<<
>>

Фридрих II. Австро-прусский дуализм и реформы

Фридрих И, или Великий, (1740—1786) наряду с Люгером и Бисмарком стад одной из самых популярных фигур германской истории. Начав свое царствование в роли одного из имперских князей, он (акончил его главой великой европейской державы.
Новый прусский король был необычайно яркой и противоречи­вой личное!ыо. Воспитанный деспотичным отпом (достаточно сказать, чю юношей он даже пытался бежать, но был пойман, посажен в крепость и принужден наблюдать казнь своего сообщ­ника и друга), во многом и сам не чуждый деспотических черт, он был одновременно художественно одаренной и духовно разви­той натурой — музыкантом, художником, писателем, филосо­фом. В исюрню Фридрих Великий вошел, прежде всего, как вели­кий пол ко воч ен и «философ на троне», классическое воплоще­ние просвещенного монарха.

В значите.паюй степени он стал продолжателем политики сво­их предшественников — благоустраивал свое небогатое королев­ство, осушал болота, привлекал поселенцев, учрежд;ш мануфак­туры, укреплял свою власть и, конечно, наращивал армию. В прав­ление Фридриха 11 милитаризация Пруссии достигла своего апо­гея — каждый тридцатый житель королевства был солдатом (во Франции эго соотношение было 1 : 145, в Англии 1 : 310). Главное же заключалось в том, что он использовал армию как пропуск в клуб великих держав континента, на членство в котором Прус­сия, исходя из прочих своих параметров, едва ли могла претен­довать. Завоевав в ходе Войны за австрийское наследство 1740 — 1748 гг, Силезию, Фридрих II не только приумножил свое королев­ство более чем на 1 млн человек и на одну из самых экономически развитых территорий Европы, но и заявил о Пруссии как о новой великой державе. Вместе с тем он положил начало так называемо­му австро-прусскому дуализму,■ превратившемуся в ключевую про­блему германской истории на следующие сто с лишним лет.

Историческое развитие Австрии и Пруссии имело несколько сходных черт. И та, и другая были порождением немецкою про­движения на восток Европы. И та, и другая стали великими дер­жавами именно потому, что вырвались из политической тесноты Священной римской империи, создав себе новую базу государ­ственной мощи вне ее пределов. Вместе с тем были и существен­ные различия. Прежде всего, степень гетерогенности приобрете­ний на востоке у Австрии и Пруссии была совершенно разной. Если Пруссия даже вне Империи владела землями со значитель­ным количеством немецкого населения и единственным крупным инородным селом были территории, где преобладали поляки, то Австрия объединила в себе множество различных народов, поли­тических традиций и культур. Слабость внутренней структуры ча­сто оборачивалась слабостью на международной арене. Кроме того, Пруссия пользовалась преимуществом позднего старта, преиму­ществом нагоняюшеш. В то время как австрийские Габсбурги были отягощены грузом собственного прошлого, грузом многочислен­ных дин логических, религиозных и политических обязательств ев­ропейского или обшегерманского масштаба, мерилом политичес­ких действий прусских королей была конкретная выгода их госу­дарства. Если Габсбурги хотели сохранять, то Гогенцоллерны хо­тели добиваться. Неуместная в новых условиях приверженность Габ­сбургов к сохранению старого проявилась, например, в вопросах веры, все еше очень много значивших в ту эпоху.

На фоне зачас­тую воинствующего католицизма Габсбургов прагматичная веро­терпимость Пруссии способствовала повышению ее авторитета в германском мире и делала более привлекательной для переселен­цев, в том числе и из Австрии.

