<<
>>

ГЛАВА 2 Революция и становление парламентской монархии в Англии

Важнейшим событием истории Англии в нача­ле нового времени явилась Английская революция 1640— 1660 гг. Собственно, то, что мы сейчас называем революцией, историки разных времен оценивали по-разному. Например, граф Кларендон, свидетель и участник событий 1640—1660 гг.
и автор первого многотомного труда о них, называл происшед­шее «великим мятежом». В XIX в. вигскими историками Т. Маколеем, С. Гардинером, Ч. Ферсом была выдвинута кон­цепция «пуританской революции», ставившая на первое место события конституционного конфликта. Советская историогра­фия придерживалась марксистского истолкования конфликта как буржуазной революции, нанесшей сокрушительный удар феодализму. За рубежом появлялись и обосновывались самые различные концепции — от экономического детерминизма до утверждения, что никакой революции не было вообще, проис­ходила лишь борьба отсталого провинциального джентри за возвращение себе подобающего места в дворцовой иерархии. Крупнейший английский историк Кр. Хилл, посвятивший множество трудов английской истории XVII в., считает его «веком революции» и рассматривает в совокупности экономи­ческие, социальные, политические, религиозные, идейные и культурные изменения, приведшие английское общество в конце века к созданию гораздо более близких к современности институтов.

Бесспорно то, что Англия в этот период своей истории пере­жила значительный и острый кризис, результатом которого явился переход к новой цивилизации.

Социальные перемены и кризис абсо­лютизма. В начале XVII в. Англия была аграрной страной; подавляющее большинство населения, насчитывавшего около 4,5 млн человек, жило в деревнях. Единственным крупным го­родом был Лондон, число жителей которого к 1660 г. увеличи­лось до 460 тыс. человек. Но в стране происходили серьезные социально-экономические перемены. Земля концентрирова­лась в руках «денежных людей» — джентри и владельцев ма­нуфактур. В деревне распространялась крупная капиталисти­ческая аренда земли; появлялась значительная прослойка фермеров.

Интересы этих новых, стремившихся к прибыли слоев анг­лийского общества приходили в столкновение с традиционны­ми отношениями в деревне, где господствовало феодальное право и земельные владения в качестве «рыцарского держа­ния» подчинялись верховному сюзерену, королю, с вытекав­шими отсюда многочисленными феодальными повинностями, правом опеки, зависимостью от короны и невозможностью рас­поряжаться хозяйством.

Происходили существенные изменения и в промышленности, особенно в формах организации и разделения труда; развивалась мануфактура, подчиненная капиталу, накопленному в торговле и ростовщичестве. Росла добыча свинца, меди, соли, железа; на этой базе развивалась металлургия. Основывались мануфакту­ры по выделке стекла, сахара, шелка, кружев, тканей.

Численно рос и укреплялся купеческий люд; часто купцы или промышленники покупали себе землю, а вместе с ней и дворянский титул. Благодаря этому складывался тесный союз городской буржуазии и новых землевладельцев — джентри. Новые дворяне — это часто одновременно и землевладельцы, сельские хозяева, и промышленники, и коммерсанты. Имея определенные привилегии и твердое экономическое положе­ние, они становились во главе всех оппозиционных режиму Стюартов сил.

Их недовольство особенно усилилось при Якове I (1603— 1625) и его сыне Карле I (1625—1649). Английская монархия пыталась опереться на аристократию, феодальное дворянство и англиканскую церковь. Стремлению буржуазии к свободной торговле Яков I и Карл I противопоставили систему раздачи монопольных прав на выпуск того или иного товара, что тор­мозило развитие промышленности и торговли, сковывало ча­стную инициативу и конкуренцию. Во внешней политике эти короли также не считались с интересами английской буржу­азии: они искали союза с католическими Испанией и Франци­ей, стоявшими на пути английской морской торговли.

В парламенте, где заседали представители буржуазии и джентри, усиливалась оппозиция. Возмущение росло. Протест против отжившего строя принимал формы религиозных дви­жений. В сращивании социальных, политических и религиоз­ных проблем состоит одна из важнейших особенностей Анг­лийской революции.

Предпринимателей и новых дворян, приобретавших все больший вес в экономической жизни, не удовлетворяла ан­гликанская церковь, подчиненная абсолютизму, требовавшая постоянных взносов и дорогостоящих пышных обрядов, утверждавшая диктат священства над душами верующих. Они становились пуританами (от англ. риге — чистый) — сторон­никами очищения церкви от доставшихся в наследство от ка­толицизма обрядов и таинств, от власти епископов, от церков­ных судов. Тем самым они протестовали против политических и социальных устоев, ибо главой англиканской церкви был сам король.

Вероучение пуритан основывалось на идеях Кальвина и шотландского проповедника Джона Нокса. Пуритане объяв­ляли основой религии личную веру каждого, отрицая священ­ную монополию духовенства. В вере все равны — и лорды, и простолюдины. Пуритане отрицали обряды и утварь, иконы, скульптуры, витражи, священнические облачения, органную музыку — все, что противоречило идеалу бережливости, мир­ского аскетизма, «дешевой церкви». Они утверждали идею о «мирском призвании» человека и направляли его интересы к реальным материальным и социальным проблемам.

Аргументы, образы, мысли, подтверждавшие их умонаст­роения, они черпали из Библии. Великая книга была переведе­на на английский язык гуманистом Тинделом еще в 30-е годы XVI в. С 60 — 70-х годов дешевые карманные издания, отпеча­танные в женевских типографиях, нелегально пересекали про­лив и распространялись в семьях сквайров, йоменов, купцов и ремесленников. Яков I санкционировал новый перевод Библии на английский язык, осуществленный пуританами Кембридж­ского университета. С этого времени Библия стала главной книгой для широких слоев английского народа. Она восприни­малась как высший, сакральный, вдохновленный самим Бо­гом авторитет, руководство на все случаи жизни.

Пуритане отрицали иерархический епископальный строй. Во главе каждой общины верующих стоял пресвитер (старей­шина), избранный из среды «лучших», наиболее почитаемых людей. Вместо епископов церковь управлялась консистория­ми — советами из пресвитеров и проповедников. Пресвитериа­нами становились, как правило, зажиточные купцы, финан­систы Сити, крупные землевладельцы-джентри, свободные крестьяне.

Но искавших полной свободы веры не удовлетворяла каль- винистско-пуританская доктрина с ее узкой регламентацией жизни, суровой догматикой и приверженностью букве древне­го иудейского закона. Эти люди назывались индепендентами (независимыми). Они считали, что государство не должно вме­шиваться в дела религии, выступали за широкую религиозную терпимость и свободные самоуправляющиеся конгрегации ве­рующих. Индепендентство было выражением протеста против узкой замкнутости пресвитериан; оно давало широкий простор инициативе верующих и способствовало возникновению мно­гочисленных народных движений. В индепендентские конгре­гации объединялись средние слои джентри, владельцы неболь­ших мастерских и мануфактур, мелкие лавочники, подмас­терья, крестьяне-арендаторы.

Пуритане резко выступали против театров, маскарадов, пе­тушиных боев и прочих развлечений. Позднее, уже в ходе ре­волюции, они громили храмы, разбивали органы, витражи и скульптуры, уничтожали иконы. Так они выражали протест против роскоши и распутства двора, против ханжества и без­нравственности духовенства. Однако существовала и другая сторона пуританства — дух скромности и самоограничения, безусловной честности перед Богом и людьми, высокой нравст­венности, гражданской и деловой активности. Библейская культура рождала новую, пуританскую этику, проводившую в жизнь идеалы общинности, народности, гражданственности, трудолюбия. Она обращалась больше к разуму, чем к чувствам верующих, отличалась рационализмом. В семье культивиро­вались дружба, сплоченность между всеми ее членами; боль­шое внимание уделялось воспитанию детей, ценились воздер­жанность, умение владеть собой, непритязательность. Все это сделало пуританизм идейным знаменем борьбы широких слоев общества против догматики англиканской церкви, королев­ского абсолютизма и феодального строя.

Начало революции. Оппозиция королев­ской политике привела к составлению парламентом в 1628 г. «Петиции о праве» — документа, где перечислялись требова­ния недовольных, Оппозиция выступала за охрану частной собственности от произвола короны и церкви, против вводи­мых королем без разрешения парламента новых налогов и вы­могавшихся им субсидий, за права и вольности парламента. В ответ Карл I разогнал парламент и в течение одиннадцати лет правил единолично. Чтобы изыскать денежные средства, которые парламент отказался ему предоставить, король повы­шал косвенные налоги, возродил давно забытые феодальные поборы, начал щедро раздавать приближенным патенты, при­вилегии, монополии на выпуск определенных товаров. Особен­но непопулярным был феодальный налог «корабельные день­ги», который собирали даже с тех городов, где корабли не строились. С помощью своего фаворита графа Страффорда ко­роль выкачивал деньги из порабощенной Ирландии. Другой приверженец и защитник абсолютизма Стюартов архиепископ Лод усилил диктат англиканской церкви над умами и увели­чил ее поборы.

