<<
>>

3. Политическая борьба за реформы после смерти Мао Цзэдуна.

Дэи Сяопин. Со смертью Мао Цзэдуна закончился один из драматических периодов новейшей истории Китая, «Культурная революция» слишком дорого обошлась китайс­кому народу. Выяснилось, что около трети населения страны оказалось на грани выживания.
В города вновь вернулись 20 миллионов выпускников школ и бывших студентов, выс­ланных в годы «культурной революции» в деревни, сотни ты­сяч репрессированных членов КПК, работников умственного труда. Основные продукты питания и большинство непродо­вольственных товаров распределялось по карточкам. Средне­душевой годовой доход составлял около 220 долларов в год и был одним из самых низких показателей в мире. Китай нахо­дился на 120 месте по жизненному уровню населения.

После кончины Мао Цзэдуна в стране развернулась борь­ба за основные посты в государстве. Все те, кто был ближе к политическому Олимпу, поспешили объявить о своей верно­сти идеям Мао Цзэдуна, потребовали выполнения его бес­смертных указаний. Они бросили призывы сохранить все, что внесла в жизнь китайцев «культурная революция». На первые роли в государстве вышел бывший руководитель хун­вейбинов Хуа Гофэн, который занимал пост Председателя КПК и пост главы правительства. Но прежние сторонники Мао и продолжатели идей «культурной революции» не мог­ли полностью противостоять тем оппозиционным силам, ко­торые набирали политический вес еще при маоистском ре­жиме. Из политической ссылки, в который раз, не без борь­бы вернулся в политику опальный Дэн Сяопин, получивший посты заместителя Председателя КПК, заместителя предсе­дателя Военного совета, заместителя премьера Госсовета и начальника Генерального штаба китайской армии.

Распределение государственных постов после смерти Мао было своего рода компромиссом между сложившимися по­литическими группировками ортодоксов маоизма, которых представлял Хуа Гофэн, и Дэн Сяопином, лидером прагма­тического подхода к реализации идей социализма. Полити­ческая элита в Китае уже созрела для понимания бессмыс­ленности марксистско-Сталинского догматизма и необходи­мости проведения реформ в стране. Поэтому Дэн пользовал­ся значительным влиянием и поддержкой в обществе, осо­бенно в среде тех, кто настаивал на переменах в стране.

Во всех грехах, ошибках и преступлениях в Китае в годы «культурной революции» были обвинены лидеры арестован­ной группировки Цзян Цин, искажавших идеи Мао. Процесс обвинения «банды» принял затяжной характер, и по мере того, как отпадала в нем необходимость, изменялось отно­шение к Цзян Цин. Ее вначале приговорили к смертной каз­ни, затем со временем приговор заменили пожизненным зак­лючением, позже наказание свелось К домашнему аресту.

На фоне политической борьбы с ортодоксальными маоис-тами, или, как их еще называли, «радикалами», проходи­ла реабилитация Дэн Сяопина. Хуа Гофэн еще не подозре­ние что уступки оппонентам будут не последними, что он будет уступать политические позиции одну за другой. Важ­нейшим рубежом в изменении политики Китая, открывшим начало преобразований и реформ и новому витку политичес­кой борьбы за власть, стал третий Пленум 11 созыва в конце 1978 года. Пленум, отметив кризисные явления в экономике, по инициативе Дан Сяопина принял официаль-ное решение о проведении широкомасштабных экономичес­ких реформ.

На этом Пленуме Дэном были изложены осно­вы его реформаторской политики, где он получил возмож­ность определять политический курс партии и государства. Таким образом, третий пленум (декабрь 1978 г.) положил начало радикальным изменениям, проходившим в Китае в 80-е и 90-е годы. Однако задача стабилизации всей системы народного хозяйства Китая натолкнулась на серьезные про­тиводействия бывших маоистов. Борьба за проведение ре­форм стала приобретать все более ожесточенный характер-Декабрьский Пленум 1978 года стал той гранью, за кото­рой осталась маоистские эксперименты. Главное состоит в том, что Пленум открыл дорогу экономическим реформам, был взят курс на развитие предпринимательства и экономического рос­та. Дэну предоставлены неограниченные права в экономике. Принимается десятилетний план экономического развития, который предусматривал широкую модернизацию народного хозяйства и реформы, положившие начало принципиально новым формам системы общественных отношений.

