<<
>>

3. Исламизм и политическая борьба в Турции на совре­менном этапе. Р. Т. Эрдоган.

Для многих политических деятелей Турции и европейских аналитиков результаты вне­очередных выборов 1995 года были неожиданными. Состо­явшиеся в декабре парламентские выборы принесли оше­ломляющий успех исламской Партии благоденствия или «Рефах», которая получила 21,1% голосов и 158 мест в парла­менте.
Места остальных политических партий распредели­лись соответственно — Партия отечества — 19,7% голосов и 138 мест в парламенте, Партия верного пути — 19,4% голосов и 132 места в парламенте, Демократическая левая партия — 14,5% голосов и 75 мест в парламенте, Народно-республиканская партия — 10,5% голосов и 50 мест в пар­ламенте. Успех партии «Рефах» следует рассматривать как реакцию турецкого общества на затянувшиеся реформы то­нальной вестернизация», не принесшей ожидаемых резуль­татов для основной массы турецкого народа. Десятилетия­ми находившиеся у власти радикальные светские реформа­торы не смогли создать Турции достойного места в запад­ном мире. Экономика Турции, по-прежнему, в сравнении с европейскими государствами, оставалась отсталой. В стране настойчиво усиливалось мнение, что только возвращение Турции на путь истинного ислама поможет ей решить на­сущные проблемы. Обещания лидера Рефах Эрбакана «со­здать новый мир и новый исламский союз», который объе­динит 1,5 млрд мусульман, впечатлили большую массу ве­рующих. Выступая против крупного капитала, против «вестернизации» и вхождения Турции в систему ЕС, турецкие исламисты намеревались отвергнуть принципы Ататюрка и ликвидировать светскую республику, чтобы создать госу­дарство, опирающееся на шариат.

Несомненный успех исламистов на выборах 1995 года если и был неожиданностью для политиков, то результаты их имели вполне закономерный характер. Светские властители не сумели практически доказать превосходство европейских методов ведения хозяйства, а насаждение западной культу­ры в ущерб развитию национальной лишь усиливало крити­ку оппозиционеров западного образа жизни. Приспособление экономики к потребностям ТНК, которые фактически дикто­вали цепы на импортные и экспортные виды продукции, вы­зывало огромное недовольство со стороны основной массы населения. В условиях либерализации и открытости турец­кой экономики транснациональные корпорации стали зани­мать ведущие позиции в экономике страны. Создано множе­ство филиалов иностранных компаний и смешанных пред­приятий, развернувших деятельность в промышленности и сфере услуг. «Вестерннзация», сопровождавшаяся ломкой тра­диционных духовных ценностей и норм, вызывала естествен­ный внутренний протест и сопротивление властям, допускав­шим европеизацию и американизацию основ турецкого обще­ства. Выборы 1995 года стали отражением этого протеста значительной части турецкого общества.

Итоги парламентских выборов стали началом радикаль­ного изменения расстановки политических сил в стране, В основном политическая борьба ранее определялась противо­стоянием социал-демократического и либерально-центрист­ского направлений, которые имели явно прозападную ори­ентацию. Теперь полюс противоречий сместился в сторону борьбы сторонников европеизации (какими бы ни были их разногласия с «Рефах», выступавшей за интеграцию с ис­ламским миром). Это противоречие стало основным на рубе­же вхождения Турции в новый XXI век.

Рост влияния исламистов вызвал острый правительствен­ный кризис, который продолжался до марта 1996 года. Б сложившихся условиях правительство Тансу Чиллер и президент С. Дсмюрель делали все от них зависящее, чтобы поставить заслон исламским политическим деятелям, прежде всего, не допустить к власти лидера исламистов Н, Эрбака­на. Забыв о прежних противоречиях, Партия отечества (М- Йылмаз) и Партия верного пути (Т. Чиллер) договори­лись о создании коалиционного кабинета. Но этот союз не преодолел правительственного кризиса, соперничество про­должалось, и вскоре коалиция полностью развалилась. Глав­ный удар по слабому альянсу нанесли выборы в местные органы власти, на которых партия «Рефах» получила 36 процентов голосов. Это внесло полную растерянность в сре­ду вождей антиисламистов. Поиски нахождения компромис­сов привели к созданию соглашения между Н. Эрбаканом к Т. Чиллер о попеременном руководстве правительством, что фактически означало функционирование в стране двух ка­бинетов. На основе договоренностей первые два года пост премьер-министра занимал Н. Эрбакан, а Т. Чиллер заняла посты заместителя премьера и министра иностранных дел. Но создание правительственной коалиции не ослабило по­литической напряженности в стране и не ликвидировало политический правительственный кризис.

