Задать вопрос юристу

§ 2. Власть: история вопроса

Власть представляет собой явление многомерное. Феномен власти и неравенство ее распределения между людьми, социальными группами и государственными институтами с давних времен порождали множество объяснений, обоснований и сомнений.
Мыслители начали задумываться о природе власти давно, но до сих пор не дали согласованного и единственно правильного определения. Для одних власть — особого рода влияние, для других — способность к достижению определенных целей, для третьих — возможность использовать те или иные средства, для четвертых — особое отношение между управляемым и управляющим и т.д. Не-которые авторы связывают власть с подчинением, приказанием или с зависимостью, обезличенной волей обстоятельств, а то и с взаимозависимостью. Выдающийся американский социолог Т. Пар- сонс полагал, что власть — символический посредник, аналогичный деньгам, которые сами по себе «ничего не стоят», но принимаются в ожидании, что они могут впоследствии «кассироваться». Согласно определению Рассела, любое достижение намеченного результата действия уже есть проявление власти —- независимо от того, приводит такое достижение к столкновению с другими людьми или нет.
Находятся, наконец, такие политики и ученые, для которы власть предстает как открытие новых возможностей, потенций - словом, как средство политического творчества. Подобное творчество проявляется через решение проблем, позволяющее людя™ находить новые конфигурации для старых (и новых) ресурсов и функций. Такое творчество немыслимо без обсуждения и согласования альтернатив.
Понятию власти свойствен легкий негативный налет, ибо она обычно связывается с представлениями о принуждении, угнетении, насилии или несправедливом господстве. Многие видели в ней источник всего самого низменного и злого. И так было, начиная с античности. В одном из диалогов Платона говорится: «Нет человеческой души, которая выдержит искушение властью». В том же духе в 1887 г. британский политик лорд Актон произнес фразу, которая стала крылатой: «Власть склонна к коррупции, а абсолютная власть коррумпируется абсолютно». Однако в не меньшей степени к этому понятию относятся позитивно или по крайней : мере нейтрально, соотнося с такими явлениями, как законное руководство, авторитет, признанное лидерство, влияние, воспитание, примирение интересов, групповая солидарность.
Для Томаса Гоббса, например, она означала средство достижения будущих благ, а сама жизнь не более чем путь к осуществлению своей мечты, то есть вечное и неустанное стремление к власти, прекращающееся лишь со смертью. «Могущество (ро^ег) человека (взятое в общем виде) есть его наличные средства (Ыз ргезеш теапх) достигнуть в будущем некоего видимого блага (коте (иШге аррагеп! ёоой). Власть человека, если рассматривать ее универсально, состоит в его нынешних возможностях овладеть очевидными будущими благами», — писал Т. Гоббс.
Спустя два века Александр Гамильтон1 задал риторический вопрос: «Что есть власть, как не способность или дар что-либо совершить?» Вопрос не требовал ответа, поскольку предполагал, что сущность власти в том и состоит, что она открывает путь для любого человека, одаренного способностями и энергией изменять общественные институты во благо людям.
В начале XX века Макс Вебер определял власть как возможность индивида осуществить свою волю вопреки сопротивлению других. М. Вебер напоминал, что в зависимости от ситуации говорят о власти отца над детьми, о власти денежного мешка, о власти юридической, духовной, экономической и т.д. Но в первую очередь под властью подразумевают высшую государственную власть. В середине того же столетия Е.Лассуэлл и А.Каплан рас-
' Александр Гшияьтон (1755 или 1757-1804) — лидер партии федералистов с 1789 г., в 1789—1795 гг. — министр финансов США в правительстве Дж. Вашингтона, его секретарь во время Войны за независимость в Северной Америке (1775-1785).
сматривали применение власти как акты, воздействующие на кого- то или предопределяющие другие действия. Позже известный американский политолог Р.Даль утверждал, что власть дает возможность одному человеку заставить другого делать то, что он по своей воле не сделал бы. По существу, он другими словами повторил выражение Вебера.