Период с 1978 г. по 1982 г. был важнейшим этапом на пути экономических преобразований в стране, причем первые три года были объявлены годами реконструкции, которые оз­начали радикальную перестройку в стране. Не менее пяти лет понадобилось Китаю, чтобы освободиться от плена маоистс­ких идей, провести чистку аппарата, стабилизировать обста­новку. И все-таки, отказываясь от политических установок Мао, развенчивая его культ, Дэн не решился, а скорее считал нецелесообразным до конца отказываться от идей Мао Цзэду­на, Он не посягнул на политическую структуру, сложившуюся в период Мао, лишь модернизировал ее, насколько это отвеча­ло интересам борьбы против ортодоксов и партийных леваков. В политической структуре не менялось главное: КПК не толь­ко осталась руководящей силой в обществе и государстве, но смогла выступить инициатором и организатором обновления. Однако необходимо заметить, что самой партии пришлось очи­стить себя в ходе политической борьбы от представителей ма­оизма. В феврале 1980 года на одном из пленумов Хуа Гофен был подвергнут новой критике, а из состава Политбюро выве­дены верные ему сторонники. Затем его освободили от обязан­ностей премьера, а на последующих пленумах Хуа, раскаяв­шись и признав свои ошибки, вынужден был уступить пост Председателя партии протеже Дэна — Ху Яобану. Это было одним из серьезнейших ударов по позициям маоистов.

Последующие съезды КПК играли значительную роль не только в формировании политики и ее определении, но и имели особенное место в государственной структуре Китая. Дэн Сяопин использовал съезды партии в борьбе за рефор­мы и освобождение политики от влиятельных маоистов-леваков, препятствовавших процессу экономических преоб­разований. Одобрение экономических реформ XII съездом в 1982 году имело большое значение. Дэном был сделан но­вый шаг, окончательно перевесивший силы на сторону ре­форматоров. На съезде Дэн указал на необходимость пере­стройки руководящих кадров, которая превратила бы КПК в партию прогрессивных реформ. На основании решений съезда была проведена очередная чистка. Генсек Ху Яобан заявил о перерегистрации членов КПК, что позволило уда­лить из партии маоистов. 12 съезд упразднил посты Пред­седателя КПК и его заместителей. Тем самым была подведе­на черта не только под биографией Хуа Гофена, но и под борьбой с открытыми маоистами, мешавшими или тормо­зившими проведение реформ в Китае. В этот период около 100 тысяч членов партии были не зарегистрированы, около 50 тысяч были исключены из рядов КПК. ХП съезд стал своеобразной административной революцией, открывшей свободу экономическим реформам под лозунгом построения •социализма с китайской спецификой».

В борьбе с леваками Дэн укреплял свои позиции, кото­рые позволяли ему фактически контролировать в 80-е годы деятельность всей партии. Дэн Сяопин был избран на дол­жность Председателя Военного Совета КНР, в то же время продолжал занимать одновременно посты заместителя Пред­седателя ЦК КПК и заместителя Премьера Госсовета КНР. С точки зрения осуществления реформ, Дэн получил важ­ный для него пост Председателя центральной комиссии со­ветников ЦК КПК.

Увлечение борьбой против левой опасности привело к по­явлению и постепенному обострению опасности «справа», что нашло отражение в борьбе против «буржуазного либерализ­ма*. Даже генсека Ху Яобана обвинили в пособничестве бур­жуазному влиянию. Уже с середины 80-х годов в китайском обществе нарастали тенденции к демократизации общества, отражавшиеся на появлении требований либерализации по­литической системы в Китае. Дэн достаточно жестко отно­сился к тем, кто пытался изменить политическую структуру государства и каким-то образом ослабить руководящую роль партии. В этом Дэн был упорен и непримирим. Он резко осуждал тех, кто ставил вопрос о введении в Китае парла­ментской демократии, многопартийной системы, которые могли бы хоть как-то ослабить монопольное господство ком­партии. Стали заметны проявления диктаторских тенденций в политике «архитектора реформ». Требования политичес­ких реформ все сильнее раздавались в китайском обществе. Начавшиеся студенческие волнения с требованиями дальней­шей демократизации говорили о серьезности ситуации, Ви­новным в попустительстве «буржуазной либерализации» был признан Ху Лобан, которого тут же сняли с поста генсека партии. В январе 1987 г. вместо Ху Яобана генеральным секретарем становится Чжао Цзыян. Пост премьера Госсове­та занял преданный китайскому реформатору Ли Пэн.

