<<
>>

ГЛАВА 11 Становление и модернизация малых стран Западной, Центральной и Северной Европы

Пути становления суверенной Бельгии.

После войны за Испанское наследство провинции, называв­шиеся именем древних воинственных племен белгов бельгий­скими, по Раштаттскому договору 1714 г.

были переданы из-под власти Испании во владение австрийских Габсбургов. В этих провинциях уже в XIV в. зародились первые ману­фактуры. В XVI в. наемный труд стал системой, а широко раз­витое здесь товарное производство — питательной средой и предпосылкой для развития капиталистических отношений. В промышленно развитых провинциях Фландрии и Брабанте имелось большое количество разнообразных по структуре ма­нуфактур — как рассеянных, так и централизованных и сме­шанных, сочетавших в себе ту и другую формы организации производства. Но преобладала все же рассеянная мануфакту­ра. Крупные изменения происходили во Фландрии и Брабанте также в сфере поземельных отношений. Многие крестьяне бы­ли уже лично свободными держателями и арендаторами земли на феодальном праве. За различные повинности и аренду они расплачивались деньгами.
Дворянство фактически перестало использовать землю и довольствовалось получением денежной ренты. Вместе с вытеснением дворянства из хозяйственной жизни деревни шел и процесс его обеднения. Часть дворян­ских земель продавалась их обедневшими владельцами и пере­ходила в руки богатых бюргеров, зажиточных крестьян, фер­меров.

В годы австрийского господства (1714—1789) бельгийские провинции потеряли значение передовых в экономическом от­ношении областей Европы. Дальнейшее развитие капитализма тормозилось здесь противодействием цеховых корпораций, множеством внутренних таможен, отсутствием общих для всех провинций мер веса, длины, денежной системы. Австрий­ский монарх Иосиф II пытался с помощью реформ «сверху» укрепить свое положение в бельгийских провинциях. Он про­водил политику протекционизма, поощрения мануфактур, от­менил феодальную повинность, ограничил самостоятельность католической церкви, частично секуляризовал церковное зем­левладение.

В то же время был усилен контроль над прибыля­ми бельгийских промышленников, значительно ограничены привилегии цеховых корпораций. Господство австрийцев, пы­тавшихся завладеть всеми экономическими, финансовыми и природными ресурсами страны, вызывало растущее недоволь­ство населения бельгийских провинций.

В 1787 г. в этих провинциях возник широкий антиавстрий­ский фронт, основную массу которого составляли крестьяне и городская беднота. Центром деятельности фронта стал Бра­бант, где начались народные выступления. Большое влияние на развитие антиавстрийского движения в бельгийских про­винциях оказала Французская революция XVIII в. Известие о взятии Бастилии послужило сигналом к выступлению бель­гийского населения против власти Габсбургов. В ночь с 23 на 24 октября бельгийская добровольческая армия, сформиро­ванная в Голландии, в г. Бреда, из эмигрантов, перешла в районе Тернгаута бельгийско-голландскую границу и начала освобождение провинции Брабант. На борьбу против австрий­ского гнета поднялись жители Брюсселя, Намюра, Гента и других городов. В результате Брабантской революции в дека­бре 1789 г. почти вся территория бельгийских провинций (кроме Антверпена и провинции Люксембург) была освобожде­на от австрийских войск. Собравшийся в Брюсселе Националь­ный конгресс девяти свободных провинций 11 января 1790 г. провозгласил создание независимого государства — Бельгий­ских Соединенных Штатов.

Однако острая внутриполитическая борьба ослабила силы молодого бельгийского государства, и этим не замедлила вос­пользоваться Австрия. В декабре 1790 г. 30-тысячная австрий­ская армия вступила на территорию бельгийских провинций и восстановила власть Габсбургов. Одной из основных причин неудачи бельгийского национально-освободительного движе­ния в конце XVIII в. явилась его ограниченность. Буржуазия, руководившая этим движением, стремилась лишь к завоева­нию политической власти, отказываясь от удовлетворения требований бедноты: распределить земли, ранее принадлежав­шие австрийцам; снизить налоги; полностью ликвидировать феодальные повинности.

В итоге значительная часть ремеслен­ников и крестьян очень скоро отошла от национально-освобо­дительного движения, что отрицательно сказалось на его раз­витии.

Брабантская революция закончилась поражением бельгий­ских провинций, но она имела важное политическое и истори­ческое значение. В течение десяти месяцев существования Бельгийских Соединенных Штатов страна была федеративной республикой и независимым государством. Революция заняла свое место в ряду буржуазных революций конца XVIII столе­тия — Североамериканской 1776—1783 гг. и Французской 1789—1799 гг., — она была первой, хотя и неудачной, попыт­кой обретения бельгийским народом независимости.

После битвы близ селения Жемап 6 ноября 1792 г. нача­лась первая французская оккупация. 20 января 1793 г. про­грессивно настроенные слои епископства Льежского проголо­совали за присоединение к Франции. Однако после победы при Неервиндене 18 марта 1793 г. австрийские войска вновь всту­пили на территорию Южных Нидерландов.

В ходе революционных войн Франция перешла в наступле­ние, и в 1794 г. бельгийские провинции, освободившиеся от почти векового австрийского господства, были включены в со­став Франции. Сравнительно недолгий период французского господства оставил здесь глубокие следы. Главные завоевания Французской революции: уничтожение сословного феодально­го порядка, гражданское равенство, введение общего для стра­ны французского законодательства, а также административно­го и судебного устройства, наконец, провозглашенная францу­зами свобода судоходства по р.Шельде (закрытой до того в течение 144 лет) — имели большое значение для бельгийских провинций, способствовали росту буржуазии и формированию рабочего класса.

После поражения Наполеона бельгийские провинции по трактатам Венского конгресса 1815 г. были насильно соедине­ны с Голландией, и таким образом в Европе было создано новое государство — Нидерландское королевство, призванное слу­жить противовесом Франции. В объединенном королевстве бельгийские провинции играли по сравнению с Голландией подчиненную роль: экономические, политические и религиоз­ные интересы всех слоев бельгийского населения ущемлялись голландцами.

В 20-е годы XIX в. в бельгийских провинциях происходили экономические, политические и социальные сдвиги, знамено­вавшие переход от мануфактурной стадии к фабричной систе­ме. Это было начало промышленной революции. Внедрение в производство машин неизбежно влекло за собой обнищание трудящихся, разорение мелких собственников (крестьян, ре­месленников и торговцев) и вместе с тем обогащение за счет высоких прибылей крупной буржуазии. Бельгийские про­мышленники нуждались в покровительственных тарифах; голландская же буржуазия, занимавшаяся преимущественно торговлей со своими обширными колониями, требовала от пра­вительства предоставить в этой области свободу. Голландское правительство проводило экономическую политику исключи­тельно в интересах голландцев и в ущерб бельгийцам. И в по­литическом отношении бельгийская буржуазия оказалась ущемленной, почти все важные государственные посты зани­мали голландцы.

Основной закон королевства, отвергнутый большинством бельгийских представителей в Генеральных штатах в августе 1815 г., был навязан бельгийцам. Ряд законов голландского правительства вызвал недовольство всех слоев бельгийского населения. В бельгийских провинциях, особенно в тех, где бы­ли сосредоточены большие массы рабочих, почти каждый чет­вертый или пятый житель был занесен в списки неимущих. Введенная голландским правительством налоговая система сказывалась прежде всего на положении крестьян, которые постоянно бунтовали против налогов на домашний скот, пиво, можжевельник и особенно против ненавистных налогов на убой скота и на помол муки.

Немалую роль среди причин, вызвавших революцию 1830 г. в бельгийских провинциях, играло различие вероисповеданий между жителями северных и южных провинций королевства. На бельгийцев большое влияние оказывала католическая церковь, укрепившаяся здесь еще со времен испанского и ав­стрийского владычества. Голландия же была страной про­тестантской. Некоторые законы голландского королевства ущемляли интересы бельгийского католического духовенст­ва. Некогда враждовавшие между собой политические партии (католическая и либеральная) объединились против голланд­ского режима. В 1829 г. в бельгийских провинциях разверну­лось широкое петиционное движение, в газетах велась энер­гичная пропаганда. В петициях выдвигались требования сво­боды печати и образования, независимости судебной власти и судопроизводства, отмены налога на помол муки, ответствен­ности министров, свободы пользования французским языком, отмены телесных наказаний. Под петициями поставили свои подписи свыше 360 тыс. человек, движение охватило всю стр ану.

