<<
>>

XI. TENEBRAE. Затмение в Европе, 1914-1945 гг.

Варварство в Европе XX в. настолько мрачно, что могло бы потрясти и самых темных дикарей. В то время, когда возможности конструктивного развития превзошли всё известное ранее, европейцы втянулись в череду войн, загубивших больше людей, чем все прошлые потрясения, взятые вместе.
Две мировые войны 1914-1918 и 1939-1945 годов были особенно разрушительны сверх всякой меры. Они растеклись по всему земному шару, но эпицентр их находился, без сомнения, в Европе. Больше того, при жизни двух истекавших кровью поколений две самые густонаселенные европейские страны подпали под такие чудовищные политические режимы, которые в своей ненависти истребили на десятки миллионов больше собственного народа, чем войны, в которых они участвовали. Один редкий голос совести очень рано заметил, что происходит нечто чудовищное:

Чем хуже этот век предшествующих? Разве Тем, что в чаду печали и тревог Он к самой черной прикоснулся язве, Но исцелить ее не мог.

Еще на западе земное солнце светит, И кровли городов в его лучах блестят, А здесь уж белая дома крестами метит И кличет воронов, и вороны — летят.

(Анна Ахматова.)

Будущие историки, конечно, должны пристально взглянуть на три десятилетия от августа 1914 до мая 1945 гг., на время, когда был сильно помрачен европейский разум. Ужасы фашистского

и коммунистического тоталитаризма в дополнение к кошмару мировых войн принесли невиданный урожай смертей, нищеты и деградации. И в поисках того, что наилучшим образом рассказало бью жизни людей в те годы, конечно, предпочитаешь чему-либо то, что служит в XX в. напоминанием о смерти: танк, бомбу, канистру с газом, окопы, могилы неизвестных солдат, лагеря смерти и массовые захоронения.

Мысли об этих ужасах настолько затмевают все жизненно важные достижения эпохи, что приходишь к некоторым общим выводам.

Среди всех этих ужасов европейцы отказались от своего положение мирового лидера: закат Европы совершился из-за европейского безрассудства. В 1914 г. сила и престиж Европы были безусловными: какую бы область ни взять — европейцы повсюду были впереди: наука, культура, экономика, мода. Благодаря созданным ими колониальным империям и торговым компаниям европейцы правили всем миром. К 1945 г. почти все это было утрачено: европейцы слишком долго сражались друг с другом — до полного истощения. Непомерно сократилась политическая власть европейцев; свое военное и экономическое первенство Европа отдала другим. Европа уже не была в состоянии поддерживать и свое господство в колониях. Европейская культура потеряла свою убедительность; престиж европейцев, их моральные устои — все испарилось. За одним единственным исключением каждое европейское государство, которое вступило в конфликт 1914 года, было обречено пережить военное поражение и политическое уничтожение к 1945 году. Единственная страна, избежавшая полного

Затмение в Европе, 1914-1945 665

уничтожения, смогла выжить, только отказавшись от своей политической и финансовой независимости. Когда осела пыль войны, на руинах Европы царили две неевропейские державы: США и СССР, причем в начале их вообще не было среди действующих лиц.

Что касается морали, то следует особенно отметить разительный контраст между материальными достижениями европейской цивилизации и ужасной деградацией политических и интеллек­туальных ценностей. Милитаризм, фашизм и коммунизм находили своих приверженцев не только в поддающихся манипуляциям массах угнетенных народов, но среди самой образованной элиты Европы, в самых демократических странах. Благородные идеалы исказились настолько, что множество умных мужчин и женщин сражались за то, «чтобы покончить с войной», присоединялись к "крестовым походам" фашистов ради «спасения европейской цивилизации», борьбой за

Карта 24

Карта 24

666 TENEBRAE

коммунизм и прогресс пытались оправдать массовые убийства.

Когда в 1941 г. настал решающий момент, союзники в борьбе за свободу и демократию не сомневаясь завербовали одного преступника для того, чтобы он уничтожил другого.

