<<
>>

Особенности российского бюджетного федерализма

В России ситуация в области бюджетного федерализма во мно­гом является уникальной. Наличие 88 субъектов Федерации опре­деляет сложность конструкции, которая должна учесть различия не только экономического, но и исторического, географического, климатического, национального характера.

Формирование модели бюджетного федерализма в России прошло к настоящему времени несколько этапов.

Первый этап - 1991-1993 гг. «период экономической вольни­цы*.

Именно тогда была провозглашена идея бюджетного федера­лизма и сделаны первые шаги по формированию модели бюджет­ного федерализма, в том числе:

обозначение трех уровней бюджетной системы; закрепление налогов по уровням бюджетной системы; закрепление основных принципов федеративных отношений (самостоятельности, единства, гласности).

Начиная с 1991 г. федеральные власти в целом-проводили по­литику усиления бюджетной самостоятельности. Децентрали­зация бюджетной системы зачастую принимала форму «парада суверенитетов», когда отдельные субъекты устанавливали особые бюджетные режимы, предполагающие «одноканальную» модель взаимоотношений с федеральным бюджетом, т.е.

зачисление всех налогов (в том числе и федеральных) в бюджет региона, а затем перечисление «разовых взносов» в федеральный бюджет на фи­нансирование тех или иных общегосударственных функций.

Одновременно с этим большинство регионов продолжали «утверждать» в Министерстве финансов РФ свои бюджеты, пол­ностью согласовывая свои доходы и расходы, попутно стремясь «выбить» дополнительные дотации и индивидуальные (естест­венно, заниженные) нормативы обязательных отчислений в фе­деральный бюджет.

И та и другая формы взаимоотношений в конечном итоге сформировали индивидуально-договорный тип межбюджетных отношений, по существу не имеющий ничего общего с бюджет­ным федерализмом, однако существовавший именно под этим лозунгом.

Главная ошибка в этот период - реформаторы были уверены, что строят рыночную модель бюджетного федерализма с чистого листа. Можно игнорировать исторический опыт, но нельзя избе­жать его пагубных последствий. Молодые реформаторы России не учли очень важные особенности российской действительности.

Во-первых, Россия, будучи тоталитарным государством, имела в своей основе систему федеративного государственного уст­ройства. Однако это федеративное устройство было полностью адаптировано к условиям тоталитарной экономики, т.е. админи­стративное устройство было сформировано не по экономическо­му признаку, а по национально-географическому. Автоматически сделав такие административно-территориальные единицы субъ­ектами Федерации, власть также автоматически проигнорировала едва ли не главный принцип федерализма - самостоятельность его субъектов, которая может быть реализована только в условиях экономической самодостаточности субъектов Федерации.

Во-вторых, модель налоговой системы изначально была сори­ентирована на косвенное налогообложение. И наша экономиче­ская теория сразу и безоговорочно одобрила эту модель, посколь­ку в условиях той практически неуправляемой гиперинфляции, в которых вводился этот налог, завышенная ставка НДС (20%) рабо­тала как достаточно мощный инструмент изъятия финансовых ре­сурсов из реального сектора экономики и казалась вполне разум- ной. В определенной степени это позволило удержать инфляцию, но ценой практической потери реальным сектором экономики собственных оборотных средств (финансовой устойчивости). Это на фоне повальной приватизации и разрыва экономических свя­зей сделало практически полностью неконкурентоспособным ре­альный сектор экономики (за исключением сырьевых отраслей).

В результате были изначально деформированы пропорции распределения налогового потенциала по уровням бюджетной системы.

В-третьих, был полностью проигнорирован тот факт, что вусло- виях социалистического государства большая социальная нагрузка лежала на производственных предприятиях, которые полностью были государственными (денежные выплаты работникам из фон­дов материального поощрения, содержание социальной сферы, содержание жилья и коммунального хозяйства).

Эта нагрузка была переложена на плечи государственного бюджета и оказалась для него непосильной. Картину дополнил ряд популистских социаль­ных законов, принятых Законодательным Собранием в первые годы реформ, которые не имели реальных источников финанси­рования (законы о ветеранах, о детских пособиях, льготы силовым ведомствам и правоохранительным структурам и т. д.).

