<<
>>

ПОЛИТИКА И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА


Аксиомой изучения общественных процессов является признание того факта, что ни один феномен социальной жизни, каким бы про стым или специфичным он ни казался, не существует вне связи и от ношений с другими конкретными социальными явлениями.
Более того, реальная природа свойств того или иного явления проявляется только в отношении, во взаимодействии с другими факторами. Поэто му для уяснения сути социального явления абсолютно необходимы учет и анализ всей совокупности соответствующих связей и отно шений.
Такой подход представляется единственно верным и примени тельно к проблеме прав человека. Ибо бытие реального человека не-мыслимо вне всего многообразия его общественных связей и отно шений. Это в полной мере относится и к социальным возможностям и обязанностям или правам и обязанностям личности, существую щим лишь как универсальный способ и результат сложного взаимо действия людей, личности и общества. Ведь фактические социальные возможности (для данных социальных субъектов) всегда обусловле ны общественным организмом в целом, в «снятом» виде содержа щим воздействие всех его атрибутов в их единстве и, следовательно, таких реалий современного общества, как государство, право, поли тические партии, идеологические доктрины и т.д. Уже по этой при чине бытие фактических социальных прав (возможностей) человека, а также их теоретическое осмысление невозможны вне политичес ких феноменов и процессов. Более того, история развития челове чества свидетельствует о том, что именно политические механизмы (и прежде всего государство как основное звено политической сис темы) всегда являлись той организованной силой, которая брала на себя «бремя» интерпретации прав человека и с помощью которой доминирующие социальные группы присваивали основную часть общественного богатства.
В связи с этим следует отметить методологическую несостоятель ность попыток рассмотрения прав человека как неполитического, не идеологического понятия, отрицающих или недооценивающих связь
между правами человека и политическими феноменами. Реальность такова, что человек тысячами нитей связан с политической системой, с политической идеологией, с политическим процессом или же, гово ря обобщенно, с политикой. Естественно, что решение проблемы прав человека связано с деятельностью политических партий, движений, иных объединений, с активной ролью и ответственностью государст ва, с функционированием идеологичных по своей природе систем де мократии и права и т.д. Поэтому первый вывод, который может быть сделан в связи с рассмотрением соотношения политики и прав челове ка, состоит в том, что действительными, реальными (реализующими ся) правами человека в условиях современного общества моїуг быть только те, существование которых опосредовано тем или иным обра зом его политической системой, политической идеологией, полити ческой практикой в целом. Велики возможности и исключительна роль правящих политических партий и государства в выборе путей решения проблемы прав человека, в определении целей, приоритетов и соответствующих средств.
Проблеме прав человека объективно, генетически присуще поли тическое содержание. Можно сказать, что как таковых прав челове ка не существует, а существуют лишь социально-субъективные представления, взгляды, теории о том, что такое права человека, а также основанные на них политические, юридические, моральные и иные социальные нормы наряду с социальными возможностями и обязанностями, предстающими в качестве объекта интерпретации (и прежде всего правовой).
Представления и нормы являются не чем иным, как выражением объективно существующей проблемы удов летворения непрерывно меняющихся и возрастающих потребностей людей (проблема прав человека в широком смысле), принадлежа щих к различным социальным слоям, группам, классам, нациям и т.д. и, следовательно, имеющих свои специфические потребности и интересы. Отсюда неизбежность социально-ценностной, социаль но-классовой интерпретации проблемы прав человека и путей ее ре шения, появления именно идеологизированного и политизированно го понятия «права человека».
В то же время отмеченная констатация ни в коей мере не предпо лагает безусловной, перманентной конфронтации по всем вопросам правового положения личности и тем более не означает абсолютиза ции так называемого классового (в широком смысле слова) подхода. Напротив, политические устремления и политические силы являются в современном мире взаимозависимыми и с учетом возможных край них проявлений политических притязаний и амбиций исключительно опасной сегодня угрозы нестабильности нуждаются (и создают воз-
можности для этого) в выработке и признании определенного мини-мума общесоциальных (в рамках отдельного общества), общечелове ческих и общедемократических требований к правовому и социально му положению каждой личности, реализация которых должна и может быть обеспечена в любом обществе, вне зависимости от особен ностей его социально-политической системы. И, конечно, данная по становка вопроса отнюдь не означает сведения проблемы прав челове ка целиком и полностью только к политике. Проблема прав человека, безусловно, имеет самое различное «звучание», глубоко проникая в мораль, философию, идеологию, религию.
