<<
>>

2. Этапы исламской революции 1978-1979 годов.

Аятол­ла Хомейни. Массовые выступления против шахского режи­ма начались в январе 1978 года. Духовенство организовало 8 января в религиозном центре г. Куме демонстрацию уча­щихся медресе и других исламских учебных заведений.
Гибель одного их участников демонстрации дала повод духовенству на следующий день устроить еще более крупную манифестацию под лозунгом восстановления конституции 1906 года. Разгоняя демонстрацию, полиция и армейские подразделения убили несколько десятков человек и сотни рани­ли. С этого дня духовенство через каждые 40 дней организо­вывало новую волну демонстраций. Волнения захлестнули стра­ну, в борьбу включился «базар» и левые организации, опи­равшиеся на активность рабочего класса, пауперов, часть мо­лодежи.

В начавшейся революции духовенство не было единым. Умеренное крыло стояло на позициях либерально-буржуаз­ных требований восстановления конституционной монархии и свободы партийной деятельности. Радикальная часть духо­венства во главе с Хомейни завоевывала политические пози­ция по мере развития революционных действий и изменения расстановки политических сил. Хомейни находился в этот период в Ираке, в городке Неджефе, но он оказывал сильное влияние на развитие событий в Иране. Экономические и соци­альные реформы шаха аятолла подвергал резкой критике. Хомейни назвал шахское правление враждебным исламу и незаконным, возложил на него ответственность за все беды в стране. В священном городе Неджефе, где Хомейни провел долгих 14 лет, он написал книгу «Исламская власть». В ней аятолла решительно высказался против монархии и престоло­наследия как порочного метода правления, противоречащего исламу. Большой популярностью стали пользоваться не толь­ко его книги, но и его выступления, проповеди, записанные на магнитофонную пленку. Магнитофонные записи размножа­ли в сотнях и тысячах экземпляров.

Росту его популярности способствовала высылка Хомей­ни из Ирака по просьбе шахского правительства. Саддам Хусейн сам опасался влияния Хомейни на шиитов Ирака, и он охотно откликнулся на эту просьбу. Высланный из Ирака Хомейни обосновался в предместье Парижа, где имел большие возможности для встреч со своими соотечественни­ками и единомышленниками. Под Парижем Хомейни обра­зовал своего рода «мозговой центр», использовавший за­падные средства массовой информации для популяризации идей исламской революции и рекламы ее лидера. Пока Хо­мейни находился в Неджефе, он был известен лишь неболь­шому кругу своих последователей, но когда он появился в Париже, о нем заговорил весь мир.

Осознание сложности положения заставило шахскую власть искать пути выхода из создавшейся ситуации. Восемь месяцев репрессий и расстрелов лишь создавали благоприятную осно­ву для утверждения хомейнистского лозунга «Смерть шаху» и росту радикального направления в борьбе против шахского режима. Шах решил сделать уступки буржуазно-умеренной части антишахского движения. В августе 1978 года он объя­вил о проведении свободных выборов в меджлис и о предос­тавлении народу свободы слова и собраний. Шахиншах со­гласился на то, чтобы на выборах партия «Растахиз» была не единственной имеющей право выставлять своих кандида­тов. В угоду радикальным исламистам правительство закры­ло казино и другие увеселительные заведения, противореча­щие нормам ислама.

Иран вернули к мусульманскому кален­дарю, вместо календаря, введенного шахом, летоисчисление которого начиналось со времени основания Ахеменидской дер­жавы.