В 1639 г. началась война с Шотландией. Северный сосед Англии не пожелал подчиниться абсолютистским нововведе­ниям в государстве и церкви. Войска шотландских кланов пе­решли границу и заняли ряд крепостей. Карл I вынужден был созвать парламент. Он проработал всего две недели, с 13 апре­ля по 5 мая 1640 г., и был распущен, так и не дав королю раз­решения на сбор новых налогов. В историю он вошел под на­званием Короткого парламента.

Ведение затяжной и непопулярной войны, а также возрас­тавшие нужды короны требовали средств, и 3 ноября 1640 г. король созвал новый парламент, получивший впоследствии на­звание Долгого. Созыв его принято считать началом революции.

Программа буржуазно-дворянской оппозиции, выражав­шая ее политические, экономические и религиозные требова­ния, нашла отражение в двух документах — «Петиции о кор­нях и ветвях» (декабрь 1640 г.) и «Великой ремонстрации» (декабрь 1641 г.). Эта программа включала требования отмены епископата, монополий и патентов, гарантий неприкосновен­ности личности и сохранности частной собственности граж­дан. Парламент принял и конкретные меры для выполнения этой программы. В июле 1641 г. были упразднены суды Звезд­ной палаты и Высокой комиссии, органы королевского и епис­копского произвола; 7 августа того же года отменен ненавист­ный феодальный побор — «корабельные деньги». Лидеры оп­позиции были выпушены из тюрем.

В своей борьбе парламентская оппозиция опиралась на ши­рокое движение народных масс. Их недовольство особенно яр­ко проявилось в деле графа Страффорда, который создал в Ир­ландии армию, готовую по первому зову короля вторгнуться в Англию для подавления оппозиции. Парламентские вожди в первые же дни заседаний арестовали Страффорда. Когда в мае 1641 г. начался суд над ним, многотысячные толпы народа со­брались к стенам королевского дворца Уайтхолла, чтобы за­ставить короля подписать смертный приговор ненавистному временщику. Страффорд был казнен при огромном стечении народа на площади перед Тауэром. Позднее та же участь пос­тигла Лода.

Осенью 1641 г. вспыхнуло восстание в измученной побора­ми и гнетом Ирландии. Революция нарастала. В январе 1642 г. Карл I пытался арестовать пятерых парламентских лидеров, выступавших за выполнение требований «Великой ремонстра­ции». Но народ укрыл их в лондонском Сити. Улицы города снова заполнила бушевавшая вооруженная толпа. Король лич­но во главе отряда в 400 солдат явился в парламент с требова­нием выдать мятежников, но депутаты ответили отказом. Па­лата общин на время перенесла свои заседания в Сити. Потер­певший постыдное поражение король в январе 1642 г. отбыл на север и в августе объявил войну парламенту.

Гражданская война. Вооруженные силы парламента состояли из разрозненных, плохо экипированных и необученных отрядов народного ополчения. На его стороне выступили городские ремесленники и торговцы, свободные земледельцы экономически развитых восточных графств, джентри. Поначалу они терпели поражения от королевской конницы, которую поддерживали знать, феодальное дворянст­во Севера, ростовщики двора, верхушка торговых компаний, совладельцы королевских монополий, англиканское духовен­ство. Парламентское командование во главе с графом Эссексом отнюдь не стремилось одержать скорую победу над королем. Генералы избегали решительных действий, а парламент, боль­шинство в котором составляли пресвитериане, то и дело возоб­новлял переговоры с Карлом. Широкие же массы народа и ин- депенденты в армии и парламенте требовали активизации бое­вых действий и решительной победы над силами монархии. Противоречия между пресвитерианами и индепендентами обо­стрялись.

Дабы заручиться союзником, английский парламент 25 сентября 1643 г. заключил Торжественную Лигу и Кове- нант с Шотландией, и в Англии было введено пресвитериан­ское церковное устройство. В начале 1644 г. шотландская ар­мия перешла границу, чем содействовала успеху парламент­ских войск; 2 июня 1644 г. они нанесли первое серьезное поражение роялистским войскам при Марстон-Муре.

Однако парламентские и армейские лидеры не желали вос­пользоваться плодами победы и потребовать от короля усту­пок. Наоборот, всячески затягивая военные действия, упуская благоприятные возможности для разгрома войск короля, граф Манчестер и другие генералы пресвитерианской ориентации вновь уступили инициативу Карлу. Тот дошел со своим вой­ском до самого Лондона, но, остановленный столичным народ­ным ополчением, повернул и нанес парламентским войскам поражение при Ньюбери. Наиболее дальновидным из индепен- дентов давно уже стало ясно, что парламентская армия и ее ко­мандование нуждаются в серьезной и решительной реоргани­зации.

Лидером индепендентов становится небогатый дворянин из Хантингдона Оливер Кромвель. Ему удалось решить чрезвы­чайно важную для революционных сил задачу: создать новую регулярную парламентскую армию, в принципе отличавшую­ся как от традиционно-феодальных войск роялистов, так и от прежнего разрозненного ополчения селян и горожан. В корот­кое время, сам неустанно организуя, собирая, снабжая, обучая добровольцев, он создал боеспособные, дисциплинированные войска, воодушевленные идеалами свободы и справедливости, вдохновленные пуританским духом — армию нового образца. В нее входили 6 тыс. человек кавалерии, одна тысяча драгун и 14,5 тыс. пехоты; это были небогатые джентри, крестьяне, ре­месленники, подмастерья. Благодаря таланту и заботам Кром­веля, поставившего во главе войск незнатных, но толковых и преданных делу революции командиров, а также железной дисциплине и организации, высокому боевому духу, армия Кромвеля вскоре стала одерживать победы над роялистами. 14 июня 1645 г. роялисты были окончательно разбиты при Нейзби, Карл I бежал на север и сдался в плен шотландцам.

Победа над кавалерами, как называли сторонников коро­ля, была закреплена революционным по своей сути актом пар­ламента от 24 февраля 1646 г., предусматривавшим отмену системы королевской опеки над земельной собственностью подданных, уничтожение феодальной зависимости от короля, а также всех штрафов и других феодальных обязательств. Тем самым буржуазия и новое дворянство получили право частной собственности на поместья, на которые прежде распространя­лось право феодального вассального держания. В то же время средневековые обязанности крестьян по отношению к лордам не были отменены. Более того, превратив феодальную собст­венность в буржуазную, парламентские лидеры лишили зем­ледельцев легальных прав на землю. В дальнейшем это приве­ло к массовому процессу экспроприации земледельцев.

Разгром роялистов армией нового образца и начатые парла­ментом реформы разбудили инициативу широких демократи­ческих слоев народа. Городской плебс и массы английского крестьянства почувствовали свою силу и осознали свои права. Их толкала на выступления и нерешительность парламент­ских лидеров, которые выкупили короля у шотландцев, дер­жали его в почетном плену в замке Холмби и вели с ним пере­говоры, добиваясь незначительных уступок.

Для пресвитериан парламента и финансистов Сити, как и для «шелковых индепендентов» — армейской верхушки, за­житочного джентри и ряда парламентских лидеров, револю­ция была, по существу, закончена. Они хотели добиться от ко­роля согласия на конституционную монархию, т. е. на парла­ментский контроль над финансами, милицией и высшими государственными должностями; на установление общенаци­ональной пресвитерианской церкви.

Землевладельцы, получившие отныне возможность неогра­ниченного распоряжения своими землями, начали безудерж­ное наступление: огораживания и осушения болот, в результа­те которых выигрывали сквайры и разорялись простолюдины, приняли невиданные размеры. Демократические слои посте­пенно начали осознавать, что революция не оправдала их на­дежд на радикальные социальные и политические реформы.

Левеллеры и установление республики. Ядром левых революционных сил становится армия, состояв­шая преимущественно из среднего крестьянства и городских низов. Именно в армии и в среде мелкой буржуазии городов складывается в 1646—1647 гг. политическая партия левелле­ров. Идейной основой их учения были доктрины естественного права, народного суверенитета, общественного договора, право народа низложить тирана и отозвать негодных должностных лиц. Уже в 1645 и 1646 гг. будущие лидеры левеллеров Дж. Лилберн, У. Уолвин, Р. Овертон выступили с памфлета­ми, в которых требовали создания демократических законов, гарантирующих не только верховенство парламента, но и пра­ва каждого отдельного гражданина, а также ответственности парламента перед народом. Из тезиса о неотчуждаемости на­родного суверенитета левеллеры делали вывод о необходимос­ти установления народного контроля над парламентом; из идеи прирожденного равенства и правового достоинства всех людей следовало их требование отмены палаты лордов.

