<<
>>

1.5. Современные теории налоговых отношений

Мы уже отмечали, что процесс реформирования налоговой системы России весьма противоречив, многие предложения Правительства РФ, направленные в Государ­ственную думу Федерального собрания РФ, подвергаются резкой критике.
Прак­тически любой законопроект вызывает бурные дискуссии как на стадии его прора­ботки в Правительстве РФ, так и на стадии обсуждения в Думе. Это связано и с тем, что в России пока не создана собственная современная налоговая теория. Исполь­зование же рекомендаций западных консультантов в силу их фрагментарности и недостаточного учета российских реалий часто не дает ожидаемого положительно­го эффекта. Поэтому в настоящем параграфе предпринята попытка дать краткую характеристику основных современных западных концепций реформирования нало- гообложения. Полагаем, что читатель, ознакомившись с этим материалом, получит возможность более грамотно судить об обоснованности предложений по реформи­рованию налогообложения, выдвигаемых отдельными экономическими блоками Правительства РФ.

В конце XVII в., когда домены были в значительной степени разорены, а доходы от регалий уже не могли удовлетворить растущие потребности, многие государ­ства Европы испытывали острую нужду в стабильных источниках доходов, и это обстоятельство активизировало финансовую мысль. Появились труды знамени­тых английских философов и экономистов Т. Гоббса и Д. Локка, в которых осо­бое внимание уделяется налогам. Проблемы налогообложения находились в цен­тре внимания немецких финансистов Д. Юсти и И. Зонненфельса, французских физиократов Ф. Кенэ, А. Тюрго, О. Мирабо и многих других. Огромное внима­ние исследованиям в области налогов уделяли великие экономисты А. Смит и Д. Рикардо.

По мере продвижения буржуазных революций в Старом и Новом Свете (XVII- XIX вв.) экономический базис общества принципиально изменяется, побеждает новая экономическая формация, новая модель воспроизводства и государствен­ного управления, а значит, формируется новое отношение общества к налогам. Б. Франклин в Северной Америке изрекает сакраментальную фразу о том, что «платить налоги и умереть должен каждый», во время Великой Французской ре­волюции М. Робеспьер предлагает как доказательство гражданства Франции «леп­ту вдовы» и т. д. В основе приведенных нами и многих других изречений — четкое понимание новой роли налогов. Буржуазные государства практически не имели какой-либо приносящей доходы собственности, не имели возможности продавать должности. В то же время им необходимо было создавать и содержать достаточно громоздкий аппарат управления. Основной новый правящий класс — буржуазия — организовывал производство уже не ради потребления, а ради максимизации при­были и не имел ни желания, ни возможности бесконечно делиться с государством своим доходами. Поэтому возникла потребность в регламентации налоговых плате­жей государством и контроле над действиями правительства со стороны обще­ства в лице его представителей в парламенте. Начиная с А. Смита многочисленные теоретики уже не отрицают налоги как форму принудительного изъятия, а, на­оборот, признают ее как одну из самых приемлемых для капиталистической систе­мы.

И на протяжении почти 150 лет (конец XVIII — первая треть XX в.) проблемы налогообложения находятся в центре внимания крупнейших ученых Запада и Рос­сии. О налогах писали К. Маркс, Ф. Лассаль, К. Pay, А. Вагнер, Э. Сакс, Ф. Нитти, Н. Тургенев, И. Озеров, М. Кулишер, А. Янжул и многие др. При всем разнообра­зии рассматриваемых аспектов различных временных периодов во всех этих тру­дах прослеживается подход к экономической сущности налога как к естествен­ному регулятору, поскольку любая величина налогового изъятия не могла быть нейтральной: она либо ослабляла воспроизводительные функции частных хо­зяйств, либо увеличивала их. Поэтому так важно было теоретически обосновать величину и сроки налогообложения, сферы изъятия (доходы, рента, потребление), подсчитать издержки сборов налогов, правильно выбрать объекты обложения, оце­нить их и установить ставки налогов.

К сожалению, налоговая политика и налоговая практика капитализма свобод­ной конкуренции не всегда базировалась на выводах теоретиков. Правительствам почти всегда необходимы были денежные средства в значительно больших раз­мерах, чем те, которые они могли получить у населения, не обременяя экономику (особенно если государство вело войну). И, сосредоточив в своих руках всю пол­ноту власти, правительства часто не могли устоять перед соблазном одним рос­черком пера увеличить свои доходы. Однако следствием такого рода решений становилось снижение темпов экономического роста, изменение позиций в меж­дународной иерархии и серьезные социальные конфликты (вплоть до револю­ций), чему немало примеров дает история.