Тем не менее собственно политическое содержание данной проб лемы является наиболее значимым и наиболее емким элементом ее содержания.
Анализируя характер соотношения политики и прав человека, сле дует исходить из признания того факта, что в практически-приклад ном плане вопрос о правах человека ставится только в связи с сущест вованием проблемы прав человека, вызванной прежде всего отсутст вием тех или иных социальных возможностей, с их качеством и характером распределения между людьми. Так или иначе проблема объективно существует и получает конкретно-исторические формы проявления. Решать же вопросы прав человека, как показывает исто рический опыт, можно по-разному. Однако, если практически и всерь ез заниматься этим, то невозможно не затронуть тем или иным обра зом интересы больших групп людей, а также организаций, представ ляющих их интересы.
Всякий вопрос практики или теории прав человека непосредствен ным или косвенным образом зависит от того, как решаются более общие вопросы, как правило, глубокого политического содержания. Например, характер реализации личного («неполитического») права человека на обжалование незаконных действий должностных лиц, го сударственных органов и общественных организаций в суд самым непосредственным образом зависит от того, в какой мере в государст венно-правовой практике, в политической жизни страны в целом осу ществляется принцип независимости судебной ветви власти от власти исполнительной, каковы авторитет и роль суда в обществе. В еще большей степени это можно отнести к праву человека на труд, по скольку оно не может быть реализовано без осуществления принципа социально-политической ответственности государства и общества за реализацию этого социально-экономического права. Функционирова ние же данного принципа в политической практике само по себе воз можно лишь при соответствующей расстановке политических сил в
обществе, является, как правило, результатом политической борьбы трудящихся за свои права.
Условно говоря, может быть, для прав человека как таковых их деполитизация и деидеологизация были бы одним из лучших вариан тов их существования и реализации. Ибо они могли бы в этом случае «изолироваться» от влияния таких нестабильных, противоречивых и порой откровенно негативных факторов, какими в том или ином слу чае могут выступать практическая политика (в том числе правовая) и различные проявления политической идеологии. Однако подобное положение вещей невозможно сконструировать даже теоретически (как некую гипотетическую ситуацию), не впадая при этом в абсолют ную метафизику. «Зависят ли права человека, их существование и осуществление от Декларации прав человека и пактов о правах чело века?» - задает себе вопрос, например, американский философ А. Ге- вирз и, отвечая на него положительно, делает логический вывод о том, что ранее, без данного позитивного признания, их могло и не быть или просто не было .
В то же время необходимо признать, что сама вера в существо вание таких прав, и в особенности вера в существование «неотъем лемых», «неотчуждаемых» или «ненарушимых» прав человека, при определенных условиях способна играть заметную позитивную роль, и это обстоятельство не следует недооценивать. В этом смысле права человека могут и должны рассматриваться как один из воз можных и действенных мотивов социального действия. И это, пожалуй, один из наиболее ярких примеров возможности и сущест вования так называемого ценностно-рационального действия, на на личие и практическую важность котррого указывал в свое время М. Вебер. Ценностно-рациональное действие, — писал он, — может быть «основанным на вере в безусловную — эстетическую, религи озную или любую другую — самодовлеющую ценность определенно го поведения, как такового» , даже независимо от того, к чему оно приведет. Ценностно-рационально действует тот, кто, невзирая на возможные последствия, следует своим убеждениям о долге, досто инстве, красоте, религиозных предначертаниях, благочестии или важности «предмета» любого рода.
Подчеркивая динамизм всех видов реальных прав и свобод че-ловека, их непрерывное развитие и изменение, необходимо особо
отметить, что понимание прав человека, их интерпретация в огром ной степени основаны также и на признании стабильности наиболее важных прав и свобод. В свою очередь эта стабильность, как пра вило, «выводится» из наиболее общих, «вечных» духовных ценнос тей и императивов. Например, право человека на жизнь не без ос нований может быть связано (наряду с другими факторами или вопреки им) с библейской заповедью «не убий», а гуманное законо дательство и гуманное отношение к человеческой личности вообще также не без оснований могут связываться с присущим христиан скому вероучению и проповедуемым им на протяжении многих веков человеколюбием. Устойчивые моральные ценности и ценнос ти иного происхождения, естественно, также способны и должны выполнять аналогичную позитивную функцию в свете решения проблемы прав человека.