Результатом всего этого стал огромный объем нефинансируе- мых федеральных мандатов - около 7% ВВП.

Второй этап формирования модели бюджетного федерализ­ма - 1994-1998 гг. - отличался все тем же революционным роман­тизмом, хотя система межбюджстных отношений, заложенная в 1994 г., создала предпосылки для перехода от индивидуального со­гласования объемов финансовой помощи субъектам Российской Федерации к единым правилам распределения ее на формализо­ванной основе, однако процесс реформирования оказался неза­вершенным. Такие аспекты проблемы бюджетного федерализма, как распределение расходных полномочий по уровням бюджет­ной системы, обеспечение собственными доходными источни­ками реализации этих полномочий каждым уровнем бюджетной системы и др., оставались за рамками реформирования.

Концепция реформирования межбюджетных" отношений в Российской Федерации была одобрена постановлением Пра­вительства РФ № 862 от 30 июля 1998 г. Принятый в 1998 г. и вступивший в силу с 2000 г. Бюджетный кодекс Российской Фе­дерации установил основы бюджетной системы и бюджетного процесса.

Главной ошибкой этого этапа было, что вся проблема своди­лась только к разработке формализованных методов оказания финансовой помощи субъектам Федерации. Неслучайно про­граммный правительственный документ был назван «Концепция реформирования межбюджетных отношений», а из такого ос­новополагающего финансового закона, как Бюджетный кодекс, полностью был исключен термин «бюджетный федерализм».

Тем не менее были и положительные результаты этого этапа, прежде всего, что в России сформирована достаточно разумная система распределения финансовой помоши — формализованная и достаточно объективная.

Однако остались и нерешенные проблемы.

1. Проблема диспропорций в соотношении доходов к расходам при первичном распределении бюджетных ресурсов по вертикали бюд­жетной системы.

Иногда эту проблему пытаются свести к проблеме концентра­ции налогового потенциала на федеральном уровне, связанного с необходимостью оплаты государственного долга.

На самом деле проблема гораздо шире и глубже, она включает в себя не только решение задачи распределения расходных пол­номочий по уровням власти, но и проблему нефинансируемых федеральных мандатов (их расчистку), проблему структурной пе­реориентации налоговой системы, проблему самодостаточности и сбалансированности бюджетов субъектов Федерации. Эти про­блемы должны были решаться на фоне действия принципа соот­ветствия доходных полномочий расходной компетенции каждого уровня бюджетной системы.

Пассивная позиция государства в отношении экономического развития регионов уже совершенно определенным образом про­явилась в увеличении многократного разрыва между регионами по уровню доходов населения и экономического развития.

Даже в рамках централизованной командной экономики на долю десяти наиболее развитых субъектов Российской Федера­ции приходилось 40,1% общего валового продукта. Такая ситуа­ция сохранялась даже при крупномасштабном перераспределе­нии национального дохода для уменьшения межрегиональных

различий. К началу XXI в. этот показатель увеличился до 48%. По данным Госкомстата РФ, разрыв между регионами по объему ва­лового регионального продукта достигает 30 раз.

Соотношение бюджетной обеспеченности 10 самых «бога­тых» и 10 самых «бедных» регионов России в 1998 г. составляло 16,6 раза, а в 2001 г. выросло до 20,7 раз.

Отстающие, проблемные регионы постепенно выпадают из системы межрегионального обмена, что приводит к появлению разрывов в рыночном пространстве и усилению дезинтеграцион- ных тенденций. Глубокая лотационность многих региональных бюджетов серьезно затрудняет развитие федеративных отноше­ний, повышение самостоятельности и ответственности органов власти субъектов Федерации. Но самое опасное - в погоне за воз­можными и даже невозможными методами концентрации нало­говых ресурсов на федеральном уровне создаются искусственно дотационные регионы.

2. На фоне усиливающихся межрегиональных диспропорций ре­альные располагаемые доходы населения продолжают оставаться на низком уровне.