Правительство Н. Эрбакана круто развернуло страну в сто­рону ее исламизации. С приходом к власти Партии благоден­ствия («Рефах») для деятельности всех исламских партий открылись большие возможности. Широкую политическую деятельность развернула незаконная исламская организация «Нурджулар», особую активность проявляла экстремистская исламская организация «Хезболлах» (партия Аллаха). Их деятельность распространялась далеко за пределы турецкого государства, в том числе в Чечню и другие республики Рос­сии и СНГ. Лидерам исламистов показалось явно недоста­точным вхождение Турции в международную Организацию исламской конференции (ОИК), и в 1996 году премьер-ми­нистр Н. Эрбакан приложил усилия по созданию мусульман­ской «восьмерки», в которую вошли Турция, Египет, Иран, Пакистан, Бангладеш, Индонезия, Малайзия и Нигерия. Орга­низация создавалась в противовес европейской «семерке». В Турции стали широко обсуждать проекты образования «ис­ламского общего рынка», образование нового военного со­юза. Обсуждение носило явно антизападную направленность. Это было фактическим вызовом процессам турецкой «вестер-низации» и всему западному миру. В Турции в 1997 году открыто прозвучали призывы к трансформации страны в исламское государство, что не могло не насторожить все по­литические силы, следовавшие принципам лаицизма.

В такой обстановке президент С, Демюрель обратился к армии. Правительству был предъявлен ультиматум, и по тре-бованию верховного командования армии И. Зрбакан был смещен с поста главы правительства. Армия решительно на­стаивала на отказе властей от исламистского курса и потре­бовала осуществления светской политики. В 1998 году по решению Конституционного суда Партия благоденствия была запрещена, а Н. Эрбакана, которому к тому времени было уже 70, лишили права заниматься политической деятельно­стью в течение пяти лет. Однако ПБ возникла под другой вывеской. Исламистская партия Турции уже меняла свое название, и на этот раз она стала называться Партией добро­детели («Фазилет»). Партия добродетели, преемница ПБ, не разорвала связи с Н. Эрбаканом, продолжала считать его духовным лидером. Правительство имело весомые основания, чтобы позже запретить и эту политическую партию.

Как только Н. Эрбакан заявил о сложении полномочий, президент, по настоянию военных, поручил формирование правительства М. Йылмазу, лидеру Партии отечества, ко­торый и стал премьером нового кабинета. Фактически пра­вительство получило мандат на осуществление антиисламс­кой чистки. Последовала серия мер и запретов, которые были направлены на устранение исламских организаций от политической жизни общества. В 1999 году признаны неза­конными и запрещены деятельность «Нурджулар» и ряд других исламистских организаций.

Хотя события в июне 1997 года не называют военным переворотом, однако совершенно ясно, что армия пришла на помощь президенту, вмешалась в развитие событий и приостановила захват исламистами политической власти. Вмешательство военных происходило с соблюдением необ­ходимых «демократических» процедур. Армия по-прежне­му имели особое положение в турецком обществе, и все попытки исполнительной власти подчинить генеральный штаб, контролирующий армию, заканчивались безрезуль­татно. В обществе уже привыкли, что в трудных, крити­ческих ситуациях в стране в политическую деятельность вступают военные. Все говорило о неустойчивом положе­нии правительства во второй половине 90-х годов. Вполне можно было говорить и о системном кризисе. Новые выбо­ры должны были убрать или ослабить политическое на­пряжение в стране.

По итогам парламентских выборов 2000 года ведущее ме­сто завяла Демократическая Левая партия (ДЛП) во главе с Бюлентом Эджевитом. Портфели в правительстве теперь рас­пределили партии светского направления. Насторожило, что значительно увеличила число голосов в заняла второе место Партия националистического движения, известная в турец­ком обществе под названием «Серые волки». Это говорило о том, что национализм в Турции пустил глубокие корни.