В «Ремонстрации многих тысяч горожан» от 7 июля

1646 г. содержалась программа демократических преобразова­ний: уничтожение власти короля и палаты лордов; передача верховной власти палате общин, ответственной перед избира­телями; превращение парламента в ежегодно избираемый ор­ган; полная свобода совести; сменяемость и ответственность всех должностных лиц. Несколько позднее были выставлены требования правового равенства всех «свободнорожденных» людей Англии, демократических свобод слова, собраний, пе­тиций, союзов, отмены всяких почетных титулов и феодаль­ных привилегий, неприкосновенности и полной свободы рас­поряжения частной собственностью. Программа левеллеров была наиболее последовательной революционной программой.

В 1647 г. Английская революция вступила в новый этап • — демократический. Революционная инициатива переходит к массам народа. Попытки парламента договориться с королем и ценой компромисса добиться стабильности государства при со­хранении монархии и двухпалатного парламента, а также ре­шение о роспуске революционной армии, принятое в марте

1647 г., вызвали протесты населения по всей стране. Солдаты и младшие офицеры, которым многие месяцы не выплачивали жалованье и которым предложили теперь сложить оружие и разойтись по домам или добровольно войти в войска, направ­ляемые для подавления ирландского восстания, публично вы­ражали недовольство. В полках начали избирать агитаторов; от имени солдат они выражали протесты и требовали не только выплаты армейского жалованья и материальной поддержки для вдов, сирот и инвалидов войны, но и обеспечения прав и свобод всех английских граждан. В мае стихийно прошли вы­боры наиболее активных агитаторов в Совет армии. Попытки командования в лице генералов Кромвеля, Айртона, Флитвуда и Скиппона погасить конфликт не привели к успеху. Броже­ние нарастало, и в конце мая парламент издал приказ о роспу­ске армии. Он встретил твердое сопротивление. Агитаторы требовали созыва общеармейского совета и отказывались под­чиниться приказу.

Это грозное движение заставило индепендентский генера­литет, прежде всего Кромвеля и Фэрфакса, пойти на разрыв с пресвитерианским большинством парламента и объединиться с армией, которая служила им главной опорой. По приказу Кромвеля корнет Джойс с отрядом в 500 кавалеристов в нача­ле июня 1647 г. захватил короля и перевез его из замка Холм- би в Норсемптоншире в Ньюмаркет, главную квартиру армии. Лидеры индепендентов начали переговоры с Карлом, добива­ясь выгодных для себя уступок. Дабы обеспечить себе влияние в армии, они ввели в Совет офицеров всех высших чинов, на­чиная с полковника, и еще по два офицера от каждого полка. Все это вызвало возмущение солдат и низшего офицерства. Они выдвинули ультиматум, где потребовали от парламента прекратить вооружение лондонской милиции, направленное на обеспечение противовеса армейским силам, уплаты жало­ванья и прекращения интриг с королем.

В ответ на это офицеры-индепенденты составили проект конституции — «Главы предложений». Согласно проекту, существующий парламент должен быть распущен, а новый парламент — иметь двухгодичный срок полномочий. Выборы организовывались так, чтобы количество депутатских мест распределялось пропорционально количеству уплачиваемых жителями налогов. Монархический строй и палата лордов со­хранялись; управление милицией и вооруженными силами, однако, передавалось парламенту. Епископат и пресвитериан­ство переставали быть обязательными; объявлялась свобода подачи петиций; упразднялись налоги на предметы первой не­обходимости, монополии и ограничения в торговле. Еще раз подтверждалась односторонняя отмена феодального рыцарско­го держания. Реформировалось судебное законодательство. Армии выплачивались все задолженности, объявлялась всеоб­щая амнистия.

Этот соглашательский проект был представлен королю, но он его отверг. А в Лондоне пророялистские элементы попыта­лись произвести государственный переворот. Тогда армейское командование, поощряемое и подталкиваемое массовыми вы­ступлениями солдат и младших офицеров, решило занять Лондон. 6 августа 1647 г. армия вступила в столицу; от ее име-

3 И. М. Кривогуз ни были опубликованы «Главы предложений». В то же время левеллеры начали активно требовать выполнения своей про­граммы демократических преобразований. Они выпустили два важных документа — «Дело армии» и «Народное соглаше­ние», где изложили свой проект конституционного устройства страны. Главные пункты этого поистине революционного про­екта: всеобщее избирательное право для всех достигших 21 го­да; отмена королевской власти; однопалатный парламент, пе­реизбираемый каждые два года; ответственность всех депута­тов и должностных лиц перед народом; отмена монополий, патентов, акцизов, всякого рода привилегий; прогрессивные формы налогообложения. «Дело армии», кроме того, содержа­ло требование вернуть огороженные земли их прежним вла­дельцам.

Для обсуждения вопроса о том, каким должно быть госу­дарственное и политическое устройство страны, 28 октября 1647 г. в Петни, предместье Лондона, собрался Совет армии. Кроме индепендентских офицеров и армейских агитаторов, на нем присутствовали представители гражданских левеллеров. Прения в Петни выявили серьезные расхождения в лагере ре­волюции. Если индепендентские лидеры выражали готовность допустить некоторые реформы при условии компромисса с фе­одальной монархией, то левеллеры шли гораздо дальше.

Особенно горячие споры вызвали вопросы государствен­ного устройства. Левеллеры, по существу, выступали за пре­вращение Англии в республику с однопалатным ежегодным парламентом во главе; индепенденты склонялись к конститу­ционной монархии. Не менее острым оказался вопрос об изби­рательном праве. Индепенденты не могли согласиться с тем, чтобы им обладали неимущие или малоимущие слои населе­ния, как того требовали левеллеры. В связи с этими карди­нальными проблемами были затронуты и другие, не менее су­щественные: о праве вето короля, о прирожденных правах на­рода, восставшего против роялистов, в частности о праве собственности, о принципе равенства всех перед законом; была высказана мысль о необходимости призвать Карла к ответу за бедствия, причиненные Англии. Когда прения зашли в тупик, Кромвель приказал агитаторам и офицерам немедленно вер­нуться в полки, к исполнению своих прямых обязанностей. Заседания были прерваны, «Народное соглашение» передано комитету, составленному из одних офицеров, Совет армии пре­кратил свое существование.

Левеллеры попытались выразить протест на общеармей­ском смотре в Уэре 15 ноября, но Кромвель своей личной во­лей сломил сопротивление; зачинщики были схвачены, один из них расстрелян. В результате левеллерское движение оказа­лось на время парализованным, генерал Фэрфакс сформировал новый Совет армии, куда не включил представителей солдат. Отныне Совет превратился в послушный воле командования совещательный орган.

Победа индепендентов на прениях в Петни, роспуск Совета армии и провал левеллерского протеста в Уэре способствовали усилению сил пресвитерианско-роялистской реакции. В ноябре 1647 г. Карл I бежал на остров Уайт, а в конце декабря заклю­чил тайный союз с шотландскими просвитерианами. В ответ парламент издал приказ о прекращении всяких сношений с ко­ролем, а весной 1648 г. началась вторая гражданская война.

Она продолжалась недолго. У роялистов уже не было боль­шой организованной армии: восстали лишь некоторые разроз­ненные отряды и гарнизоны крепостей. Кромвелю удалось раз­громить их сначала в Уэльсе, затем при Престоне. Фэрфакс после длительных усилий взял Колчестер. К сентябрю 1648 г. военные действия были в основном закончены. Но пресвитери­ане не теряли надежды на восстановление «законного порядка». В сентябре палата общин начала новые переговоры с королем; от него требовали весьма незначительных уступок: отменить все декларации, направленные против парламента; ввести на три года пресвитерианское устройство в церкви; на двадцать лет передать управление милицией парламенту. Возникла ре­альная угроза возвращения Карла на трон.

Это привело индепендентов к новому сближению с левелле­рами и в их лице — с широкими массами народа. В сентябрь­ской петиции в парламент левеллеры потребовали обеспечить верховенство палаты общин, равенство всех перед законом, свободу совести, упростить законодательство и уничтожить все феодально-сословные привилегии. Они настаивали на отмене косвенных налогов, церковной десятины и уничтожении изго­родей и заявили, что не видят никакой пользы в дальнейшем существовании короля и лордов. В то же время левеллеры под­черкнули, что, по их мнению, следует обязать настоящий и все будущие парламенты не допускать упразднения собствен­ности, уравнения имуществ и превращения частных владений в общее достояние. Это принципиальное положение явилось основой их блока с индепендентами.