Либерально-демократическое крыло буржуазии, как и умеренные исламисты, могли быть удовлетворенными. Рез­ко возросло число политических партий. Монархия сделала серьезную уступку оппозиционной буржуазии, легализовав ее партии и организации, дав им право участвовать в борьбе за парламентское большинство. Наметившийся компромисс оппозиционной буржуазии с монархией серьезно обеспокоил радикальную часть духовенства и осложнил ее борьбу за власть. Она предпринимает в августе 1978 года ряд выступ­лений, которые сопровождались насильственными действи­ями. Особенно ожесточенными были выступления в Исфа­хане. По городу прокатилась волна взрывов и поджогов. Вслед за этим волнения и столкновения с полицией и войс­ками произошли в Тегеране, Куме, Тебризе, Кермаяшахе и других городах. Выступления показали, что городские низы и мелкобуржуазные массы, возбужденные радикальным ду­ховенством, не намерены сворачивать выступления. Вот тог-да то появились портреты Хомейни в газетах, на улицах, стендах, плакатах и пр. Популярность аятоллы росла с каж­дым днем, на демонстрациях и митингах выкрикивали его Лозунги. Духовенство стало утверждаться в мысли о необходимости борьбы за собственные сословие-корпоративные интересы, не надеясь на оппозиционную буржуазию, пре­давшую духовенство. И здесь идея Хомейни о создании ис­ламской республики как нельзя лучше отражала интересы лидеров религиозных кругов. Хомейни стал центром едине­нии борющегося за власть духовенства.

Острый накал политической борьбы приходится на сентябрь­декабрь 1978 года. Пытаясь не допустить дальнейшее развертывание

антимонархического движения, власти объявили в

Тегеране и 11 крупных городах Ирана военное положение и запретили проведение митингов и демонстраций. Эта мера лишь обострила ситуацию. При подавлении волнений в Тегеране в сентябре 1978 года было убито около 4 тысяч человек. День 3 сентября получил название «черной пятницы». С октября месяца начались забастовки рабочих, которые приняли к кон­цу года всеобщий характер. Активность стали проявлять левые силы, заявившие о полной или частичной поддержке курса Хо­мейни, чем содействовали утверждению имама в качестве геге­мона антишахского движения. Введение военного положения перечеркнуло прежние достижения либерально-демократичес­ких сил и фактически сделало Хомейни единственным лидером в антишахской борьбе. Не случайно к нему в Париж для пере­говоров направились представители оппозиционной буржуазии — лидер Движения за свободу Ирана Мехди Базарган и председа­тель Общества дельцов базара и гильдий М. Маниян. Предста­вителям «светских» исламистов пришлось согласиться с Хо­мейни и признать руководящую роль духовенства. Таким обра­зом, был создан неформальный союз, блок НФ и духовенства.

Шах сделал еще одну попытку сохранить свою власть, которую можно считать вполне закономерной. В Ноябре он решил опереться на власть военных, поручив одному из ге­нералов сформировать правительство. С этого момента ар­мия начинает действовать как крупная самостоятельная по­литическая сила. Армия осталась единственной силой, ко­торая могла поддержать монархию. Но остановить анти­шахское движение уже было невозможно. В декабре бого­словы обратились к «базару» с призывом о прекращении торговли до свержения шахского правительства. Огромная масса людей выплеснулась на улицы. В условиях постоян­ных забастовок рабочих студенты 24 декабря приняли уча­стия в манифестациях и беспорядках на улицах. При наве­дении порядка 100 человек погибло. Эти события всколых­нули страну. На улицах Тегерана, Исфахана, Керманшаха, Мешхеда и Тебриза горели дома сторонников монархии, го­рели государственные учреждения, выступления сопровож­дались мародерством, бандитизмом, грабежами.

Страна становилась неуправляемой. Движение усилива­лось в связи с распространяемыми слухами о выезде шаха за границу. 29 декабря шах принял неожиданное решение; он без всяких консультаций и переговоров предложил Ш. Бах-тияру, одному из лидеров Национального фронта, сформи-

ровать по своему усмотрению правительство. По его требованию Реза Пехлеви согласился на неопределенное время покинуть страну. Этот шаг означал, что Пехлеви признал бессмысленность дальнейшей борьбы за сохранение власти, признал полную потерю контроля над государственными структурами. Отказываясь добровольна от шахской власти, он в то же время отдавал предпочтение оппозиционной уме­ренной части буржуазии и передал ей полномочия власти. Реза Пехлеви считал, что это был последний шанс противо­стоять претензиям политизированного духовенства на по­литическое господство. 11 января 1979 года шахиншах с шахиней, тайно загрузив несколько самолетов с имуществом и казной, бежал из Ирана, предоставив Бахтияру право рас­правиться с его уже бывшими подданными.