Июльская революция 1830 г. во Франции, всколыхнувшая революционное движение во многих странах Европы, наиболь­шее влияние оказала на соседнюю Бельгию, где 25 августа на­чалась революция в Брюсселе, которая затем охватила почти все крупные города страны и закончилась отделением бельгий­ских провинций от Голландии. Характерной особенностью этой революции было то, что помимо устранения феодальных пережитков в экономической, социальной и политической жизни страны в ходе ее решался важнейший вопрос — о наци­ональной независимости. По мере того как в революционное движение втягивались все более широкие слои населения, все настойчивее выдвигалось требование полной политической не­зависимости. Представители левого крыла Комиссии безопас­ности, созданной в дни революции, отделились и поддержива­ли требование независимости. Другая ее часть оставалась вер­на голландскому правительству и опиралась на крупную буржуазию.

Не было в стране единства и среди населения. В то время как часть его сражалась на баррикадах против войск голланд­ского короля, другая часть бежала во Францию, где револю­ция уже закончилась. В Брюсселе было сформировано Времен­ное правительство. Власть в свои руки взяли правые. Бельгия была провозглашена конституционной монархией. На ее пре­столе воцарился Леопольд I из династии Саксен-Кобург-Гота.

Голландский король пытался силой вернуть под свое вла­дычество взбунтовавшиеся провинции, обратившись за воен­ной помощью к четырем великим державам Европы и настаи­вая на военной интервенции в Бельгию. Однако бельгий- ско-голландский конфликт был улажен мирным путем на Лондонской конференции 1830—1831 гг., в которой участво­вали Англия, Франция, Россия, Австрия и Пруссия. После длившихся более года дипломатических переговоров участни­ки конференции вынуждены были признать независимость

Бельгии и ее нейтралитет. Голландский король признал неза­висимость Бельгии только в 1839 г.

Бельгийская революция 1830 г. расчистила путь развитию капиталистических отношений в стране. Заключенные с Гер­манским таможенным союзом, а затем с Францией выгодные торговые договоры открыли для бельгийской промышленнос­ти новые рынки сбыта взамен голландских колоний. С 30-х го­дов бельгийское правительство приступило к крупному желез­нодорожному строительству. Заказы на заводское оборудова­ние, рельсы, паровозы и вагоны дали мощный толчок развитию металлургии. Уже в середине XIX в. Бельгия заняла одно из первых мест среди промышленно развитых европей­ских стран, и ее по праву называли «маленькой мастерской Европы». Развитие капитализма в Бельгии сопровождалось ростом численности рабочего класса, его активности и органи­зованности. В середине XIX в. в стране возникли первые рабо­чие организации.

В 1848 г. бельгийское правительство пыталось предотвра­тить революцию, с одной стороны, путем полицейских репрес­сий, с другой — принятием половинчатых реформ (помощь безработным, расширение избирательного права). Несмотря на эти меры политическая активность народных масс Бельгии резко усилилась. В ряде городов страны, как и во Франции и Германии, произошли уличные выступления, чрезвычайно обеспокоившие правящие круги Бельгии. Правительство при­няло некоторые меры по спасению конституционно-монархи­ческого режима: одобрен законопроект о реорганизации граж­данской гвардии, издан закон бургомистра Брюсселя о запре­щении уличных сходок, в которых участвовали свыше 5 человек, начались аресты и высылка иностранцев, неугодных правительству.

Победа контрреволюционных сил в ряде европейских стран отразилась и на Бельгии, где на выборах 1852 г. большинство получили клерикалы. В конце 1857 г. власть в стране снова оказалась в руках либеральной партии, правившей в течение последующих 13 лет. К этому времени в Бельгии развилось и достаточно окрепло рабочее движение, на которое большое влияние оказывало пребывание в стране многочисленных по­литических эмигрантов. В середине 60-х годов XIX в., ко вре­мени создания секций I Интернационала, в Бельгии преобла­дал утопический социализм, главным образом «рациональный социализм», родоначальником которого являлся Ж. Г. Колен (1783 — 1859),

К середине XIX в. относится появление так называемой на­циональной проблемы, которая носила в те годы преимущест­венно языково-культурный характер. Она возникла как след­ствие неравенства в экономическом, социальном и политиче­ском развитии двух больших национальных областей, которые вместе с Брюсселем образуют Бельгию, — франкоязычной Валлонии и близкой к Голландии по культуре и языку Фланд­рии. Промышленно отсталой Фландрии отводилась второсте­пенная роль. Движение за фактическое равноправие двух язы­ков увенчалось успехом в конце столетия, и Бельгия офици­ально стала двуязычной страной.

От Республики Соединенных Провин­ций к королевству Нидерландов. Республика Соединен­ных Провинций сохраняла суверенитет и прежнее демократи­ческое устройство. Англо-голландские войны во второй поло­вине XVIII в. серьезно подорвали экономику республики и положили начало ослаблению ее позиций в международных делах. Однако во второй половине XVIII в. возросло значение Нидерландов как кредитора Англии и Европы. В 1780 г. гол­ландские капиталисты держали в своих руках приблизитель­но 3/7 облигаций английского национального долга. Таким об­разом, из соперника Англии в области торговли и промышлен­ности Республика Соединенных Провинций Нидерландов превратилась в крупнейшего кредитора Англии, помогавшего своими капиталами росту английского экономического могу­щества.

Голландские торговцы, накопившие огромные капиталы в посреднической торговле, установили свой контроль над всеми отраслями экономики и узурпировали политическую власть. Во второй половине XVIII в. внутриполитическая жизнь в рес­публике характеризовалась столкновением двух основных групп: торговая финансовая аристократия отстаивала респуб­ликанскую свободу, интересы провинций, протестовала про­тив тирании единого правителя и централизации государст­венных учреждений; партия же принца, группировавшаяся под знаменем статхаудера, выступала сторонницей проанглий- ской политики. И если до 80-х годов XVIII в. при малейшем намеке на внешнюю опасность верх брала партия оранжис­тов, то начавшаяся в 1779 г. четвертая война с Англией вы­двинула на авансцену голландской истории наиболее ради­кальные элементы буржуазии и дворянства, объединившиеся в так называемую партию патриотов. Наиболее сильные по­зиции движение патриотов имело в восточных провинциях, где оно получило поддержку мелких бюргеров и большей час­ти населения.

Из-за частых войн в стране создавалась тяжелая экономи­ческая ситуация. Это вызывало недовольство основной массы населения. Начавшееся народное движение поддержала пар­тия патриотов, которая в 1785 г. захватила власть в свои руки. Однако прусские войска, вторгшиеся в Республику Соединен­ных провинций в 1787 г., восстановили власть оранжистов, выступавших за традиционный союз с Пруссией и Англией. Статхаудер Биллем V и торгово-финансовая олигархия, пода­вившая с помощью прусских штыков движение патриотов, усилили репрессии внутри страны, а во внешней политике взя­ли курс на сближение с державами антифранцузской коали­ции. Вот почему французский Конвент 1 февраля 1793 г. объ­явил войну Соединенным Провинциям. Победы французских армий и их вторжение в страну зимой 1794/95 г. вынудили Виллема V бежать в Англию.

Пришедшие к власти патриоты провозгласили в мае 1795 г. Батавскую республику (по имени древнего племени батавов, восставшего против римского господства). Республи­ка заключила с Францией мир и союз и оказалась вскоре в по­литической зависимости от нее. Так начался период француз­ского господства в Голландии, продлившийся почти два деся­тилетия. Образование Батавской республики вызвало в стране острые разногласия по поводу дальнейшего политического устройства. После обсуждения различных проектов в 1798 г. была принята новая конституция.