Когда же стало ясно, что переговоры с Карлом зашли в ту­пик, а пресвитерианский парламент намерен расправиться с народным движением, армия предприняла решительные дей­ствия. Короля перевезли из Ньюпорта в крепость-тюрьму Херст. 2 декабря войска заняли Лондон, командование распо­ложилось в королевском дворце Уайтхолле. 6 декабря про­изошла знаменитая Прайдова чистка парламента: полковник Прайд со своими солдатами утром встал у входа в палату об­щин и не допустил на заседания пресвитериан, склонных к компромиссу с королем. Таким образом из парламента было изгнано большинство депутатов. Вслед за тем создан Верхов­ный Суд справедливости для рассмотрения преступлений Карла Стюарта. 4 января 1649 г. палата общин объявила народ источником всякой справедливой власти, а самое себя — вер­ховным органом страны. Тем самым фактически в Англии установился республиканский строй.

Верховный Суд справедливости заседал в Вестминстере в течение января 1649 г.; он обвинил Карла в попытке устано­вить тираническую власть, в уничтожении прав и вольностей народа, в кровопролитии и государственной измене и пригово­рил его к смертной казни. 30 января 1649 г. невиданный прежде в истории акт свершился: по приговору суда королю всенародно, на площади перед дворцом отрубили голову как «тирану, изменнику, убийце и открытому врагу» английского государства. В Англии была провозглашена республика.

Республика и протекторат. После установ­ления республики левеллеры подвергли новый режим резкой критике. Лилберн опубликовал в первые месяцы 1649 г. два памфлета, оба — под красноречивым названием «Новые цепи Англии». Он упрекал парламент в том, что тот не дал народу истинных прав и свобод, не позаботился о его материальном благосостоянии, а превратился в своекорыстную олигархиче­скую клику. В самом деле, в парламенте после Прайдовой чи­стки заседало не более 100 человек, которые отнюдь не явля­лись народными представителями. Народ низведен до ничто­жества, писал Лилберн, а между тем ему льстят, уверяя, что он — единственный источник справедливой власти. В действи­тельности вся реальная власть в стране передана Государствен­ному совету и его члены «будут иметь громадную возможность сделать себя абсолютными и безответственными». Левеллеры были правы: страной управляла верхушка армии с Кромвелем во главе и несколько высокопоставленных юристов. Члены же парламента заботились прежде всего о своих личных и группо­вых выгодах.

Левеллерские призывы падали на благоприятную почву. Положение народа в результате войн и кризиса власти резко ухудшилось. В ремесле и торговле царил застой, многие тыся­чи людей разорились. Работать было негде, толпы нищих обо­рванцев бродили по дорогам. Три года подряд неурожаи подта­чивали земледелие, хлеб дорожал, скот падал. Сорокатысяч­ная армия висела на шее народа тяжким ярмом. Налоги росли, церковная десятина продолжала взиматься, несмотря на провозглашенную республикой свободу совести. Неуклонно ползли вверх цены на мясо, соль, свечи, ткани, уголь. Люди голодали.

Весной 1649 г. поднимается новое движение «истинных левеллеров», или диггеров («копателей»). Народные низы — беднейшие крестьяне, безработные, поденщики, лишенные имущества в результате огораживаний и бедствий войны, — выдвинули требования имущественного равенства, обобществ­ления земли и общего труда на ней, уничтожения эксплуата­ции. Вождем диггеров стал Джерард Уинстэнли, сын ланка­ширского торговца. Весной 1649 г. он собрал на холме Св. Георгия в графстве Серри несколько десятков бедняков, которые начали обрабатывать пустовавшую землю и сеять на ней бобы, морковь и турнепс. Они призывали всех желающих присоединиться к ним и выражали надежду, что вскоре вся земля покроется такими самоуправляющимися трудовыми об­щинами.

Судьба этой первой примитивно-коммунистической коло­нии печальна: ее много раз разгоняли, диггеров побивали кам­нями, хижины сжигали, посевы вытаптывали, людей и скот безжалостно избивали. После ряда потрав и перемещений ко­лония была окончательно разгромлена весной 1650 г. Та же участь постигла и несколько других диггерских поселений, возникших в графствах Норсемптон и Кент.

Политически левеллеры решительно отвергали какую бы то ни было причастность к движению диггеров. В последнем варианте «Народного соглашения», выпущенном в мае 1649 г., они заявляли, что будущий парламент не должен «уравнивать состояния, разрушать собственность или устанав­ливать общность имуществ». Весной 1649 г. левеллеры, раз­уверившись в возможности добиться реформ конституцион­ным путем, подняли восстание в Солсбери; отряды их высту­пили также в Оксфордшире и двинулись на соединение с восставшими. Кромвель и Фэрфакс бросили против них луч­шие силы своей кавалерии и в ночь с 14 на 15 мая разгромили непокорных. Та же участь постигла левеллерских повстанцев и в других полках. К осени левеллерское движение в Англии было полностью разгромлено. Были изданы карательные ука­зы против рантеров и других оппозиционных народных дви­жений. Поражение демократических сил революции в значи­тельной мере сузило социальную базу республики, оттолкнуло от нее широкие массы народа — крестьянство, мелкобуржуаз­ные и плебейские городские слои — ив конечном итоге приве­ло ее к гибели.

Перед английской республикой с самого начала стояли задачи упрочения власти индепендентского джентри и бур­жуазии. Справившись с оппозицией, она должна была ликви­дировать очаги роялистской угрозы в Ирландии и Шотландии. В июле 1649 г. Кромвель во главе своей армии «железнобо­ких» отправляется на завоевание Ирландии. Ожесточенные тяжелыми походами, болезнями, недостатком продовольствия и несгибаемым сопротивлением местных жителей, Кромвель и его солдаты залили страну кровью. Они не щадили ни жен­щин, ни детей, ни священников. За несколько месяцев цвету­щий край был разорен и повержен в нищету.

Завоевание Ирландии имело два важнейших результата. Во-первых, оно привело к разграблению ирландских земель и обогащению за их счет новых классов. Солдатам и офицерам вместо жалованья выдавали «обязательства» на наделы зем­лей в Ирландии. Нуждаясь в деньгах, они за бесценок продава­ли эти бумажки предприимчивым скупщикам. В результате за счет ирландских земель сложился новый слой лендлордов, превратившийся в контрреволюционную силу и немало спо­собствовавший впоследствии реставрации Стюартов. Во-вто- рых, ограбление Ирландии превратило народную революцион­ную армию в захватчиков и беспринципных наемников, охва­ченных жаждой наживы.

В то же время роялистская угроза отнюдь не была ликвиди­рована. Сын казненного Карла I был провозглашен в Шотлан­дии королем всех трех государств. Карл II принял Ковенант и согласился на установление пресвитерианской церкви в Шот­ландии. Теперь английской республике угрожало вторжение с севера. Кромвелю с его армией пришлось еще раз отвоевывать достижения революции. 3 сентября 1650 г. он разбил втрое превосходившие силы шотландцев при Денбаре, а ровно через год нанес им сокрушительное поражение при Вустере. Моло­дой король, лично командовавший боем, бежал. Шотландская армия была уничтожена полностью. Авторитет, слава и власть Кромвеля поднялись на небывалую высоту. Благодаря его по­бедам английскую республику официально признали Испа­ния, Германия, Швеция, Франция, итальянские города и за­океанские колонии.

Внутриполитическое положение республики, однако, ос­тавляло желать лучшего. Страна была разорена, торговля и ре­месло находились в упадке, земледелие тоже. Получившие полную свободу земельные собственники беззастенчиво граби­ли крестьян, и те разорялись, теряя скудные наделы и зарабо­ток. Вместо старых лордов, бежавших в королевскую армию или за границу, появлялись новые господа, более циничные и корыстные; они с еще большей энергией огораживали поля, сгоняли крестьян с насиженных мест, и те пополняли огром­ную армию бродяг. Безработных было столько, что перед рес­публикой вставал серьезный вопрос: как их прокормить и из­бежать их недовольства? Тюрьмы были полны несостоятель­ных должников. Законы не соблюдались или использовались во зло беззастенчивыми юристами, которые наживались на не­счастьях разоренных людей.

Необходимо было провести реформу законодательства, до­биться устроения церковных дел и, главное, установить в Анг­лии новую конституцию. Было ясно, что нынешний парла­мент, который в народе презрительно именовали «охвостьем», давно никого не представляет и занят исключительно погоней за личным обогащением и выгодными должностями. Члены «охвостья», некогда революционные индепендентские лиде­ры, раздавали теперь друг другу земли, леса, угольные копи, конфискованные у роялистов ценности, монополии. Их глав­ной задачей было сохранить и укрепить свою власть, умно­жить богатства. Они всячески старались продлить свои полно­мочия и выдвинуть такой проект избирательного закона, по которому все нынешние члены «охвостья» остались бы у влас­ти на неопределенно долгое время.

