<<
>>

Политическая структура парламентов

Основу политической структуры парламента составляют группы депутатов, образованные по партийному признаку. В разных стра нах они именуются по-разному (парламентскими группами, парти ями, клубами), однако общеупотребительный термин — фракции.

Начало фракциям было положено еще на заре парламентаризма, когда они представляли собой неформальные клубы депутатов, свя занных между собой идеологической близостью или личным поли тическим партнерством, а также отношением к действующему пра вительству. В Великобритании и в ряде ее бывших доминионов понятие партийных фракций до сих пор отсутствует. Парламент делится на правительственное большинство и «официальную оппо зицию». Складывание массовых партий и современных партийных систем привело к значительной формализации статуса фракций. Они представляют собой группы, располагающие собственными орга-низационными и финансовыми ресурсами, штатом обслуживающего персонала и т. д.

Пропорциональная избирательная система делает партийный принцип формирования фракций не только органичным, но и един-

ственно возможным.

Не наблюдается отклонений от него и в тех странах, где системы большинства сосуществуют с устоявшимися партийными системами. Теоретически, те парламентарии, которые особенно привержены «службе избирателям» как модели собствен ного поведения, могли бы чуждаться присоединения к фракциям. В действительности, однако, этого не происходит, ибо принадлеж ность к фракции не только возлагает на депутата определенные политические обязательства, но и приносит довольно ощутимые выгоды: ведь мы уже видели, что именно по принципу представи тельства фракций формируются комитеты, комиссии и общие коор динирующие органы парламентов. Оставаться независимым невы годно. Это проявляется и в тех новых демократиях, где партийные системы еще не сложились, а парламенты (или их части) избирают ся по системам большинства.
Вовлекая независимых депутатов в свою орбиту, фракционная структура парламента положительно влияет на его работоспособность.

Так же как и партии, на основе которых они созданы, фракции взаимодействуют между собой. При двухпартийной (и соответствен но двухфракционной) системе способ этого взаимодействия прост, как прост состав его участников. В условиях многопартийности фракции вынуждены вступать в значительно более сложные отношения коо перации, ибо только такая кооперация позволяет партиям большин ства сформировать дееспособное правительство, а партиям меньшин ства — эффективно действовать в качестве оппозиции. Иными словами, фракции должны вступать в коалиции между собой. Разу меется, межпартийные коалиции существуют и за стенами парламен тов. Однако мы уже видели, что избирательные системы редко созда ют стимулы к коалиционной политике, а если и создают, то эти стимулы, как правило, слабые. Поэтому изучение коалиций, являю щееся одним из важных направлений современной политической на уки, в основном сосредоточивается на парламентских аренах. «Чис тым» случаем коалиционной политики является формирование правительственного большинства в условиях парламентской систе мы. В президентских системах коалиционная политика не так важна, но в той мере, в какой она имеет место, ее модели сходны с наблюда ющимися в условиях парламентаризма. Каковы же эти модели? Можно ли выработать единое, формализованное представление о том, каким образом формируются межфракционные коалиции? В литературе представлены пять основных теорий коалицион ной политики, ведущей к оформлению правительственного большин ства. Согласно предложенной Уильямом Райкером теории «мини мальных побеждающий коалиций», наиболее вероятны коалиции, которые контролируют большинство мест в парламенте (без этого их формирование не имело бы смысла), но в то же время не включа ют фракций, которые не были бы необходимыми для достижения этой цели. При построении этой теории Райкер исходит из того, что фракции — это рациональные политические субъекты, преследую щие цель увеличения собственной власти.

Власть в условиях парла ментаризма — это участие в правительстве, а увеличение власти идентично увеличению числа правительственных постов. Допуская в коалицию малую партию, основные партнеры автоматически сокращают собственное представительство в правительстве. Поэто му участие малых партий приемлемо для них только тогда, когда без этого они не способны образовать парламентское большинство. На первый взгляд данная теория кажется вполне убедительной. Ее основной недостаток состоит в том, что применительно к любой мно гопартийной ситуации она предсказывает слишком много различ ных вариантов коалиционной политики. Две предложенные позднее теории — «коалиций минимального размера» и «коалиций с наи меньшим числом партий» — стремились к преодолению этих недо статков путем уточнения предложенных Райкером критериев. Со гласно первой из них, для увеличения собственной власти основные партнеры по коалиции будут привлекать к участию в ней необходи мые для большинства, но минимальные по собственным размерам фракции. Таким образом, наиболее вероятное парламентское боль шинство — это большинство, опирающееся на наименьший возмож ный перевес над оппозицией. Согласно второй, к участию в коалиции будет привлекаться наименьшее количество фракций, независимо от их размеров. Ведь тогда правительственными постами придется делиться с наименьшим количеством партнеров.