Но времена меняются, возникают новые серьезные проблемы, и наука начина­ет поиск принципиально новых концепций. Такой поворотной точкой принято счи­тать кризис мировой капиталистической системы 1930-х гг. и появление теории Дж. Кейнса. Обоснование необходимости создания системы государственного регулирования и претворение этих идей в жизнь не могло не внести серьезных корректив в такую существенную сферу, как налогообложение. Впервые оно рас­сматривалось не только как надежный «канал доставки» денежных средств от населения в бюджетные фонды, но и как сознательно используемый регулятор нормы потребления, накопления и формирования оптимальной воспроизвод­ственной структуры. Эти взгляды нашли свое отражение в разработке основ фис­кальной политики как самим Дж. Кейнсом, так и его многочисленными последо­вателями (А. Лернером, Э. Хансеном и др.).

Приверженцы кейнсианства предлагали «жесткую налоговую политику», пред­усматривавшую «систему повышенного налогообложения крупных доходов и на­следства и льготного обложения» низких доходов, стимулируя склонность к сбере­жениям». Дж. Кейнс считал, что именно такая политика отвечает одновременно двум основным требованиям: экономической целесообразности и социальной спра­ведливоститак как сглаживает несправедливое распределение богатства и дохо­дов и одновременно благоприятствует росту капитала. Кейнсианская теория могла возникнуть и совершить переворот только при определенных исторических услови­ях. В частности, условием, составляющим исходную посылку в теории Дж. Кейнса, выступала депрессивная ситуация в производстве. На первом плане тогда стояла проблема занятости и недогрузки мощностей. Поэтому для основной модели Дж. Кейнса характерна статичность, при которой все экономические процессы рассматриваются в'рамках краткосрочного периода, а размеры производства не изменяются во времени.

С середины 1970-х гг. инфляция, спровоцированная наряду с другими причина­ми повышенным вниманием правительств к увеличению совокупного спроса через непроизводительные бюджетные расходы, стала постоянным параметром макро­экономической динамики. По мере стабилизации экономики кардинальным обра­зом изменяются и задачи ее развития — на передний план выдвигаются проблемы экономического роста, что потребовало новых концепций макрорегулирования.

Общая схема расположения школ экономической мысли Запада (1940 — первая половина 1970-х гг.) была следующей: впереди—доминирующий кейнсианский центр (определяющий политику всех американских президентов от Г. Трумэна до Дж. Кар­тера), который разделился на две неравные группировки — ортодоксальных, хресто­матийных кейнсианцев в лице Э. Хансена, Д. Хикса, П. Самуэльсона и других и «ле­вых» кейнсианцев, или неокейнсианцев, — Дж. Робинсона, П. Сраффа, Н. Калдора и др. «Справа» находилась «умеренная оппозиция» в лице западногерманских нео­либералов В. Ойкена, А. Мюллер-Армакал, Л. Эрхарда и др. (занимает промежу­точное положение между неоклассикой и кейнсианством).

В самих США сформировалась прогрессивная оппозиция в лице неоклассиков во главе с М. Фридмэном, а также представители экономической теории предложе­ния М. Фелдстайн и А. Лаффер, выступающие за свободу предпринимательства и невмешательства государства в экономику. В «левом углу» схемы находятся кон­цепции институционально-социологического направления, доводящие идею го­сударственного регулирования до требований целенаправленной социальной по­литики и индикативного планирования, — Дж. К. Гэлбрэйт, Ф. Перру, Дж. М. Кларк, Г. Мюрдаль и др.

Период 1970-х гг. стал временем «второго кризиса экономической теории» За­пада XX в., под которым прежде всего подразумевают кризис кейнсианства как генеральной концепции государственного воздействия на экономику через сово­купный спрос и приоритет налогово-бюджетной политики с акцентом на полити­ке дефицитного финансирования. Выдвигаются требования сбалансированности бюджета путем резкого сокращения социальных программ, доли ВВП, перерас­пределяемой через бюджет, умеренных налогов. На этой волне, усилиями глав­ным образом экономистов США, формируется теория экономики предложения.