С точки зрения выработки и развития наиболее справедливого и гуманного подхода к проблеме прав человека и с учетом приоритета общественных интересов и ценностей, огромное значение имеет пози тивный процесс взаимосвязи, с одной стороны, изменяющихся инте ресов, с другой — стабильности нравственных ценностей и императи вов. По нашему мнению, сопряжение этих факторов — безусловная потребность правового и социального развития человечества, принци пиальнейший вопрос теории и практики прав человека, внутренней и внешней политики современных государств.
Ведущая роль социальных интересов вряд ли оспорима. Однако это не означает того, что они непременно должны противопоставлять ся общепризнанным моральным ценностям, общечеловеческим гу манным принципам и общедемократическим политическим и юриди ческим формам. Всегда субъективные по своему характеру социаль ные потребности и интересы не только должны разумно согласовываться с этими факторами, но и могут органично интегриро вать общесоциальные и общечеловеческие приоритеты и нравствен ные ориентиры.
Исторический опыт (в том числе не в последнюю очередь и нашей страны) показывает, что абсолютизация ведущей роли соци альных интересов, в частности, классовых интересов, может дать от-рицательные результаты с точки зрения прогресса прав личности. Взятые же в отрыве от реальных социальных процессов абстракт ные гуманные императивы, в свою очередь, оказываются неэффек-тивными и, более того, могут искусственно (но не с меньшим нега тивным результатом) противопоставляться назревшим социальным потребностям.
Нравственная обособленность, независимость человека, а также его основных прав и свобод от политических процессов являются относительными. И вопрос о наличии, стабильности, независимости, ненарушимости основных прав человека в принципе может ставить ся только в связи с необходимостью формирования и осуществле ния соответствующей социальной политики, направленной на при дание правам человека в обществе действительно фундаментального, «базисного», неизменного значения. Это в принципе понимали и признавали уже создатели Декларации прав человека и гражданина (1789 г.), когда провозгласили, что цель каждого государственного союза составляет обеспечение естественных и неотчуждаемых прав человека . В преамбуле Всеобщей декларации прав человека 1948 г. говорится, что Генеральная Ассамблея провозглашает настоящую Всеобщую декларацию прав человека в качестве задачи, к выполне нию которой должны стремиться все народы и все государства . Европейская социальная хартия (вступила в силу в 1965 г.), став шая дополнением к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), также указывает на общие (политичес-кие и гражданские) права человека и его социальные права как на политическую цель . Конституция Италии 1947 г. (ст. 3) устанавли вает, что задача Республики — устранить препятствия экономи-ческого и социального порядка, которые фактически ограничивают свободу и равенство граждан . Все эти положения, конечно, лишний раз свидетельствуют о том, что и в генетическом плане, и в плане практического осуществления «права человека» по существу неотде лимы от соответствующей идейно-политической установки и поли тической цели и безусловно предполагают, «находят», реализуют себя только в рамках соответствующей политики, соответствующего социального действия.
Известный тезис о том, что проблема прав человека является прежде всего политической проблемой, подчеркивает ее основное со держание применительно к глобальному общечеловеческому масшта бу, но он должен рассматриваться и как имеющий непосредственное отношение к проблеме прав личности в рамках любого общества. Это означает, в частности, что ее решение в условиях любой общественной
системы возможно лишь на основе последовательного осуществления соответствующего «специализированного» курса, органично вытекаю щего из политики в целом и согласующегося с ней, но и имеющего относительно самостоятельное значение. Без такой политики разви тие общества может идти с самыми серьезными осложнениями, вплоть до глубокой деформации основополагающих принципов пра вового состояния личности, даже в условиях относительного прогрес са общества в целом.
Одна из важных задач политики состоит в необходимости «под чинения» работы всех политических, экономических, идеологичес ких, правовых и других социальных институтов провозглашаемой политической линии. Частным, но важным моментом в связи с этим является, на наш взгляд, необходимость «компенсации» «негатив ных» свойств права как формального критерия. Да, закон есть мера политическая. В то же время закон формален, т.е. объективно огра ничен в своих возможностях достижения политических целей. В частности, не случайно, что в целом относительно неплохой для своего времени закон, каким являлась Конституция СССР 1977 г., функционировал плохо. Например, такие конституционные права граждан, как право на участие в управлении государственными и общественными делами (ст. 48), право на критику работы государ ственных органов и общественных организаций (ст. 49), право на обжалование действий должностных лиц, государственных и обще-ственных органов (ст. 58) и ряд других (сам факт выражения кото рых в Конституции страны имеет немалое позитивное значение), в значительной степени носили декларативный характер в связи с су-щественными ограничениями в процессе реализации. Частой явля лась практика серьезного нарушения таких важнейших социально- экономических прав, как право на жилище (ст. 44), право на обра зование (ст. 45) и некоторых других.
