<<
>>

§ 3. Уроки «перестройки»

Проблема адаптации политической системы очень остро встала в нашей стране в середине 80-х годов. Пристальное внимание этому во-просу уделял М.С. Горбачев, который очень любил, когда его сравни вали с Ф.Д.

Рузвельтом и называли крупнейшим реформаторов конца XX в. Однако в нашей страде повторить эксперимент, адекватный «новому курсу», не удалось. В принципе, задачи, стоявшие перед ру ководством страны, были ясны: необходимо было повысить эффек тивность нашей экономической системы, улучшить качество жизни населения и добиться повышения гибкости и мобильности основных политических институтов. Тем не менее, несмотря на многочисленные заверения Горбачева о наличии у него четкой «концепции перестрой ки», ни он, ни его сподвижники так и не смогли сформулировать ее в доступной и понятной для населения форме. В итоге вместо мобили зации общества на осуществление реформ происходило нарастание хаоса и неразберихи. Управляемость процессом адаптации политичес кой системы стали быстро теряться.

Фатальной для судеб начатой адаптации политической системы стала XIX партийная конференция (1988 г.), когда было принято ре шение о параллельном проведении экономической и политической реформ. В результате государство (у нас это было равнозначно пар тии) стало стремительно терять контроль над экономикой, в которой не менее интенсивно начали нарастать кризисные процессы. Вместо улучшения качества жизни происходило ее ухудшение. Как следствие росла социальная напряженность, падало доверие к властям и тем ценностям, на которых базировалось наше общество и его политичес кая система. Бесспорно, любые адаптационные процессы сопряжены с опреде ленными кризисными явлениями. Но в оптимальном варианте смысл адаптации как раз и состоит в том, чтобы найти политические рецепты лечения болезней, которыми страдает общество. В данном случае бес системные действия реформаторов лишь усугубляли положение.

Пол ная неопределенность ситуации, утеря ориентиров рождали растерян ность в рядах самих инициаторов «перестройки», вели к серьезной

переоценке изначальных целей и задач реформ. В верхнем эшелоне партийной элиты резко обострилась борьба по вопросу, какими про граммно-целевыми установками следует руководствоваться в процес се осуществления преобразований. Горбачев и его ближайшее окруже ние стали быстро склоняться к мысли о том, что смысл «перестройки» должен заключаться не в усовершенствовании существующих обще ственных отношений и политических институтов, а в замене их на принципиально новую модель. Иными словами, речь шла (вначале в завуалированной форме) не об адаптации существующей политичес кой системы к новым условиям, а о ее ликвидации.

На этой волне на авансцену политической жизни стали быстро вы двигаться новые силы, новые лидеры, которые именовали себя «демо кратами». В отличие от инициаторов перестройки, они уже прямо го ворили о том, что страна должна принципиально изменить маршрут своего движения, срочно демонтировать все якобы устаревшие соци альные и политические институты. Хотя лидеры «радикальных демо кратов», так же как и Горбачев, любили апеллировать к опыту «нового курса», их действия в корне отличались от того, что делал Ф.Д. Руз вельт, какие идеалы он стремился утвердить . Всемерно осуждая рево люционный путь общественного прогресса, всячески подчеркивая свою приверженность эволюционному варианту движения вперед, они, на деле, попытались осуществить тот самый «великий скачок», за который в начале истекшего века ратовали большевики.

Скачок наша страна действительно осуществила, только вопрос — куда: то ли вперед, в XXI в., то ли назад, в век XIX? Это — во-первых. Во-вторых, еще предстоит подсчитать, во что обошелся России этот новый, на сей раз «демократический» скачок. Это вопрос будущего, но уже сейчас ясно, что попытки адаптации, подчеркиваем — адаптации политической системы в нашей стране вновь закончились неудачей. Энергия социального недовольства оказывалась направленной не на конструктивную деятельность по усовершенствованию всей совокуп-ности социально-политических отношений, а на разрушение основ со ветской государственности.

Пусть советская государственность отжила свой век, и не так уж плохо, что мы от нее отказались.

Однако смысл любой замены одной формы государственного устройства и присущих ей отношений собст венности другой заключается в переходе к более высокоразвитым формам. Мы же по многим показателям оказались отброшены далеко

назад. Цена свершившейся трансформации намного превысила все ра зумные пределы.