Ее сторонники, так называемые сэплсайдеры, представляют неоклассическую теорию на базе идейного наследия Ф. фон Хайека, теории предельной эффектив­ности факторов производства и современного монетаризма. Именно здесь отчет­ливо просматривается «водораздел» с кейнсианством (в отличие от монетари­стов все-таки учитывающих кейнсианский анализ совокупного спроса). Вместе с тем приверженцы «Экономики предложения» выступают за самостоятельную, независимую от денежной, бюджетную политику, ибо твердо уверены в высокой эффективности налогового регулирования экономики. Авторы этой концепции от­стаивают тезис о необходимости перехода к долгосрочному государственному ре­гулированию предложения факторов производства. 1980-е гг. отмечены усилением влияния сэплсайдеров как на развитие мировой экономической мысли, так и на принципы формирования экономической политики ряда ведущих западных стран.

После кейнсианских «провалов» ее сторонники сумели достаточно убедитель­но ответить на поставленные хозяйственной практикой вопросы и предложить конструктивные варианты решения многих проблем западной экономики 1980- 1990-х гг. По их мнению, такие реформы государственного вмешательства в эко­номику, как кейнсианское антициклическое регулирование, бюджетное пере­распределение доходов, подавление инфляции и т. д., признаются вредными, расстраивающими механизмы рынка и порождающими хозяйственные трудно­сти. Главным фактором роста безработицы считается система государственного социального обеспечения. Кроме того, государственные затраты на социальные цели изменяют соотношение между расходуемой и сберегаемой частями денежных доходов, так как в результате расчета на финансовую помощь государства в пенси­онный период увеличивается доля текущего потребления. В результате происходит снижение доли сбережений в совокупном доходе, уменьшаются объемы кредитных ресурсов и источников накопления, что, в свою очередь, вызывает замедление эко­номического роста.

В отличие от монетаристов сторонники теории предложения считают главны­ми причинами непредвиденной инфляции высокие налоговые ставки и полностью отвергают бюджетный дефицит. Им удалось основательно разобраться в меха­низме его отрицательного воздействия на расширенное воспроизводство, особен­но при таком методе покрытия, как долговые обязательства. В этом случае госу­дарство, стараясь не допустить ускорения инфляции, вынуждено размещать на финансовых рынках основную массу своих ценных бумаг и превращается в кон­курента частных фирм, изымая у частного сектора относительно свободные фи­нансовые ресурсы. Последние, попадая в сферу государственного потребления, используются главным образом непроизводительно. Приверженцы этой теории советуют государству полностью «перекрыть» бюджетный канал непредвиден­ной инфляции и изменять предложение денег иными путями, избегая дефицита бюджета. Центральное место в концепции принадлежит проблеме сбережений, недостаток которых обусловлен несовершенством налоговой системы, уменьше­нием реальных доходов, остающихся после налогообложения, когда начинает действовать механизм сокращения личных сбережений. Если же наряду с высоким налогообложением прибыли имеет место инфляция, то вероятность снижения дивидендов существенно возрастает, что побуждает акционеров воздержаться от инвестиций. В том же направлении действует и дополнительный инфляционный налог, равный обычному налогу, умноженному на темп инфляции.

Новые концепции безработицы, инфляции и экономической динамики образуют теоретический фундамент, на котором основывается неоконсервативный подход к реформированию государственного регулирования экономики. В качестве основ­ного ее направления рассматривается изменение системы налогообложения в сторо­ну значительного уменьшения предельных налоговых ставок. Предусматривается, что это снижение должно быть дифференцированным пропорционально его предельной эффективности. Предлагается в большей степени сократить те виды налогов, кото­рые дают максимально предельную отдачу с точки зрения роста накопления капита­ла и занятости. В первую очередь это относится к налогам на доходы от капитало­вложений. Существенная роль отводилась также реформе налогообложения лиц с высокими доходами, так как их отличает большая склонность к сбережениям.

В снижении налоговых ставок неоконсерваторы видели магистральный путь к решению многих Проблем современной экономики. Долгосрочным последстви­ем снижения налоговых ставок должен стать не рост бюджетного дефицита, а его сокращение. Эти закономерности были математически исследованы, и результат известен в мировой экономической науке как эффект А. Лаффера (рис. 1.5.1).