Политолог Р.Э.Даль: «Мое интуитивное представление о власти выглядит примерно так: А обладает властью над В в той мере, в какой он может заставить В делать то, что предоставленный самому себе В не стал бы делать». Психолог Курт Левин: «Власть Ь над а можно определить... как отношение максимальной силы воздействия Ь на а... к мак-симальному сопротивлению со стороны».
Несколько ранее немецкий философ Ханна Арендт1 полагала, что власть принадлежит не одному человеку, а лишь группе людей, действующих совместно: «Власть, — писала она, — означает способность человека не столько действовать самому, сколько взаимодействовать с другими людьми. Власть не является собственностью одного индивида — она принадлежит группе до тех пор, пока эта группа действует согласованно» . Власть генерируется, если только и когда только люди общаются друг с другом и взаимодействуют в тех или иных общих делах. С. Луке, возражая ей, утверждал, что в основе всех определений власти лежит примитивное представление: некий А тем или иным образом воздействует на В\ П. Моррисс полагал, что власть — не просто способ воздействия на кого-то или на что-то, а действие как процесс, направленный на изменение (кого-то или чего-то). О том же говорит современный британский социолог А.
Гидденс: обладание властью означает способность менять порядок вещей. Знаменитый американский политолог и теоретик управления Г. Саймон утверждал, что без коммуникации не существовало бы ни власти, ни влияния, понимая коммуникацию в широком смысле, а не только как речевое взаимодействие. По мысли X. Хекхаузена, о власти речь идет тогда, когда кто-либо оказывается в состоянии побудить другого сделать нечто, что этот другой иначе не стал бы делать . Кроме них известны также «одномерная» теория власти Даля, «двухмерная» теория Бахраха и Баратца, «трехмерная» теория Лукса.
Блестящая формула власти М.Вебера как возможности способности навязывать другим свою волю помимо их желан включает в себя понятие о «способности» и «возможности», или иное действие можно назвать проявлением власти, если о побуждает человека (людей) делать что-то, чего они не сдел; бы по своей воле. Находясь на перекрестке, регулировщик с п мощью свистка, жеста и т.д. заставляет шофера сделать то, че тот сам не сделал бы: остановиться, повернуть направо или нале во и т.д. Полицейский дает команду (автомобилист ей подчиняет ся или нет), но это — команда, приказ, а не просьба или предаю жение. Полицейский наделен «возможностями» приказыва благодаря своему должностному положению. Кроме того, он име ет определенные «способности», которые даны ему от природы усилены в результате профессиональной подготовки.
По мнению Стивена Лукса, обладание властью равносильн ; тому, что от кого-то или от чего-то зависят результаты или последствия совершенных действий, которые повлияют на существование и (или) интересы людей и обстоятельств. Например, мощное землетрясение или шторм могут послужить причиной серьезных разрушений. Но они в отличие от политических потрясений происходят стихийно, хотя и затрагивают интересы людей; явления природы существуют, но в них нет «намерения», они случайны и о них нельзя судить в категориях моральной ответ-ственности1. «Совсем иное дело — политические деятели или груп-пы. Они, в отличие от бурь и землетрясений, обладают целым набором специфических человеческих сил или возможностей: убеж-дать, приводить доводы, рефлексировать, общаться, предвидеть результаты действий и мер (хотя бы некоторые), оценивать по-следствия и изменять поведение в зависимости от такой оценки. В этом и состоит уникальность «власти» в человеческом обществе: концепция власти рассматривается с точки зрения морали. Именно эти человеческие возможности и силы становятся основой того, что мы придаем моральный и политический смысл понятию власти»1.
