<<
>>

Социально-экономический и политический строй Ирана в конце XVIII — начале XIX век


Продолжавшиеся почти столетие изнурительные войны и внутренние усобицы привели страну к разорению и упадку. В сельскохозяйственном секторе по-прежнему господствовали феодальные, а в районах проживания кочевых племен — по­луфеодальные-полупатриархальные отношения.

Основными формами земельной собственности после установления вла­сти Каджаров были следующие: «халисе» (государственные земли); земли шаха и членов его семьи; ханские (пожалован­ные шахин-шахом в тиул или союргал); вакуфы (находившие­ся в ведении духовенства и религиозных учреждений); земли племен, которыми фактически распоряжались племенные во­жди; «арбаби» или «молък» (являлись частной собственно­стью феодалов, купцов); «омуми» (общинные земли, главным образом пустоши и выгоны) и принадлежавшие мелким зем­левладельцам земли «хордемалек». Размер трех последних категорий земель был незначительным.

Большинство крестьян арендовали землю у феодалов. По­сле окончания сезона им часто доставалось от половины и даже до одной пятой части урожая. Как и раньше, они бесплатно работали на строительстве дорог, ирригационных сооруже­ний, крепостей, поставляли для армии продовольствие и фу­раж, несли постойные расходы, должны были преподносить подарки («пишкеши») чинившим беспредел хакимам и «мо- баширам» (их управляющим). Массовая нищета и эпиде­мические заболевания в иранской деревне были обычными явлениями. Вожди белуджских, кашкайских, курдских, лур- ских, туркменских, шахсевенских и других кочевых племен забирали у рядовых соплеменников-илятов часть скота, при­сваивали себе продукцию скотоводства, заставляли их пасти собственные стада.

В городских мастерских, которые сохраняли средневеко­вую цеховую организацию, ремесленники трудились не толь­ко на материале работодателей (обычно богатых купцов), но и на принадлежавшем им оборудовании. Производственные помещения находились непосредственно на территории база­ров, где создававшиеся различного рода изделия сразу шли на продажу. Базары в иранских городах представляли собой центр не только экономической, но в немалой степени и по­литической жизни.

Внутренняя торговля осуществлялась, главным образом, мелкими и средними купцами. Негоциантов с крупными ка­питалами было мало. Успешному развитию товарооборота и формированию единого рынка препятствовали произвол губернаторов, вымогательства должностных лиц, мятежи удельных правителей, разбои на дорогах, наличие внутренних пошлин. В значительной мере подъему внутренней торговли и накоплению капиталов мешало одновременно отсутствие об­щих мер веса и длины и то, что чеканка монет производилась в разных областях страны. Внешняя торговля в конце XVIII — начале XIX в. была незначительной и весомой роли в эконо­мике Ирана не играла.

В политическом плане Иран представлял собой феодаль­ную монархию с неограниченной властью шаха. Для непо­средственного ведения государственных дел он назначал пер­вого вазира (министра) — «садр-азама». Наряду с ним ранг вазиров при дворе имели «мостоуфи оль-мамалек» (отвечал за финансовые вопросы), «монши оль-мамалек» (возглавлял шахскую канцелярию и отвечал за внешнеполитические свя­зи), третий вазир занимался военными делами. Помимо этого существовали должности церемонимейстера, начальника службы полиции, главного евнуха, начальника шахских конюшен, шахской охоты и т.

д. Их влияние было значитель­ным, и при принятии важных государственных решений вы­сказывавшееся ими мнение подчас имело не меньшее значе­ние, чем мнение министров-вазиров.

Административно Иран состоял из 30 областей (велаетов) и четырех провинций (эялетов) — Азербайджана, Кермана, Фарса и Хорасана. Во главе провинций находились генерал- губернаторы или наместники (вали), а областей — хакимы. Как правило, руководить провинциями и наиболее важными областями шах направлял сыновей (шахзаде), родственников или наиболее приближенных к себе лиц. Генерал-губернато­ром Азербайджана, самой богатой тогда провинции, по тра­диции становился наследник престола. Провинции и области делились на округа, и ими управляли местные ханы, имев­шие своих вазиров, чеканившие медную монету, взимавшие внутренние пошлины, решавшие уголовные дела. Вали и ха­кимы должны были ежегодно платить в казну шаха часть со­бираемых налогов и поставлять в его распоряжение в случае объявления войны или борьбы с мятежниками свои войска. Однако временами данные условия не выполнялись. Так, всю первую половину XIX в. налоги с крупнейшей провинции страны Хорасана в Тегеран не поступали. Местные ханы, а также ханы Кермана неоднократно восставали против шаха и его наместников.