В 2000 году вынужден уйти с поста президента полити­ческий патриарх Турции Сулейман Демюрель, отдавший по­литике сорок лет. На основе новых выборов президентом страны был избран Ахмед Неждет Сезер. Нажим на ислами­стские партии продолжался. В 2000 г. последовал запрет партии «Хезболлах». На несколько месяцев приговорен к тюремному заключению ближайший сподвижник Н. Зрба-кана и его заместитель по партии Р. Эрдоган. Партия доб­родетели оказалась последней партией, легально представ­лявшей в стране политический ислам. Конституционный суд Турции в 2001 году запретил деятельность ПД, угро­жавшей светскому порядку в стране. Политическая борьба приобрела достаточно жесткий характер. Лидеры Партии добродетели не смогли найти общего языка по вопросам дальнейшей политической деятельности, и партия расколо­лась. Бывшие члены ПД сгруппировались по двум направ­лениям: «традиционалисты» создали партию «Счастье», а «обновители» образовали Партию справедливости и разви­тия (ПСР) во главе с лидером Р. Т. Эрдоганом.

Новая ПСР, известная своими исламскими корнями, сде­лала соответствующие выводы из событий правления исла­мистов из «Рефах» в течение 1996-1997 гг. В те годы исла­мисты не учли опыта европеизации прошлых десятилетий. Провозглашенный Кемалем Ататюрком в 20-е годы прин­цип светского государства (лаицизм) в последующем рас­сматривался как главное условие модернизации и европеи­зации общества. Сторонники лаицизма жестко следили за неукоснительным исполнением светскости в государствен­ной политике. За предыдущие годы было запрещено более сорока политических партий и брошены за решетку тысячи политических деятелей из рядов оппозиции. Поэтому про­грамма новых исламистов, создавших ПСР, не содержала открытых требований ликвидации светской власти в стра­не и делала попытку легализовать свою политическую дея­тельность под новыми, «мирными* знаменами.

Партия исламистов во главе с Р. Т. Эрдоганом меняла тактику в политической борьбе и пыталась избегать исла­мистских лозунгов и исламистской риторики. Программа объявила о создании в Турции демократического, светского, социально-правового государства. Лидеры ПРС заявляли о том, что партия будет действовать в полном соответствии с конституцией страны и существующим законодательством Турции. Программными тезисами партии стали объедине­ние общества и его демократизация. Намерения пересмотра конституции та. многих законодательных актов были пред­ставлены как ориентация на демократизацию общества. Вместе с тем, государство, отмечает программа, должно ос­таться нейтральным в отношении религиозных верований и религиозной идеологии. Светскость понималась партией как «фундамент религиозной свободы и свободы совести». Ос­новные лозунги умеренного лидера партии Н. Эрдогана вы­годно отличались от требований остальных исламистов.

Новым политическим сюрпризом для страны оказались выборы 3 ноября 2002 года, которые завершились большим успехом исламистской Партии справедливости и развития. ПСР получила более половины мест в парламенте (363 из 550), что позволило ей не вступать в какие-либо коалиции и дало право сформировать однопартийное правительство. Ближайший соперник ПСР, левая Республиканская народ­ная партия набрала лишь 19,4% голосов. Ни одна другая партия, не преодолела барьер 10% голосов избирателей, не­обходимых для вхождения в парламент. Партия Б. Эджеви-та, только вчера входившая в правящие структуры, полу­чила всего 1% голосов. Б. Эджевит, подавая в отставку, заявил, что больше никогда не вернется к политической деятельности. ПСР не хватило всего нескольких голосов для того, чтобы получить в парламенте большинство в две трети, требуемое для изменения конституции страны. Про­изошло радикальное изменение соотношения сил. С поли­тического поля исчезли четыре главных партии, в том чис­ле Демократическая левая партия В. Эджевита, за бортом политической борьбы оказались Партия верного пути, (Т. Чиллер), Партия отечества (М. Йылмаз).

В декабре 2002 года представитель умеренной части кры­ла Партии справедливости и развития Абдалла Гуль заме­нил на посту премьер-министра В. Эджевита. Ее лидер Р. Т. Эрдоган не смог занять пост главы кабинета, поскольку радев был судим за разжигание межрелигиозной розни. Со­гласно положениям конституции, осужденным за анархистс­кую и идеологическую пропаганду запрещено занимать госу­дарственные посты. Вместо него пост премьер-министра за­нял его заместитель А. Гуль. После некоторых политичес­ких ходов парламент изменил конституцию, что позволило Р. Т. Эрдогану принять участие в довыборах и стать парла­ментарием. Абдалла Гуль подал в отставку, чтобы освобо­дить место для лидера правящей партии. В январе 2003 года место премьер-министра Турции занял 49-летний Реджеп Тайип Зрдоган.