В народе росло недовольство продажностью и бездействием правящей власти. Требования реформ раздавались и в армии, и среди высшего офицерства. В этих условиях Кромвель еще раз решается на переворот: 20 апреля 1653 г. он разгоняет пар­ламент и назначает новый орган власти.

Малый, или Бэрбонский, парламент открыл свои заседа­ния 4 июля 1653 г. Он состоял из 139 небогатых сквайров, ла­вочников, торговцев, выдвинутых местными религиозными конгрегациями из числа наиболее благочестивых и проникну­тых проповедническим рвением своих членов. С простодуш­ным усердием не искушенных в политике людей депутаты в первые же недели провели ряд важных реформ: назначили ко­митет для кодификации запутанного английского законода­тельства, отменили доставшийся в наследство от феодальных времен суд канцлера, заменили церковный брак гражданским, отменили жестокие казни. Они уничтожили право патроната, т. е. право лендлордов выставлять кандидатов на церковные должности, и тем самым вывели церковь из-под контроля соб­ственников. «Святые», кроме того, принялись и за социаль­но-экономические преобразования, и тут выказав себя радика­лами: ликвидировали систему откупов при сборе податей; на­чали обсуждать принципы налогообложения, обнаружив намерение привести ее в соответствие с доходами населения. Они ставили вопросы о компенсации беднякам убытков, нане­сенных огораживаниями, об отмене акцизов, ренты лендлор­дам и церковной десятины, правом на получение которой вла­дели многие светские собственники земли.

Неудивительно, что деятельность парламента вскоре выз­вала резкое недовольство правящей верхушки. Под давлением офицеров Малый парламент вынужден был самораспуститься. В декабре 1653 г. в Англии была принята новая конституция — «Орудие управления». Согласно ей, Кромвель получал пожиз­ненный пост лорда-протектора Англии, Шотландии и Ирлан­дии и управлял совместно с парламентом из 400 человек, кото­рый должен был избираться один раз в три года; сессия про­должалась не менее пяти месяцев. Избирать в него могли только люди, имевшие не менее 200 фунтов стерлингов — в , земле или движимости. Этот ценз был значительно более высо­ким, чем даже при Стюартах. Избирательные округа были пе­рераспределены в пользу городов и средних слоев населения — осуществилось то, чего требовали и Долгий парламент в нача­ле своих заседаний, и «Главы предложений», и левеллерское «Народное соглашение». Исполнительная власть вручалась протектору и пожизненному Государственному совету из пятнадцати лиц, выдвинутых Советом офицеров. Сам протек­тор получал огромную власть: он назначал должностных лиц, командовал вооруженными силами, ведал международной по­литикой; законы не могли изменяться, налоги не могли вво­диться без его согласия. По существу, в стране была установле­на военная диктатура Кромвеля, который опирался на побе­дивших в революции индепендентов-офицеров и широкие круги собственников, заинтересованных в стабильной государ­ственной власти.

Политика протектората отличалась умеренностью и осто­рожностью. Были отменены все постановления Бэрбонского парламента. Подготовка реформы права передана в руки дип­ломированных юристов; церковная десятина сохранялась в не­прикосновенности. Что касается проповедников, то для вступ­ления в должность им полагалось представлять свидетельство о благочестии, подписанное тремя уважаемыми лицами. Была провозглашена веротерпимость, сектантов преследовали лишь за антиправительственные выступления.

Произошло полное присоединение Шотландии и Ирландии к Англии. Их парламенты были ликвидированы, и они отныне посылали в объединенную палату общин по 30 представите­лей. Таможенные барьеры уничтожались, повсюду вводились английское право, английская система судопроизводства и на­логообложения . Население Ирландии принудительно выселя­лось из наиболее развитых и плодородных областей в суровые северо-западные графства; освобожденную таким способом землю получали английские солдаты и купцы.

Был заключен мир с Голландией: война, начатая при рес­публике в связи с введением Навигационного акта (1651), ко­торый ограничивал права голландских купцов, закончилась победой Англии; были подписаны выгодные торговые догово­ры со Швецией, Данией, Португалией.

Парламент, собравшийся согласно новой конституции, по­пытался урезать власть протектора и пересмотреть «Орудие управления». Проведенная Кромвелем чистка не помогла. Де­путаты, как когда-то в Долгом парламенте, требовали расши­рения полномочий палаты, введения налогов только с ее согла­сия, передачи ей контроля над милицией, сокращения числен­ности армии, возврата к более широкому избирательному цензу — сорок шиллингов годового дохода. В парламент посту­пали петиции с требованием урезать власть протектора, рас­пустить существующий законодательный орган и созвать «полный и свободный парламент» на основе «Народного согло- шения». В результате Кромвель распустил и это собрание и стал править единолично.

В ответ на недовольство широких масс народа, на отказы платить налоги, на петиции и письма он ввел в стране поли­цейский режим майор-генералов. Англия была разделена на одиннадцать округов, каждый из которых возглавлял прави­тель, ответственный за все: за милицию и налоги, за религию и нравственность, за судей и подсудимых. Он был обязан по­давлять мятежи и восстания, обеспечивать безопасность от грабителей на дорогах, наблюдать за недовольными, пресекать всякого рода сборища, определять на работу бродяг, наказы­вать богохульство и ереси. Для исполнения этих обязанностей майор-генерал получал право управлять милицией и регуляр­ными военными силами. Мелочному надзору подлежала даже личная жизнь граждан. Англия превратилась в угрюмую мол­чаливую страну, проникнутую духом подозрения и наушниче­ства. Была введена цензура на все печатные издания, закрыты многие независимые газеты. Тюрьмы были переполнены.

Однако режим майор-генералов и содержание разветвлен­ной полиции стоили больших средств, катастрофически рос финансовый дефицит правительства. А экономическая поли­тика протектората была столь же реакционной, как и его по­лицейская система. Ордонансом 1656 г. феодальные повиннос­ти отменялись, но, как и в указе 1646 г., отменялись только для сквайров. Крестьяне же продолжали нести унизительные повинности и платежи. Церковная десятина, символ собствен­нических прав, осталась в неприкосновенности. Возродилась практика откупов и раздачи монопольных прав. Продолжа­лись огораживания.

В 1655 г. началась война с Испанией, что привело к росту финансового дефицита. Страна страдала от налогов, Сити от­казывало правительству в займах. Армия не получала жало­ванья и громко роптала. В такой обстановке Кромвель был вы­нужден в сентябре 1656 г. созвать новый парламент. Главным решением его явилось предложение Кромвелю новой консти­туции — «Смиренной петиции и Совета». Она устанавливала в Англии правление короля (его титул должен был принять Кромвель), палаты лордов и палаты общин, т. е. возвращала страну к дореволюционной форме правления. Кромвель после некоторых колебаний принял эту конституцию, отказавшись, однако, от королевского титула: против него (титула) резко возражали офицеры. В остальном его правление приобретало все более традиционные формы.

Однако правительству не удалось решить насущные соци­ально-экономические проблемы. Армия и флот по-прежнему истощали бюджет. Чудовищный финансовый дефицит посто­янно увеличивался, государственный долг дошел до полутора миллионов фунтов стерлингов. Торговля и ремесла находи­лись в плачевном состоянии. Безработица и обнищание наро­да достигли небывалых размеров. Социальная база протекто­рата сужалась. Только личный авторитет Кромвеля спасал от мятежей и развала.

Вторая республика и реставрация Стю­артов. 3 сентября 1658 г. Кромвель умер, и власть перешла к его сыну Ричарду, который оказался не способен поправить положение страны. Недовольство народа прорывается с новой силой, и под его нажимом весной 1659 г. к власти возвращает­ся республиканское «охвостье» Долгого парламента. В Англии установилась Вторая республика. Однако олигархическая кли­ка прежних вершителей революции, озабоченная лишь узки­ми своекорыстными интересами, оказалась неспособной про­вести реформы ни в экономической, ни в политической, ни в судебной и социальной областях. Народное движение нараста­ло; чтобы подавить его, осенью 1659 г. армейская верхушка во главе с генералом Ламбертом разогнала «охвостье» и устано­вила военную диктатуру.

Неустойчивость политического режима, подъем народных волнений, требования демократических реформ привели буржу- азно-дворянский союз к мысли о необходимости реставрации законной монархической власти. Слухи о предполагаемом во­оружении народных сект — анабаптистов, милленариев, кваке­ров — заставили дисциплинированную и монолитную армию ге­нерала Монка, расквартированную на севере, двинуться на Лон­дон, расположиться в столице и вернуть в парламент изгнанных из него в декабре 1648 г. пресвитериан. Они собрались в Вест­минстере 21 февраля 1660 г. Первой их заботой было отменить все акты «охвостья», изданные с осени 1648 г.; передать госу­дарственные должности, командование армией и милицией в руки своих сторонников. Было восстановлено пресвитерианское устройство церкви. Республиканцы частью были арестованы, частью удалены из Лондона. После этого Долгий парламент из­дал акт о самороспуске и назначил выборы в Конвент.