Дэн Сяопин в борьбе с оппозиционерами не вступал в лобовую атаку, а предлагал китайскому обществу свою кон­цепцию социализма, не утруждая себя ниспровержением идей Мао Цзэдуна, Напротив, он попытался использовать авто­ритет покойного Мао для достижения своих целей. Провоз­глашая незыблемыми идеи «Маоцзедун сысян», Дэн пре­вращал их в свою противоположность. «Социализм с ки­тайской спецификой» Дэна приобретал другой смысл и со­держание. Прежде всего, Дэн решительно выступил против уравнительных взглядов на социализм. Он категорически отверг маоистскую мысль о том, что бедность соответствует социализму. Выдвигая лозунг «обогащайтесь!*, Дэн в то же время не противоречил традиционным представлениям о роли правителя, который должен следовать заповеди — «снача­ла нужно сделать народ богатым, а потом управлять им».

Практика и время показали, что маоистский социализм с его отрицанием частной собственности и лишением мате­риальной заинтересованности в труде привел страну к тупи­ку, поэтому руководство Китая вынуждено было принять меры по реформированию экономики, с тем чтобы возродить интерес людей к труду, к его результатам. Предложенная модель Дэн Сяопина, как и специфика китайского социа­лизма, базировалась на традициях китайского общества. Академик Васильев Л. С, отметил, что в период реформ Китай «достаточно быстрыми темпами возвращался к тем отношениям, которые господствовали до Мао». Это была структура, которая «хранила в себе мощный пласт тради­ционных форм хозяйства, основанных на привычной вос­точно-деспотической командно-административной системе от­ношений с существенной ролью государственного сектора в экономике, и которая в то же время хорошо знакома с ры-ночно-частнособственническим хозяйством». Фактически это стало основой модернизации всей экономики и социальной жизни китайцев. По существу использование прежней струк­туры обеспечило экономический эффект, которому не пере­стают удивляться наблюдатели со стороны.

Дэн Сяопин смело пошел на полное реформирование мао­истской деревни и приступил к ликвидации коллективных форм обработки земли и поддержал начавшееся движение снизу за переход к подрядной системе, при которой крестья­нин становился хозяином земли, и распорядителем урожая. Он отстоял идею предоставления большей самостоятельнос­ти предприятиям, освобождения их от мелочной опеки бю­рократических структур. Отныне партийные органы не име­ли права административного вмешательства в жизнь пред­приятий. Отброшена излишняя централизация управления. В основе всех реформ Дэн положил курс развития частного индивидуального и частнокапиталистического предпринима­тельства, не считаясь с мнением догматиков об угрозе капи­талистического перерождения. Дэн любил повторять своим коллегам, что «если вас будут обвинять в реставрации капи­талистических порядков, значит, вы поступаете правильно».

Обращает на себя внимание тот факт, что Дэн менее все­го заботился о том, какие принципы он вкладывает в раз­витие экономики страны. Когда шел спор о путях дальней­шего развития Китая, именно он попытался уйти от пред­ставлений о «социалистической» или «капиталистической» экономики. Он выступал за те формы организации произ­водства в городе и деревне, которые доказывали свою эф­фективность, не обращая внимания на тех, кто поднимал шум о капиталистическом характере этих реформ. «Не ва­жен цвет кошки, — говорил он, - важно, чтобы она мы­шей ловила». Эта поговорка в то время облетела весь мир и была достаточно Популярной. Дэн преодолел узкие шоры взглядов на экономические процессы как развитие принци­пов социализма или капитализма. Для него было важно развитие китайской цивилизации, вне зависимости от идео­логических принципов,

В то же время Дэн не отступился от многих идей, состав­ляющих базу «социализма с китайской спецификой». Дэн ушел от представления социализма как набора определенных догм.