Ведь закон — лишь одно из средств, один из инструментов полити ки, и работать полноценно он может лишь в системе средств, обеспе чиваемый организационной, идеологической, экономической и другой целенаправленной социально-практической деятельностью. Он дол жен быть органично «вплетен» в конкретно-исторический контекст процесса реализации задач социальной политики, осуществляемой в том числе (и главным образом в условиях правового государства) и правовыми средствами.
Значимость закона, конечно, должна неуклонно повышаться. Без условное соблюдение требований законов должно стать основным жизненным правилом. Однако роль законодательства никогда не воз растала и не возрастает сама по себе. Правовая же пропаганда также
может дать заметные результаты лишь при вышеизложенных усло-виях.
Кардинальное обновление законодательства в нашей стране, по вышение его качества — это необходимый, важнейший, но все-таки не главный и не решающий фактор на пути к созданию правового госу дарства. И не только по той причине, что возможности юридической формы объективно ограничены, что закон мощное, но не всесильное средство, что невозможно принимать законы и другие нормативные акты по любому поводу, но и главным образом потому, что абсолют ное большинство социальных проблем решаются только комплексом средств.
Особый вопрос — качество принимаемых нормативных актов. Продуманный, своевременный, научно обоснованный нормативный правовой акт способен активно воздействовать на общественные отношения, содействуя их развитию в желаемом направлении. И на оборот, не обладая указанными качествами, юридический документ способен серьезно осложнить их развитие, нанести им ущерб или же принятые нормы могут остаться только на бумаге. Однако нужно иметь в виду, что вопрос социальной эффективности закона практически никогда не сводится целиком только к качеству того или иного нормативного акта. Иными словами, неэффективность за конодательства далеко не всегда зависит от качества нормативного материала. Изменения в социальной направленности текущей поли тики, вызванные огромным «удельным весом» субъективного фак тора в политической деятельности, способны быстро свести к мини муму эффект позитивного действия хорошего, отвечающего объек тивным требованиям жизни закона (не изменяя последний с формально-юридической точки зрения), что весьма характерно для практики.
Понимая необходимость первоочередного решения вопросов борь бы с противоправной и преступной деятельностью (самыми опасными посягательствами на права и свободы личности), следует тем не менее иметь в виду принципиальную возможность обострения проблемы прав личности и в рамках закона, в условиях функционирования пра вопорядка (учитывая значительно более глубокое содержание рас сматриваемой проблемы). В частности, такая ситуация может сло житься в результате принятия значительного числа подзаконных нор мативных актов, формально отвечающих требованиям закона, но практически препятствующих полнокровной, нормальной реализации опосредуемых законом важнейших принципов организации и функ ционирования общества. Не исключена возможность также преиму щественно формального соответствия законодательства в целом Ос-
новному закону — Конституции страны. Более того, сам Основной закон может на каком-то этапе развития общества «оторваться» от социальных реалий и оказаться, так сказать, в нейтральной позиции.
Поэтому, на наш взгляд, едва ли не самой серьезной опасностью в процессе реализации политического курса на создание правового го сударства следует считать реальную возможность сделать его лишь формально-правовым. В связи с этим самые общие требования, кото рым должно отвечать правовое государство, по нашему мнению, со стоят в следующем:
всесторонняя гарантированность основных прав граждан, нали чие отлаженного, несложного и легкодоступного юридического меха низма практической реализации конституционных прав и свобод граждан и их защиты;
соответствие законодательства важнейшим интересам всех со циальных слоев, тенденциям социально-экономического развития и морально-психологической ситуации в обществе;
органичное вплетение законодательства в контекст практичес кого процесса решения насущных проблем;
строгое соответствие текущего законодательства конституцион ному, практическое обеспечение верховенства закона по отношению к подзаконным нормативным актам;
диалектическое сочетание стабильности и динамизма законода тельства;
наличие отработанных демократических процедур участия граждан в правотворческом процессе;
учет общественного мнения;
единство правотворческой, организационной, идеологической и правоприменительной деятельности государства;
наличие совершенного юридического механизма разрешения спорных и конфликтных ситуаций между субъектами права на всех уровнях политической, государственной и социальной структуры;
профессиональная и нравственная безупречность работников государственного аппарата и аппарата общественных организаций, их заинтересованность в качественном выполнении своих профессио нальных обязанностей;
высокий уровень правовых знаний и правовой культуры граж дан страны.