Вплоть до 1740 г. взаимоотношения Вены и Берлина мало чем отличались от относительной лояльности, характерной для отно­шений между кайзером и другими крупными имперскими князь­ями. Даже провозглашение Гогенцоллернов королями «в Пруссии» никак не свидетельствовало о том, что в Империи появилось го­сударство, готовое оспорить у Австрии статус единственной гер­манской великой державы хотя бы потому, что королями в землях вне Империи были также саксонский и ганноверский курфюрсты. Фридрих II, неожиданно и в нарушение всех обычаев своего вре­мени вторгшись в Силезию, одним ударом изменил соотношение сил в германских землях и все течение австро-прусских отноше­ний. Редко какой единовременный военный конфликт в европей­ской истории приводил к возникновению столь длительной, прин­ципиальной и непримиримой вражды, которая на следующие сто с лишним дет разделила Австрию и Пруссию. С точки зрения пер­спективы возникновения централизованного германского государ­ства зарождение австро-прусского дуализма имело весьма нега­тивные последствия. Вместо единственного пеитра притяжения возникло два полюса, существование которых, е одной стороны, способствовало сохранению самостоятельности прочих германских государств, а с другой — дезориентировало возникавшее немец­кое национальное движение.

Помимо громких побед Фридрих Великий известен и своей деятельностью внутри страны. В историю он вошел как едва ли не самый яркий представитель просвещенного абсолютизма. В ка­честве обоснования своего правления Фридрих II использовал просветительскую идею всеобщего блага и трактовал государ­ство как специфический инструмент его достижения. Отсюда проистекала лопая роль и новая легитимация монарха — отныне он был абсолютен не «Божьей милостью», а в силу своею поло­жения в качестве управляющего делами или, выражаясь словами самого Фридриха И, «первого слуги» государства, ответственного за общее благо, ведь для того чтобы государственный механизм работал безукоризненно, воля, его связующая, должна быть аб­солютной.

С этих позиций он по-новому обосновывал даже те мероприя­тия, которые были начаты еще его предшественниками, напри­мер меркантилистскую экономическую политику. Фридрих II в значительной степени способствовал подъему прусского сельско­го хозяйства, осушив и сделав пригодными для земледелия мно­гие тысячи гектаров в низовьях рек, привлекая на новые земли колонистов, получавших материальную помощь и освобождение от налогов и военной службы на много лет. Он всячески содей­ствовал развитию ремесла и торговли, основывал новые ману­фактуры и т.д. Однако подобная политика (несмотря на очевид­ную фискальную заинтересованность короны) трактовалась как служение общему благу.

Помимо активной экономической деятельности Фридрих II осуществил еще целый ряд реформ, традиционно трактуемых как проявление политики просвещенного абсолютизма. Он запретил пытки и «охоту на ведьм», фактически ввел всеобщее начальное образование (1763), закрепил свободу вероисповедания и т. д. Од­ним из самых шачительных преобразований стала разработка всс- о&ьемлюшеI о новою законодательства, использовавшего целый ряд просветительских идей. Опубликованное уже после смерти Фридриха II новое прусское законодательство оставалось в силе до 1900 [ . 11русский король провел и административную реформу, добиваясь от бюрократического аппарата «стройности философ­ской теории*, в частности более четко разделил компетенции Ди­ректории. отменил практику покупки должностей, способство­вал дальнейшей централизации и унификации управления на местах, разграничил судебную и исполнительную власть.

Вместе с !ем мероприятия Фридриха И наглядно свидетель­ствуют о двойственности феномена просвещенного абсолютизма, о сочетании [5 нем черт старого и нового, вытекавших из того обстоятельства, что это была форма правления эпохи перехода от сословного общества поданных к будущему обществу граждан. Наряду с новшествами в администратшзной, судебной и образо­вательной сферах Фридрих II практически в неизменности сохра­нил старые социальные и политические структуры.

В политической сфере правление Фридриха II было устроено так, что было скорее «абсолютистским», чем преемников. Меркантилизм, кото­рый Габсбур! и стаз и внедрять по французскому примеру, появился здесь с запинанием и никогда не был столь успешным, как, на­пример, в Пруссии. Наиболее развитыми отраслями традиционно оставались металлургия и металлообработка, по которым монар­хия Габсбур!ов занимала одно из ведущих мест в Европе, а также добыча соли и текстильное производство в Богемии и Силезии. Политика меркантилизма способствовала развитию этих отрас­лей, однако уже тогда обозначилось отставание промышленности Дунайской монархии от передовых европейских стран.

