<<
>>

Экзистенциальные условия существования менеджера

Различие между административной системой и менеджментом как двумя противоположными куль­турно-историческими типами управления наглядно проявляется в жизненных условиях существования руководителя и менеджера.

В плановой экономике ру­ководитель имеет гарантированные статус, служебные привилегии и даже защиту от служебного понижения. Как правило, проштрафившихся советских руководи­телей пересаживали из одного управленческого крес­ла в другое, но не понижали в должности. Подобная тенденция сохранилась и в постсоветском обществе. Иначе обстоят дела в рыночной экономике. ЗДесь жизненную ситуацию менеджера определяют совер­шенно иные культурные константы, прежде всего неопределенность, риск и неудача.

Одним из первых этой проблемой заинтересовал­ся видный американский специалист по менеджме ту, профессор Мичиганского университета, директор «Бюро индустриальных отношений» Джордж Одиор- не. Одиорне считает, что с точки зрения абстрактного ученого, работающего в области управления, мир ме­неджера является недисциплинированным, т. е. не­предсказуемым, странным, почти неуправляемым. Это мир субъективных наблюдений, стремлений, решений, не поддающихся эмпирической верификации. Следо­вательно, говорит он, следует отказаться от традици­онной науки управления, игнорирующей специфику менеджмента и поведение руководителя в непредска­зуемых условиях рыночной стихии, ибо реальный ме­неджер — это всегда «экзистенциальный» менеджер, находящийся в ситуации риска, трудного выбора, нео­пределенных последствий. Он не столько соблюдает правила, установленные академическими учеными, сколько нарушает их и- лишь благодаря этому достига­ет успеха.

Полагая, что все современные теоретические школы рассматривают исключительно сложную и многообраз­ную деятельность реального менеджера-бизнесмена весьма упрощенно, Одиорне видит выход в применении сконструированной им «экзистенциальной теории управ­ления», основной посылкой которой является отрицание возможности подведения управленческой деятельности под определенные закономерности, правила, нормы. Таким образом, он призывает вернуться к экзистенци­альному менеджеру со всей ужасающей сложностью его действий и выборов. Ключ к этому опыту — не исследо­вание, а «выживание», которое может быть стимулиро­вано экзистенциальной онтологией. Онтология, пони­маемая Дж. Одиорне как наука существования, есть философия экзистенциального менеджера, направляю­щая его действия в условиях неопределенного выбора. Как известно, экзистенциализм понимает «существова­ние» как субъективное состояние индивида. Суть менед­жера, по Одиорне, заключается в том, что он существует, решает, действует. Вначале менеджер существует, затем создает самого себя.

Одиорне отмечает, что теория управления тради­ционно занималась исследованием руководства в круп­ных корпорациях, огражденных в силу своего могуще­ства от действия множества факторов, с которыми сталкиваются менеджеры небольших фирм. Как пра­вило, теоретики игнорируют сотни тысяч мелких орга­низаций, где менеджеры не только не преуспевают, но зачастую терпят полное поражение. Между тем сегод­ня поток оборота кадров, текучесть менеджеров на­правлена от больших корпораций в сторону малых фирм, отличающихся большими возможностями роста, более интересной, хотя и более рискованной работой.

Почти все современные концепции управления, преподаваемые как в школах бизнеса, так и на различ­ных курсах менеджмента, сводятся, по мнению Оди- орне, к следующему: «Как стать хорошо оплачиваемым служащим одной из 500 крупнейших корпораций». Никто не думает о том, что к 37 тыс. фирм со 100 — 500 рабочими приложимы одни принципы, в то время как к 4,3 млн. фирм с числом работающих от 1 до 99 — совсем другие. Речь идет о местной промышленности, сфере обслуживания, небольших строительных фир­мах, где персонал неустойчив, а организация неста­бильна. Средняя продолжительность существования таких фирм не превышает 7 лет. По данным статисти­ки, в США из каждой тысячи новых предприятий ра­зоряются 930. Поэтому мелким бизнесом управлять гораздо труднее. Классические же теории управления создаются для успешных менеджеров и не выдержи­вают никакой проверки при расширении сферы их приложения.

Принципиальную невозможность создания науки управления по старым меркам Одиорне видит в суще­ствовании экзистенциалистских «ситуационных огра­ничений». Первое ограничение заключается в «ситуа- циональности» самого менеджера, который, не успевая выйти из одной критической ситуации, немедленно попадает в другую. Он живет и действует в постоянно меняющейся обстановке со многими неизвестными. Едва решив проблему, он обнаруживает, что число трудностей умножилось именно потому, что часть из них уже была преодолена. Экзистенциальный менед­жер напоминает мифологического Сизифа, всю жизнь пытающегося поднять на гору свой груз (управленчес­кие задачи). Всякий раз, когда ему кажется, что победа уже близка, приходится начинать все сначала. Он на­деется опереться на прошлый опыт, однако новые проблемы требуют новых решений. Тем не менее толь­ко прибегая к своему опыту, оценке конкретных ситу­аций, через которые он прошел, менеджер может под­готовить себя к новым неожиданным ситуациям.