Третий этап становления бюджетного федерализма в России на­чался в августе 2001 г., когда была принята новая правительственная программа развития бюджетного федерализма в России на период до 2005 г. (одобрена постановлением Правительства РФ № 584 от 15 августа 2001 г.). Необходимость принятия такой программы дикто­валась, прежде всего, тем, что бюджеты субъектов Российской Фе­дерации, и особенно местные бюджеты, были перегружены обяза­тельствами, возложенными на них федеральным законодательством без предостаачения источников финансирования, так называемы­ми нефинансируемыми мандатами. Это, наряду с зависимостью ре­сурсной наполняемости региональных и местных бюджетов от фе­деральных налогов, подрывает стимулы к проведению структурных реформ, привлечению инвестиций, развитию налогового потенци­ала территорий и повышению собираемости налогов.

Соответственно основной целью программы являлось форми­рование и развитие системы бюджетного устройства, позволяю­щей органам власти субъектов и местного самоуправления про­водить самостоятельную налогово-бюджетную политику в рамках законодательно установленного разграничения полномочий и от­ветственности между органами власти разных уровней.

На начальном этапе реализации программы предполагалось решить задачу формирования новой системы оказания финан­совой помощи из федерального бюджета субъектам Российской Федерации. Эта система финансовой помоши бюджетам других уровней по замыслу разработчиков программы должна была быть направлена на выравнивание бюджетной обеспеченности регио­нов, чтобы гарантировать равный доступ граждан, вне зависимос­ти от места их проживания, к основным бюджетным услугам и со­циальным гарантиям при одновременном создании стимулов для проведения на региональном и местном уровнях рациональной и ответственной налогово-бюджетной политики.

В рамках реализации программы в течение 2000 — 2003 гг. по­вышалась доля доходов, получаемых регионами в виде безвозмез­дных перечислений в виде финансовой помощи из федерального бюджета. Так, финансовая помощь в структуре доходов консоли­дированных бюджетов субъектов Российской Федерации в 2000 г. составляла 9,3% от всех доходов, а в 2003 г. они достигли уже 19,5% от всех доходов. Если в 1999 г. только у 23 субъектов Российской Федерации доля средств Федерального фонда финансовой подде­ржки превышала 25% их доходной части, то в 2000 г. их количест­во выросло до 29 регионов, в 2001 г. -до 31, а 2002 г. -до 33.

Однако, несмотря на это, с 2000 по 2003 г. межрегиональные различия по объему ВРЕ1 на душу населения только возросли и составили в 2003 г. 5,2 раза (в 2001-2002 гг. - 4,8 раза, в 2000 г. - 4,7 раза). Одновременно увеличились и различия в темпах роста среднегодовых денежных доходов на душу населения по группам регионов. В 2001 г. - 8,1%, в 2002 г. -10,1%, в 2003 г. -12,2%.

Становилось все более очевидным, что региональные разли­чия в России не могут быть нивелированы только путем оказания финансовой помощи из федерального бюджета, потребовалась более серьезная предварительная проработка проблем, связанных с «перегруженностью» федерального и региональных бюджетов нефинансируемыми социальными мандатами.

С этой целью в 2002 г. была создана комиссия при Президенте Российской Федерации по подготовке предложений о разграни­чении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления.

По результатам работы этой комиссии были определены ос­новные направления реформирования федеративных отношений в бюджетной сфере, ориентированные на решение задачи распре­деления бюджетных полномочий.

Таким образом, в 2003 г. сформировалось практически новое направление бюджетной реформы, главной задачей которого яв­лялась оптимизация расходных обязательств федерального бюд­жета и реструктуризация децентрализуемых федеральных манда­тов. Реализация этого направления проводится в три этапа.

В рамках этого направления в 2003 г. были приняты внесенные Президентом Российской Федерации Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 95-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федераль­ный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и Федеральный закон от 6 октября 2003 г № 131 -ФЗ «Об общих принципах организации мес­тного самоуправления в Российской Федерации». Они определили структуру и полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, при­нципы их финансового обеспечения, новую территориальную орга­низацию местного самоуправления.

Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 95-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об обших прин­ципах организации законодательных (представительных) и ис­полнительных органов государственной власти субъектов Рос­сийской Федерации» устанавливает организационно-правовые и экономические основы деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

Данным законом вносятся изменения и дополнения с учетом практики применения указанного Федерального закона и Феде­рального закона «О принципах и порядке разграничения пред­метов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной влас­ти субъектов Российской Федерации», обеспечивающие согла­сованность и системность законодательных норм, касающихся статуса органов государственной власти субъектов Российской Федерации; включается новая глава, которой регулируются пол­номочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации и их взаимоотношения с федеральными органами.