Социализм им стал восприниматься как традиция, как обще­национальная идея, создающая основы для реформирования. Дэн исходил из той мысли, что для сохранения существующе­го порядка его надо коренным образом изменить. Дэн сделал все, чтобы уйти от маоистского уравнительства, которое диск­редитировало социализм, подорвало к нему доверие народа. Дэн не стал разрушать некоторые устоявшиеся структуры ки­тайского социализма и традиции, а использовал их в целях осуществления реформ, изменивших облик китайского обще­ства. Он добивался главного — осуществления реформ, как виделось и представлялось ему, — без социальных потрясе­ний, на основе компромисса с обществом, как того требовала со времен Конфуция китайская традиция.

Дэн Сяопин внес значительный вклад в политику откры­тости страны, преодоления ее изоляции от мирового сооб­щества. При Дэне создавались специальные экономические зоны. В 14 приморских городах создавались открытые зоны для развития промышленности, торговли и туризма. Дэн не так, как Мао Цзэдун, страшился западной культуры и знал о ней не понаслышке. В 20-е годы он учился в Париже, занимался мелкой предпринимательской деятельностью — открыл лавочку и торговал соевым сыром. Участвовал в студенческих волнениях, за организацию коммунистической группы был выслан из Франции в 1926 году. Он обязан руководителям СССР, которые помогли ему получить обра­зование в Советском Союзе. Под фамилией Дозорова был секретарем партгруппы, дружил с сыном Чан Кайши. Дэн Сяопин многое воспринял у капитализма, и это стало бла­гом для Китая. Произошел радикальный поворот отноше­ний к западным странам. Дэн заявил, что использование достижений Запада необходимо Китаю, и без него его даль­нейшее развитие просто невозможно. Эти меры до сих пор многие китайские политики вспоминают как капитулянт­ство перед империализмом, как откат Китая к дореволюци­онным временам. Но Китай далеко шагнул вперед от отста­лого государства к развитым странам, и сегодня он воспри­нимается как часть гигантского мирового хозяйства.

Реформы существенно изменили облик современного Ки­тая. Несмотря на усиление социального неравенства, что в условиях китайских реформ было неизбежно, в целом благо­состояние различных слоев общества значительно улучши­лось. Для многих западных и российских политологов и эко­номистов результаты реформ были потрясающими. Рефор­мы, которые начались в сельском хозяйстве, дали положи-тельный результат незамедлительно. Динамика роста сельс­кохозяйственного производства говорит о правильности из­бранного курса китайскими лидерами. В 1957 году произво­дилось 180 млн тонн зерновых, в 1970 произведено 200 млн тонн зерновых, в 1980 году — 315 млн тонн, в 1984 году — 407 млн тонн, в 1991 году — 429 млн тонн, а в 1994 году собрано 454 млн тонн зерновых. В стране шел бурный рост валового производства. Китай занял первое место в мире по производству зерна, хлопка, угля, цемента, холодильников, стиральных машин, велосипедов, телевизоров. Практически вдвое увеличились валовый национальный продукт и финан­совые доходы государства, а также в два раза выросли сред­ние доходы горожан и сельских жителей. Рост производства и улучшение экономического положения различных соци­альных слоев совсем не означало полное решение экономи­ческих и социальных проблем. Если брать расходы сельхоз­продукции на душу населения, то этот уровень пока еще оставался сравнительно низким.

К концу 1987 года стала ясной окончательная победа реформаторов, процесс реформирования китайской экономи­ческой жизни стал необратимым. Дэн к тому времени был далеко не молод. В 1987 году он ушел с высших партийных постов, оставив за собой только пост Председателя ЦК со­ветников партии. Однако влияние, которое он оказывал на партию, было огромным. Пожалуй, не было ни одного важ­ного вопроса партийной жизни КПК, в которых Дэн не при­нимал бы решающего участия. Не занимая высоких поли­тических постов, он фактически управлял партией и стра­ной. В 1989 году в Китае произошло чрезвычайно важное событие в жизни страны, которое по-новому раскрыло со­держание политики, раскрыло неизвестные качества незау­рядной личности Дэн Сяопина.