31 января 1979 года после 15-летнего изгнания аятолла Хомейни триумфально возвратился в Иран. Он сразу же со-здал Высший революционный совет, объявив его правитель­ством. 5 февраля специальным указом Хомейни назначил М. Базаргана премьер-министром. Назначение этого буржу­азно-либерального деятеля вызвало бурю восторга. Эта кан­дидатура была выбрана не случайно. М. Базарган пользовал­ся большим влиянием у торгово-ростовщической буржуазии «базара» и умеренного духовенства. К тому же он уже успел войти в контакт с военными, что в тот период было чрезвы­чайно важно. Возникло двоевластие. Хотя Бахтияр прини­мал лихорадочные попытки демократизации страны — это было уже запоздалой мерой. Он пообещал немедленно отме­нить военное положение, если духовенство откажется от под­стрекательств народа на выступления, он внес на рассмотре­ние парламента законопроект о роспуске САВАК, объявил об отмене цензуры. Бахтияр предложил парламенту правитель-ственную программу политических и экономических мер по демократизации страны, наказания виновных в организации террора, предложил разрыв соглашений с западными страна­ми и т. д. Он прилагал все усилия к тому, чтобы не допус­тить духовенство к установлению исламской диктатуры.

Последний всплеск войны между новой и старой властью произошел 10 февраля 1979 года. Вооруженное столкновение имело место на военно-воздушной базе Душан-Тепе в Тегера­не. Бахтияр приказал военной гвардии уничтожить подразде­ление авиаторов-хомейнистов, изъять у них оружие и самоле­ты. Однако попытки штурма закончились неудачей. Но если

утром 10 февраля военные действия были сосредоточены вок­руг базы, то уже во второй половине дня военные действия велись по всему городу. В борьбу включились подразделения федаев и моджахедов, оружие раздавалось всем желающим. Солдаты стали переходить на сторону восставших, поэтому командование объявило, что участвовать в политической борьбе не будет, и отозвало солдат в казармы. Только к вечеру 11 фев­раля 1979 года восстание в основном завершилось. Бахтияр во время восстания бежал. М. Базарган явился в пустую кан­целярию бывшего премьера и стал формировать правитель­ство. Закончился первый этап революции в Иране.

Второй этап революции в Иране должен был решить про­блему консолидации политических сил, формирования госу­дарственных структур в целях установления полного господ­ства духовенства. Временное правительство Базаргана просу­ществовало недолго (с 12 февраля по 5 ноября 1979 года) и не ставило перед собой задачи осуществления радикальных ре­форм, да и сложившаяся хозяйственная система при шахском режиме вполне устраивала буржуазные круги иранского обще­ства. Речь шла о «нормализации» политической ситуации в стране, о «возрождении» прежних административно-хозяйствен­ных структур. Основная программа первоначальных мер пра­вительства была обнародована 9 февраля 1979 года, и в ней отмечались поэтапные мероприятия нормализации обстанов­ки, возрождения административных и хозяйственных органов. Программа отмечала необходимость проведения референдума для утверждения новой конституции, выборов меджлиса и пе­редачи власти президенту и новому правительству.

В первые месяцы после революции в стране сложилось своеобразное многовластие. Власть Временного правитель­ства Базаргана оказалась в первое время иллюзорной. По­лиция и жандармерия фактически перестали существовать, их оттеснили в сторону вооруженные отряды молодежи, раз­деленной на множество политических и религиозных групп. Армия разбежалась, а сохранившиеся военные подразделе­ния были явно небоеспособны. Созданные стихийно в ходе революции различного рода политические структуры, та­кие как «революционные комитеты», «комитеты Хомейни», «стачечные комитеты», «трибуналы», «отряды стражей», независимые организации левого движения и пр., представ­ляли сами себя и не подчинялись центральной власти. Глав­ная задача состояла в трансформации многочисленных ор­ганев местной власти в государственные структуры и под­чинении их центру. Исламским лидерам необходимо было создавать совершенно новые органы власти, которые опре­делялись задачами создания исламского государства.-