Важные позиции в общественно-политической жизни Ира­на занимало мусульманское шиитское духовенство. Только ученые-богословы (муджтахиды) обладали правом трак­товать Коран и шариат применительно к существующим порядкам. Даже шах советовался с ними о том, соответству­ют или противоречат духу и букве Корана те или иные дейст­вия и решения, которые он собирался предпринять. Владея вакуфными землями и другим имуществом, представители высшего духовенства играли заметную роль в экономической жизни страны. Под их контролем находилось также народ­ное образование и гражданское судопроизводство (суд шариа­та), где помимо религиозных дел рассматривались тяжбы о наследстве, правомерность торговых сделок, заключения брака и развода и т. д. Решения выносились религиозными авторитетами, и они были окончательными, если их не отме­нял более известный и влиятельный муджт^хид. Кроме ша­риатского суда существовал светский суд (суд урф), разбирав­ший убийства и другие уголовные преступления. Состоял он из светских чиновников и при принятии решений руково­дствовался обычаями. Здесь верховным судьей считался шах.

Несмотря на хозяйственную, политическую и культурную отсталость, на исходе XVIII в. Иран не являлся зависимой от европейских держав страной. Располагавшиеся исключитель­но на побережье и островах Персидского залива европейские торговые фактории не оказывали существенного воздействия на общественно-политическую жизнь Ирана и его междуна­родные связи.

<< | >>
Источник: Под ред. А.М. Родригеса. Новая история стран Азии и Африки. XVI—XIX вв. : учебник для студ. высш. учеб. заведений [Е.Ю. Ванина и др.]; в 3 ч. — М. : Гуманитар, изд. центр ВЛАДОС, — Ч. 2. — 463 с.. 2010

Еще по теме Социально-экономический и политический строй Ирана в конце XVIII — начале XIX век:

  1. Общественное развитие Кореи в конце XVIII — начале XIX в.
  2. Италия в конце XVIII- начале XIX в.
  3. 2. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В КОНЦЕ XVIII – НАЧАЛЕ XIX вв.
  4. 14.1. Политическое и социально - экономическое развитие России в начале XIX в.
  5. 14.1. Политическое и социально – экономическое развитие России в начале XIX в.
  6. 14.1. Политическое и социально – экономическое развитие России в начале XIX в.
  7. 5. Иран во второй половине XVIII в. и утверждение у власти династии Каджаров. Социально-экономический и политический строй
  8. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ЕВРОПЫ КОНЕЦ XVIII - XIX ВЕК.
  9. 2. Общественно-политическая борьба в провинциях «Османской Сирии» XVIII — начале XIX в.
  10. 1. Экономический и военно-политический подъем Ассирии в конце X — IX в. до н. э. Международная обстановка на Ближнем Востоке в начале I тысячелетия до н. э.
  11. Экономическое и политическое положение Испании к началу XVIII в.
  12. 79. АНГЛИЯ В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВВ
  13. Венгрия в конце XVII — начале XVIII вв.
  14. 80. ГЕРМАНИЯ 80 В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВВ
  15. Система кредитных организаций в конце XIX — начале XX в.
  16. 2. Законы Хаммурапи. Социально-экономический и политический строй Вавилонии
  17. 87. ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ РАЗВИТИЯ КУЛЬТУРЫ В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВВ
  18. Социально-экономический и политический строй Персии
  19. 2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРОЙ РОССИЙСКОГО ЕДИНОГО ГОСУДАРСТВА
  20. 5. Джадиды и подъем национальных движений в Туркестане в конце XIX — начале XX в.