В Батавской республике вводилось централизованное уп­равление по образцу французской Директории с единой систе­мой государственного законодательства, судопроизводства и финансов. Автономия провинций отменялась, права городско­го патрициата сильно ограничивались; остатки крепостной за­висимости крестьян и привилегии дворян ликвидировались; протестантская церковь отделялась от государства. В июне 1806 г. Батавская республика была преобразована в Голланд­ское королевство во главе с одним из братьев Наполеона — Луи, а спустя четыре года, в 1810 г., Голландия была присо­единена в виде дочерней республики к Французской империи.

Страна была разделена на девять департаментов, подчинен­ных Парижу. Ухудшилась экономическая ситуация, всячески подавлялись национальные чувства. Ненависть к завоевате­лям достигла апогея, когда голландские полки были направле­ны для участия в военных действиях в Испании и России. Ни­где, пожалуй, так не ждали конца Французской империи, как в Голландии. Именно поэтому поражение армии французского императора сначала в России, а затем в битве под Лейпцигом было встречено здесь с таким воодушевлением. Наполеону пришлось отозвать войска из Голландии, после этого француз­ская администрация не продержалась и одного дня.

15 ноября 1813 г. восставший в Амстердаме народ сверг французское господство. Сторонники оранжистов быстро вос­пользовались создавшейся ситуацией. Спустя несколько дней было создано временное правительство, которое решило при­гласить на голландский престол сына Виллема V Оранского, последнего статхаудера Республики Соединенных Провинций Нидерландов.

29 марта 1814 г. в Голландии была принята относительно либеральная Конституция, по которой Генеральные штаты, избираемые провинциальными штатами, разделяли с госуда­рем законодательную власть. Но прерогативы государя были значительны: он один обладал исполнительной властью и ре­шал вопросы войны и мира, жаловал дворянское достоинство и господствовал над Генеральными штатами. В связи с реше­нием Венского конгресса о создании из Бельгии и Голландии объединенного Нидерландского королевства пришлось внести в Конституцию определенные изменения. Воспользовавшись этим, Биллем VI 16 марта 1815 г. провозгласил себя королем Нидерландов под именем Виллема I. По Конституции 1815 г. король наделялся почти неограниченной властью. Министры не несли ответственности перед парламентом, бюджет утверж­дался на десять лет, депутатов верхней палаты назначал ко­роль. Только депутаты второй палаты избирались провинци­альными штатами. Суровый закон о печати грозил прогрессив­ным журналистам тюремным заключением, а в армии были восстановлены шпицрутены и розги.

Акт о создании Нидерландского королевства был, по суще­ству, сделкой, выгодной для великих держав; интересы же двух наций с различным социально-экономическим р азвити- ем, разделенных языковыми и религиозными барьерами, ни­кем не принимались в расчет. Особенно большой контраст был

11 И. М. Кривогуз

в экономике. Бельгийские провинции уже вступили на путь промышленной революции; в Голландии же мануфактура и ремесло пришли в упадок.

Пытаясь вернуть Голландии ее былое могущество, король Биллем I возложил на Бельгию половину голландского госу­дарственного долга в 1,7 млрд гульденов и распространил на нее многочисленные налоги, взимавшиеся в Голландии. Были введены таможенные пошлины, выгодные голландским тор­говцам и ущемлявшие интересы бельгийских промышленни­ков. Такая политика неизбежно вела к революции. В ходе бур­жуазной революции 1830 г. Бельгия отделилась от Нидерлан­дов. Попытки голландцев подавить революцию силой вызвали активное противодействие великих держав. Голландия была вынуждена признать независимость Бельгии; были установле­ны границы между Голландией, Бельгией и Люксембургом.

Бывшие Соединенные Провинции сохранили статус коро­левства и до 1848 г. представляли собой конституционную мо­нархию, в которой король стоял над парламентом. Борьбу про­тив Конституции 1815 г., предоставлявшей неограниченные права королю, возглавила Либеральная партия. Активная де­ятельность либералов и поддержка их требований народом привели к отречению от престола 7 октября 1840 г. короля Виллема I в пользу его сына Виллема II. Однако это не удов­летворило либералов. Их лидер, профессор Йохан Рудольф Торбеке, подготовил проект новой конституции, ограничивав­шей права королевского дома и расширявшей права парламен­та — Генеральных штатов. После продолжительной и напря­женной борьбы в октябре 1848 г. проект был одобрен. Сам Й. Р. Торбеке, способствовавший политическому переустрой­ству страны, трижды возглавлял правительство.

По Конституции 1848 г. значительно расширялись рамки избирательного права и компетенция парламента. Отменялось назначение депутатов первой палаты королем, вводились от­ветственность министров перед парламентом и ежегодное ут­верждение бюджета. В последующие годы, несмотря на сопро­тивление различных консервативных сил, программа либера­лов постепенно осуществлялась. В 1857 г. была проведена реформа школы, в 1862—1863 гг. отменялось рабство в коло­ниях, в 1870 г. упразднялась принудительная «система куль­тур» и был открыт доступ частному капиталу в колониях.

Однако эти реформы почти не затрагивали интересы широ­ких слоев голландского народа, тщетно пытавшегося оказать воздействие на государственную политику и изменить собствен­ное положение в структуре общественных отношений. В 1850 г. в Амстердаме был создан первый в стране рабочий союз — Со­юз гранильщиков алмазов, позднее — союзы печатников, су­достроителей и т. д.

Принятие новой конституции способствовало оживлению в экономике. Быстро восстанавливалась пришедшая в упадок при французской оккупации промышленность. Структура ее была довольно специфичной: наибольшее развитие получили отрасли, связанные с переработкой получаемого из колоний сырья, а также отрасли, производившие товары, поставляе­мые в колонии, — нефтеперерабатывающая, табачно-сигар- ная, пищевая.

В последней трети XIX столетия появились известные ныне монополии, наращивали мощности судостроительная и текс­тильная отрасли, быстро развивались железнодорожное стро­ительство, банковское дело. В целом же XIX век, вошедший в мировую историю как век индустриализации, мало затронул экономику страны. Громадные прибыли, выкачиваемые из ко­лоний, позволяли голландской буржуазии жить безбедно, пользоваться плодами индустриализации, осуществленной в других странах. Колонии были тем «спасательным кругом», с помощью которого Голландия долгие годы и даже века дер­жалась на плаву в бурном океане мирового хозяйства.

Путь к суверенитету и нейтралитету Люксембурга. Испанское владычество, продолжавшееся с небольшими перерывами до 1714 г., было самым тяжелым пе­риодом в истории Люксембурга. Установился режим жесткий и паразитический. Это было время разгула инквизиции, выка­чивания из страны налогов и материальных ценностей, разо­рения крестьянства, вербовок солдат для непрекращавшихся войн Испании в Европе и в огромных заморских владениях. Люксембург служил оплотом реакционного дворянства и като­лической церкви.

В результате войны за Испанское наследство Люксембург в 1714 г. перешел к Австрии. Многочисленные войны разорили страну и довели до обнищания ее жителей. Невиданные сти­хийные бедствия начала века погубили посевы, виноградники и фруктовые деревья, усугубив и без того бедственное положе­ние населения. Последовавшие затем голод и эпидемия чумы вызвали массовую эмиграцию. Все, кто мог, уезжали в Амери­ку. Оставшиеся в стране жители пополняли толпы голодных и оборванных бродяг.

Однако несмотря на разорительные войны, стихийные бед­ствия и общую отсталость страны, хозяйство ее, хотя и мед­ленно, продолжало развиваться. На полях появились новые культуры, в том числе завезенный из Фландрии картофель. На базе богатых месторождений железной руды росла металлооб­работка, в основном для военных целей. В середине XVIII в. были построены кожевенный завод и фаянсовая фабрика. Но в целом Люксембург оставался страной сельскохозяйственной с отдельными очагами металлургии и производств по переработ­ке местного сырья. Города росли медленно и были сравнитель­но невелики. Так, в конце XVIII в. город Люксембург насчиты­вал менее 9 тыс. жителей.