По-видимому и сегодня в правотворческой и политической дея тельности в целом необходимо учитывать, прежде всего при выра ботке, принятии и реализации подзаконных нормативных правовых актов, не зависящее от воли и способностей индивидов фактическое неравенство людей, обусловленное их принадлежностью к различ-
ным социальным группам, слоям, классам, территориям и т.д. Ре альные условия существования пока еще обусловливают серьезные различия в характере, количестве и качестве предоставляемых людям социальных возможностей. Поэтому право, в интересах спра ведливости, в той или иной степени и в каждом конкретном случае, «вместо того, чтобы быть равным, должно бы быть неравным» . При этом, конечно, надо различать, с одной стороны, стремление обще ства создать для каждой личности равные исходные социальные ус ловия для проявления способностей и развития своей индивидуаль ности, и с другой - его решительное неприятие имевших место в прошлом уравнительных тенденций в оплате труда и в предостав лений социальных благ.
Таким образом, признавая тезис о том, что, реформируя общест венные отношения, можно создать значительные возможности для всестороннего и последовательного преодоления проблемы прав личности, необходимо помнить, что эти возможности создаются лишь посредством осуществления соответствующего политического курса и в любом случае при помощи результативного государствен но-правового воздействия на социальные процессы. Характер же та кого воздействия, его эффективность в пределах приблизительно одних и тех же социально-экономических условий могут быть весь ма различными. При этом важно исходить из конкретной социаль ной действительности, так как всякое право личности является ре зультатом сложного взаимодействия многочисленных и порой про тиворечивых факторов, целенаправленное управление которыми эффективно лишь на путях самого широкого социально-политичес кого влияния.
Тем не менее права человека возникают и существуют как много гранное, сложное явление, опирающееся на всю гамму социальных факторов, их обусловливающих, а не только на политическую практи ку конкретного государства и политику вообще. Они могут находить и находят непосредственное выражение и непосредственную опору в морали, в идеологии, в психологии людей, в их мировоззрении в целом, в практике общественно-политических и неполитических дви жений и организаций, в требованиях и особенностях экономической жизни современного общества. Данное обстоятельство обусловливает возможность того, что права человека могут быть и по большей части являются относительно самостоятельным фактором по отношению к государственной политике и политике в целом. Причем фактором,

способным в той или иной степени содержательно предопределять многие важнейшие параметры текущей политической практики, либо таким, с которым как минимум вынуждены считаться и соответствен но этому сообразовывать, соотносить те или иные политические цели и действия.
Права человека в той или иной форме, но так или иначе становят ся в современном мире, более интегрированном и целостном, чем когда бы то ни было ранее, составной, важнейшей частью политичес кой идеологии и практики, «полем» повседневной политической дея-тельности и политической борьбы. В большинстве случаев права че ловека «мобилизуются» выполнять функцию основного приоритета, основной цели всей политической деятельности (как на деле, так и, возможно, лишь на словах) и одновременно — функцию ограничителя этой деятельности, роль некоего внешнего и безусловного «преде > ла» — адресуемые прежде всего государству как таковому (независи-мо от особенностей каждого отдельного государства), как основному субъекту политической жизни.
Большое значение имеют в современных условиях международ но-правовые аспекты проблем прав человека. После Второй миро вой войны, после чудовищных преступлений против человечества, совершенных фашизмом, в мировом сообществе идея ценности че ловеческой личности приобрела особую актуальность. В связи с этим в международной политике отчетливо наметилась тенденция придания этой идее «материальной силы», перенесения ее в сферу социальной практики всего мира. Это нашло выражение, в частности, в том, что понимание ценности человеческой личности, ее достоин ства стали связывать с необходимостью обеспечения минимальных гарантий существования и свободного развития каждого индивида в любом обществе независимо от особенностей его социально-эконо-мической и политической ориентации, а также в формулировании соответствующих требований, обращенных к государствам и на родам.