В это время Карл И, находившийся в Голландии, издал декларацию, в которой обещал английскому народу амнистию за все деяния в гражданской войне, свободу вероисповедания и утверждение происшедших земельных продаж и конфиска­ций. Конвент, собравшийся 25 апреля, провозгласил его за­конным монархом, и 26 мая 1660 г. новый король, торже­ственно приветствуемый подобострастной толпой, въехал в Лондон. В Англии вновь установился режим абсолютной мо­нархии.

Реставрация началась с репрессий. Были схвачены и казне­ны не успевшие бежать за границу деятели революции, а так­же сектанты, пытавшиеся протестовать против новых поряд­ков. Даже тела Кромвеля, его зятя Айртона и главы суда над Карлом I Брэдшоу были извлечены из могил, обезглавлены и повешены у всех на виду. Восстановлена в правах англикан­ская церковь и изгнаны из приходов пресвитерианские и инде- пендентские проповедники. Акт о «незаконных сборищах» (1664) запрещал любые публичные моления, кроме официаль­ных. Всякое молитвенное собрание, на котором присутствова­ло более пяти лиц, рассматривалось как уголовное преступле­ние. Подавать петиции без разрешения местных властей было запрещено. Карл II восстановил жесточайшую цензуру на все печатные издания, резко сократил число типографий. На пло­щадях запылали костры: палачи жгли памфлеты и книги ре­волюционной поры.

Роялисты, пришедшие к власти вместе с Карлом И, стара­лись вернуть себе утраченные с революцией земли и влияние. Но правительство было вынуждено считаться и с интересами новых владельцев: оно поощряло торговлю и промышлен­ность, вело колониальные войны. Далеко не все земельные владения, переместившиеся в ходе революции, вернулись в прежние руки. Карл II вел войны с Голландией за торговое преобладание на морях. Благодаря его браку с португальской принцессой, Англия получила город Бомбей в Индии, ставший опорным пунктом колонизации этой страны.

Внутри Англии реакция усиливалась. Росло влияние като­лической Франции, от правительства которой Карл И, ведший расточительную и распутную жизнь, получал ежегодную пен­сию. Вместе с тем усиливалась и тайная, но стойкая оппози­ция режиму реставрации. Наследники революционных народ­ных сект — квакеры, заявившие о своем миролюбии и привер­женности принципу ненасилия, продолжали собираться для молчаливых молитв. Авторы политических теорий и литера­торы в иносказательной форме доказывали преимущества рес­публиканского строя. Когда в 1685 г. Карл II умер и престол занял его брат Яков II, католик, вспыхнуло восстание герцога Монмаута, незаконного сына Карла И. Он обещал восстановле­ние политической и религиозной свободы, ежегодный созыв парламента и замену постоянной армии народным ополчени­ем. К восстанию присоединились крестьяне и горнорабочие; но оно было жестоко подавлено властями, а Дж. Монмаут казнен.

После этого террор усилился. Яков И, также тайно полу­чавший пенсию от французского короля, стал предпринимать шаги для установления в Англии католицизма, отождествляв­шегося в умах современников с реакцией и подчинением фран­цузам и папе римскому. Возмущение политикой короля стало всеобщим, и лидеры оппозиции в июне 1688 г. послали при­глашение главе нидерландского правительства Вильгельму Оранскому, мужу дочери Якова II Марии, явиться в Англию с оружием в руках и восстановить в ней попранные протестант­ские свободы.

«Славная революция». 5 ноября 1688 г. Вильгельм высадился в Англии с 15-тысячным войском. Отря­ды, собранные Яковом И, стали переходить на сторону против­ника со своими командирами во главе. Покинутый всеми, Яков II бежал во Францию. 18 декабря 1688 г. Вильгельм Оранский вступил в Лондон и в начале 1689 г. был провозгла­шен королем Англии. Так произошел бескровный государст­венный переворот, получивший название «Славной револю­ции».

Основным документом нового государственного режима стал «Билль о правах». Англия превращалась в парламент­скую монархию. Король терял право вето и должен был управ­лять страной совместно с парламентом. Он не мог без разре­шения парламента собирать налоги, содержать постоянное войско, вмешиваться в дела религии. В то же время избира­тельное право оставалось прежним — им обладали только иму­щие граждане, огромное большинство народа было этого права лишено. Распределение депутатов по избирательным округам продолжало, как и до революции, оставаться непропорци­ональным. Религиозная терпимость, провозглашенная бил­лем, носила ограниченный характер: сектанты, отрицавшие догмат о троичности божества, преследовались по всей строгос­ти закона. Но и пресвитерианство не стало господствующей религией, ею оставалось англиканство. Индепендентские конг­регации получили право свободного вероисповедания. В стране надолго устанавливается двухпартийная система, возникшая еще в годы реставрации: то виги (буржуазно-дворянская пар­тия), то тори (консерваторы-землевладельцы) получают преоб­ладание в правительстве.

В целом переворот 1688 г. представлял собой компромисс между земельной аристократией и поднимавшейся крупной буржуазией, которые отныне делили власть. Народ по-преж- нему не допускался к участию в политической жизни. Харак­терными чертами английской истории с этих пор становятся развитие предпринимательства, бурный рост первоначального накопления капитала, расцвет мануфактуры. Законодатель­ные реформы, осуществленные в ходе обеих революций, при­вели к массовой экспроприации и сгону с земли крестьянства; в стране завершился аграрный переворот. Во внешней политике правительства поощрялось ограбление колоний и велась успеш­ная борьба за преобладание над другими державами на морях.

Культура и политическая мысль. В XVII в. в Англии происходит поворот от средневековой культуры к культуре нового времени. Это касалось прежде всего идейной, мировоззренческой сферы. Революционная борьба начиналась как движение за свободу вероисповедания; воодушевленная текстами и образами Ветхого Завета, она сделала своим идей­ным знаменем пуританизм; народные низы горели эсхатологи­ческой верой в скорое второе пришествие и установление Ты­сячелетнего царства. Но и в ходе самой революции, и в значи­тельной мере в результате ее поражения идеалы пуританизма были развенчаны. На смену ожиданиям Тысячелетнего царст­ва Христова приходил культ Разума; на смену идеалистиче­скому стремлению к всеобщему братству и любви — интерес наживы. На примере множества трактатов и публицистиче­ских произведений можно проследить эту эволюцию от веры к разуму, от пуританского ветхозаветного монотеизма к трезво­му просветительскому деизму. Необычайная популярность и распространенность Библии стимулировали ее критику — как ученую, так и стихийную, непросвещенную, сектантскую. Кальвинистская этика, насаждавшаяся пуританскими пропо­ведниками, несла с собой культ рационалистической утили­тарности. Левеллерские политические теории и сам характер их аргументации со ссылками на естественное право усилива­ли тенденции к секуляризации.

Если начало века знаменовалось расцветом драмы и поэ­зии — достаточно назвать имена У. Шекспира, К. Марло, Б. Джонсона, Г. Спенсера, Дж. Донна, — то культура эпохи революции дала миру одно по-настоящему великое имя — Джона Мильтона. Его ранние стихи, поэмы и драмы сочетают в себе традиции Ренессанса и духовную глубину развитой рели­гиозности Реформации. Его политические трактаты — против епископата, о свободе личности, о праве на развод, о свободе пе­чати, а также знаменитые зрелые творения 1649—1650 гг., на­писанные в защиту цареубийства и английской республики, — выражают точку зрения партии индепендентов, возглавившей революцию. Великие поздние поэмы «Потерянный рай», «Воз­вращенный рай» и драма «Самсон-борец», продиктованные слепым поэтом в эпоху террора и гонений, поднимают вечные вопросы о добре и зле, грехе и раскаянии, о праве и возмож­ности сопротивляться тирании и отстаивать человеческое до­стоинство в самых неблагоприятных обстоятельствах.

Среди заметных явлений культуры революционного двад­цатилетия, оказавших влияние на последующее развитие, сле­дует назвать кружок Сэмюэля Хартлиба, активно действовав­ший с первых лет работы Долгого парламента. Он состоял из социальных реформаторов, ученых, инженеров, изобретате­лей, преобразователей сельского хозяйства, педагогов. Кру­жок был тесно связан с европейским реформационным и г>- манистически-просветительским движением: в него входили знаменитый чешский педагог Я. А. Коменский, инженер из Богемии Иоганн де Берг, протестантский пастор и миссионер Джон Дьюри и др. Члены кружка выступали с многочислен­ными проектами реформ в социально-экономической области, образовании, агрикультуре, технике, рудном деле и т. п. Из их среды вышла предложенная парламенту анонимная утопия «Описание знаменитого королевства Макарии».