В 1792 г. Люксембург заняли войска революционной Фран­ции, а 1 октября 1795 г. решением Конвента он был присоеди­нен к Франции как новый департамент Форе (Департамент ле­сов). Это привело к крушению господствовавших в стране фе­одальных порядков. На Люксембург было распространено французское законодательство, отменены крепостное право и феодальные повинности крестьян, привилегии дворянства и духовенства, ликвидированы монастыри, а их собственность была объявлена национальным достоянием. К власти пришла буржуазия.

После падения империи Наполеона по решению Венского конгресса в 1815 г. Люксембург был отделен от Франции и провозглашен самостоятельным Великим Герцогством. При этом он потерял часть отошедших к Пруссии земель по пра­вому берегу Мозеля. В качестве «компенсации» за бывшие владения, присоединенные к герцогству Гессен, король Нидер­ландов получил корону великого герцога Люксембурга, и та­ким образом Люксембург оказался в личной унии с Нидерлан­дами. Своеобразие положения Люксембурга состояло в том, что он был связан также с Германским союзом, в который вхо­дил до распада его в 1866 г. Поэтому город Люксембург — сильнейшая в Европе после Гибралтара крепость — был при­знан крепостью Германского союза и занят прусскими войска­ми. В городе расположился прусский гарнизон.

В 1831 г. к образовавшемуся Бельгийскому государству до­бровольно присоединилась почти вся территория Люксембур­га, за исключением самой крепости с ближайшими окрестнос­тями. Девятилетняя борьба между Бельгией и Нидерландами вокруг люксембургского вопроса в 1839 г. закончилась комп­ромиссом. Трактат, подписанный в Лондоне представителями пяти великих держав (Великобритания, Пруссия, Австрия, Франция, Россия), с одной стороны, и Бельгии и Нидерландов — с другой, предусматривал раздел территории бывшего Велико­го Герцогства. Примерно две трети ее отошли к Бельгии, обра­зовав провинцию Люксембург, а три района были возвращены Нидерландам, составив в основном территорию современного государства Люксембург. Недовольство в Люксембурге утра­той весьма значительной части территории побудило короля Нидерландов провозгласить в 1841 г. Декларацию независи­мости этой маленькой страны как некоторую «компенсацию» при сохранении, однако, личной унии.

Вопрос о полной независимости Великого Герцогства был ре­шен лишь после распада в 1866 г. Германского союза. Возник­шая между Францией и Пруссией борьба за присоединение Люксембурга едва не привела к войне. Конфликт был разрешен Лондонской конференцией великих держав в 1867 г., которая провозгласила постоянный невооруженный нейтралитет Люк­сембурга, гарантированный великими державами. Для поддер­жания внутреннего порядка и спокойствия в стране были остав­лены лишь две роты жандармов численностью 300 человек.

Решение Лондонской конференции было подтверждено в Конституции Люксембурга (1868), объявившей Великое гер­цогство «независимым, неделимым и неотчуждаемым, навеч­но нейтральным государством». Признав главой государства, как и прежде, великого герцога, Конституция в то же время ограничила его права, закрепив законодательные функции за палатой депутатов, избираемых на шесть лет путем всеобщих прямых выборов. Правительство, назначаемое великим герцо­гом, было ответственно перед палатой депутатов.

Провозглашение Люксембурга нейтральным, свободным и независимым государством освободило его от бремени военных расходов, воинской повинности, что способствовало росту хо­зяйственной активности и подъему жизненного уровня населе­ния. Закрепленные Конституцией свободы, в частности свобо­да союзов и печати, благоприятствовали созданию политиче­ских партий, представлявших различные слои общества, росту национального самосознания.

Политическое и социально-экономи­ческое развитие Швейцарии в середине XVII—XVIII в.

К середине XVII в. Швейцарский союз представлял собой кон­федерацию тринадцати самостоятельных кантонов, десяти «союзных земель» с ограниченной автономией и некоторого количества бесправных «подвластных территорий» (фогтств). Постоянных центральных органов власти не существовало. Вопросы о войне и мире, об организации армии, федеральной кассе, содержавшейся за счет незначительных взносов канто­нов, время от времени решались представителями кантонов на союзном сейме, который не имел постоянного места для засе­даний и определенных сроков созыва. Каждый кантон имел свое правительство, почту, денежные знаки, таможню. Канто­ны заключали торговые договоры с иностранными государ­ствами. Гражданин одного кантона считался иностранцем в другом.

Не было языковой и религиозной общности. В ходу было четыре языка. Население большей части кантонов (центр, се­вер, северо-восток) говорило на немецком языке; меньшей, ро­манской части (запад, юг) — на французском и итальянском. Потомки древнего населения Альп (ретов и гельветов), жив­шие в высокогорной части кантона Граубюнден, говорили на рето-романском языке. В Северной Швейцарии преобладал протестантизм (лютеране, кальвинисты), на юге — римско-ка- толическая церковь.

Политическая раздробленность страны, бедность полезны­ми ископаемыми и весьма ограниченные возможности для земледелия (более половины территории занимают горы и озе­ра) обусловили своеобразие ее социально-экономического раз­вития. По уровню и характеру хозяйства страна резко дели­лась на горную и равнинную части.

Удобно расположенные на перекрестке торговых путей городские кантоны в равнинной части Швейцарии (Берн, Же­нева, Базель, Цюрих) были крупными центрами ремесла и торговли. Этому способствовало отчасти и то обстоятельство, что более развитая протестантская часть Швейцарии охотно давала убежище от религиозных преследований своим едино­верцам из Франции, Англии, Голландии, среди которых было ,немало искусных ремесленников, богатых купцов, крупных банкиров. Они принесли с собой новые производства (часовое, шелковое, выделка бархата и др.). В XVII в. наряду с цеховым ремеслом появились суконные, кожевенные, шелкоткацкие мануфактуры.

В XVIII в. быстро росло число текстильных мануфактур. К концу века Швейцария вышла на одно из первых мест в Ев- pone по выпуску хлопчатобумажных тканей. Развивались книгопечатание, производство бумаги, часов. Около трети все­го взрослого населения Женевы было занято в часовом и юве­лирном производствах, которые в дальнейшем приобрели ми­ровую известность. Большим авторитетом и влиянием пользо­вались женевские банкиры. Именно из Женевы происходил Неккер — генеральный контролер финансов, промышленнос­ти и торговли в предреволюционной Франции. Общеевропей­ское значение имели ярмарки Базеля, Женевы.

В горных кантонах (Швиц, Ури, Унтервальден), изолиро­ванных от торговых путей и промышленных центров, почти лишенных пахотных земель, население занималось исключи­тельно пастбищным скотоводством. Продукция скотоводства — шерсть, шкуры, масло, сыр — сбывалась в городские кантоны. Но хлеба не хватало, и большую его часть приходилось вво­зить. Здесь очень сильны были патриархальные порядки. Од­нако в процессе разложения крестьянской общины разорив­шиеся крестьяне в поисках заработка уходили на равнину и нанимались на военную службу в другие государства. Это по­родило характерную особенность Швейцарии — военное наем­ничество (оно было запрещено законом лишь в 1859 г., с тех пор швейцарская гвардия сохранилась только в Ватикане). За несколько столетий (XVI — XIX вв.) маленькая страна напра­вила на военную службу за границу (не только в Европу, но и в Северную Америку, Индию) около 2 млн солдат, сражавшихся за чужие интересы и под чужими знаменами. Швейцарские наемники нередко использовались иностранными государства­ми для подавления народных движений. Так, 10 августа 1792 г. швейцарцы вели из Тюильрийского дворца огонь по восставшим парижанам даже после того, как французские мо­нархисты покинули дворец. Беззастенчивая торговля кровью своих сограждан вошла в практику кантональных властей, не­мало зарабатывавших на поставке наемников.