Охарактеризованные выше теории носят формальный характер и принимают во внимание лишь один параметр парламентских фрак ций — их размеры. Ясно, однако, что в реальной жизни важным основанием для формирования коалиций является близость поли тических позиций их участников. Теории, отвлекающиеся от этого обстоятельства, иногда называют «политически слепыми». Две

другие теории коалиций — «политически зрячие». Одна из них, «те ория минимальной дистанции», выстраивает все представленные в парламенте фракции на единой шкале (обычно — «лево-правой»). Наиболее вероятными признаются те «минимальные побеждающие» коалиции, участники которых располагаются на этой шкале рядом друг с другом.

Вторая, теория «минимальных связанных побеждаю щих коалиций», отличается от предыдущей лишь тем, что она до пускает возможность участия в коалициях партий, излишних с точки зрения поддержания парламентского большинства, но оказавшихся на «лево-правой шкале» между двумя необходимыми участниками. Предположим, в парламенте представлены (в порядке их располо жения на «лево-правой шкале» от крайне левой до крайне правой) партии А (8 мест), Б (21 место), В (26 мест), Г (12 мест) и Д (33 места). В табл. 27 представлены предсказываемые каждой из пяти рассмот ренных выше теорий возможные составы коалиций.

Таблица 27

Возможные составы коалиций согласно пяти теориям коалиционной политики Минимальная побеждающая АБВ АГД БВГ БД вд Минимального размера АГД С наименьшим числом партий БД вд С минимальной дистанцией АБВ БВГ Минимальная связанная побеждающая АБВ БВГ вгд Как видим, предсказания теорий довольно сильно различаются между собой. Какая же из них ближе к действительности? На этот вопрос ответили исследования, совместно проведенные Майклом Тэйлором и Майклом Лавером, и, независимо от них, Абрамом де Свааном. Тэйлор и Лавер исследовали составы коалиций в двенад цати западноевропейских странах с 1945 по 1971 г., а де Сваан — в восьми западноевропейских странах и Израиле с 1918 по 1972 г. Эти исследования позволили ранжировать теории коалиций по уровню их предсказательной силы. Результаты ранжирования представле ны в табл. 28. Как видим, они довольно близки. Согласно обоим исследованиям, лучше всего справляется со своей задачей теория «минимальных связанных побеждающих коалиций». Как отметил де Сваан, она работает в пятьсот раз лучше генератора случайных чисел. В отношении второго места у исследователей нет единства. У де Сваана оно отводится «теории минимальной дистанции», при чем по поводу остальных теорий автор замечает, что их эффектив ность не выше, чем у генератора случайных чисел. По Тэйлору и Лаверу, теории «минимальных побеждающих коалиций» и «мини мальной дистанции» работают сравнительно неплохо, причем пер вая из них — немного лучше, чем вторая. Теории коалиций «наи меньшего размера» и «с наименьшим числом партий» не выдержали эмпирической проверки ни в одном из исследований.

Таблица 28

Ранжирование предсказательной силы теорий коалиционной политики Модель Тэйлор и Лавер Де Сваан Минимальная побеждающая 2 3 Минимального размера 5 4.5 С наименьшим числом партий 4 4.5 С минимальной дистанцией 3 2 Минимальная связанная побеждающая 1 1 Как видим, «политически зрячие» теории в целом лучше. Правда, и применять их сложнее, потому что любое размещение партий на «лево-правой» шкале влечет за собой ряд проблем. Во-первых, оце нивая идеологические позиции фракций, мы — вольно или невольно — исходим из того, в каких союзах они уже участвовали. Например, Свободную демократическую партию Германии (СвДП) обычно рас сматривают как «центристскую» именно потому, что она состояла в коалициях то с христианскими демократами («правыми»), то с соци ал-демократами («левыми»). При такой оценке идеологических по-зиций СвДП подтверждается теория «минимальных связанных по беждающих коалиций». Но если почитать программные документы СвДП, то окажется, что по многим вопросам она всегда занимала позицию более правую, чем христианские демократы. В действитель-ности логика ее участия в коалициях с социал-демократами была за дана теорией «минимальных побеждающих коалиций». Во-вторых,

лишь в немногих странах «лево-правая» шкала исчерпывает содер жание проблемных позиций, отстаиваемых партиями и парламентс кими фракциями. Например, существовавшая в 1954-1958 гг. в Бель гии коалиция социалистов и либералов не была «связанной» по «лево-правой» шкале, ибо из нее «выпадали» занимавшие центр по литического спектра христианские демократы. Была ли такая коали ция «несвязанной»? Нет, ибо она была образована на основе проти востояния светских политических сил клерикальным, к числу которых, естественно, принадлежали христианские демократы.