Предусматриваются два типа полномочий органов государ­ственной власти субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Россий­ской Федерации на основании критерия финансового обеспече­ния их осуществления:

Собственные полномочия, осуществление которых финансиру­ется из бюджетов субъектов РФ и подлежит их детальному нор­мативному правовому регулированию. Это полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения, установленные Конституцией Российской Федерации. Со стороны Федерации здесь допускает­ся только рамочное регулирование, не навязывающее субъектам РФ конкретного объема бюджетных расходов.

Делегированные полномочия, финансирующиеся из федераль­ного бюджета путем предоставления целевых субвенций, в отно­шении которых уместно детальное Федеральное регулирование, определяющее права и обязанности органов государственной власти субъектов РФ; контрольные полномочия также возлагают­ся на федеральные органы государственной власти.

Определены общие принципы разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти и орга­нами государственной власти субъектов Российской Федерации, включая определение и разграничение типов полномочий по предметам совместного ведения, принципы и порядок заключе­ния договоров о разграничении полномочий и соглашений о пе­редаче части полномочий, а также условия, при которых они мо­гут применяться.

В этом перечне четко определены зоны финансовой ответ­ственности субъектов Федерации за осуществление тех или иных полномочий. Данный перечень призван дисциплинировать феде­рального законодателя, поставить барьер на пути принятия им законов, необоснованно налагающих на субъекты РФ новые пол­номочия, необеспеченные соответствующим финансированием, т.е. федеральное регулирование может быть только рамочным. По вопросам собственных полномочий субъектов Федерации могут приниматься федеральные законы, определяющие только общие принципы правового регулирования. Не допускается включение в эти законы положений, которыми определяются объем и порядок осуществления расходов из бюджетов субъектов Российской Фе­дерации, необходимых для исполнения органами государствен­ной власти субъектов Российской Федерации соответствующих полномочий. Таким образом, перечень собственных полномочий субъектов РФ фактически приобретает для Федерального Собра­ния юридическую силу, присущую нормам федерального консти­туционного закона.

Такое закрепление полномочий основано на том, что субъ­екты Российской Федерации обязаны выполнять определенные функции, а население, естественно, может с них спросить, но при этом именно сами субъекты регулируют объем осуществления этой функции и сами ее финансируют из собственных бюджетов. Логика содержания перечня такая. Туда включены те полномо­чия, которые представляется важным осуществлять на всей тер­ритории страны. Но в то же время они не настолько важны, что­бы обеспечить единообразное их регулирование. И поэтому здесь главным будет регулирование субъекта Российской Федерации. Субъекты Российской Федерации вправе принимать к своему ведению и другие вопросы, если они не отнесены к федерально­му ведению и вопросам местного значения. Таким образом, этот перечень не исчерпывающий. То есть субъект ориентируется на него, но если имеются вопросы, которые не отнесены к вопросам местного значения или же к федеральному ведению, то субъект, имея средства, может принять их к своему рассмотрению по собст­венному решению.

Делегированные полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации по предметам совместного ве­дения, которые не предусмотрены в вышеприведенном перечне, осуществляются за счет субвенций из федерального бюджета. Это группа полномочий по предметам совместного ведения, которые возлагаются на органы власти субъектов Российской Федерации, но финансируются из федерального бюджета в форме целевых субвенций. Порядок и объемы осуществления этих полномочий детально регулируются федеральными законами. И такие законы Должны четко определять критерии исчисления субвенций. Фе­деральное финансирование влечет право федеральных органов исполнительной власти контролировать их осуществление. И в законе на этот счет прописана необходимая процедура.

Другой важнейший блок нововведений данного федерального закона - случаи, когда федеральный орган государственной влас­ти возлагает на себя временное осуществление полномочий орга­нов государственной власти субъекта Российской Федерации. Та­ких случаев три. В законопроекте прописаны основания, порядок и все необходимые процедуры.