Политическое устройство кантонов не было однородным. Городские кантоны представляли собой маленькие аристокра­тические республики, в которых господствовали патрициат и феодальное дворянство. В горных «лесных» кантонах для ре­шения важных государственных дел ежегодно под открытым небом созывались народные собрания. Со временем они все больше выражали волю олигархии, связанной кровными уза­ми с богатыми землевладельцами и офицерством наемниче­ских войск. Между городскими и горными кантонами, канто­нами и форгствами, а также внутри городов — между патри­циатом, ремесленными цехами и зарождавшимся «третьим сословием» — шла постоянная борьба. Крестьяне выступали как против феодалов, так и против городов, нещадно эксплу­атировавших сельскую округу. Борьба внутри союза нередко выливалась в открытые восстания и войны. В 1653 г. кресть­янская война охватила ряд кантонов, в том числе города Ба­зель, Берн, Люцерн, Золотурн, Цюрих. В XVIII в. происходи­ли восстания против городской олигархии в Цюрихе (1713), Берне (1749), Женеве (1781 — 1782) и Фрейбурге (1781 — 1782).

Швейцария в поисках переустройства и консолидации общества. Под влиянием Французской революции в Швейцарии усилилось стремление к централиза­ции и демократизации страны. Важную роль в этом сыграли популярные в стране идеи Руссо и пропагандистская деятель­ность возникших здесь клубов и обществ, в частности «Гель­ветического общества», основанного еще в 1761 г. В 1792 г. состоялись революционные выступления в Женеве, Вале, Во. В Базеле была образована так называемая Рауракская респуб­лика, которая в мае 1793 г. присоединилась к Франции. После оккупации в 1798 г, Швейцарии войсками французской Ди­ректории конфедерация распалась. Была провозглашена «еди­ная, нераздельная Гельветическая республика». Впервые в стране была создана центральная власть и введена конститу­ция (точная копия французской Конституции 1795 г.), про­возгласившая равенство кантонов, отмену личной крепостной зависимости и цеховой регламентации, свободу совести, печа­ти, торговли, ремесла.

Однако осуществить основные положения конституции республике не удалось. Подписав военный договор с Франци­ей, она оказалась втянутой в войну с антинаполеоновской ко­алицией. Швейцария страдала от военных действий, контри­буции, наложенной французами, оплачивала содержание их войск. Во всех кантонах начались восстания против прави­тельства и его французских покровителей.

В 1803 г. Гельветическая республика, пережив за пять лет пять государственных переворотов, шесть правительств и шесть конституций, прекратила свое существование. Наполе­он восстановил с некоторыми изменениями прежнее государ­ственное устройство страны, одновременно превратив ее во французского вассала. В соответствии с подписанным в том же году новым военным договором с Францией Швейцария была вынуждена принимать участие в завоевательных войнах Фран­цузской империи, ежегодно поставляя ей 16 тыс. рекрутов. Лишь после крушения наполеоновской империи Швейцария вновь обрела независимость и заявила о намерении соблюдать нейтралитет.

Венский конгресс провозгласил независимость и «вечный нейтралитет» Швейцарии, установил ее новые границы, близ­кие к современным, и определил внутреннее устройство страны. Швейцария была вновь признана конфедерацией самостоя­тельных карликовых государств (кантонов), число которых увеличилось до 22. На правах кантонов были присоединены Женева и другие пограничные области, отторгнутые Наполео­ном. Политический строй кантонов был пестрым. Власть снова оказалась в руках местных светских и духовных феодалов, патрициата и состоятельного купечества. Крестьянство и мел­кие городские собственники из-за высокого имущественного ценза были устранены от участия в общественных делах. Со­юзный сейм по-прежнему не имел почти никаких прав. В ма­ленькой стране с населением, не превышающим 2 млн жите­лей, существовало 60 различных мер длины, 80 мер веса, 87 мер сыпучих тел, 81 мера жидкостей. Торговле мешали кантональные пошлины. Доставка письма из Цюриха в Жене­ву обходилась дороже, чем в Америку. Политическая и эконо­мическая раздробленность препятствовала развитию страны.

Под воздействием революционных событий 1830 г. во Франции развернулась борьба за централизацию и демократи­зацию Швейцарии. В некоторых крупных городах была сверг­нута власть городского патрициата. В 12 кантонах были введе­ны конституции, которые отменили феодальные повинности крестьян и снизили избирательный ценз. Однако эти прогрес­сивные начинания встретили отпор со стороны горных канто­нов (Ури, Швиц, Цуг, Люцерн, Фрейбург, Валлис). В 40-е годы они создали сепаратистский, реакционный, тайный военно- политический союз «Зондер бунд», начавший подготовку к гражданской войне, которая была развязана в 1847 г. Реши­тельный перевес сил был на стороне более развитых северо-за- падных кантонов, оставшихся под властью сейма. Малонасе­ленные, экономически слабые, разрозненные горные кантоны капитулировали один за другим через три недели после начала военных действий. В 1848 г. победа центральной власти в

Швейцарии была закреплена новым государственным устрой­ством и новой конституцией.

Из непрочного союза кантонов Швейцария стала единым союзным государством с централизованным государственным аппаратом. Законодательная власть сосредоточилась в руках общенационального парламента — двухпалатного федерально­го собрания. Центральная исполнительная власть была пере­дана Федеральному совету (правительству), судебная — союз­ному суду. Промышленный Берн был провозглашен столицей государства. Едиными для страны стали почта, телеграф, та­можня, денежная система (по французскому образцу; один франк равен 100 сантимам), система мер и весов. Были про­возглашены всеобщее избирательное право, свобода печати, собраний, союзов, вероисповедания. Централизация страны явилась надежной гарантией ее суверенитета и нейтралитета, так как новая конституция запретила Швейцарии заключать военные соглашения с иностранными государствами.

Новая государственная система способствовала экономиче­скому подъему. Большое значение для развития хозяйства имели широкое железнодорожное и шоссейное строительство, способствовавшее увеличению доходов от транзитных перево­зок через Швейцарию, накопление капиталов в результате по­средничества в международной торговле и кредитно-банков- ских операциях, использование рабочей силы эмигрантов из более развитых стран Европы, выгодное географическое поло­жение альпийской республики на перекрестке важных торго­вых путей, доходы от р взвивавшихся со второй половины XIX в. туризма и курортно-гостиничного дела. В 50-х годах возникло множество предприятий легкой промышленности, стала создаваться машиностроительная промышленность, спе­циализировавшаяся в основном на производстве мелких сель­скохозяйственных машин.

Развитие промышленности требовало дополнительных за­трат на покупку сырья и топлива, которых Швейцария не име­ла. Поэтому все издержки производства швейцарские пред­приниматели стремились компенсировать за счет рабочих, за­работная плата которых была значительно ниже, а рабочий день более продолжителен, чем в Англии или Франции. В 60-х годах для защиты своих прав рабочие стали создавать профес­сиональные организации. Образовались многочисленные сою­зы часовщиков, портных, обувщиков и др.

Благодаря географическому положению и нейтралитету Швейцария стала местом пребывания ряда международных организаций. В 1863 г. в Женеве был создан Международный комитет помощи раненым, в 1864 г. подписана междуна­родная Женевская конвенция, в соответствии с которой во многих странах мира были созданы общества Красного Креста. В 1865 г. в Берне учреждено Международное бюро телеграф­ной связи. В Швейцарии неоднократно проходили конгрессы I Интернационала. В 50—60-е годы Швейцария стала одним из главных центров революционной и демократической эмиг­рации из разных стран.

Живописная природа, здоровый горный воздух, относи­тельная дешевизна жизни способствовали превращению Швейцарии в центр международного туризма и курортного де­ла. В стране было построено множество гостиниц, санаториев и курортов.

Особенности политического и общественного развития Швейцарии в 50 — 60-е годы XIX в. стимулировали подъем во всех областях жизни и духовной деятельности.

Северная Европа в XVII—XVIII вв. В сере­дине XVII в. на севере Европы существовало два относительно крупных государства-королевства Швеция и Датско-Норвеж- ское. В состав Швеции входила давно завоеванная Финлян­дия, значительные владения в Восточной Прибалтике и в Се­верной Германии. Владения датской династии Ольденбургов занимали огромное пространство и включали, помимо собст­венно Дании, Норвегию с принадлежавшими ей Исландией, Гренландией и Фарерскими о-вами и северогерманские герцог­ства Шлезвиг и Голыптейн, связанные с Копенгагеном личной унией. В обоих государствах господствовали феодальные отно­шения, более сильные в Дании и герцогствах, менее сильные — в Швеции и в подвластной датской короне Норвегии, где зна­чительная часть крестьян не знала крепостной зависимости. Здесь крестьяне были в большинстве лично свободными, под­вергаясь феодальной эксплуатации лишь в форме государст­венных податей и повинностей. В северных странах удельный вес дворянства был одним из самых низких в Европе — менее 0,5 % . В Норвегии к XVII в. дворянство почти исчезло.

