<<
>>

Средства массовой коммуникации и политика


Политическое значение средств массовой коммуникации в со временном мире очевидно, и его уже не могут игнорировать даже немногие сохранившиеся традиционные режимы. Что касается ли беральной демократии, то ее история тесно переплетена с историей прессы.
Газеты очень рано стали инструментом партийной полити ки и активно использовались в пропагандистских целях уже в про шлом столетии. Та же участь постигла в дальнейшем телевидение, радио, кино и так называемые электронные средства коммуника ции. Однако если сам факт связи между средствами массовой ком муникации и политикой не подлежит сомнению, то интерпретиро вать его можно по-разному в зависимости от используемых исследователем теоретических рамок. Вот почему необходимо ос тановиться на трех теориях, которые сегодня доминируют в «науке о коммуникациях», — теории массового общества, марксизме и структурном функционализме. Разумеется, они будут нас интересо вать лишь в той мере, в какой они затрагивают «четвертую власть», описывают и объясняют ее.
Теория массового общества возникла позднее марксизма, но мы не случайно выносим ее на первое место. Дело в том, что именно эта теория положила начало интерпретации прессы как самостоятель ного и весьма важного фактора распределения власти в обществе. «Массовой» именуют социальную структуру, в которой человек нивелируется, становясь безликим «винтиком» неподвластного ему механизма. Оценивается такое положение по-разному. В рамках радикальной версии теории массового общества оно рассматрива ется как выражение громадной концентрации власти в руках правя щих элит, цинично эксплуатирующих культурные запросы масс, делающих унификацию и стандартизацию личности средством ее порабощения (Карл Маннгейм, Дэвид Рисмен, Чарлз Райт Миллс). Напротив, Эдуард Шилз подчеркивает положительную роль интег-рации масс в систему «массового общества»: при этом они усваива ют нормы и ценности, создаваемые элитой, и общество движется по пути преодоления социальных антагонизмов. Однако и радикаль ные и «умеренные» представители теории массового общества ис ходят из того, что главным агентом его становления выступают сред ства массовой коммуникации. Именно они предоставляют людям видение их собственного места в обществе, средства развлечения и отвлечения от проблем, в совокупности составляющие массовую культуру. Массовой эта культура является как по способу произ водства (который описывается по аналогии с поточно-конвейерной индустрией), так и по характеру потребления (ее потребитель — это «все люди», независимо от страны проживания, в предельном слу чае — все человечество). Поскольку же средства производства мас совой культуры находятся под контролем политических и экономи ческих элит и служат их интересам, в принципе не приходится ждать от них критического подхода к реальности. Подлинная задача мас совой коммуникации — приспосабливать членов общества к выпол нению запросов элиты.
Классическому марксизму такое повышенное внимание к сред ствам массовой коммуникации вовсе не было свойственно по впол не понятной причине: при жизни Маркса их политическое значение еще только намечалось. В принципе, однако, ничто не мешает рас сматривать их как средства производства, находящиеся в собствен ности буржуазии и служащие как извлечению прибыли (коммерчес кая пресса), так и идеологическому контролю над трудящимися путем навязывания им определенного комплекса представлений.
Первый аспект сегодня довольно активно разрабатывается в рам ках так называемой политэкономической теории средств массовой коммуникации. Поскольку представители этой теории сознательно концентрируют внимание на экономической стороне дела и отвле каются, насколько это возможно, от политики, мы не будем оста навливаться на анализе их взглядов. Что касается второго аспекта, то в его разработку внесли особый вклад ученые, принадлежавшие к Франкфуртской школе, и их последователи. В 1944 г. в США вышла в свет «Диалектика просвещения» Теодора Адорно и Макса Хорк- хаймера, через восприятие которой во многом сформировалась со-временная социология средств массовой коммуникации. Централь ное понятие этой книги — индустрия культуры — стало ныне общепринятым и употребляется исследователями, весьма далекими от марксизма. Тем важнее подчеркнуть, что основной вопрос, кото-
рый поставили перед собой Адорно и Хоркхаймер, состоял в следу ющем: «Почему на Западе так и не произошла социальная револю ция, предсказанная Марксом?» Основную причину провала марк- сова проекта авторы усмотрели в происходящем на этапе «позднего капитализма» изменении характера надстройки, которая обособля ется от базисных экономических процессов настолько, что обретает способность повернуть их вспять. Рабочий класс был ассимилиро ван системой путем подчинения господствующей идеологии, и ве дущую роль в этом сыграла как раз индустрия культуры. Для пони мания роли термина в последующих исследованиях массовой коммуникации очень важна обнаруженная его авторами типологи ческая общность массы как пассивного, глубоко безвольного и бес предельно лояльного продукта социального строя «позднего капи-тализма». Это — совокупность самодовольно-ограниченных, но в действительности легко манипулируемых агентов массовой потре бительской культуры (надо заметить, что на позиции авторов ска зался как опыт их знакомства с американским коммерческим «мас- культом», так и наблюдения за формированием нацистского режима в Германии). «Индустрия культуры, — отмечают Адорно и Хорк- хаймер,— это преднамеренное объединение ее потребителей сверху». Соответственно средства массовой коммуникации предстают как главный механизм классового господства и подчинения в современ ных условиях.
В отличие от предыдущих теорий структурный функционализм с самого начала претендовал на беспристрастное видение средств массовой коммуникации как вещи нейтральной самой по себе, которая может быть использована и на благо человека, и во зло ему. В 1948 г. Гарольд Лассуэлл сформулировал вопрос, по мере ответа на который становится ясным структурно-функционалистское по нимание средств массовой коммуникации: «Кто говорит — что со общает — по какому каналу — кому — с каким эффектом?» В соот ветствии с этой формулировкой как отдельные объекты изучения выделяются: коммуникатор (т. е. инстанция, организующая и конт ролирующая процесс массовой коммуникации); сообщения как та ковые; технические средства; аудитория, ее количественно описы ваемые социальные и социально-психологические характеристики; результаты — изменения в сознании аудитории. Такова структура средств массовой коммуникации. Кроме того, им приписывают оп- ределенные функции. Уже из перечисления этих функций (по Дэни- су Макквейлу) ясно, что большинство из них носит политически ре левантный характер:
информационная: информирование о событиях и существую щих условиях в стране и мире; обозначение существующих отноше ний власти;
корреляционная: объяснение и интерпретация информацион ных сообщений; обеспечение поддержки существующим властям и господствующим нормам; социализация; координация усилий от дельных социальных субъектов; достижение консенсуса; фиксация социальных статусов и приоритетов;
континуитивная: трансляция доминирующей культуры; под держание общности социальных ценностей;
развлекательная: обеспечение средств расслабления; смягче ние социальной напряженности:
мобилизационная: проведение кампаний в поддержку тех или иных действий в областях политики (в том числе внешней), эконо мики, труда и иногда религии.
Внимательный анализ этих функций показывает, что в действи тельности между подходами Адорно — Хоркхаймера и Лассуэлла много общего. И Франкфуртская школа, и структурный функцио нализм делают акцент на активной вовлеченности средств массо вой коммуникации в поддержание существующего социального и политического порядка. И хотя оценивается это по-разному, обе теории вполне сходятся в характеристике средств массовой комму-никации как преимущественно консервативного социального инсти тута. Надо заметить, что, наряду с кризисом парламентаризма, уси лением политической исполнительной власти и бюрократии, неокорпоратизмом и распадом массовых политических партий, рост политического влияния средств массовой коммуникации рассмат ривается как угрожающий симптом кризиса либеральной демокра тии в целом. Партийная пресса, в XIX—начале XX в. послужившая важным инструментом социальных изменений, почти повсеместно прекратила свое существование. Критики утверждают, что совре менные коммерческие газеты, радио и телевидение, во время пред выборных кампаний «продающие» политиков как товар, способ ствуют лишь стагнации, отвлекая граждан от действительно серьезных проблем.