Второе ситуационное ограничение— это удача. Одиорне подчеркивает, что все теории— за исключе­нием статистики и теории игр — сбрасывают со счета данное обстоятельство, в то время как в реальной дей­ствительности оно имеет исключительное значение. Он рассматривает удачу как чистую случайность. Никто не знает пути к ней: она, как и беда, всегда застает врасплох. Поэтому представления «науки управления» о том, что менеджер управляет событиями, просто наивны. Самое большее, что можно сделать — приспо­собиться к обстоятельствам. Потому-то применение к деятельности менеджера логического позитивизма наталкивается на жесткие ограничения. Логические конструкции, даже созданные на основе реальных фактов и факторов, не могут применяться к новым отношениям.

Третье ситуационное ограничение заключается в борьбе и конфликтах, сопровождающих всю деятель­ность менеджера. Одиорне толкует конкурентную борь­бу (в которую вовлекаются и менеджеры) как некую общечеловеческую ситуацию, заключающуюся в том, что «полное согласие между людьми невозможно»?5 . Людям, считает он, присуще стремление строить свои отношения с позиций «господства сильного», путем всевозможных махинаций и манипуляций, и лучшее, на что можно надеяться, — это конкуренция без откро­венно выраженной враждебности. В основе всего ле­жит всеобщий конфликт между ограниченными ресур­сами человечества и неограниченными притязаниями людей. С этой точки зрения, конкуренция оказывается естественной и неизменно критической ситуацией. Ограниченность ресурсов вызывает недовольство, ос­трие которого направлено против тех, кто добился успеха. Никакие попытки разрешить конфликт на ос­нове бихевиоризма или математических моделей не приведут к успеху, они лишь помогут одной из сторон получить временный выигрыш или будут способство­вать проигрышу в экономической борьбе.

Четвертое ситуационное ограничение — постоян­но сопровождающее менеджера чувство «неизбежной вины». Речь идет о конкретной вине, связанной с со­знанием совершенного поступка, преступления и т. д. Чувство вины априорно: оно присуще менеджеру, по­скольку он менеджер, т. е. сделал свой экзистенциаль­ный выбор. По сути дела, оно даже не зависит от от­ношения менеджера к другим людям: это прежде всего осознание вины перед самим собой за собственные промахи, неудачи, неизбежные в менеджерской дея­тельности. Менеджер обречен на то, что всегда наряду с успехом его ждут неудачи. Терпя неудачи и стремясь всячески продлить желаемый успех, менеджер даже в период преуспевания ощущает чувство неизбежной вины, поскольку уверен, что мог бы поступить иначе. Чувство вины, никогда не покидающее менеджера, не может не оказывать влияния на его судьбу.

Пятым «необратимым и неуправляемым» экзис­тенциальным ограничением является смерть менедже­ра — последняя возможность не быть. Хотя дата его смерти конкретно не установлена, жизнь его перма­нентно находится под знаком неопределенности. Судь­ба менеджера в компании далеко не всегда определя­ется его служебными успехами. Какое бы должностное рвение он ни проявлял, всегда найдутся недоброжела­тели или завистники, которые через серию интриг поставят его в ситуацию пограничного выбора: уйти добровольно или быть медленно съеденным недруже­любным руководством. Уход, как и любая капитуляция, означает социальную смерть в данной организации и возможность нового рождения в другой. Очень часто переход на новое место работы приводит к невиданно­му доселе раскрытию творческого потенциала. Менед­жеру кажется, что наконец-то он нашел «свой» коллек­тив, работу по душе. Так может продолжаться очень долго или оборваться на следующий день. Неопреде­ленность тяготеет над судьбой менеджера. Конфлик­ты, ссоры, интриги, неудачи и связанные с ними стрес­сы подтачивают его здоровье и зачастую ведут не к символической, а к физической смерти.