В Скандинавских странах с середины XVII в. до конца XVIII в. население увеличилось более чем в 3 раза.

Со второй половины XVII в., во многом благодаря экономи­ческим связям с наиболее развитыми странами Европы — Анг­лией и Голландией, — в Швеции и Дании—Норвегии шло фор­мирование капиталистического уклада и рыночного хозяйст­ва. Происходили сдвиги в социальной и политической структуре. Сначала в Дании—Норвегии (1660—1661), а затем и в Швеции (1680) установился абсолютизм.

В Датско-Норвежском королевстве, где издавна существо­вала выборная монархия и власть в основном находилась в ру­ках аристократического Государственного совета, становление абсолютизма произошло после сокрушительных поражений в войнах со Швецией 1658—1660 гг., когда вырос авторитет ко­роля Фредерика III, лично руководившего обороной осаж­денного шведами Копенгагена. Влияние прежде всесильной датской знати резко ослабло. Собравшиеся осенью 1660 г. в Копенгагене представители сословий приняли решение о вве­дении в королевстве наследственной власти, а затем, в начале 1661 г., Фредерик III заставил их подписать акт об установле­нии в стране абсолютизма. Через несколько лет абсолютизм в Дании—Норвегии получил конституционное оформление: в 1665 г. король подписал «Королевский закон», закреплявший за ним практически неограниченную власть. Самодержавный политический строй продержался в Дании до 1848 г., в Норве­гии — до 1814 г., когда она перешла под власть шведской ди­настии.

Власти поощряли развитие Копенгагена. Дания и герцогст­ва экспортировали хлеб и скот. Норвегия с конца XVII в. заня­ла заметное место в Европе как экспортер леса — важнейшего сырья для строительства английского и голландского флота. В этот же период Дания—Норвегия стала одним из главных мор­ских «извозчиков», извлекая громадные прибыли из перево­зок товаров, в особенности во время войн благодаря своему нейтралитету. Сельское хозяйство Дании оказалось в первой половине XVIII в. в состоянии застоя, вызванного как общеев­ропейской низкой конъюнктурой, так и полукрепостнически­ми порядками.

В связи с неспособностью королей управлять государством вся полнота власти фактически оказалась в руках бюрократи­ческой верхушки, министров, часто немцев по происхожде­нию. Наиболее ярким временным правителем оказался лич­ный врач Кристиана VII Я. Струэнзе, который в начале 70-х годов приобрел безграничное влияние на короля и стал все­сильным кабинет-министром. За короткий срок он провел се­рию реформ в духе «просвещенного абсолютизма», поразив­ших всю Европу. Были введены полная свобода печати, неза­висимость судов, свобода промыслов и хлебной торговли, уменьшены повинности крестьян, сокращены государствен­ные р асходы.

Однако уже в 1772 г. Струэнзе был смещен придворной ка­марильей и казнен, а реформы отменены. В Дании—Норвегии установился реакционный режим. В 1784 г. в результате двор­цового переворота к власти пришла группа просвещенных аристократов, близкая к наследному принцу Фредерику, кото­рый фактически стал править Данией—Норвегией. Реформы были возобновлены: в 1788 г. ликвидирована полукрепостная зависимость крестьян от помещиков, упразднена сельская об­щина, крестьяне получили право выкупать обрабатываемую ими землю, смягчена цензура, были отменены многие ограни­чения и монополии в экономике.

В Норвегии в XVIII в. сосуществовали две культуры — го­родская и сельская. Горожане, чиновники, офицерство, духо­венство, как правило, говорили по-датски, а крестьянство пользовалось местными диалектами. Городская культура Нор­вегии была ближе к датской. Во второй половине XVIII в. на­чала складываться национальная оппозиция городской буржу­азии и связанного с ней чиновничества, которые, несмотря на языковую общность с датчанами, все более осознавали обо­собленность норвежских интересов от метрополии. Норвежцы выдвинули довольно умеренные пожелания: создание обще- норвежских учреждений, в частности банка и университета, экономическая автономия. В то же время выступления нор­вежского крестьянства (1765, 1786) были направлены не про­тив датской короны, а против местного чиновничества, в кото­ром крестьяне видели своих угнетателей. Далекий король, на­оборот, представлялся им защитником.

После завершения Тридцатилетней войны Швеция, не­смотря на относительно небольшое население, обладала стату­сом великой европейской державы. Королю Карлу X Густаву в войнах с Польшей и Данией удалось еще расширить вла­дения своей короны, окончательно присоединив к Швеции провинции на юге и юго-западе Скандинавского полуострова. Внутри страны нарастал конфликт между могущественной аристократией, присвоившей себе значительные земельные владения, с одной стороны, и остальным дворянством, духо­венством, бюргерством и крестьянством — с другой.

Установление абсолютизма в Швеции произошло после войны с Данией, расстроившей шведские финансы. В 1680 г. молодой король Карл XI (1660—1697), опираясь на низшее дворянство и податные сословия, сумел отстранить от власти правившую с 1660 г. аристократическую олигархию, отнять у нее значительную часть присвоенных ею земель, усилить свою власть за счет Государственного совета и риксдага, провести военную реформу. В 1682 г. королю была передана законода­тельная власть, а в 1693 г. он был объявлен «самодержавным монархом милостью Божьей». В отличие от Дании абсолютизм в Швеции не был долгим. Он был совершенно дискредитиро­ван королем-полководцем Карлом XII (1697—1718), потер­певшим сокрушительное поражение в Северной войне.

После гибели Карла XII Швеция утратила большую часть владений в Прибалтике и роль великой державы. В ней уста­новился полуреспубликанский строй. Вся полнота власти ока­залась у четырехсословного парламента-риксдага (дворянство, духовенство, бюргерство и крестьянство) и выбираемого им правительства, где король имел лишь два голоса. В шведском риксдаге «эры свобод» (такое название получил этот период в истории страны) постепенно сформировались «партии» — пар­ламентские группировки, объединяемые общностью внутри­политических целей и внешнеполитической ориентации. Наи­более значительными были боровшиеся между собой партии «шляп» и «колпаков». Названия эти возникли потому, что ориентировавшиеся на Францию воинственные сторонники реванша против России стали именовать себя «шляпами» (дво­рянский военный головной убор), а своих противников, более умеренных деятелей, стремившихся к мирным отношениям с восточным соседом, презрительно называли «колпаками» (домашний головной убор бюргеров). Бурная политическая жизнь Швеции «эры свобод», изобиловавшая крутыми поворо­тами, привела к утверждению принципа парламентаризма в практике формирования правительства победившей на выбо­рах политической партией.

К концу 1760-х годов политическая ситуация в Швеции ухудшилась. Податные сословия требовали уравнения в пра­вах с дворянством, причем эти идеи отстаивала теперь партия «колпаков», завоевывавшая сторонников вне парламента. По­степенно в стране утверждались формы и методы политиче­ской борьбы, свойственные уже демократическому строю. Вы­ход из политического кризиса был найден молодым королем

Густавом III (1771 — 1792), который, опираясь на армию, со­вершил 19 августа 1772 г. государственный переворот, заста­вив риксдаг одобрить новую конституцию. Была установлена близкая к абсолютизму форма правления. Риксдаг мог теперь собираться лишь по воле короля и заниматься вотированием налогов. Переворот был поддержан дворянством, опасавшимся за свои привилегии. Густав III провел ряд реформ в духе про­свещенного абсолютизма, в частности устранил преграды во внутренней торговле и провозгласил веротерпимость. Яркий след эта эпоха оставила в культурной жизни Швеции, которую особенно поощрял сам король, театрал и драматург.