Кривая отражает взаимосвязь между величиной ставки налогов и объемом их поступления в бюджет. При повышении ставки доходы государства за счет нало­гов вначале увеличиваются, но только до определенной границы (точки а), после чего повышение налоговой ставки уменьшает налоговые поступления до точки Ь.

1ГЛ

а

Уь у,.

Рис. 1.5.1. Кривая А. Лаффера: X — уровень налоговых ставок; Ха — их оптимальный размер; У — среднегодовой объем государственных доходов в результате налогообложения;^ — максимальная величина среднегодового объема государственных доходов; Хь — реально существующие налоговые ставки;

Уь — налоговые поступления в государственный бюджет

Высокие налоги снижают стимулы производства и уменьшают налоговые доходы государства. Вместе с тем кривая не дает точного ответа, при какой ставке налогов их поступления максимальны, так как она различна для разных стран и зависит от многих факторов: размера и структуры государственного сектора, налоговой поли­тики. В действительности на эти зависимости влияет и масса других факторов: состояние «налоговой морали» в обществе; эффективность налогового админист­рирования и состояние аудита; уровень изменения самих налоговых ставок; фак­тор инфляции и т. п. Все это необходимо учитывать, особенно в России.

В 1980-е гг. ряд принципов теории предложения был положен в основу эконо­мической политики правительств США, Великобритании и ряда других экономи­чески развитых стран. Не все практические результаты ее применения доказали бесспорную и однозначную эффективность, но многие положения получили свое подтверждение. Самое главное — неоконсерваторы показали, во-первых, необхо­димость перестройки системы государственного регулирования и, во-вторых, определили главную магистраль столь радикальных изменений — всемерную мо­билизацию созидательного потенциала рынка для максимального использования его возможностей.

Современная западная экономическая мысль представлена несколькими круп­ными школами, каждая из которых имеет ряд направлений. Некоторые из них базируются непосредственно на основных постулатах кейнсианства, другие их оспаривают. Но при всей противоположности взглядов практически все предста­вители современных научных школ признают, что развитые государства функцио­нируют в условиях смешанной экономики, требующей государственного регули­рования.

О

В последнее двадцатилетие формируется и в настоящее время развивается отно­сительно новая наука — экономика общественного сектора, представляющая не­сколько иную, чем прежде, систему взглядов на роль государства и теорию государ­ственных финансов. Общественный сектор представляет собой совокупность всех ресурсов экономики, находящихся в распоряжении государства. Под государствен­ными ресурсами подразумеваются вся собственность и все денежные (в основном бюджетные) фонды. Но так как любые действия государства в условиях рынка
опосредуются финансовыми институтами, то, не умаляя роли государственной соб­ственности, наиболее универсальным инструментом воздействия признается бюд­жет. Поэтому в центре внимания экономики общественного сектора находятся в первую очередь государственные финансы.

Особенность этого подхода состоит в том, что государство рассматривается даже не в качестве регулирующей структуры, а в общем ряду субъектов экономической деятельности, которые должны поставлять обществу конкретные экономические блага с необходимой эффективностью. Экономика общественного сектора при­звана также объяснить, как государство изыскивает средства для достижения этих целей, как расходуются полученные ресурсы, определить рациональные принци­пы его деятельности. Однако, помещая государство в общий ряд участников эко­номической деятельности, учитывается его принципиальное отличие от других субъектов рыночного хозяйства, заключающих свои сделки добровольно, — госу­дарство и его органы всегда обладают правом принуждения в рамках и на основе законов.

В основе всех прежних взглядов на роль государства и систему его денежных фондов лежала необходимость целесообразного перераспределения доходов, ре­сурсов и имущества в соответствии с принципами социальной справедливости. Но природа перераспределенных процессов такова, что очень часто их результа­том становится конфликт интересов, так как улучшение положения одной груп­пы индивидов происходит за счет ухудшения другой. Согласно новой системе взглядов, речь идет о желательной Парето-оптимизации. Парето-улучшением называется такое изменение в ходе экономических процессов, которое повышает уровень благосостояния хотя бы одного из участников, не допуская при этом сни­жения уровня благосостояния никого из оставшихся.