Первый — в результате чрезвычайной ситуации законодатель­ные и исполнительные органы власти субъекта Российской Фе­дерации не могут осуществлять свои полномочия или не могут быть сформированы. В этом случае основанием для возложения полномочий на федеральные органы является указ Президента. Он принимается с согласия Совета Федерации. В законопроекте предусмотрен четкий, конкретный механизм применения этой процедуры.

Второй - когда устанавливаются специфические правовые последствия наличия у субъекта просроченных долговых обяза­тельств. В этом случае указом Президента по представлению пра­вительства может быть введена временная федеральная финансо­вая администрация.

Третий - Федерация может принять на себя осуществление полномочий субъекта, хотя здесь не совсем точно говорить о пол­номочиях субъекта. Речь идет о делегированных субъекту полно­мочиях в рамках предметов совместного ведения, тех, которые финансируются за счет федерального бюджета в форме субвен­ций, перечисленных из этого бюджета. По сути, это переданные полномочия Российской Федерации. Здесь обеспечительная мера состоит в том, что если не достигается эффективность использо­вания делегированного полномочия, то вначале изымаются пе­реданные средства, поскольку это федеральные средства, а затем на какой-то период полномочия осуществляются федеральными органами исполнительной власти.

В первых двух случаях принятие на себя федеральными ор­ганами полномочий субъектов - не санкция, а обеспечительная мера нормального функционирования государственной власти. Их применение не приводит к прекращению функционирования органов государственной власти субъектов Российской Федера­ции. И самое важное - данные нормы в конечном итоге направ­лены на защиту прав граждан, что является конституционной обязанностью федеральной власти.

Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской

Федерации» определяет сферу собственных полномочий местных органов власти, а также принципы их финансового обеспечения.

До начала 90-х гг. на всей территории России действовала жест­кая административная вертикаль, при которой администрации более мелких территорий подчинялись администрациям более крупных. Возникшие в холе реформы местного уровня власти му­ниципалитеты в разных регионах формировались на разных уров­нях прежнего административно-территориального деления - в некоторых регионах на уровне крупных городов и районов, в дру­гих - на уровне сельских администраций, в третьих - частично на уровне городов и районов, частично на уровне сельских админис­траций.

Ключевые положения нового закона направлены на измене­ние принципов территориальной организации местного самоуп­равления.

В законе в качестве принципа территориальной организации местного самоуправления закреплена двухуровневая модель ор­ганизации местной власти, включающая в себя два типа муни­ципальных образований: муниципальное поселение и муници­пальный район с закреплением за каждым уровнем присущих им полномочий по решению вопросов местного значения, а также переданных отдельных государственных полномочий.

Эта модель позволит обеспечить решение конкретных воп­росов местного значения именно на том уровне, на котором присутствуют объективно необходимые для этого ресурсы, кад­ровый и организационный потенциал. Более того, эта модель позволит решить двуединую задачу - выстроить оптимальную систему взаимодействия местного самоуправления и с населени­ем, и с органами государственной власти. В ее рамках возможно определение четких принципов и процедур разграничения пол­номочий и сфер ответственности между уровнями публичной власти, создание действенных контрольных инструментов (как со стороны граждан, так и со стороны государства), достижение максимальной эффективности решения социально-экономи­ческих проблем.

Вместе с тем в этой модели предусматриваются и механизмы распределения полномочий и ресурсов между уровнями местной власти, допускающие возможность их передачи с одного уровня на другой. Такая передача происходит в зависимости от конкрет­ных обстоятельств либо в индивидуальном порядке (от муници­пального района к отдельному муниципальному поселению или в обратном направлении), либо в коллективном (от муниципально­го района ко всем входящим в него муниципальным поселениям или в обратном направлении).

Кроме того, на базе крупных городов создается третий тип му­ниципальных образований - городской округ, сочетающий в себе признаки как поселения, так и муниципального района. В этом случае близость местной власти к населению обеспечивается за счет закрепления Ъ федеральном законе критериев определения количественного состава представительного органа в зависимо­сти от численности жителей городского округа.

Заложенная в законе система межбюджетных отношений меж­ду субъектами Российской Федерации и муниципальными обра­зованиями зеркально отражает межбюджетные отношения между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации и позволяет создать стабильные долговременные условия формиро­вания местных бюджетов.

