<<
>>

Политическое развитие германских земель

Развитие государственности на территории Священной Рим­ской империи проходило на двух уровнях — Империи и отдель­ных составлявших ее государств.

Центральными институтами Империи были император (кай­зер) и заседавший в Регенсбурге рейхстаг.

Рейхстаг 1654 г.. пер­вый после окончания Тридцатилетней войны, закрепил ее итоги и, в частности, сокращение полномочий кайзера и суверенитет отдельных государств. Кайзер, по-прежнему формально избирав­шийся коллегией курфюрстов, но в реальности, за редчайшим исключением, являвшийся главой дома австрийских Габсбургов, имел право издавать законы, вводить налоги и решать вопросы войны и мира только с согласия рейхстага. Сам же рейхстаг, вто­рично созванный в 1663 г. и уже не распускавшийся вплоть до краха Империи в 1806 г,, все более превращался в бессильный репрезентативный орган, парализованный не тинтересовапно- стью князей и особенностями своей собственной структуры. В рейх­стаге были представлены сгруппированные в три курии гак назы­ваемые имперские «сословия» (в данном случае эго понятие не социальное, а политическое): 1) курфюрстов-кпязей; 2) мелких князей, имперских графов и рыцарей; 3) городов. Сама процеду­ра заседании превращала рейхстаг в чрезвычайно неповоротли­вый и неэффективный механизм: делегаты не вели дебатов, а лишь зачитывали свои инструкции и, выслушав отвез, дожидались но­вых; при принятии решений принципу большинства предпо­читался попек компромисса и т.д. Вдобавок ко всему Империи не удалось создать эффективную исполнительную власть: ее деление на десять имперских округов было довольно эфемерным, а ее во­оруженные силы, собиравшиеся в случае объявления так назы­ваемой «имперской войны», — малочисленными и небоеспособ­ными. В итоге Империя представляла собой не столько некое госу­дарственное образование, сколько правовой институт по урегули­рованию конфликтов между составлявшими ее членами. Несмот­ря на кажущийся «общенациональный» характер. Империя, обес­печивая право на существование даже самому мелкому из импер­ских сословий, не только не способствовала преодолению раз­дробленности. но и консервировала ее.

Все реальное политическое развитие в германских землях сосре­доточилось на уровне отдельных государств. При этом политиче­ская пали гра юрманских земель отличалась исключительной пестро­той: на территории Империи в равной степени находилось место для абсолютистских государств и для рыцарских владений, для епископ­ских теократий и для автономных городов-государств. Количество носителей ра личных суверенных прав исчислялось невероятными цифрами, но разным подсчетам — от 1500 до 1900, ол великих держав Австрии и Пруссии до, например, бургграфства Гайнск.

С конца XVII в. выделилась и группа так называемых средних государств, далеко отстававших от лидеров, — Австрии и быстро возвышавшеюся курфюршества Бранденбург, но столь же явно отделившиеся от мира германского мелкодержавья,

В первую очередь речь идет о курфюршестве Саксония, которое обладало едва ли не лучшими в Империи экономическими ресур­сами — серебряными шахтами во Фрейберге, процнетаншмм тек­стильным производством в центральной части страны, знамени­той ярмаркой в Лейпциге, имевшей европейское значение. Во главе страны стояла династия Веттинов, судьба представителей кото­рой особенно хорошо иллюстрирует роль монарха в эпоху абсо­лютизма, копа государство во многом продолжало оставаться династическим образованием.

Честолюбивые амбиции курфюрста Августа II Сильного (1694—1733), который со своими огромны­ми тратами на репрезентативные цели, политической бесприн­ципностью. покровительством искусствам и жизнелюбием пред­ставлял собой, возможно, самый яркий в германских землях тип абсолютно]о монарха, привели его в 1697 г. на польский троп. Чтобы занять его. курфюрст страны, в которой родилась Реформация и которая была официальным лидером германскою протестантиз­ма, председательствуя в так называемом Евангелическом корпу­се, объединявшем протестантские сословия рейхстага, за несколько месяцев до коронации перешел в католицизм. Однако продолжав­шиеся впить до 1762 г. попытки «усидеть на двух тронах» не по­шли на 1юль!у ни одной стране. Саксония, отныне отошедшая на второй план, к тому же страдала от многочисленных войн, свя­занных с польским вопросом, внутри страны усилилось противо­стояние курфюрста и ландтаганедовольного его переходом в католичество. Попытки же, используя Польшу, выступить па аре­не «большой - европейской политики также ни к чему не привели именно потому, что в отличие от Габсбургов и Гогенцоллернов, также располагавших обширными владениями за пределами Им­перии, Всттпмы в лице Саксонии имели слишком слабый гер­манский тыл. чтобы конкурировать с великими державами реги­она — Швецией и Россией.

Не менее амбициозной династией были правившие в курфюр­шестве Бавария Виггельсбахи — единственные, кто всерьез иы-

1 Ландтаг — сословно-представительный орган.

тался оспорить у Габсбургов императорскую корону и даже на короткое время ее получил в ходе Войны за австрийское наслед­ство. Несмотря на то, что Бавария уже с 60-х гг, XVII и, одной из первых в Империи стала проводить политику меркантилизма, в том числе поощряя создание мануфактур, в целом она была пре­имущественно аграрной страной за исключением довольно раз­витых соляных промыслов в Верхней Баварии.