По мнению многих экономистов, современный свободный рынок в любом го­сударстве вследствие ограниченной (а потому и несовершенной) конкуренции, внешнего воздействия и неполноты информации обязательно имеет серьезные изъяны («провалы рынка», «ошибки рынка»), т. е. попадает в ситуации, когда сво­бодное действие рыночных сил не обеспечивает Парето-оптимального использо­вания ресурсов. В этих зонах должен функционировать общественный сектор (же­лательно на принципах Парето-оптимизации).

Поскольку отличительной чертой государства является законное право при­нуждения, имеет смысл использование потенциала общественного сектора в тех случаях, когда издержки и негативные последствия принуждения как минимум уравновешиваются его позитивными последствиями, т. е. потери для каждого ин­дивида в отдельности, а не только для общества в целом должны быть сбаланси­рованы приобретениями. Прежде всего государство призвано обеспечить экономи­чески эффективное удовлетворение потребностей своих граждан в общественных благах в таких отраслях, как образование, здравоохранение, культура, транспорт и связь, коммунальное хозяйство (на уровне социальной достаточности, а не ми­нимального потребления). Выполнение этих функций на соответствующем уровне в основном и определяет масштабы общественного сектора в каждом государстве на определенном временнбм отрезке.

Какими бы принципами не руководствовалось государство в своем отношении к формированию денежных фондов, из которых финансируется производство обще­ственных благ (перераспределение, или «парето»), перед правительством всегда бу­дет стоять проблема выбора между справедливостью в распределении и эффектив­ностью в производстве. Например, согласной «классическим» и «кейнсианским» понятиям налоговой справедливости, система налогообложения должна содержать высокие налоги на «богатых» и низкие — на «бедных», так как только таким обра­зом, по их мнению, может быть создан финансовый источник будущей социальной поддержки. В свою очередь, представители «экономики предложения», наоборот, сч1уают регрессивные налоговые ставки наиболее предпочтительными для обло­жения именно крупных капиталов, единственно способных обеспечивать экономи­ческий рост. Оба этих экономических направления, как известно, достаточно ар- гументированны, но... каждое для своего времени. Единая и абсолютная «налоговая правда» неосуществима, и «каждый социум должен искать свой оптимум» в соот­ветствии с экономическим базисом и национальным менталитетом в отношении принципов общественной справедливости.

Поиск такого оптимума — технически очень сложная и не всегда выполнимая задача, ибо, с одной стороны, имеются высокие объективные потребности в госу­дарственном финансировании, а с другой — ограниченность реальных источни­ков доходов. Даже в высокоразвитых странах поиск ведется в надежде хотя бы частичного разрешения данного противоречия. В частности, соответствующая обеспеченная обстоятельной математической аргументацией система была раз­работана неокейнсианцами Н. Калдором и Дж. Хиксом.

В теории экономики общественного сектора в ее понимании роли и назначе­ния государства соответственно серьезно скорректированы взгляды на роль конк­ретных финансовых институтов. В связи с этим, например, налоги рассматрива­ются не как способ мобилизации средств на содержание неких неэкономических структур, а скорее в качестве формы, которую приобретают затраты на производ­ство разнообразных общественных благ, поставляемых государством своим граж­данам. Предполагается, что государство и его органы, подобно другим произво­дителям товаров и услуг, должны получать ресурсы лишь постольку, поскольку им удается продемонстрировать потребителям (налогоплательщикам) свою спо­собность удовлетворять их запросы лучше потенциальных конкурентов.

Кроме того, за потребителями остается бесспорное право добиваться миними­зации своих затрат (налогов), т. е. налицо требование ощутимой возвратности налогов как в масштабах общества, так и для каждого налогоплательщика. И един­ственным смыслом и оправданием налогов в демократическом обществе считаются максимальное удовлетворение спроса налогоплательщиков на общественные блага и признание его гражданами принципов перераспределения доходов. Выделяют два основных принципа дифференциации налогов: принцип получаемых выгод и принцип платежеспособности. Первому отвечают различия в величине налого­вого бремени в соответствии с различиями в полезности действий государства для разных налогоплательщиков. Второй принцип предполагает соразмерность налогообложения, но не субъективной данности, а объективной способности от­дельных плательщиков нести налоговое бремя. На практике этот принцип трудно заменить каким-либо другим. Но какой бы конкретный принцип ни был положен в основу относительного равенства налоговых обязательств, «демократическое» налогообложение предусматривает, во-первых, равенство по горизонтали и, во- вторых, равенство по вертикали. Первое — это непосредственное равенство обяза­тельств для всех лиц, находящихся в одинаковом положении с точки зрения приня­тых принципов; второе — соответствие дифференциации налоговых обязательств различиям в их положении. Оба принципа, по сути, выражают идею запрета на дискриминацию в налогообложении.