Важным результатом такой политики явилось принятие современ ными государствами в 1945 г. Устава Организации Объединенных Наций, выражающего принцип уважения основных прав и свобод че ловека. Этот документ, по существу, явился политическим, юридичес ким и идеологическим фундаментом для последующего осуществле ния сотрудничества суверенных государств и народов в области прав и свобод человеческой личности. В первой же статье Устава ООН записано, что одной из целей ООН является осуществление междуна-родного сотрудничества в разрешении проблем экономического, соци ального, культурного и гуманитарного характера, поощрение и разви- тие уважения к правам человека и его основным свободам для всех без различия рас, пола, языка и религии.
Вторым важнейшим документом явилась Всеобщая декларация прав человека. В преамбуле этого международного документа, по священного непосредственно вопросам прав человека и имеющего, по существу, универсальный характер ввиду того, что в нем сфор мулированы основные права человека и основные задачи государств по их осуществлению, говорится, что «Генеральная Ассамблея про-возглашает настоящую Всеобщую декларацию прав человека в ка честве задачи, к выполнению которой должны стремиться все "наро ды и все государства с тем, чтобы каждый человек и каждый орган общества, постоянно имея в виду настоящую Декларацию, стреми лись путем просвещения и образования содействовать уважению этих прав и свобод и обеспечению путем национальных и междуна родных прогрессивных мероприятий всеобщего и эффективного признания и осуществления их как среди народов государств — членов Организации, так и среди народов территорий, находящихся под ее юрисдикцией» .
В 1966 г. Генеральной Ассамблеей ООН были приняты юридичес ки обязательные документы по правам человека (для государств, добровольно признающих их юридическую силу): Пакт об экономи ческих, социальных и культурных правах и Пакт о гражданских и по литических правах. В настоящее время действуют и многие другие международные соглашения по правам человека.
Для реализации в социальной практике государств тех или иных юридических норм, содержащихся в соответствующих международ ных соглашениях по правам и свободам человека, необходимо не толь ко перевести их содержание во внутреннее законодательство страны, но и прежде всего проводить соответствующую социально-экономи ческую политику по созданию условий для фактического осуществле ния содержащихся в них требований. Иначе социальная ценность международно-правовых норм о правах человека остается минималь ной, а государство, не обеспечивающее условий для реализации прав и свобод человека, должно оцениваться другими странами — участника ми совместного соглашения как уклоняющееся от взятых на себя обя-зательств. Отметим, что международное сотрудничество по правам че ловека не сводится только к выработке и принятию соответствующих документов и последующему переводу содержащихся в них юриди-
ческих норм во внутреннее законодательство стран — участниц согла шения (тем более что такие документы могут действовать и непосред-ственно на территориях соответствующих государств). Международ ное сотрудничество необходимо и после указанных процессов в целях успешного выполнения государствами принятых на себя обязательств и осуществления международного контроля за их выполнением. Для контроля созданы специальные международные органы, призванные активно содействовать осуществлению соглашений по правам челове ка: Комитет по ликвидации расовой дискриминации, Группа трех ко миссий по правам человека и др.