Значительный прогресс был достигнут в естественных нау­ках и философии. На заре века выступил с замечательными трудами Фрэнсис Бэкон. В середине столетия Томас Гоббс сис­тематизировал материалистическое учение Бэкона, в то же время упростив его. Он развил философию государства в своих политических сочинениях «Левиафан» и «О гражданине»; при этом естественное состояние Гоббс понимал как «войну всех против всех» и защищал принцип сильной, авторитарной госу­дарственной власти. Другой политический философ, Дж. Гар- рингтон, выводил форму государственного правления из фор­мы распределения земельной собственности в стране; согласно его теории в Англии XVII в. произошло перемещение земель­ной собственности из рук короны, знати и церкви в руки наро­да; соответственно форма правления должна быть республи­канской. Теории Гаррингтона — в частности, принцип введе­ния аграрного закона, ограничивающего крупную земельную собственность, а также принцип ротации, т. е. ежегодного об­новления всех государственных учреждений на одну треть, — оказали влияние на дальнейшее развитие социальной и поли­тической мысли. Его последователями в годы реставрации бы­ли теоретики конституционной монархии Г. Невиль, О. Сид­ней, У. Пенн.

Существенный вклад в развитие политической теории внесли памфлеты и трактаты левеллеров — Дж. Лилберна, У. Уолвина и Р. Овертона. Социальную утопию, в основу ко­торой был положен принцип общей собственности на землю, создал вождь диггеров Дж. Уинстэнли. Теории политической экономии, базирующиеся на материалистическом методе Ф. Бэ­кона и Т. Гоббса, развивал У. Петти, заложивший в своих трудах основу теории трудовой стоимости. Квакер Дж. Бел- лерс создал оригинальный проект «Производственного содру­жества» — своего рода производственного кооператива, который приносил бы прибыль богатым основателям, вложившим туда свой капитал, и обеспечивал бы безбедную жизнь беднякам- работникам, воспитание и бесплатное образование их детям.

После поражения революции идейная атмосфера в стране резко изменилась. В литературе, мемуаристике, драме, пере­писке стали преобладать мотивы упадка, страха, распу­щенности, цинизма. Этические ценности разительно меняют­ся: равнодушие к политическим проблемам сочетается с вос­хвалением материального процветания. После реставрации Дж. Чайлд, Ч. Дэвенант, Д. Дефо и другие открыто признавали, что ведущим импульсом человеческого существования являет­ся интерес наживы. Отчетливо проявилось стремление к конк­ретным техническим и научным новшествам, а также к агрес­сивному экономическому проникновению в другие страны. В са­мой Англии распространились взяточничество, коррупция. Карл II и его двор поражали своим распутством. Театр был во­пиюще аморален. Граф Рочестер вслед за Т. Гоббсом изобра­жал человека как подлое, жадное, похотливое, лицемерное су­щество. Исключение составляли произведения Дж. Беньяна, рисовавшего странствия человеческой души к «Небесному Иерусалиму» через искушения, грехи и падения земного пути.

Достижение политического компромисса 1689 г. нашло от­ражение в произведениях философов, политических мыслите­лей, литераторов. Его крупнейшим идеологом стал философ Джон Локк, который в двух «Трактатах о правительстве» объ­яснил и обосновал суть происшедшего в Англии переворота. Рост предприимчивости нашел отражение в романах Д. Дефо; нравы поклонявшейся чистогану буржуазии и уродства насту­пающей новой эры высмеивались в едких сатирах Дж. Свиф­та. Наступала эпоха Просвещения, на которую предшествую­щая революция наложила неизгладимый отпечаток.

Политическое и социально-экономиче­ское развитие Англии в первой половине XVIII в. Пос­ле Вильгельма и Марии королевский титул получила сестра последней Анна (1702—1714); затем правили короли из немец­кой династии Ганноверов. Парламент состоял в основном из представителей крупных землевладельцев, они занимали все места в палате лордов и большую часть мест в палате общин. Но последняя представляла и интересы крупной буржуазии: дворяне, заседавшие в ней, являлись и собственниками ману­фактур, и финансовыми воротилами. Процесс сращивания землевладельцев с торгово-предпринимательскими слоями уси­ливался. В местном управлении тоже преобладали лендлорды. Тем не менее правительство и парламент были вынуждены все больше считаться с интересами предпринимателей.

Сохранялась двухпартийная система. Тори и виги в прин­ципе мало различались меж собой; их социальная база и инте­ресы, направленные к максимальному извлечению прибылей из сельского хозяйства, торговли, а затем и промышленности, к ограблению колоний, были схожими. Различались лишь по­литические позиции: тори в основном поддерживали корону, а виги — парламент. И та и другая партии стремились обеспе­чить себе наиболее благоприятное положение, покупая парла­ментские места, подкупая делегатов, давая взятки. Коррупция пронизывала всю политическую жизнь. Уродливым явлением было неравномерное распределение количества депутатских мест по графствам: часто один-два человека в захолустном «гнилом местечке» обладали правом избирать депутата в пар­ламент. Согласно закону о престолонаследии 1701 г., короли из династии Стюартов навсегда лишились права на престол: в политической жизни страны усилилось значение министров, которые несли ответственность за государственную политику перед парламентом. Кабинет министров формировался из представителей партии, имевшей большинство в парламенте. В правление королевы Анны большинство завоевала партия вигов. Однако война за Испанское наследство, приведшая к ог­ромному бюджетному дефициту, ускорила падение вигского правительства. Тори, пришедшие к власти, закончили войну: согласно Утрехтскому миру 1713 г., Англия получила Гиб­ралтар, остров Менорку и право асиенто, т. е. право в течение 30 лет поставлять рабов в испанские колонии в Америке. Од­нако другие статьи договоров, особенно установление повы­шенных пошлин на ввозимые в Испанию английские товары, усилили непопулярность правительства тори, и в 1714 г. виги снова пришли к власти. В 1715 г. их правительство упрочи­лось в связи с подавлением мятежа якобитов, сторонников ди­настии Стюартов.

В 1721 г. к власти на два десятилетия приходит вигское правительство Г. Уолпола. Оно проводило политику покрови­тельства английской промышленности и торговле, особенно заокеанской. При нем снизились поземельный налог и пошли­ны на ввозимое в Англию сырье; в то же время были изданы законы о принуждении к труду нищих и бродяг, которых стано­вилось все больше. Британские владения в Индии, Америке и Африке постоянно расширялись. Англия активно участвовала в войнах за Испанское (1701—1713) и Австрийское (1740—1748) наследства, в Семилетней войне (1756—1763), в результате че­го англичанам удалось еще больше утвердить свое господство в колониях и стать крупнейшей колониальной державой.

Огромные доходы приносили Ост-Индская, Гвинейская и другие торговые компании, особенно занимавшиеся работор­говлей. Предприимчивые купцы обманом или силой перевози­ли африканцев в колонии Северной Америки для рабского тру­да на плантациях. После войны за Испанское наследство анг­лийский король получил исключительное право на торговлю африканцами-рабами во всех испанских колониях.

В социально-экономической жизни в XVIII в. произошли важнейшие процессы. Завершилась начавшаяся еще в XVI в. аграрная революция; после гражданских войн и переворота 1688 г. приобрели огромные размеры огораживания и сгон крестьян с земли. Правительство совершенно прекратило по­литику сдерживания огораживаний и, наоборот, само издава­ло акты об огораживании. Те, кто боролся против огоражи­ваний и сносил изгороди, приговаривались к смертной казни. В результате множество мелких земледельцев, батраков и сельских ремесленников разорялись и становились бродягами, искателями заработка в городах. Если в конце XVII в. у кресть­ян находилось еще около половины всей пахотной земли, то спустя столетие английское крестьянство — йоменри — исчез­ло вовсе.

Разоренные крестьяне пополняли армию нищих и бродяг, против которых правительство издавало суровые законы. Так, по закону 1698 г. все бедняки, получавшие пособие, должны были носить специальные нарукавные знаки. Под страхом жестоких наказаний запрещался самовольный переход нищих из одного прихода в другой: тем самым они принуждались к выполнению самой тяжелой и низкооплачиваемой работы. Приходские власти сами переправляли безработных по перво­му требованию предпринимателей. Детей бедняков отрывали от семей и отдавали на мануфактуры. Заработная плата, со­гласно законам 1721 и 1726 гг., регулировалась мировыми судьями на местах; предпринимателям под угрозой штрафа было запрещено повышать установленные ими ставки.