К этому следует добавить, что стремление партий к увеличению власти в обозначенном выше понимании является преобладающей, но не универсальной тенденцией. Ведь поведение парламентских фракций обусловлено не только краткосрочными, но и долгосроч ными стратегическими соображениями. С одной стороны, «мини мальная побеждающая коалиция» может не сложиться, если какие- то из потенциальных участников предпочитают оставаться в оппозиции, надеясь снискать таким образом симпатии избирателей и победить на следующих выборах. Тогда у власти оказываются «ка бинеты меньшинства», не пользующиеся безусловной поддержкой парламента. С другой стороны, в некоторых ситуациях правящим партиям бывает выгодно переложить правительственную ответ-ственность на максимально широкий круг партнеров по коалиции. Тогда правительство формируется на основе «сверхбольшинства». Обычно такое случается в условиях войн или других общенацио нальных кризисов, но в некоторых странах, практикующих «кон-сенсусную демократию», правительства «сверхбольшинства» — ско рее норма, чем исключение. В табл. 29 представлена информация о распространенности «кабинетов меньшинства» и «сверхбольшин ства» в зрелых либеральных демократиях.

Как видим, «минимальные» кабинеты преобладают, но далеко не исчерпывают спектра возможностей коалиционной политики. До вольно значительное воздействие на нее оказывают характеристики партийной системы. Установлено, например, что чем выше уровень политической фрагментации, тем ниже вероятность формирования «минимальных кабинетов». В то же время коалиционная политика оказывает фундаментальное влияние на такую важную характерис тику политической системы, как продолжительность существования правительств. Как подсчитал Аренд Лейпхарт на основе данных по двадцати устойчивым демократиям, в 1945-1980 гг. средняя продол жительность существования «минимальных побеждающих кабине тов» составляла 46 месяцев, в то время как «кабинетов сверхбольшин ства» — 23, а «кабинетов меньшинства» — 19 месяцев.

Таблица 29

Время, в течение которого действовали правительства «минимальных побеждающих коалиций», «сверхбольшинства» и «меньшинства» (за период 1945-1980 гг.) Страна Время действия правительства, % «Минимальные побеждающие коалиции» «Сверхболь-шинство» «Меныпинств- о» Австралия 86 14 0 Австрия 84 11 4 Бельгия 75 22 3 Великобритания 90 0 10 Германия 78 22 0 Дания 32 0 68 Израиль 17 81 1 Ирландия 78 0 22 Исландия 86 10 4 Италия 17 46 36 Канада 73 0 27 Люксембург 96 4 0 Нидерланды 25 71 4 Новая Зеландия 100 0 0 Норвегия 67 0 33 Финляндия 25 50 25 Франция (после 1958 37 63 0 г.) Швейцария 0 100 0 Швеция 32 0 68 Япония 77 15 8 В среднем 59 27 16 Сегодня законодательная власть редко законодательствует. Часто высказывается мнение, что она вообще пришла в упадок. Но это мнение следует признать упрощенным. Конечно, давно прошли времена Руссо, когда еще можно было допустить, что многолюдное собрание станет эффективным орудием принятия решений. Совре менный парламенте большинстве случаев ничего не предпринимает сам, однако ни один из других ныне существующих институтов не способен успешнее выполнять важнейшую задачу — заставлять по литиков и бюрократов действовать, сочетая решительность с ответ ственностью. Еще раз повторю, что для этого нужно парламенту: он не должен находиться под слишком жестким контролем со сто роны политических партий; депутаты должны подходить к своему занятию профессионально; исключительно важно иметь специали зированные, постоянно действующие парламентские комитеты. Ра зумеется, либеральная демократия несовместима с подчинением об щенационального представительства исполнительной власти.

<< | >>
Источник: ГОЛОСОВ Г.В.. СРАВНИТЕЛЬНАЯ ПОЛИТОЛОГИЯ. 2001

Еще по теме Политическая структура парламентов:

  1. Организационная структура парламентов
  2. Революция 1905—1907 гг. Формирование политических партий. Становление и развитие Российского парламента
  3. 2. Структура политической системы.
  4. 14.1. Понятие и структура политической культуры
  5. ПАРЛАМЕНТЫ
  6. 24.2. Структура и функции политической рекламы
  7. 1. Понятие и структура политического сознания
  8. 6.1. Структура и функции политической системы
  9. 43. Структура и функции политических партий
  10. 1.2. Английский парламент
  11. 11.1. Парламент как институт представительной власти
  12. 65. Политический конфликт: стороны, функции, структура
  13. Классификация парламентов и их функции
  14. Вопрос 25 СТРУКТУРА И МЕХАНИЗМ ФОРМИРОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