Религиозно политическая группировка, сложившаяся вок­руг харизматического лидера аятоллы Хомейни достаточно бы­стро осознала свои силы и возможности. Аятолла и его окруже­ние вели настоящее стратегическое наступление, постепенно захватывая контроль над всей системой управления государ­ством. Установлению духовенством контроля над всеми сфера­ми власти служил учрежденный Хомейни институт «предста­вителей имама». После тщательного отбора представители ду­ховенства направлялись с контрольной и осведомительной це­лью в каждое министерство и ведомство, в центры провинций и уезды. Они получали право накладывать вето на любое реше­ние местных к центральных властей. Представители имама по­лучали неограниченное право контроля над деятельностью вве­ренного им подразделения и подчинялись только «вождю ис­ламской революции». Иными словами, «представители имама» осуществляли надзор над деятельностью органов исполнитель­ной власти в центре и на местах. Не случайно Базярган регу­лярно направлял жалобы Хомейни о том, что работе его пра­вительства постоянно мешают действия «внутренних органов». Эти действия исламистов в конце концов привели к формирова­нию своеобразных политических исламских структур управле­ния. Между премьером Базарганом и Хомейни изначально был наложен конфликт по вопросу характера формируемой власти. Дневному лидеру Хомейни удалось подмять деятельность пра­вительства, заставить его подчиниться формирующейся ислам­ской власти. Все чаще премьер-министр прибегал к посредниче­ству аятоллы, поскольку управлять страной без поддержки ду-ховной элиты правительство уже не могло.

Центральной идеей Хомейни стало мифическое объеди­нение народа в рамках единой исламской идеологии. Он никогда не был сторонником создания многочисленных орга­низаций и представлял весь иранский народ как единую партию. Постепенно в практический обиход вошел термин миллияте хезболла» (нация партии Аллаха), которым стали именоваться все иранцы. В то же время Хомейни вынужден идти на уступки деятелям своего окружения и предоставил им возможность возрождения партии «Хезболлах» и уч-реждения Партии Исламской республики (ПИР). Эти партии

богословам были необходимы для осуществления контроля над действиями толпы и организации политических акций. Партии представляли серьезную политическую силу, на которую духовенство могло опереться.

Для того чтобы удержать политическую власть, а затем осуществить политические мероприятия по созданию исламс­кой республики, нужна была организация, способная подчи­нить вооруженные низовые органы власти. Такой организа­цией стал Корпус стражей исламской революции (КСИР). Офи­циально создание Корпуса стражей исламской революции было провозглашено 6 мая 1979 года. Целью организации объяв­лялась «защита исламской революции от происков ее вра­гов». Одновременно КСИР должна принимать меры но подчи­нению своему влиянию низовых органов власти. Контроль и управление КСИР поручалось заместителю премьер-министра Базаргана по делам революции. Корпус выполнял задачу по чистке низовых органов власти и подчинял их центру и стро­гой исламской дисциплине. «Неисламские» органы подлежа­ли немедленному роспуску. Постепенно Корпус узурпировал полномочия армии, жандармерии и полиции в области внут­ренней безопасности, и все чаще КСИР вмешивался в их дела под предлогом «предотвращения контрреволюционной деятель­ности». Корпусу вменялось также в обязанность осуществле­ние религиозней миссии, т. е. «джихада во имя Бога» и «рас­пространение сферы господства закона Божьего в мире». Стра­жи революции, по словам Хомейни, являлись продолжателя­ми дела имама Хусейна. Это — армия Ислама. Джихад был объявлен «солдатской службой мусульман», а шехад (мучени­ческая смерть за веру) — высшим смыслом жизни.