Р. Т. Эрдоган родился в 1954 году в многодетной рабочей семье. В ходе предвыборных кампаний любил подчеркнуть, что он в детстве на улицах Стамбула торговал водой, 6y6jra-ками и лимонами. Занимался в исламской школе, присоеди­нился к турецкому исламскому движению и в этом плане добился многого. Он стал лидером исламских политических партий, был заместителем Н. Эрбакана в Партии благоден­ствия. В 1994 году он стал мэром Стамбула, и в этот период им были осуществлены социальные программы в пользу бед­нейших слоев. На этом посту получил большую популяр­ность, прослыв некоррумпированным политическим деятелем. Большинству турецких мусульман импонируют его исламс­кие взгляды. В 1998 году Эрдоган был осужден на 10 меся­цев тюремного заключения за пропаганду и разжигание меж­религиозной розни, но отпущен через четыре. Судимость не позволяла ему определенный период заниматься политичес­кой деятельностью. Выйдя из тюрьмы, Р. Т. Эрдоган пере­смотрел свои политические позиции. Он вышел из «Рефах», создал новую политическую партию, которая сформировала однопартийное правительство в 2002 г.

Р. Т. Эрдоган вряд ли смог полностью отказаться от исла­мистских взглядов, однако, став лидером ПСР, он не употреб­лял жестких исламистских лозунгов. Лидера ПСР на Западе называли умеренным исламистом. Главным программным ло­зунгом Р. Т. Эрдоган объявил намерение отстаивать демокра­тические свободы и права человека, никому нельзя навязы­вать исламские нормы жизни. Он уже не настаивал на выходе Турции из НАТО и считал необходимым членство Турции в Европейском союзе. Премьер заявил о том, что он является сторонником дальнейшей европеизации турецкого государства. Партия Р. Т. Эрдогана выступила с решительной защитой светская политической ориентации. В то же время выборы показали, что основная масса турецкого народа считает воз­можным участие во власти умеренных религиозных полити­ков, каким, несомненно, является нынешний лидер Турции. Своей деятельностью Р. Т. Эрдоган демонстрирует, что колам и развитие демократии не противоречат друг другу.

Правительство Р. Эрдогана приступило к выполнению задач политических и экономических преобразований в очень сложных условиях. Начало нового века не было для Тур­ции благоприятным. Кризис 2001 года сделал практически неизбежным провал «Программы построения сильной Тур­ции», которая была принята в начале того же года. Нема­ловажной проблемой в начале века стала необходимость из­менения структуры турецкой экономики. Без решения этой проблемы вряд ли возможно говорить о вхождении Турции в систему мирового и европейского рынка. В отличие от западных развитых стран доля машиностроительной про­дукции Турции чрезвычайно скромна. Половина всего экс­порта приходится на текстильные товары, 20 процентов эк­спорта составляют продукция сельского хозяйства и изде­лия из кожи. Никак не обойти Р. Эрдогану проблему внеш­ней задолженности. Его оппоненты имеют полное основа­ние утверждать, что Турция окутана сетями экономической задолженности гораздо сильнее, чем когда-то Османская им­перия. Запад получает большие возможности для воздей­ствия на правительство умеренных исламистов. Внешняя задолженность страны с 1980 года выросла с 11,4 млрд долларов до 73 млрд долларов в начале XXI века. Государ­ственный бюджет почти полностью был подчинен цели об­служивания государственного долга. Порочный круг посто­янно увеличивающихся займов и долгов прочно держ?л в тисках всю экономику Турции. Правительство не отказа­лось от новых источников займов, а МВФ не собирается замораживать процесс предоставления Турции кредитов.

Не менее острыми для правительства Р. Эрдогана оказа­лись социальные проблемы. Основой «вестерннзации» ту­рецкого государства всегда была мощная прослойка торго­во-промышленной буржуазии, особенно в крупнейших горо­дах Турции, которая делала крупный бизнес на торгово-экспортных операциях с западными компаниями. Основу экономики Турции составляют крупные холдинги, конгло­мераты Сабанджи, Коч, Доган, Зорлу, Чукурова. После про­веденных реформ по либерализации экономики значительную свободу получило частное предпринимательство, которое пре­вратилось во влиятельную политическую силу. С ростом эко­номики выросла интеллигенция, увеличилась численность ра­бочего класса. Однако доходы основной массы населения про­должают оставаться очень низкими, особенно в сравнении с западными странами. Доля ВНП к началу Нового века состав­ляла около трех тысяч долларов в год, что, несомненно, не­сколько выше, чем в других странах азиатского континента, но для стран ЕС Турция остается отсталой в экономическом и социальном смысле страной. Высокая степень безработицы обостряет политическую напряженность в стране.