Что еще, кроме цены, заплаченной за эксперименты наших рефор маторов, заставляет говорить о неудаче предпринятой попытки адап тации политической системы? Во-первых, раскол общества и почти критическая поляризация общественно-политических сил, при кото рой трудно рассчитывать на слаженную, продуктивную работу всех элементов политической системы. Во-вторых, жесточайший экономи ческий кризис, порожденный политическими катаклизмами, ставит под сомнение само будущее демократических политических институ тов, ибо уже давно аксиомой стало положение о том, что нищих демо кратий не бывает. В-третьих, до сих пор не удалось сформулировать приемлемой для большинства населения системы идейных ценностей, на которую могла бы уверенно опираться новая политическая систе ма — без этого она повиснет в воздухе. В-четвертых, не выработана стабильная правовая основа функционирования новых политических механизмов, правовую сферу постоянно лихорадит , следовательно, до прочной институционализации всех тех многочисленных и весьма принципиальных нововведений в сфере социально-политических от-ношений еще далеко. Наконец, вся эта совокупность неразрешенных социальных, политических, правовых проблем препятствует форми рованию устойчивого общественно-политического консенсуса, без ко торого ни одна политическая система не может считаться стабильной и следовательно, приспособленной к текущим потребностям общест венного развития.

Итак, мы рассмотрели четыре различные попытки адаптации по литических систем, предпринятые в XX в. в США и России, и попыта-лись выявить соотношение социальных, политических и правовых мо ментов в этих процессах, понять, как эти факторы влияли на успех или неуспех начатых преобразований. Очевидно, что объяснить успех или неудачу процесса адаптации, отталкиваясь от роли только одного из этих факторов, нельзя: это явление многослойное, многоплановое, в нем теснейшим образом переплетаются все указанные факторы, и именно их взаимодействие обусловливает общую динамику процесса адаптации политической системы. Когда какой-либо из этих факторов по тем или иным причинам выпадает из общей связи, в ходе адапта ции немедленно возникают перекосы, ставящие под сомнение конеч-

ный результат преобразований. Важно подчеркнуть, что успех процес са адаптации детерминируется не просто объединением указанных факторов в единый комплекс. Необходимо, чтобы содержащийся в этом комплексе потенциал был направлен в конструктивное русло, иначе вместо постепенного, эволюционного преобразования базовых элементов политической системы к новым реалиям произойдет обвал и страна будет ввергнута, по крайней мере временно, в состояние хаоса и анархии.

Что обеспечивает направление накопившегося в обществе потен циала перемен в конструктивное русло? Думается, прежде всего это зависит от политической мудрости и гибкости тех сил, которые ини циируют начало преобразований. Многое зависит от доминирующей в обществе политической культуры, системы ценностей. Одной из цент ральных задач, стоящих перед теми, кто хочет добиться вывода обще-ства на новую, более высокую ступень развития, без неизбежных при революционных скачках разрушительных катаклизмов, является ми нимизация конфликта и порождаемого им раскола общества на не примиримо противоборствующие группировки. Иными словами, можно примириться с глубокой эрозией общественно-политического консенсуса, но ни в коем случае нельзя допустить его исчезновения — это вернейший шаг к гражданской войне. А для этого исполнительная власть и правящая партия, выступающие, как правило, в качестве ини циирующей и движущей силы реформирования политической систе мы, обязаны выработать такой сплав новых концептуальных идей и традиционных для данного общества ценностей, который бы, с одной стороны, позволял уверенно двигаться вперед, а с другой — создавал возможность для оппозиции конструктивно участвовать в процессе усовершенствования общества.

Наконец, любые, самые интересные и перспективные идеи, относя щиеся к расширению адаптационного потенциала политической сис темы, не обретут устойчивых, законченных, а следовательно, и эффек тивных форм без правовой институционализации, без закрепления в конституционном праве тех подвижек, которые произошли в ходе адаптации в социально-политической сфере.

Конечно, даже оптимальное сочетание социальных, политических и правовых факторов в процессе адаптации не избавляет общество от болезненных катаклизмов, ибо бесконфликтного развития не бывает. Важно, однако, каким путем происходит разрешение конфликтов. Ставший достоянием истории XX в. позволил человечеству в ходе трудных поисков нащупать пути сравнительно цивилизованного (по сравнению с веком XIX) разрешения конфликтных ситуаций. Необхо димо и дальше укреплять те тенденции, которые способствуют усиле-

нию эволюционных начал в общественном развитии, а это, в частнос ти, предполагает интенсификацию научных исследований об общих закономерностях функционирования политических систем, об осо бенностях их приспособления ко все более стремительно меняющему ся социуму.

<< | >>
Источник: М.Н. Марченко. Политология. 2003

Еще по теме § 3. Уроки «перестройки»:

  1. Периодизация перестройки.
  2. Итоги перестройки.
  3. ГЛАВА 4. УРОКИ ИСТОРИИ
  4. Начало политики перестройки.
  5. Уроки для развивающихся стран
  6. Итоги, последствия и уроки войны.
  7. Революции 1848 года и их «уроки»
  8. 2. Перестройка, ее противоречивый характери последствия
  9. Перестройка: причины провала.
  10. Перестройка управления экономикой.
  11. Глава IXРоссия и мировые войны: политические итоги и уроки
  12. Период перестройки советской экономики.
  13. Горбачевская «перестройка» и кризис коммунизма