Процесс формирования международно-правовых принципов и норм по правам человека продолжается и сейчас. Но все сказанное, конечно, не означает того, что права личности (или некоторые их этих прав) могут непосредственно регулироваться только международным правом и только от него производны. Действительные социальные права людей при всех условиях остаются продуктом конкретного об щественного организма и существует как бы «внутри» него. Само по себе международно-правовое регулирование положения человека в обществе может иметь позитивное значение и играть существенную роль в свете решения проблемы прав личности, но при этом оно всегда является производным, вторичным по отношению к внутренней жизни данного общества, ее государственной организации и полити ческой системе в целом, ибо всегда опосредованно, с одной стороны, суверенной волей государства, а с другой — его социально-экономи ческими, политическими, культурными и другими особенностями. Никакое реальное право не может быть привнесено извне, помимо общества и государства. Очень важным, несколько обособленным аспектом, резко выде ляющим значение взаимозависимости прав человека как идейного и международно-правового феномена и политики конкретного госу дарства, является проблема так называемого культурного реляти визма, значительного своеобразия различных обществ и государств. Самое существенное здесь сводится к тому, что на практике так или иначе, но объективно имеют место различное отношение и различ ная политика государств к правам человека, в основе которых лежат национальные, религиозные, исторические, культурные и иные осо бенности конкретного общества. Причем эти различия наблюдаются даже в тех странах, которые в принципе соглашаются с идеей уни версальности прав человека как некоего минимального стандарта, гарантируемого любым обществом (не говоря уже о тех государст вах, позиция которых в этом вопросе является более сложной и даже скептической). В этом отношении достаточно характерна офи-
циальная позиция Индонезии, заявленная на Всемирной конферен ции по правам человека (Вена, июнь 1993 г.). «Хотя права человека по своей природе действительно универсальны, сейчас общепризна но, что их выражение и применение в национальном контексте (курсив наш. — А.Б.) должно оставаться прерогативой и ответствен ностью каждого отдельного правительства. Это означает, что долж ны приниматься во внимание сложный комплекс проблем, различ ные экономические, социальные и культурные условия, а также уникальные системы ценностей, принятые в разных странах» . Куда более жесткой позиции придерживается, например, Китайская Народная Республика. Официальная точка зрения, заявленная ки тайской делегацией на той же конференции, в частности гласит: «Страны на разных этапах развития или с различающимися исто рическими традициями и культурными ценностями также имеют различное понимание и практику в области прав человека (курсив наш. — А.Б.)... Для большого числа развивающихся стран уважение и защита прав человека прежде всего означает полную реализацию права на существование и развитие. Аргументы, что права человека являются условием развития, не обоснованны ...приоритетным тре бованием является экономическое развитие. В ином случае не может быть речи ни о каких правах человека. Мы считаем, что ос новные критерии оценки ситуации в области прав человека в раз вивающейся стране должны основываться на определении того, по могают ли ее политика и принимаемые меры (курсив наш. — А.Б.) развитию экономического и социального прогресса, удовлетво рению основных потребностей человека в отношении еды и одежды и улучшению качества жизни... Если не обеспечен суверенитет го сударства, не может быть и речи о правах его граждан... Взгляды, согласно которым вопросы прав человека не признают границ и что принцип невмешательства во внутренние дела неприменим в этой области, и любые действия, основанные на этих взглядах, есть не что иное, как формы политики давления. Они нарушают цели и принципы Устава ООН и наносят ущерб благородному делу заши ты прав человека» .
Тем не менее в современном мире быстро растет взаимосвязь и взаимозависимость суверенных государств друг от'друга, отдельного государства от всего мирового сообщества в целом. Отдельные права и свободы человека могут теперь возникать и реализовываться во все
большей степени под воздействием внешних для конкретного общест ва и государства факторов, и в частности под воздействием междуна-родно-правовых принципов и норм, выработанных практикой сотруд ничества. Например, международное сообщество, согласно Уставу ООН, в исключительных случаях может заставить посредством кол лективных усилий государств — членов ООН, в том числе с помощью военной силы, отдельное государство прекратить проведение полити ки войны и агрессии. На практике это будет означать, в частности, и то, что право на жизнь и право на мир для граждан государства-агрес сора могут быть в определенной степени привнесены извне и помимо воли данного суверенного государства.
<< | >>
Источник: М.Н. Марченко. Политология. 2003

Еще по теме ПОЛИТИКА И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА:

  1. Лекция 25 ПОЛИТИКА И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА
  2. 2. Права человека. Защита прав человека.
  3. 2. Права человека и защищенность личности
  4. Права и свободы человека
  5. 5.8. Основные права, свободы и обязанности человека игражданина в Российской Федерации
  6. § 3. На пути обновления развивающегося общества: ориентация на свободу и права человека
  7. § 4. Соотношение права и закона, прав человека и прав гражданина: дискуссия схоластов или здравый смысл?
  8. § 3. Народ и человек как субъекты политики
  9. 1 1 . СХОЛАСТИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ПОЛИТИКИ И ПРАВА
  10. 12 СХОЛАСТИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ПОЛИТИКИ И ПРАВА
  11. Социология права и политика.
  12. § 2. Связь политики, права и демократии в истории
  13. Закон неадекватности отображения человека человеком.
  14. 7. ПОНЯТИЕ ФИНАНСОВОГО ПРАВА, ИСТОЧНИКИ ФИНАНСОВОГО ПРАВА, ЕГО МЕСТО В СИСТЕМЕ РОССИЙСКОГО ПРАВА