Важнейшая задача современного этапа для правитель­ства Р. Эрдогана состоит в сохранении единства турецкого общества в условиях продолжения курса европеизации об­щества, который вызвал неоднозначную реакцию турецких граждан. Обеспечивая единство народа, в Турции со времен Ататюрка действовала формула — «единая религия, еди­ный народ, единая нация». Главный упор делался на наци­оналистическую идеологию и религиозные рычаги воздей­ствия на обеспечение национального единства. Это имело непосредственное отношение к нетурецкому, мусульманско­му населению курдов, арабов, туркмен, выходцев с Кавказа и Крыма. Р. Эрдоган заявлял, что предпримет меры, кото­рые разрешат давнюю курдскую проблему. Европейские го­сударства и США уже давно подчеркивают нарушение прав человека в Турции, указывая на курдский вопрос.

Серьезной проблемой, которая потребовала пересмотра социальной политики, явилась борьба с терроризмом. Тер­рористические акты в ноябре 2003 и в 2004 гг. в Турции вызвали сильный резонанс. Впервые Турция столкнулась с непредсказуемым терроризмом внутри страны. Никогда еще эти проблемы не стояли в Турции так остро. Реакция пра­вительства на теракты была достаточно жесткой. Правоох­ранительным органам в 2003 году были предоставлены чрез­вычайные полномочия. В заявлениях политических лиде­ров это прозвучало как шаг на пути к созданию так называ­емой «диктатуры демократии*. Как показывают факты, к деятельности Усамы бен Ладена причастны турецкие граж­дане. Известна их деятельность за рубежом, в том числе и в Западной Европе. Кроме того, Р. Эрдоган и его политичес­кое окружение прекрасно понимают, что борьба с терро­ризмом поможет Турции завоевать новые дивиденды, осо­бенно в глазах своего главного союзника — США.

В политико-идеологическом плане социальная структура общества разделяется и группируется на основе различных взглядов на пути развития турецкого общества и государ­ства. Все больше сторонников приобретает политика «меж­дународной интеграции Турции», в то же время немало сто­ронников «особого пути» развития турецкого общества, вы­ступающих за создание сильного на международной арене турецкого государства. Эти в определенной степени разные политические направления вступили в острые противоречил с политическими группировками, для которых Турция все­гда являлась лидером исламского мира. Поэтому одна из основных задач современной Турции состоит в необходимос­ти нахождения политического компромисса и выработки общего курса для различных слоев турецкого общества, Р. Т. Эрдоган, занимая пост премьер-министра, взял на себя осуществление этой миссии. Успехи умеренных исламистов стали зависеть от решения многих экономических и соци­альных вопросов. Политическая борьба входит совершенно в новую фазу, которая характеризуется обострением исла­мистского и реформаторско-ататюркистского направлений в турецком государстве.

<< | >>
Источник: В. И. Бузов, под ред. А. А. Его­рова. Новейшая история стран Азии и Африки (1945­ - 2004): учеб. пособие— Ростов н/Д : Феникс, — 574 с. — (Высшее образование).. 2005

Еще по теме 3. Исламизм и политическая борьба в Турции на совре­менном этапе. Р. Т. Эрдоган.:

  1. 1. «Вестерннзация» и политическая борьба в Турции после Второй мировой войны.
  2. ТУРЦИЯ: ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА И ИСЛАМИЗМ
  3. 4. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА НА ЗАВЕРШАЮЩЕМ ЭТАПЕ «КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ» (1969-1976)
  4. 2. Борьба за власть и исламизм в период 2 и 3 республик.
  5. 1. Алжир в борьбе за независимость. Национализм и исламизм.
  6. АЛЖИР: ИСТОРИЯ БОРЬБЫ С ИСЛАМИЗМОМ
  7. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В ГРЕЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВАХ
  8. Политическая борьба в городах Ломбардии и Средней Италии.
  9. Обострение политической борьбы в империи.
  10. Политическая борьба.
  11. Политическая борьба. Попытки реформ.
  12. 1. Политическая борьба в Ираке. БААС у власти
  13. Политическая борьба во Франции.