти­ражирование известного опыта, т. е. механическое расширение традиций. Вопрос же рационализации экономики состоит не в приращении рабочих мест или расширении потребностей без их качественного изме­нения: подобные трансформации не ведут к усложне­нию техники управления экономикой, не расширяют область применения денежной калькуляции. Для обще­ства важно не столько разнообразие потребностей, сколько полифония способов их удовлетворения, вле­кущая за собой появление разнообразных форм соб­ственности на товары и средства производства. А это уже вопрос коренной перестройки «бюджетной эко­номики» и соответствующего ему типа управления.

И бюджетные, и рыночные формы хозяйства в равной степени могут быть проявлениями высокой рациональности. Вебер пишет: «...формулируя точное понятие рациональной бюджетной единицы и отлич­ного от него понятия рационального ориентирован­ного на получение прибыли предприятия, важно со­вершенно определенно указать, что оба они могут принимать одинаково рациональную форму. Удовлет­ворение потребностей нельзя считать более «прими­тивным» занятием, чем получение прибыли; «богат­ство» с необходимостью не есть более примитивная категория, чем капитал. С исторической же точки зре­ния, верно, что бюджетные единицы возникли рань­ше и являлись доминирующей фо9р5мой в подавляю­щем большинстве прошлых эпох»95.

Веберовскую концепцию бюджетных и рыночных форм хозяйствования можно изобразить схематически:

Континуум хозяйственной рациональности

Бюджетная жопомика
Рыночная экономика



Рис. 5.1. Континуум рациональных хозяйственных форм: бюджетная и рыночная экономики — два его полюса

Но если рыночная и бюджетная экономики спо­собны быть рациональными, то рациональными долж­ны быть и свойственные им системы управления. Другое дело, что в них могут встречаться отклонения и нарушения. В жизни нарушаются, а подчас извраща­ются любые принципы управления. Если сказанное насчет степени рациональности бюджетной и рыноч­ной экономик и присущих им систем управления (ме­неджмента) верно, то отсюда следует, что ни у капита­лизма, ни у социализма нет преимуществ относительно степени рациональности. В принципе рационально и то, и другое. Иное дело, как проводятся в жизнь капи­талистические и социалистические принципы — какие из них извращаются больше. Или, сформулируем воп­рос иначе, какие легче исказить? Вебер не затрагивает вопроса рационалистического уравнивания социализ­ма и капитализма. Этот вывод можем сделать только мы, живущие в начале третьего тысячелетия.

Хотя Вебер и противопоставляет два вида экономи­ки — бюджетную и небюджетную, а также свойствен- 220 ные им типы управления, он делает это скорее в теоре­
тическом или методологическом плане, отмечая, что в реальной жизни идеально-типические схемы могут на­рушаться. В частности, речь идет о так называемой сме­шанной экономике, где два типа управления могут яв­лять пример гармонии, а не конфронтации. Вебер пишет о том, что «на практике администрирование бюджетных единиц и прибыльных 9п6 редприятий не представляет взаимной альтернативы»96. А это значит, что принципы управления, характерные для административной систе­мы социалистического общества, и принципы управле­ния, используемые в менеджменте, свойственном чисто рыночной экономике, по большому счету схожи. Ины­ми словами, наряду с некими универсальными принци­пами управления, выработанными человечеством за многовековую историю, существуют конкретизирующие их исторические и культурные варианты. Скажем, прин­ципы американской системы менеджмента, управления эпохи Хаммурапи, древнегреческие законы управления и законы советской административной системы бази­руются на всеобщих императивах, таких, как принцип единоначалия, субординации, распределения власти по уровням иерархии, направления директивной информа­ции сверху — вниз, а не наоборот, и т. п. А вот социо­культурные интерпретации, которые получают уни­версальные законы управления в разных странах и в разные исторические эпохи, весьма специфичны.

Позже идеи о бюджетной и небюджетной эконо­мике легли в основу учения М. Вебера о бюрократии и социальной иерархии.

<< | >>
Источник: Кравченко А.И., Тюрина И.О. Социология управления: фундаментальный курс: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Академический Проект,— 1136 с. — («Gaudeamus»). 2005

Еще по теме Универсально-исторические законы у М. Вебера:

  1. Глава 5. УНИВЕРСАЛЬНО ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАКОНЫ ИЕРАРХИИ
  2. §11. Универсально-исторические особенности демократии
  3. III Закон «насыщения преступностью». — Вытекающая отсюда малая действенность наказаний. — Исторические, статистические, психологические доказательства.
  4. Объекты и методы культурно-исторического познания. Общественные мифы и социально-историческая мифология (окончание).
  5. Объекты и методы культурно-исторического познания. Знак и семиотика культуры. Общественные мифы и социально-историческая мифология
  6. Лекция третьяОбъекты и методы культурно-исторического познания. Знак и семиотика культуры. Общественные мифы и социально-историческая мифология
  7. Макс Вебер
  8. Лекция четвертаяОбъекты и методы культурно-исторического познания. Общественные мифы и социально-историческая мифология (окончание).Текст, его интерпретация и ее пределы
  9. Макс Вебер (1864—1920).
  10. Социология М. Вебера
  11. Универсальные банки
  12. Универсальные компьютеры.
  13. 13. «ПОНИМАЮЩАЯ» СОЦИОЛОГИЯ М. ВЕБЕРА
  14. Универсальная модель на информационной основе
  15. 6. Социология господства М. Вебера и ее типы
  16. Социология по Веберу
  17. Социология как наука о культуре - Макс Вебер.
  18. Универсальность банков Европы