Характерной особенностью развития монархии Габсбургов в XVIII в., особенно во второй его половине, было активное вме­шательство ! осударства в экономику вследствие стремления абсо­лютизма к регламентации самых разных сторон жизни общества и попыток властей реализовать на практике положения камералис­тики — науки об управлении государством и приумножении его богатств.

В 1754 г. промышленность была разделена на гражданскую» и -«коммерческую» отрасли, для контроля над каждой из которых возникли специальные органы при дворе. Цеховая регламентация, и без того неуклонно слабевшая с начала века, и эпоху Марии Терезии и Иосифа II была вообще ликвидирована в ряде отраслей. В результате к концу XVIII в. австрийские статистики уже не дела­ли различия между цеховыми и не цеховыми ремесленниками.

Особенно активно власти поощряли промышленность, в кото­рой, однако, главное место занимало производство текстиля и предметов роскоши. Дополнительным стимулом к развитию про­мышленного производства в западных землях стала потеря в ре­зультате Войны за австрийское наследство Силезии — едва ли не самой промышленно развитой части владений Габсбургов. Произ­водство стимулировалось путем ограничений на вывоз сырья и ввоз предметов роскоши. Постепенно были ликвидированы вес внутренние замешенные пошлины за исключением границы между «наследственными землями» и Венгрией. Промышленное разви­тие Венгрии практически никак не поддерживалось, она рассмат­ривалась главным образом как рынок сбыта.

В правление Карла VI и Марии Терезии предпринимались по­пытки активизировать внешнюю торговлю и даже обзавестись соб­ственными колониями. Два крупнейших порта на Адриатике — Триест и Фиуме — были объявлены вольными юродами, создана Восточная торговая компания, а также основаны торговые пунк­ты в Мадрасе, в Восточной Африке и Китае. Однако все эти пред­приятия, в конечном счете, не имели успеха.

Финансы страны значительно укрепились за счет введения монетною единообразия и согласования в 1750 г. курса валют гер­манских государств. Талер Марии Терезии тщательно чеканился, постоянно укреплялся и был одной из основных валют в Герма­нии вплоз'ь ло середины XIX в., а в странах Восточного Средизем­номорья и даже Эфиопии монета имела хождение еще и в XX в. Для финансирования Семилетней войны в 1762 г. были впервые введены бумажные деньги, правда, на коротким срок.

<< | >>
Источник: Под ред. Чудинова А.В., Уварова П.Ю., Бовыкина Д.Ю. История Нового времени: 1600-1799 годы. 2007

Еще по теме Фридрих II. Австро-прусский дуализм и реформы:

  1. Австро-прусская война.
  2. Брацденбургско-Прусское государство
  3. 66. ФРАНКО—ПРУССКАЯ ВОЙНА
  4. Франко-прусская война и Германская империя
  5. Вопрос 48. Объединение Германии и образование Австро-Венгрии
  6. 6.5.АВСТРО-ВЕНГРИЯ
  7. Австрия после Вестфальского мира.
  8. Революция 1848 г. в Австрии и Венгрии.
  9. 50. Земская реформа 1864 г. Городская реформа 1870 г
  10. 37. Реформы феодального землевладения и сословные реформы Петра Великого
  11. Южнославянские земли Австро-Венгрии во второй половине XIX в. Общественный подъем 60-х годов.
  12. ИЗ СЕКРЕТНОЙ ТЕЛЕГРАММЫ ГЛАВНОГО МОРСКОГО ШТАБА МОРСКИМ АГЕНТАМ ВО ФРАНЦИИ, АВСТРИИ И ИТАЛИИ
  13. 15.3. Налоговые реформы: понятие, классификация, этапы проведения Понятие и признаки налоговой реформы
  14. 1.6. Денежные реформы и методы их проведения. Особенности проведения денежных реформ в России
  15. Эпоха реформ 1740 —1792 гг.
  16. 27. Земельная реформа в РФ и ее этапы
  17. Денежные реформы
  18. 5.2. Классификация налоговых реформ
  19. Виды денежных реформ
  20. Классификация налоговых реформ