Хомейни, обладая огромной политической проницательно­стью, держал под контролем деятельность Корпуса и опирал­ся на свой собственный осведомительный орган — личную канцелярию. Посредством личной канцелярии и с помощью КСИР имам своевременно изолировал тех исламских .лидеров, которые представляли для него потенциальную угрозу. Внеш­не выступая беспристрастным арбитром, Хомейни всегда ока­зывал скрытую поддержку преданным сторонникам.

Формирование новой политической структуры позволило Хомейни действовать в обход правительства. Хомейни как политический лидер в ходе революции получил в свое распо­ряжение мощнейшее оружие — толпу, охваченную революци­онным порывом в сочетании с религиозным психозом. При необходимости аятолла мог бросить против своих противни­ков десятки тысяч людей, направляемых исламскими фана­тиками. Хомейни не руководил определенной партией, он уп­равлял огромной массой людей и пользовался этим очень уме­ло. Городские низы и мелкобуржуазные массы были готовы поддержать любые лозунги своего мусульманского кумира. Становятся понятными популистские лозунги аятоллы и его действия, направленные в обход правительственной позиции. Особенно выделяются указы Хомейни о введении бесплатного пользования водопроводом, электричеством и транспортом. Противодействия временного правительства и протесты по поводу экономической необоснованности указов ни к чему не привели. Сильный и жесткий политический лидер исламис­тов, Хомейни даже не вступал в дискуссии по атому поводу.

Многое из того, что делалось Хомейни, строилось на базе исламских представлений о развитии общества. Основная стра­тегия его политической деятельности сводилась к строгому и неукоснительному соблюдению правил и законов шариата. Хо­мейни — прямой потомок пророка, сейид, и потому, в отличие от остальных, носил черную чалму. Отец и дед Хомейни были учеными-богословами, и он тоже в 1962 году стал великим аятоллой. Он возглавлял кафедру философии в Кумском теоло­гическом центре. Его лекции уже тогда вызывали огромный интерес. Хомейни предлагал вернуться к первозданной чистоте ислама, порицал монархический строй, который считал источ­ником всех бед иранского народа. Он считал необходимым спло­титься вокруг духовенства, которое должно взять на себя от­ветственность за управление страной, поскольку оно является посредником между верующими и «сокрытым имамом». Хо­мейни — автор многих богословских и философских работ. В священном городе Неджефе, где он пробыл в изгнании долгих И лет, аятолла написал свою знаменитую книгу «Исламская власть». Вся жизнь аятоллы была наполнена исламскими ве­рованиями и традициями. В кабинете, где он работал, не было телефона, он жил не в столице, а в маленьком священном городке Куме, недалеко от Тегерана. Всегда вел скромную и даже аскетическую жизнь, хотя его никак нельзя считать бед­ным. Совместно с братьями он получал большие доходы от земельной собственности. Его пятеро детей воспитывались в духе строгих мусульманских обычаев и традиций. В год рево­люции ему было уже немало лет — 76. Поэтому Хомейни не мог представить свою политику вне основных догм ислама.

Стараясь всеми силами удержать народное единство и сгладить противоречия, религиозные деятели сосредоточи­ли основные усилия на институционализации исламского образа правления. Главным шагом в этом направлении дол­жен был стать референдум по вопросу об утверждении ис­ламской республики. Референдум состоялся 30-31 марта, а 1 апреля 1979 года была провозглашена Исламская респуб­лика Иран. Однако до окончательного завершения форми­рования государственных структур было еще далеко. Кроме того, политическое решение вопросов наталкивалось на не­обходимость принятия мер и в экономической сфере.