Густав III был вынужден лавировать между сословиями. Он пошел на расширение экономических прав бюргеров и крестьян, которые могли теперь приобретать коронную и дво­рянскую землю, потеряв из-за этого поддержку дворянства. Выход из нового политического кризиса в конце 1780-х годов Густав III пытался найти в военной авантюре, напав на Россию в 1788 г.

После окончания войны с Россией началось кратковремен­ное сближение Густава III и Екатерины И. Шведский король одно время носился с планами вмешательства в дела револю­ционной Франции, но гибель Густава III положила им конец. Швеция и Дания сохраняли нейтралитет во вспыхнувшей в 1792—1793 гг. европейской войне и даже продолжали торго­вать и поддерживать дипломатические отношения с Француз­ской республикой. В 1789 г. король осуществил направленный против дворянства переворот, значительно расширив свою власть, а в 1792 г. пал от руки заговорщика.

Перемены в Северной Европе в начале

XIX в. Несмотря на то что Северная Европа почти не была за­тронута наполеоновскими войнами, Скандинавские страны оказались втянуты в них, что привело к перестройке всей политической карты региона. Не участвуя до 1805 г. в англо­французской войне, Швеция и Дания—Норвегия извлекали значительные выгоды, торгуя с обеими воюющими сторонами. Положение коренным образом изменилось в 1805 г., когда на­полеоновская экспансия подошла к этому региону. Густав IV Адольф втянул Швецию в войну с Францией. А в сентябре 1807 г. англичане напали на Копенгаген и захватили дат- ско-норвежский флот. Дания объявила войну Англии и заклю­чила союз с Наполеоном, присоединившись к континенталь­ной блокаде. Пострадала от этого Норвегия, блокированная англичанами и лишившаяся подвоза продовольствия. Голод вызвал недовольство и усилил сепаратистские настроения. Из-за невозможности управлять Норвегией из Копенгагена в стране была создана Правительственная комиссия (подобие правительства), действовавшая до 1810 г.

В 1808 г. началась новая русско-шведская война. После то­го как русские войска быстро заняли южную часть Финлян­дии, где проживала большая часть населения, Александр I объявил о ее присоединении к России. Проводя либеральную политику, царь предоставил Финляндии широкую автономию. В марте 1809 г. в городе Борго (Порвоо) было созвано четырех- сословное собрание представителей страны — ландтаг. Фин­ляндия, вошедшая в состав Российской империи как Великое княжество, получила собственное правительство — сенат, где председательствовал назначаемый царем генерал-губернатор. Тогда были заложены основы финской государственности. Финляндия была избавлена от разорительных войн и тяжелых военных расходов.

В Швеции, войну которой в 1808 г. объявили также Фран­ция и Дания, утрата Финляндии и резкое ухудшение экономи­ческого положения привели к росту оппозиционных настро­ений. В марте 1809 г. Густав IV Адольф был свергнут и выслан за границу. Риксдаг принял новую конституцию, покончив­шую с абсолютизмом. Она значительно расширила парламент­ский контроль над правительством и провозгласила граждан­ские свободы. Королем стал бездетный Карл XIII, а в 1810 г. риксдаг избрал престолонаследником наполеоновского марша­ла Ж. Б. Бернадота, принявшего лютеранскую веру и новое имя — Карл Юхан. Недворянское происхождение родоначаль­ника новой династии подчеркивало буржуазный характер пе­ремен.

Карл Юхан быстро проникся интересами Швеции. Он не оправдал возлагавшихся на него Наполеоном надежд и после того, как французские войска в январе 1812 г. под предлогом борьбы с нарушениями континентальной блокады захватили шведскую Померанию, пошел на сближение с Россией. В ап­реле 1812 г. в Санкт-Петербурге был заключен секретный русско-шведский союз против Наполеона. Хотя Швеция вступила в войну лишь летом 1813 г., ее позиция имела для России большое значение во время Отечественной войны 1812 г. В 1813 —1814 гг. Карл Юхан был командующим одной из союзных армии, куда вошли русские, прусские и шведские войска. В конце 1813 г. он двинул часть этой армии против Да­нии, остававшейся верной Наполеону, и вынудил ее отказать­ся от Норвегии в пользу шведской короны.

Но в Норвегии началось национально-освободительное дви­жение, которое возглавил бывший датский наместник принц Кристиан Фредерик. В феврале 1814 г. была провозглашена независимость Норвегии, сформировано временное правитель­ство, присягу на верность которому принесло все взрослое на­селение. В марте прошли выборы в Государственное (учреди­тельное) собрание. В его состав вошли не только чиновники, бюргеры, интеллигенция, офицеры армии и флота, но много крестьян, рядовые солдаты и матросы. 17 мая Государственное собрание приняло Конституцию, довольно демократическую для того времени. В Конституцию были заложены не только принципы разделения властей и суверенитета народа. В Нор­вегии вводилась конституционная монархия с парламентом — стортингом. Кристиан Фредерик был избран королем Нор­вегии.

Завершение войны в Европе весной 1814 г. ухудшило вне­шнеполитическое положение молодого государства. Швеция не собиралась отказываться от своих притязаний. Непродол­жительные военные действия между шведами и норвежцами в июле — августе 1814 г. стали последней в истории межсканди­навской войной. Карл Юхан согласился на сохранение нор­вежской Эйдсволской конституции и предоставление Норве­гии широкой внутренней самостоятельности. Норвегия при­знала унию со Швецией, Кристиан Фредерик отрекся от престола и вернулся в Данию, а в ноябре стортинг избрал Карла XIII королем Норвегии. В ведение Стокгольма отходила только внешняя политика. Новое двуединое государство стало именоваться Соединенные королевства Швеция и Норвегия. События 1814 г. в Норвегии были, по сути, национально-осво­бодительной революцией.

К 1815 г. политическая карта Северной Европы значитель­но изменилась: возникло два новых государства — Финляндия и Норвегия, первая в составе Российской империи, вторая в унии со Швецией. Швеция утратила последнее владение на континенте — Переднюю Померанию, которая досталась Пруссии. Дания, потеряв Норвегию, сохранила за собой Исландию, Гренландию и Фарерские о-ва, а также два северо­германских герцогства — Шлезвиг и Голыптейн. Сохранение немецкоязычных герцогств сулило в будущем большие ослож­нения для Дании. В североевропейской системе государств произошел важный сдвиг к формированию национальных го­сударств. Новая система в регионе положила конец как вну- трискандинавским войнам, так и войнам Швеции с Россией.

Модернизация экономики и политиче­ской системы Северной Европы в 1815—1870 гг. В пер­вой половине XIX в. в Северной Европе продолжался быстрый рост населения. Последовавшие за окончанием наполеонов­ских войн застой и расстройство финансов не были продолжи­тельными. Оживление началось в 30-е годы XIX в. Благодаря тому что в Англии и других промышленно развитых странах резко возрос спрос на сельскохозяйственную продукцию, на­блюдался подъем аграрного сектора в Дании. Повсеместно стал возделываться картофель, так что частые прежде голод­ные годы уходили в прошлое. Именно в этот период Скандина­вия из бедной европейской окраины постепенно превращается в ее наиболее развитый регион. Началась промышленная рево­люция, из Англии ввозились станки, строились современные фабрики и заводы. С конца 40-х годов стали прокладываться железные дороги. В Норвегии быстро рос торговый флот, бур­но развивались рыболовный и китобойный промыслы. Аграр­ные реформы во всех странах Скандинавии практически были завершены, помещичьи хозяйства перешли на капиталистиче­ские рельсы, значительная часть обрабатываемой земли доста­лась крестьянам. Крестьянство переживало процесс расслое­ния. С одной стороны, оформился слой зажиточного крестьян­ства, основного производителя продукции, предназначенной на рынок, внутренний и внешний. С другой — выросли беззе­мельные полупролетарские и пролетарские слои, значитель­ная часть которых устремилась в быстро растущие города. Здесь также формировались новые классы — буржуазия и про­летариат, увеличивались средние слои и интеллигенция. Рынок труда был не в силах поглотить всю массу избыточного населе­ния. В 40 — 50-е годы началась массовая эмиграция из стран Северной Европы, главным образом в Северную Америку.