После выбора принципов налогообложения в целом и расчета необходимой суммы следует сформировать общую структуру системы, т. е. выбрать конкрет­ные виды налогов и рассчитать их ставки. Такие расчеты осуществляются на базе анализа воздействия налогов на рыночное поведение производителей и потреби­телей, что позволяет выявить искажающее влияние налогов и, правильно подбирая их характеристики, добиваться относительного уменьшения нежелательных иска­жений (под искажением обычно подразумевается их влияние на эффективность).

Приверженцы теории экономики общественного сектора большое внимание уделяют обеспечению возможности общественного контроля за формированием и результатами действия налоговой системы, анализируют как различные варианты перемещения налогов, так и экономические результаты избыточного налогового бремени. Последние представляют собой денежный эквивалент потерь полезно­сти, которые вызываются эффектом замещения, обусловленным налогообложени­ем. Эффект замещения выражает деформирующее воздействие налога, отрица­тельным результатом которого является искажение соотношения цен, на основе которых осуществляется перераспределение ресурсов. В настоящее время в связи с активно протекающими процессами глобализации мировой экономики внима­ние к вопросам теории и практики налогообложения неуклонно возрастает, воз­никает настоятельная потребность в новых разработках.

Итак, исходя из изложенного можно сформулировать следующие выводы:

• по мере возрастания роли налоговых отношений в Европе в XVII в. возника­ют первые научные теории;

• на протяжении почти трех веков «налоговедение» активно развивается в рам­ках науки о государственных финансах;

• предметом исследования науки о налогах в период «классического» капита­лизма являются сущность налога как новой экономической (финансовой) категории, правила его взимания, методика выбора объектов, определение тяжести налогового бремени, расчет экономических последствий и т. д.;

• налогообложение как объективный экономический процесс не может рас­сматриваться изолировано от роли государства в экономике в целом и об­щих задач финансовой и налоговой политики в частности, что обусловливает особое внимание к проблемам прагматического использования финансовых (налоговых) рйчагов в системе государственного регулирования;

• вторая «революция» в истории экономической мысли Запада в середине 1970-х гг. вносит существенные коррективы во взгляды на значимость фис­кальной политики, появляется теория «экономики предложения», в кото­рой ведущая роль отводится либерализации налогообложения предприни­мателей и инвесторов;

• в рамках теории экономики общественного сектора рассматриваются вопро­сы, связанные с новыми взглядами на налогообложение: усиление акцента

на возвратность налогов; введение систем бюджетирования расходов, ориен­тированных на эффект, т. е. переход от финансирования затрат к финансиро­ванию по результатам, что сегодня и начинает реализовываться в России.

В современных условиях налогообложение помимо того, что оно представляет собой главный фискальный канал, превращается в регулятор финансовых и де­нежных потоков как в рамках национальной экономики, так и в системе движе­ния международного капитала. Изменения теоретических подходов к налогооб­ложению, естественно, влияют и на развитие налоговых систем практически всех развитых стран.

<< | >>
Источник: Под ред. М. В. Романовского, О. В. Врублевской. Налоги и налогообложение. 5-е изд. — СПб.: Питер, — 496 е.: ил. — (Серия «Учебник для вузов»).. 2006
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме 1.5. Современные теории налоговых отношений:

  1. 3.1. Налогообложение в международных хозяйственных отношениях 3.1.1. Особенности современной налоговой политики
  2. Современные попытки «соединения» теории стоимости и теории денег
  3. 4.1. Международные налоговые отношения и проблема двойного налогообложения 4.1.1. Общая характеристика международных налоговых отношений
  4. Современные социологические теории
  5. Современные социологические теории
  6. Современные социологические теории
  7. 42 СОВРЕМЕННЫЕ ТЕОРИИ МОТИВАЦИИ
  8. Современные теории МРТ
  9. 1.5. Структура современной экономической теории
  10. Современные модификации теории денег