Политический курс Мюнхена во многом диктовался ^»графи­ческой картой: ядро владений Витгельсбахов в Баварии было с трех сторон окружено землями Габсбургов, которые не скрывали своих территориальных претензий, в то время как владения на Рейне и в частости Верхний Пфальц, находились в опасной бли­зости от дрст ого сильного соседа — Франции. ■•Французская» и «австрийская» партии внутри, колебания между Парижем и Ве­ной вовне - вот что в первую очередь определяло политическое развитие Баварии. Оценивая угрозу со стороны Габсбургов как более опасную и всерьез рассматривая себя как их преемников в роли.императоров, во второй половине XVII —XVIII вв. Виттель- сбахи чаще выбирали Францию, и это не принесло им успехов. Следование профранцузским курсом, закрепленном участием в первом Рейнском союзе 1658 г. и заключением франко-баварско­го союза 1670 г., привело Баварию к катастрофе в Войне за ис­панское наследство. Благодаря французскому дипломатическому искусству Вигтельсбахи вышли из войны без территориальных потерь, но с огромным государственным долгом, который н 1725 г. составлял 26 млн гульденов при годовом доходе в 4 млн, В результате Бавария практически на весь XVIII в. попала в по­рочный круг финансовой зависимости, когда желание распла­титься со старыми долгами и одновременно содержать сильную армию для решающих сражений за императорскую корону, зас­тавляло делать новые долги, тяжелым грузом ложившиеся на экономику страны и одновременно увеличивавшие зависимость от Франции, которая выступала в роли главного кредитора. Вой­на за австрийское наследство, казалось бы, принесла осуществ­ление вековой мечты Витгельсбахов — курфюрст Карл Альбрехт в 1742 г. стал обладателем императорской короны н под именем Карла VII правил в течение трех лет вплоть до своей неожидан­ной смерти. Однако итог войны оказался плачевным — задол­женность страны увеличилась до таких размеров, что в Мюнхене оставили честолюбивые помыслы и были заняты главным обра­зом поиском субсидий.

То обстоятельство, что финансы целой страны были столь без­оговорочно поставлены на службу императорским амбициям пра­вящей династии, во многом объяснялось особенностями полити­ческого устройства Баварии, а именно крайней слабостью сослов­ных представительных органов, финансировавших содержание армии и около половины государственного бюджета, но не имев­ших возможности вмещаться в вопросы внешней ПОЛИТИКИ.

Разительнып контраст со своим ближайшим географическим соседом составляло герцогство Вюртемберг, представлявшее со­бой совершенно иной тип внутренней и внешней политики. Пра­вители этой страны зажатой, как и Бавария, между монархией Габсбургов и Францией, с одной стороны, не ставили перед со­бой никаких маештабных внешнеполитических задач, превышав­ших их реальные силы, а с другой — были просто лишены воз­можности ото сделать благодаря необыкновенно сильным пози­циям месгно! о ландтага. Вюртембергское дворянство, ощущавшее свою привязанность скорее к Империи, не было представлено в ландтаге, и он состоял исключительно из бюргеров, к которым в XVIII в, присоединились зажиточные крестьяне. Ландтаг обладал правом контроля и участия во всех важнейших государственных делах и, в частности, десятилетиями сопротивлялся попыткам герцогов создать постоянную армию, сделав исключение лишь на период Войны за испанское наследство. Когда в 1735 г. герцог по­требовал создания постоянной армии в размере 3 % от численно­сти населения и попытался в обход ландтага регулировать госу­дарственные долги, страна пришла в движение и герцог Гнал вы­нужден отступить. Тем не менее остаток века прошел в постоянной борьбе сословий с новым герцогом Карлом Евгением, ставшим своеобразным воплощением абсолютизма для всех его противни­ков, включая одного из самых знаменитых своих подданных — Ф. Шиллера,

Не имевшему аналогов государственному разнообразию гер­манских земель соответствовало и многообразие вариантов внут­реннего развития, не позволявшее найти некий обший знамена­тель.

Однако в случае средних и крупных государств в качестве та­кой обшей тенденции можно назвать становление абсолютизма. Вместе с гем пример германских государств особенно ярко иллю­стрирует современный взгляд на феномен абсолютизма как на своеобразное двойное господство короны и сословий, демонст­рируя самые разные варианты их взаимоотношении. Если в Прус­сии времен Фридриха II и Австрии времен Иосифа II права со­словий были очень существенно ущемлены, то в Вюртембер! е ме­стному сословному парламенту, в котором были представлены ис­ключительно бюргеры и крестьяне, удалось свести абсолютистс­кие притязания местных герцогов к минимуму.

В целом мир заключенных в призрачную ободочку Империи германских государств вплоть до Наполеона сохранял удивитель­ную устойчивость, во многом объяснявшуюся той функцией сво­еобразного амортизатора между крупными странами, которую они выполняли и структуре европейских международных отношений.

<< | >>
Источник: Под ред. Чудинова А.В., Уварова П.Ю., Бовыкина Д.Ю. История Нового времени: 1600-1799 годы. 2007

Еще по теме Политическое развитие германских земель:

  1. Экономическое развитие германских земель
  2. 1. Москва — центр политического объединения русских земель
  3. 5. Протокол о прекращении взимания германских репараций и о других мерах по облегчению финансово-экономических обязательств Германской Демократической Республики, связанных с последствиями войны
  4. Вопрос 70. Развитие буржуазного гражданского права: Германское гражданское уложение
  5. 21.1. Политическое развитие и политическая модернизация
  6. 1. Возникновение и развитие политической мысли в XI-XVI вв.
  7. Развитие политической науки в Европе
  8. 1. История развития политической науки
  9. § 13. Собирание земель — начало государства
  10. 2. Развитие политической науки в США
  11. 1. Особенности развития русской политической мысли.
  12. Вопрос 11 НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИВ РАЗВИТИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ
  13. 1. Реформы и революции в политическом развитии общества.
  14. § 1. Государственно-политическое развитие
  15. Социально-политическое развитие неоккупированных районов
  16. Политическое развитие Европы в V—XI веках.