С. Луке отмечает, что в основе идеи власти лежит весьма простая посылка: один индивид каким-то образом воздействует на другого. Однако не всякое воздействие можно считать применением власти. Мы ежедневно оказываем на кого-нибудь множество видов воздействия, но далеко не все из них можно отнести к проявлению власти. Луке полагает, что власть — не просто обыденное, а морально значимое или нетривиальное действие: проявить свою власть по отношению к кому-то — значит затронуть его интересы, а точнее говоря, пойти против его воли, покуситься на его автономность'.
Бертран Рассел рассматривал власть как фундаментальное, объединяющее все социальные науки объяснительное понятие, аналогичное понятию энергии в физике. Теоретически политологи склонны рассматривать власть политических деятелей как действие, направленное на что-то, а не как господства над кем-то. Мало кто сомневается, например, в том, что президент США в полной мере обладает политической властью. И все же Р. Нейш- тадт считает, что президентская власть — преимущественно власть убеждать, притом, что убеждение — обоюдный процесс, а власть убеждать есть власть достигать соглашения.
По мнению М. В. Ильина и А. Ю. Мельвиля, власть выступает средством всеобщей связи при осуществлении целедостижения, символическим посредником, обеспечивающим выполнение взаимных обязательств .
Согласно Е.Вятру, определение власти должно включать не менее двух партнеров, приказ (выражение своей воли по отношению к тому, над кем осуществляется власть, сопровождаемое угрозой применения санкций), подчинение (согласие выполнить приказ и реальное действие по осуществлению своего намерения), административные нормы, устанавливающие, что отдающий приказы имеет на это право, а тот, кого эти приказы касаются, обязан подчиниться.
Различные концепции власти нельзя считать взаимоисключающими. Они фиксируют разные аспекты власти, не пытаясь вытеснить одна другую. В современной политологической литературе нередко выделяют, как минимум, три таких аспекта (или измерения). Во-первых, директивный аспект. В соответствии с ним власть понимается как господство, обеспечивающее выполнение приказа, директивы. Как раз в этом смысле и говорят о властях предержащих, то есть о высшей для данного общества (сообщества) властной инстанции, отдающей обязательные для исполнения приказания. Во-вторых, функциональный аспект, то есть понимание власти как способности и умения практически реализовать функцию общественного управления. Политическая власть представляет собой определенное отношение между политическими акторами. В-третьих, коммуникативный аспект власти, связанный с тем, что власть так или иначе реализуется через общение и язык, понятный обеим сторонам. При этом директивный аспект, то есть власть как принуждение к исполнению воли приказывающего, обычно считается основополагающим .
<< | >>
Источник: Кравченко А. И.. Политология: Учеб. пособие для студ. высш. пед. учеб. заведений. — М.: Издательский центр «Академия»,2001. — 336 с.. 2001

Еще по теме § 2. Власть: история вопроса:

  1. Вопрос 9 ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВЛАСТЬ
  2. Вопрос 10 ЛЕГИТИМНОСТЬ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ
  3. Вопрос 49 ГОСУДАРСТВЕННАЯ ВЛАСТЬ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  4. Вопрос 11 НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИВ РАЗВИТИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ
  5. Вопрос 61. Монопольная власть продавцов ресурсов производства.
  6. Вопрос 66. Роль парламентов и усиление правительственной власти
  7. 3.2. Главные вопросы и события истории хозяйства
  8. 5.3. Принципы налогообложения К истории вопроса
  9. Вопрос 17. Чехия под властью Габсбургов. Чешское право
  10. 3.4. История вопроса
  11. К истории вопроса
  12. 6. Вече и князь в древнерусском государстве – высшие органы власти. Система государственных органов власти
  13. Ткаченко И., Барышева А., Овчинникова О.. Всеобщая история в вопросах и ответах, 2005
  14. Вопрос 1. История государства и права как учебная дисциплина
  15. Сост. Журавлёва И.А.. Всемирная история. История средних веков. Тула: ТулГУ, — 214 с., 2007
  16. Естественная история преступного человека и общие данные по этому вопросу.