Особый импульс был придан экономическому развитию Финляндии, которая оказалась в благоприятном положении благодаря близости и доступности огромного российского рын­ка. Довольно рано промышленная революция началась в глав­ной отрасли народного хозяйства страны — лесной.

Одной из важнейших предпосылок экономического подъе­ма стран Северной Европы явилась постепенная стабилизация финансовой системы. Поскольку основа для кредитования раз­вивающейся промышленности была в бедной Скандинавии ма­ла, то в промышленном перевороте активную роль играло го­сударство, бравшее займы за границей и финансировавшее многие хозяйственные предприятия.

Реставрация не оказала глубокого воздействия на Сканди­навию, которая опережала остальную Европу в политическом развитии. Хотя в Дании сохранялся «конституционный абсо­лютизм», становившийся помехой в развитии страны, датские короли были вынуждены отступать под напором либераль- но-демократического движения.

В 30-е годы XIX в. революционная волна вызвала в Скан­динавских странах широкое оппозиционное движение город­ских слоев и крестьянства — либеральное в Швеции и Дании и национально-демократическое в Норвегии. Сильная крестьян­ская оппозиция в Норвегии с 30-х, а в Дании с 40-х годов была следствием социально-экономических перемен. В Швеции и Дании речь шла о демократизации политического строя. В Норвегии демократическая оппозиция, видным представи­телем которой был поэт и писатель X. Вергеланн, выступала и как выразитель национальных устремлений к преодолению датского культурного превосходства. В 30—40-е годы талант­ливый филолог и поэт Ивар Осен собрал огромный материал о норвежских сельских диалектах, на основании которых он со­ставил так называемый «лансмол» (сельский язык), или «ню- ношк» (новонорвежский), который впоследствии был признан второй формой норвежского литературного языка наряду с норвегизированным датским. В Финляндии рост национально­го самосознания отражал объективный процесс складывания финской нации. В первой половине XIX в. произошло станов­ление финского языка как литературного, на нем стали изда­ваться газеты и журналы. Э. Лёнрут записал и издал каре- ло-финский народный эпос «Калевалу».

В Дании либеральное движение добилось в 30-е годы созы­ва совещательных провинциальных собраний, на которых все громче выдвигались требования гражданских свобод, ограни­чения абсолютизма и созыва парламента. В 40-е годы эти ло­зунги были подхвачены широким крестьянским движением. В Голыптейне и Шлезвиге появилось немецкое национальное движение, выдвигавшее планы создания северогерманского государства Шлезвиг-Гольштейн.

В Швеции либералы выступали за упразднение сословнос­ти риксдага, за превращение его в двухпалатный парламент и расширение избирательного права. В норвежском стортинге, где в 30-е годы впервые образовалось крестьянское большинст­во, были проведены некоторые ре фор мы: введено местное са­моуправление, окончательно упразднены монополии, стесняв­шие развитие промышленности.

В 40-е годы в кругах либеральной интеллигенции Сканди­навских стран, сначала в Дании, а потом в Швеции и Норве­гии, возникло движение так называемого скандинавизма, вы­ступавшее за политическую, но прежде всего культурную общ­ность всех северных стран.

Революционные потрясения 1848—1849 гг. оказали боль­шое влияние на Скандинавские страны.

В Норвегии в 1848—1851 гг. возникло движение объедине­ний рабочих-батраков и крестьян-бедняков, организатором ко­торого стал социалист-утопист Маркус Тране. Движение « тра- нитариев» выступило с требованиями демократических ре­форм и всеобщего избирательного права, проводило массовые митинги и демонстрации. Власти ответили репрессиями: со­брания разгонялись войсками, Тране и другие руководители были брошены в тюрьму.

В Дании известия о восстании в Париже послужили сигна­лом к началу революции. Под впечатлением массовых мани­фестаций в Копенгагене король Фредерик VII призвал к управ­лению страной национал-либералов, а созванное затем Наци­ональное собрание приняло в июне 1849 г. относительно демократическую конституцию. Абсолютизм пал, в Дании был введен двухпалатный парламент, всеобщее избирательное пра­во для мужчин на выборах в первую палату, расширены демо­кратические свободы.

В 1848 г. обострилась и шлезвиг-голштинская проблема. Немецкое население герцогств восстало против датского вла­дычества. В конфликт вмешались Пруссия и другие герман­ские государства. Началась война, прекращенная только вме­шательством России и других великих держав. В 1850 г. власть датского короля в северогерманских герцогствах была восстановлена.

Новая война вспыхнула уже в 1863 г., когда новый король Кристиан IX Глюксбург попытался включить Шлезвиг в со­став Дании. Германский союз не согласился с этим, его войска вступили на территорию герцогств. Дания потерпела пораже­ние. Оба герцогства достались Пруссии. Либеральное прави­тельство в Дании пало, конституция была пересмотрена: пре­рогативы короля расширены, а всеобщее избирательное право отменено.

В 50 — 60-е годы XIX в. экономика стран Северной Европы переживала подъем. Именно в это время в Скандинавских странах образуются крупные банки для финансирования про­мышленности и транспорта.

В Швеции изменение социальной структуры, рост город­ских средних слоев, интеллигенции, внесословной буржуазии вызвали широкое движение за пересмотр конституции. В 1865 — 1866 гг. под давлением снизу была проведена умеренная ре­форма, превращавшая риксдаг в двухпалатный парламент. Из-за высокого имущественного ценза большинство населения страны по-прежнему было лишено политических прав. В Нор­вегии активизировалась городская демократическая и кресть­янская оппозиция, выступавшая не только за демократизацию и парламентаризм, но и за расширение прав Норвегии в соста­ве унии.

Финляндия все это время оставалась спокойным уголком Европы. Лояльность финского населения в отношении России проявилась во время Крымской войны (1853—1856), когда территория Финляндии подверглась нападениям англо-фран- цузского флота.

В конце 50-х — начале 60-х годов в Финляндии произошли значительные перемены. Был принят указ о ведении делопро­изводства не только на шведском, но и на финском языке, ста­ли регулярно собираться четырехсословные ландтаги, сняты правовые ограничения для частного предпринимательства, введены свобода торговли и местная валюта (марка), городское и сельское самоуправление. Автономная Финляндия быстро стала передовой в экономическом и политическом отношении частью Российской империи.

<< | >>
Источник: И. М. Кривогуз, В. Н. Виноградов, Н. М. Гусеваидр.. Новая история стран Европы и Америки : учеб. для вузов; подред. И. М. Кривогуза. — 5-е изд,, стереотип. — М. : Дрофа,— 909 с.. 2005

Еще по теме ГЛАВА 11 Становление и модернизация малых стран Западной, Центральной и Северной Европы:

  1. Глава 22. Страны Северной Европы: Швеция, Дания, Норвегия, Финляндия
  2. 5.5. Страны Западной Европы и США в 1918-1939 гг. 5.5.1. Революционный подъем в странах Европы и проблемы послевоенного урегулирования (1918-1922 гг.)
  3. ГЛАВА 4. США И СТРАНЫ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XX в.
  4. ГЛАВА 5. СТРАНЫ ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 40-х-90-е г.
  5. Биржи стран Центральной и Южной Европы и стран Балтии
  6. ЧАСТЬ 5. СТРАНЫ ЗАПАДНОЙ АЗИИ И СЕВЕРНОЙ АФРИКИ
  7. 4.5. Страны Европы и Северной Америки в XIX в.4.5.1. Индустриальное развитие стран Запала во второй половине XVIII—XIX вв.
  8. 4.5. Страны Европы и Северной Америки в XIX в. 4.5.1. Индустриальное развитие стран Запала во второй половине XVIII - XIX вв.
  9. Рынки стран Западной Европы
  10. Северная Европа в 1815-1870 гг. Утверждение капитализма и начало становления демократии.
  11. Ведущие страны Западной Европы.
  12. ТЕМА 7 СТРАНЫ ЕВРОПЫ И СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ В XVI —XVIII вв.