Вследствие разорения крестьян и мелких ремесленников, которые все больше вытеснялись мануфактурным производст­вом, появился рынок дешевой рабочей силы, что способствова­ло развитию наемного труда. В сельском хозяйстве мелкие владения уступили место средним и крупным фермерским хо­зяйствам с улучшенной обработкой земли, использованием сельскохозяйственной техники, аренды и наемной рабочей си­лы. Многие разорившиеся крестьяне эмигрировали в колонии Северной Америки.

За счет концентрации земельных владений в руках круп­ных лендлордов, интенсивного развития сельского хозяйства, ограбления колоний и торговли рабами складывается слой фи­нансовой буржуазии, в ее руках сосредоточиваются огромные богатства. В 1694 г. земельные магнаты и купцы-предприни- матели основывают Английский банк. Благодаря его займам и денежным операциям в XVIII в. складывается разветвленная финансовая система. Само государство оказывается в зависи­мости от финансового капитала. Со своей стороны оно полити­кой протекционизма поощряло развитие отечественной про­мышленности.

Начало промышленного переворота. В промышленности в XVIII в. тоже происходят существенные перемены. Мелкое товарное производство все больше уступает место мануфактурному: потребности его развития приводят к ряду изобретений в области механики, преобразивших к XIX в. всю английскую промышленность. Еще в 1733 г. был изобретен летучий челнок для выделки сукна, значительно ускоривший производство тканей. Это изобретение стиму­лировало работу прядильщиков: в 1738 г. была создана маши­на, прявшая нить без участия человеческих рук. В 1764 г. Дж. Харгривс изобрел механическую прялку «Дженни», а уже в 1771 г. Р. Аркрайтом была открыта первая прядильная фаб­рика; машины в ней приводились в движение водяным коле­сом. К 1780 г. в Англии насчитывалось 20, а через 10 лет — уже 150 подобных фабрик.

Существенные изменения претерпели и другие отрасли промышленности. В 1765 г. Джеймс Уатт построил паровую машину, а в 1771 г. усовершенствовал ее. Изобретение паро­вой машины имело огромные последствия для развития фаб­ричного производства. Оно устранило зависимость промыш­ленных предприятий от энергии рек и привело к повсеместно­му распространению фабрик. Для работы паровой машины требовался уголь; благодаря этому стала усиленно развиваться угольная промышленность. Потребность в металле стимулиро­вала новые способы выплавки железа и привела к усовершен­ствованию металлургии, которая тоже стала работать на угле, а не на древесине.

Развитие промышленности привело к появлению новых го­родов — Манчестера, Бирмингема; способствовало развитию дорог и транспорта; увеличило связи между различными райо­нами страны. Оно создало и новый класс — промышленный пролетариат, занятый на фабриках, у машин. Рабочий на этих фабриках существенно отличался от средневекового ремеслен­ника или работника мануфактуры: он представлял собой как бы живой придаток к механизму. Труд на фабриках был тяжел и однообразен, он продолжался по 14—18 часов в сутки. Зара­ботная плата была низкой; на фабриках работало много жен­щин и детей, которым платили еще меньше, чем мужчинам. Правительственные законы насаждали суровую дисциплину среди рабочих, жестоко карая за малейшие нарушения. Изо­бретение новых машин приводило к увольнениям. Все это вы­зывало возмущение рабочих, выражавшееся в самой прими­тивной форме: они ломали ненавистные машины, разбивали орудия труда. Уже в 1769 г. парламент принял специальный закон, каравший смертной казнью за разрушение машин. Но движение луддитов , как звали этих первых рабочих-бунта- рей, продолжалось. Во второй половине XVIII в. зарождается и стачечное движение. Разрозненные, темные, забитые рабо­чие постепенно объединяются и начинают борьбу за свои пра­ва, против снижения заработной платы, за улучшение условий труда.

Вместе с развитием промышленности рос и усиливал свое влияние и другой класс — промышленная буржуазия. Она стала выступать против политической монополии нескольких десятков аристократических семей. К партии вигов и тори присоединилась группа радикалов, начавшая борьбу за поли­тические реформы. Выражением кризиса правящих кругов явились выступление члена парламента Уилкса, поддержан­ное народными волнениями, и распространявшиеся больши­ми тиражами политические памфлеты под общим названием «письма Юниуса», в которых резко критиковались уродливая система парламентских выборов, продажность министров и депутатов, бесправие народа. Поднимались волнения и в Ир­ландии.

Одновременно с рабочим движением и политической оп­позицией буржуазии назревает Американская революция (1773—1775): борьба английских колоний в Северной Америке за свою независимость от метрополии. Усиливается движение ирландцев против многовекового гнета англичан. В 1783 г. Анг­лия подписывает мирный договор и признает независимость тринадцати колоний в Америке. В то же время она сохраняет господствующее положение в Канаде и Индии. Последняя ста­новится важнейшим источником доходов для метрополии.

Английское Просвещение. В XVIII в. рас­цвет переживает английское Просвещение, начало которому положили еще мыслители эпохи революции и философ Джон Локк. Для Просвещения как интеллектуального движения ха­рактерны идеи естественного человека, который у Локка вы­ступает как гармоничное и совершенное существо, и естествен­ных прав и свобод личности: права на собственность, на демо­кратические свободы, на свободомыслие. Энциклопедически

' По имени легендарного Неда Лудда, якобы первым разбившего станок.

образованные мыслители — Локк, Дж. Толанд, Г. Боллингб- рок и другие — утверждали приоритеты личности и ее свобод, признавали суверенитет народа и его право участвовать в по­литической жизни.

В философии утверждается сенсуализм, выводящий все знания и представления человека из чувственного опыта. Ро­доначальником сенсуализма явился Дж. Локк, отрицавший «врожденные идеи» Декарта. Дж. Беркли делал из сенсуализ­ма крайние выводы, считая, что реальный мир существует лишь постольку, поскольку он воспринимается нашими орга­нами чувств. Другой выдающийся философ-идеалист —Д. Юм отрицал на основе сенсуализма возможность познания мира. Развивались и учения, близкие к деизму и материализму (Дж. Толанд, Дж. Пристли, Э. Дж. Коллинз, Д. Гартли).

Потребности экономического роста рождали соответствую­щие экономические учения, крупнейшим представителем ко­торых явился Адам Смит. Он развивал теории экономическо­го обогащения государства, защищал свободу конкуренции и обосновывал трудовую теорию стоимости. Возникали и новые политические учения, особенно радикально-демократическо- го направления. Их создателями были Т. Мэн, Дж. Пристли, У. Годвин; рождались утопические проекты: Т. Сненс и У. Огильви предлагали преобразовать социально-экономиче­ское устройство.

Делали дальнейшие шаги история и литература. Наиболее крупные исторические произведения создали Д. Юм и Э. Гиббон. В литературе ведущим жанром становится роман. Вслед за «Робинзоном Крузо» приобрели популярность рома­ны С. Ричардсона, Г. Филдинга, Т. Смоллета. Англия дала миру таких крупных и оригинальных писателей-сатириков, как Дж. Свифт и Л. Стерн. В конце века появилось новое ли­тературное направление — сентиментализм, представленное именами О. Голдсмита и Л. Стоуна. Высокого развития до­стигла живопись: в XVIII в. работали выдающиеся мастера У. Хогарт, Дж. Рейнольде и Т. Гейнсборо.

В XIX век Англия вступает самой развитой в экономиче­ском отношении и могучей колониальной державой, со сло­жившимися общественными классами — землевладельцами, промышленной, торговой и финансовой буржуазией, рабочим классом, с высокой и многообразной культурой.

<< | >>
Источник: И. М. Кривогуз, В. Н. Виноградов, Н. М. Гусеваидр.. Новая история стран Европы и Америки : учеб. для вузов; подред. И. М. Кривогуза. — 5-е изд,, стереотип. — М. : Дрофа,— 909 с.. 2005

Еще по теме ГЛАВА 2 Революция и становление парламентской монархии в Англии:

  1. Вопрос 29. Конституционная монархия в Англии
  2. Вопрос 26. Протекторат Кромвеля. Возрождение монархии в Англии
  3. 21. «СЛАВНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» В АНГЛИИ
  4. Вопрос 25. Буржуазная революция в Англии
  5. 1.1. НАЧАЛО РЕВОЛЮЦИИ В АНГЛИИ
  6. 2. Какие были предпосылки, этапы, итоги буржуазной революции в Англии?
  7. Революция 1905—1907 гг. Формирование политических партий. Становление и развитие Российского парламента
  8. Глава IVУтверждение абсолютной монархиив России
  9. Парламентская система
  10. § 1. Парламентский режим
  11. 38. Парламентская республика
  12. Б). Резолюция лондонского съезда о парламентской деятельности