Речь идет о таких изменениях, которые можно назвать рево­люционными, поскольку они касаются значительного перерас­пределения властных полномочий, перераспределения бюджет­ных ресурсов, перераспределения собственности не только на муниципальном уровне, но и между федеральным Центром, субъ­ектами Российской Федерации и местной властью.

Устанавливаются единые принципы организации местного самоуправления для всех субъектов Российской Федерации, что позволит реализовать на местном уровне систему межбюджетных отношений, основные положения которой заложены в Програм­ме развития бюджетного федерализма в Российской Федерации на период до 2005 г.; определена процедура передачи органам мес­тного самоуправления отдельных государственных полномочий, исключающая возникновение нефинансируемых мандатов и пре­дусматривающая необходимые меры, включая ответственность органов местного самоуправления, по эффективному исполне­нию указанных полномочий.

Принципиальная схема распределения объемов полномочий в сфере социальной защиты населения выглядит следующим об­разом. В состав полномочий федеральных органов власти входят: утверждение основных принципов социальной политики госу­

дарства, определение параметров социальной обеспеченности и механизмов преодоления бедности, контроль за соблюдением законности в деятельности государственных органов субъектов Федерации и органов местного самоуправления. На федеральном уровне закрепляется минимальный перечень социальных льгот и обеспечивается его полное финансирование.

Субъекты Федерации разрабатывают региональные про­граммы социальной защиты, определяющие, исходя из воз­можностей их бюджетов, основные меры социальной политики и нормы социальной защищенности, а также самостоятельно устанавливают формы и порядок финансирования социаль­ных льгот. Необходимо исключить возможность какой бы то ни было передачи органам местного самоуправления обязанностей по вопросам социальной защиты населения, не обеспеченных финансированием. Необходимо прекратить порочную практи­ку принятия на вышестоящем уровне власти популистских нор­мативно-правовых актов, предполагающих финансирование другим уровнем власти и не подкрепляющихся необходимыми для этого ресурсами.

С 2005 г. начался заключительный этап. В качестве правовой базы, позволяющей реализовать основные направления этого эта­па реформы, принят Федеральный закон Российской Федерации от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ «О внесении изменений в законода­тельные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах орга­низации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федера­ции» и «Об общих принципах организации местного самоуправ­ления в Российской Федерации».

Содержание этого закона вытекает из предыдущих этапов и об- Щей логики реформы. По существу, это заключительный закон, ко­торый входит в общий пакет законодательных инициатив, включаю­щий также поправки Правительства РФ в Бюджетный и Налоговый кодексы (в части регулирования межбюджетных отношений).

Перспектива реформирования действующей модели бюджет­ного федерализма в России видится в единой увязке цели бюд­жетного федерализма - как компромисса интересов Федерации и ее субъектов, основанного на обеспечении условий саморазвития; собственности — как основы самообеспеченности регионального развития; налоговой политики - как инструмента государствен­ного управления собственностью.

<< | >>
Источник: Мацкуляк И.Д.. Государственные и муниципальные финансы: Учебник. - Изд. 2-е, доп. и перераб. / под общ. ред. И.Д. Мацкуляка. - М.: Изл-во РАГС, - 640 с. 2007

Еще по теме Особенности российского бюджетного федерализма:

  1. Формирование российской модели бюджетного федерализма
  2. ФЕДЕРАЛИЗМ — ОСНОВА БЮДЖЕТНОГО УСТ­РОЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  3. БЮДЖЕТНЫЙ ФЕДЕРАЛИЗМ
  4. Межбюджетные отношения и бюджетный федерализм
  5. Содержание и принципы бюджетного федерализма
  6. 5.6. Сущность финансово-бюджетного федерализма
  7. Бюджетный федерализм и межбюджетные отношения
  8. 30. СУЩНОСТЬ ФИНАНСОВО-БЮДЖЕТНОГО ФЕДЕРАЛИЗМА
  9. ПРИНЦИПЫ И СОДЕРЖАНИЕ БЮДЖЕТНОГО ФЕДЕРАЛИЗМА
  10. Сущность и содержание бюджетного федерализма
  11. Понятие и особенности бюджета и бюджетной системы Российской Федерации