Экономические реформы, которые разворачивались под ру­ководством Дэна, не шли столь гладко, без провалов и неудач. Многие проблемы имели объективный характер и были законо­мерными при реформировании государства. Усиление диффе­ренциации, обострение экономических проблем, нарушение пре­жних принципов и привычного образа жизни не могли не про­ходить безболезненно. Драматизм и неудачи в реформаторской сфере политики и многие неудачи курса на радикализацию реформ использовались различными социальными слоями и политиками в целях оказания давления на правящую элиту партии. Противники реформ, испытывающие ностальгию по старому маоистскому порядку и абсолютному равенству, стали утверждать, что причины такого положения связаны с капита­лизацией китайского общества и процессом «буржуазной либе­рализации». В печати появлялись статьи о реставрации капи­тализма, что наводило ужас на люмпенов, беднейшие кресть­янские слои, сторонников «общего котла» и идей равенства в бедности. Возрастало паломничество в Шаошань, где стоит дом семьи Мао Цээдува, все чаще раздавались в печати призывы к изучению доктрин Маркса, Ленина, Мао Цзэдуна. Другие, на­против, неудачи в проведении реформ видели в медленной ради­кализации экономических преобразований и полном отсутствии политических реформ и демократизации страны. Массовые сту­денческие волнения, начавшиеся в конце 80-х, говорили о рос­те активности социальных слоев, требующих дальнейшей ли­берализации и демократизации страны.

17 апреля 1989 года на площади Тяньаньмынь началось стихийное студенческое движение, в котором студенты высту­пили с набором политических требований о прекращении борьбы с «буржуазной либерализацией», о борьбе с коррупцией и се­мейственностью в государственном аппарате, о свободе слова, шествий и митингов. Само студенческое движение состояло из разных течений: в его рядах наряду со сторонниками превра­щения Китая в буржуазную парламентскую республику запад­ного образца были и те, кто, надев значки времен «культурной революции» с профилем Мао, призывали вести «огонь по шта­бам» и играли роль подстрекателей. Требования студентов оз­начали, по сути, требования к руководству страны провести реформу политической системы. Именно в тот день началась передача петиций властям, что накалило обстановку.

Фактический отказ премьера Госсовета Ли Пена выйти принять петицию, адресованную Госсовету, вызвал резкую радикализацию антиправительственных настроений и новый подъем движения. Студенты обеспечили себе определенное сочувствие со стороны пекинцев, и это стало началом роста недовольства среди различных слоев населения. Требование демократизации получало своеобразное преломление в трак­товке присутствовавших на площади демонстрантов.

Политбюро приняло решение о введении в Пекине чрезвы­чайного положения. 19 мая Чжао вышел на площадь К де­монстрантам и убеждал их прекратить протест, который, по его словам, может привести к трагическим последствиям. В ночь с 3 на 4 июня войска применили против присутствую­щих на площади оружие, жертвами чего стали тысячи людей. По официальным Данным, число раненых среди демонстран­тов составило 2000 человек, убитых — 300 человек. Среди военных число раненых достигло пяти тысяч. Трагические события в Пекине весной 1989 года стали одним их самых масштабных и кровопролитных политических кризисов за весь период существования КИР. Эти события имели серьезные последствия для дальнейших перспектив китайского государ­ства. События на площади Тяньаньмынь были существенной вехой на историческом пути преобразований в Китае.

Началась перегруппировка политических сил и закру­чивание гаек». Кадровые изменения не заставили себя дол­го ждать. На последующем Пленуме на посту генсека Чжао Цзыяна сменил Цзянь Цззминь. Затем стране был предло­жен новый политический курс, выработанный под влияни­ем анализа событий в Пекине 1989 года. Дэн Сяопин расце­пил выступление студентов как стремление нарушить поли­тическую стабильность и социальный порядок в стране, в возможность перерастания студенческих волнений в беспо­рядки, подобные «культурной революции». Кроме того, Дэн, как и другие его политические предшественники, никогда не соглашался и не шел на уступки, когда речь шла об ограничении его власти, независимо от того, чем она была прикрыта — одеждами социализма или демократии. Мно­гие китайские интеллигенты причисляют Дэна к властите­лям-деспотам, имея в виду, прежде всего его роль в подав­лении студенческого движения весной 1989 года. Именно он отдал приказ об использовании армии для усмирения мирных выступлений студентов. Некоторые утверждали, что в жестокости он превзошел даже Мао Цзэдуна. События 4 июня 1989 года нанесли ущерб политическому авторитету Дэн Сяопина, но он восстановил его, призвав ускорить пе­реход к рынку и обеспечив новый подъем экономики.