Правительство Базаргана даже за короткий период своего существования вынуждено было заниматься экономической сферой, так как к этому подталкивала необходимость решения назревших проблем управления государством. По млению мно­гих аналитиков, экономические мероприятия Базаргана были самыми крупными и самыми радикальными за все время суще­ствования исламского режима периода Хомейни. Одним из пер­вых мероприятий правительства стала конфискация собствен­ности шаха и его семьи. Шахское семейство представляло одну из крупных монополистических групп в стране, располагав­шую землями, банками, промышленными и торговыми кампа­ниями, отелями, спортивными сооружениями, школами и т. д. Однако конфискованная собственность шаха не стала собствен­ностью государства и не была переведена под контроль прави­тельства, а отдана духовенству. Для этого был создан специ­альный фонд, официальной целью которого провозглашалось оказание помощи семьям, пострадавшим от участия в револю­ции. По существу созданный фонд стал новой формой собствен­ности, находившейся в распоряжении духовенства. В последу­ющем эта мера станет основой для формирования корпоратив­ной собственности религиозных лидеров.

Практически все реформаторские мероприятия в Иране отражали исламское видение Хомейни и его соратников про­блем экономики, в основе которых лежали представления раннего ислама. Национализация банков обосновывалась исламскими принципами, запрещающими взимание процен­тов. Банковский процент объявлялся противоречащим нор­мам шариата. Вслед за национализацией банков были на­ционализированы страховые компании. Национализация осу­ществлялась путем выкупа вкладов и акций. Следующим шагом стала национализация крупнейших промышленных предприятий. Хотя большинство членов правительства от­рицательно отнеслись к идее национализации, тем не менее летом 1979 года был принят закон «О защите и развитии промышленности», который предусматривал национализа­цию предприятий крупных собственников, бежавших за гра­ницу. Конфискации подлежали «незаконным путем» нажи­тые капиталы. В то же время промышленные предприятия оставались в руках владельцев, если они пе участвовали в борьбе против нового режима власти.

Главным результатом в политике правительства Базар­гана было увеличение государственного сектора и создание исламских фондов, что дало право исламским лидерам мо­нопольно представлять интересы народа и направлять по­литику государства па укрепление исламской власти в Ира­не. В стране началась дискуссия о появлении исламской экономики. Премьер Базарган выразил свое отрицательное отношение к исламизации экономической и политической жизни страны. Его заявления в конце 1979 года поставили Базаргана вне исламизации иранской республики. Да и даль­нейшее его пребывание у власти для духовенства было улсе ненужным, поскольку его деятельность тормозила форми­рование теократической диктатуры. Уход с поста премьер-министра лидера либеральной буржуазии Базаргана был рас­ценен Хомейни как «вторая исламская революция». Еще один этап истории исламской революции был завершен.

<< | >>
Источник: В. И. Бузов, под ред. А. А. Его­рова. Новейшая история стран Азии и Африки (1945­ - 2004): учеб. пособие— Ростов н/Д : Феникс, — 574 с. — (Высшее образование).. 2005

Еще по теме 2. Этапы исламской революции 1978-1979 годов.:

  1. АФГАНИСТАН: РЕВОЛЮЦИЯ 1978 Г. И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
  2. Подтверждение традиции: исламская революция в Иране
  3. Подтверждение традиции: исламская революция в Иране
  4. Исламская революция в Иране.
  5. Иран под знаком исламской революции
  6. ИРАН: ПУТЬ ИСЛАМСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
  7. Революция 20-30-х годов XIX в.
  8. Г л а в а II ГОСУДАРСТВО И РЕВОЛЮЦИЯ. ОПЫТ 1848-1851 ГОДОВ
  9. Ход революции — основные этапы.
  10. 25. ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
  11. 2. Какие были предпосылки, этапы, итоги буржуазной революции в Англии?
  12. 5.2. Россия в 1905 -1917 гг. 5.2.1. Революция 1905 -1907 гг. Причины, характер, движущие силы, основные этапы и итоги
  13. Начало сберегательного кризиса: 1979—1982 годы
  14. Прелюдия кризиса: 1951—1978 годы
  15. 5.2. Россия в 1905-1917 гг.5.2.1. Революция 1905-1907 гг. Причины, характер, движущие силы, основные этапы и итоги
  16. Западная Европа, 1979-1992
  17. Действительно ли ФРС осуществляла таргетирование незаимствованных резервов и денежной массы с 1979 по 1982 год?