Мотивы, которыми руководствуется менеджер, субъективны, они проникнуты симпатиями и антипа­тиями, любовью и ненавистью, страхом и надеждой. Полагать, что мотивы опираются на обоснованные доказательства, значит, рассматривать менеджера вне экзистенциального контекста, т. е. мыслить неправиль­но. Предположения академических ученых, согласно которым самый успешный менеджер — «менеджер мыслящий», не имеют под собой никаких оснований. Правильнее было бы предположить, что успешный менеджер занят настолько, что не имеет времени заду­мываться (рефлексировать) над теориями, объясняю­щими его успех. Преуспевающий менеджер слишком занят достижением успеха и карьерой: в суете дней он не имеет времени рационально осмыслить причины своих успехов или неудач. Жизненная философия менеджера не всегда ладит со здравым смыслом (хотя он и убежден в обратном), но обязательно исходит из накопленного опыта. Советы ученого-теоретика долж­ны быть достаточно компетентны для того, чтобы ме­неджер мог к ним прислушаться.

Поскольку Одиорне рассуждает об экзистенциаль­ном менеджере, смерть оказывается самым сильным доводом против возможности создать законченную теорию управления. Ведь смерть — это то, что присут­ствует в самой жизни, человек сознает и переживает ее как неустранимый момент своего бытия. Жить — значит жить со смертью, присматриваться, прислуши­ваться к ней, сознавая то, что она приближается все ближе к тебе.

Сложная природа человека и условия, в которых он действует, не станут проще, если мы будем рассмат­ривать его как логическую машину, а деятельность — как математическую модель.. Однако нельзя совершен­но отказаться от теоретического осмысления менед­жерской деятельности. Принципы ее иррациональны, но все же они существуют, убежден Дж. Одиорне. Те, кто пытался описать их, шли путем логического анали­за, что совершенно недостаточно для понимания управ­ленческой деятельности. Теория должна быть экзистен­циальной: ее исходным пунктом могут являться лишь непреодолимая субъективность индивида, осуществля­ющего свой жизненный проект, личные переживания и жизненные ситуации, не поддающиеся эмпиричес­кой верификации. Близость смерти, как часть управ­ленческой теории, основана на экзистенциальной он­тологии, предлагающей объяснение социального пути менеджера в организации либо вдоль множества орга­низаций как ограниченной временем и жизненными условиями траектории.

Время для экзистенциального менеджера не есть ординарный континуум, разделенный на три части: прошлое, настоящее, будущее. Время — это предмет внутреннего бытия. Пока менеджер не заполнит каж­дый временной отрезок своей жизни значимым содер­жанием экзистенциальных выборов, он будет теряться в столпотворении разорванных фрагментов. Время, поставленное перед лицом личной смерти, становится серией его удач и поражений, которые он не должен отличать друг от друга. Будущее для экзистенциально­го менеджера есть не неопределенные серии «сейчас», а некий предел, ограниченный его смертью.

Экзистенциальная теория менеджмента исходит из того, что в мире бизнеса существуют неудачливые ме­неджеры, численно превосходящие своих удачливых коллег. Успешный менеджер создает себя посредством собственных экзистенциальных выборов и вытекающих из них действий. Он буквально выбирает себя. Он мо­жет покинуть (освободиться) от существования, как менеджер или как личность, в любое время, которое он выберет. Существование менеджера ограничено его ситуационной природой, а удача или неудача, конфликт и борьба, вина и смерть, присутствующие во всех его действиях, являются неустранимой частью такой ситу­ации. Современный менеджер остро осознает пробле­му выживания. Он чувствует социальную ответствен­ность за правильность своих действий перед собой, своей семьей, фирмой, наконец, перед обществом.

<< | >>
Источник: Кравченко А.И., Тюрина И.О. Социология управления: фундаментальный курс: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Академический Проект,— 1136 с. — («Gaudeamus»). 2005

Еще по теме Экзистенциальные условия существования менеджера:

  1. 17. Необходимые знания, умения и навыки, повышающие безопасность человека при автономном существовании в природных условиях.
  2. Вместо введения: Менеджер как коммуникатор. Коммуникативные качества менеджера
  3. СРОК СУЩЕСТВОВАНИЯ
  4. Существование
  5. ФОРМА СУЩЕСТВОВАНИЯ ЦЕННОЙ БУМАГИ
  6. «СПОСОБЫ СУЩЕСТВОВАНИЯ» ДИСКУРСОВ
  7. Менеджер по персоналу (Ьг-менеджер)
  8. Лекция № 12 ПОСЛЕДСТВИЯ СУЩЕСТВОВАНИЯ ВНЕЛЕГАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ
  9. § 1. Международное денежное обращение: причины существования, этапы становления
  10. 84. ПРОБЛЕМА ВОЗМОЖНОСТИ СУЩЕСТВОВАНИЯ РЕЛИГИИ КАК ФИЛОСОФИИ В XIX в
  11. Представления о посмертном существовании души. Мистерииа) Дионис в Греции и Риме