Однако не хотелось бы заканчивать разговор о средствах мас совой коммуникации на такой пессимистической ноте. Верно то, что, до тех пор пока они находятся под жестким контролем носителей политической и экономической власти, свобода слова остается в значительной мере фикцией. Но верно и то, что пока ее необходи мость признается обществом, всегда сохраняется надежда на ее осу ществление. Как ни странно, именно техническое развитие «поздне го капитализма» в его цитадели — США — придало этой надежде новый импульс. Компьютерный набор сделал издание газеты или журнала доступным не только крупным магнатам, но и, по суще ству, каждому из граждан. Начиная с 80-х гг. в США наблюдается настоящий газетно-журнальный бум, связанный с появлением ко лоссального количества новых независимых печатных изданий, многие из которых носят отнюдь не коммерческий характер. На стоящую революцию в сфере средств массовой коммуникации про извело появление сети Интернет.
Один из стереотипов либеральной мысли прошлого столетия, доживший до наших дней, — необходимость полностью деполити- зировать бюрократию, армию и суды, устранить саму возможность манипуляций общественным мнением со стороны безответственных или находящихся под контролем привилегированных меньшинств средств массовой коммуникации. Современная политическая наука отвергает такой подход как нереалистический. Подлинная пробле ма заключается в том, как добиться ответственности этих институ тов перед политическим руководством и (или) народом? Похоже, что единственный путь к ее решению — большая открытость госу дарственного управления. Некоторые шаги в этом направлении сде ланы в скандинавских странах и в США. Однако отчетливого по нимания того, какие именно институциональные механизмы (и какое их сочетание) обеспечат эффективный контроль над невыборными властями, до сих пор нет.
<< | >>
Источник: ГОЛОСОВ Г.В.. СРАВНИТЕЛЬНАЯ ПОЛИТОЛОГИЯ. 2001

Еще по теме Средства массовой коммуникации и политика:

  1. Средства массовой информации и политическая коммуникация
  2. Коммуникация массовая
  3. § 2. Основные подходы к исследованию массовой коммуникации
  4. § 2. Основные подходы к исследованию массовой коммуникации
  5. § 4. Современные тенденции в развитии массовой коммуникации
  6. МАССОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ
  7. § 3. Результаты воздействия массовой коммуникации на индивидуальное и групповое сознание
  8. Т е м а 9КОММУНИКАЦИЯ В МАЛЫХ ГРУППАХ. МАССОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ
  9. 5. Общественное мнение и социальные стереотипы как результаты массовой коммуникации
  10. Т е м а 6СОДЕРЖАНИЕ, СРЕДСТВА И ЯЗЫК КОММУНИКАЦИИ. СЕМИОТИКА ЯЗЫКА: СИНТАКТИКА, СЕМАНТИКА, ПРАГМАТИКА. ВЕРБАЛЬНАЯ И НЕВЕРБАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