Дэн не мог принять требований студентов и демонстрантов о демократизации страны и введении парламентской респуб­лики и многопартийной системы, поскольку все его реформы, осуществляемые «сверху», не ставили задачи активизации на­селения в реформировании страны. Дэну нужна была пре­жняя политическая административно-командная система для осуществления его замыслов. Он был демократ, но с конфуци­анскими представлениями о власти и реформах. Даже его эко­номические преобразования преследовали политическую цель — укрепить однопартийную систему и власть лидеров КПК. Задачу политического реформирования, которую выдвинул Дэн Сяопин еще в 1980 году, сам же через полгода и отверг, при­знав, видимо, эту позицию ошибочной.

К концу своей жизни великий китайский реформатор ото­шел от политических дел и в свои 93 года стал почти немощ­ным. Дэн Сяопин немного не дожил до начала XXI века и скончался 19 февраля 1997 года. В извещении ЦК КПК о кончине Дэн Сяопина он был назван выдающимся руководи­телем, великим марксистом, великим пролетарским револю­ционером, политиком, военным деятелем, дипломатом, глав­ным проектировщиком социалистических реформ, политики открытости и модернизации, создателем социализма наряду с Энгельсом, Лениным и Мао Цзэдуном.

Анализируя политику Дэна, Л. Делюсин, автор многих работ по истории современного Китая, приходит к выводу, что Дэн «не гуманист, не марксист, а скорее патриот и на­ционалист, он — государственник. Для него интересы госу­дарства, нации превыше всего». Дэну удалось в сложной идеологизированной политической обстановке уйти от дог­матов капиталистических и социалистических идей. Он стал реформатором, опиравшимся во многом на опыт китайской цивилизации, историческую память народа. Он поэтому не мог похоронить идею социализма, хотя его действия были направлены против этого. Он сохранил авторитет идей Мао Цзэдуна, хотя на практике он ушел от нх сути. Трудно сказать, что это — стратегия, обман или политическая хит­рость? Может быть, это и то и другое, во всяком случае, ничто не снижает достоинство и величие Дэн Сяопина. Дэн заложил твердые основы вступления Китая в XXI век-

<< | >>
Источник: В. И. Бузов, под ред. А. А. Его­рова. Новейшая история стран Азии и Африки (1945­ - 2004): учеб. пособие— Ростов н/Д : Феникс, — 574 с. — (Высшее образование).. 2005

Еще по теме 3. Политическая борьба за реформы после смерти Мао Цзэдуна.:

  1. 3. Реформы и политическая борьба в Индии после Неру
  2. Политическая борьба. Попытки реформ.
  3. 1. ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ БОРЬБА. ПЕРЕХОД К ПОЛИТИКЕ «РЕФОРМ И ВНЕШНЕЙ ОТКРЫТОСТИ»
  4. 1. «Вестерннзация» и политическая борьба в Турции после Второй мировой войны.
  5. 2. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА ПОСЛЕ ПОБЕДЫ СИНЬХАЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
  6. Монголия после смерти Даян-хана
  7. Перемены после смерти Сталина и хх съезд КПСС.
  8. Социальная борьба после Солона
  9. 3. ДИНАСТИЯ XAHЬ ПОСЛЕ У-ДИ. РЕФОРМЫ ВАН МАНА
  10. Борьба правительств Людовика XV за реформы
  11. Глава XX КИТАЙ В ЭПОХУ РЕФОРМ (ПОСЛЕ 1976 г.)
  12. Майсур: антиколониальная борьба и реформы