Что касается историографии, то не следует забывать, что все эти ужасы в Европе вызывают воспоминания у живых еще людей; вот почему память о них субъективна и политически не беспристрастна, потому убеждения преобладают над массовыми отчетами или изложениями. Победители склонны переписывать истории всех великих войн, при этом они преувеличивают преступления и ошибки побежденных, а свои — преуменьшают. Такова человеческая натура. В обеих мировых войнах победу одержали похожие коалиции, в которых главное место занимали западные страны и в которые входил их стратегический восточный союзник; так что обычно мы имеем дело с этой версией событий, причем она остается господствующей и в послевоенном образовании, и в средствах массовой информации, и в книгах по истории. Эта интерпретация исторических событий, предложенная союзниками, впервые оформилась после 1918 г., когда представители побежденных держав вынуждены были признать свою исключительную ответственность за войну. Эта версия окончательно была "зацементирована" после 1945 г., когда союзнический трибунал рассматривал исключительно преступления врага. Политически исключалась любая попытка судить и союзные державы по тем же меркам и стандартам. Официальные военные музеи от Ламбета (Лондон) до Москвы и Вашингтона предъявляют однобокую картину преступлений и героизма. Захваченные архивы побежденных были доступны во всех их устрашающих подробностях; главные архивы победившей стороны оставались за семью печатями. Оказалось, что и 50 лет спустя все еще было слишком рано для создания справедливой и объективной картины трагического недалекого прошлого.

Что же касается интерпретации фактов, то много лет прошло, прежде чем некоторые историки начали называть происшедшее единой европейской гражданской войной. Люди, пережившие две мировые войны, часто удивлялись непоследовательности: считалось, что война солдат 1914-1918 гг.

решительно отличалась от войны народов 1939­1945 гг. Всякий, вовлеченный в битву коммунизма с фашизмом, поневоле представлял себе эти два движения как прямо противоположные. Теперь, находясь в преимущественном положении, когда можно оценивать прошлое в перспективе, мы все с большей ясностью видим, что последовавшие одна за другой войны были частью одного динамического процесса: две мировые войны — всего лишь акты одной драмы. Больше того, главные проблемы Второй мировой явились на свет потому, что не были решены проблемы Первой. Вступив в военный конфликт в 1914 г., европейские государства высвободили страшные разрушительные силы, из которых родилось не одно, а два революционных движения — одно было разгромлено в 1945 г., другое продержалось дольше и погибло в ходе драматических событий 1989-1991 гг. (см. главу XII).

Перед лицом германского экспансионизма, а позднее — перед двухголовой гидрой коммунизма и фашизма — демократические государства Запада могли устоять, только призвав на помощь США - сначала в 1917-1918 гг., а потом в 1941-1945 годах. И после 1945 г. они во многом полагались на американские мускулы, противостоя вызову раздувшейся Советской империи. И только в 1990-м году, после объединения Германии и распада Советской империи, народ Европы смог вернуться на тот путь естественного развития, который был грубо прерван прекрасным летом 1914 г.

По такому сценарию годы между 1914 и 1945 г. оказываются бедственным временем Европы, промежутком между долгим мирным периодом XIX в. и еще более долгим периодом холодной войны. Их можно уподобить сползанию континентальной плиты с последующим периодом землетрясений. Этот период охватывает первоначальные военные потрясения 1914-1918 гг., падение четырех империй, взрыв коммунистической революции в России, появление около дюжины новых суверенных государств, десятилетия вооруженного межвоенного перемирия, фашистские перевороты в Италии, Германии и Испании и потом второй всеобщий военный пожар 1939-1945 гг.

В основе всех проблем была Германия, самое новое, самое динамичное и самое националистическое государство Европы. Граница "зоны землетрясения" проходила вдоль восточной гра-

Затмение в Европе, 1914-1945 667

ницы Германии. У Германии было мало планов относительно Западной Европы. Но в Восточной Европе она стояла одновременно перед искушением войны с относительно слабыми и бедными соседями и имела в лице России единственную европейскую страну, достаточно большую, чтобы бросить вызов военной мощи Германии. Вот почему с самого начала схватка за будущее Европы шла между Германием и Россией. Эта дуэль, поскольку в ней участвовали революционеры-тоталитаристы, неизбежно должна была превратиться в смертельную битву. С самого начала западные демократии выступали в роли сторонних наблюдателей (готовых отнять победу у победителя), в основном безразличных к судьбе народов Восточной Европы, но в то же время полных решимости воспрепятствовать росту любой уверенной в своих силах континентальной державы, которая могла бы со временем выступить против Запада. Таким оставалось распределение сил до конца XX века. Оно лежало в основе двух мировых войн и, если бы не изобретение атомного оружия и участие американцев, могло бы привести и к Третьей мировой.

Как оказалось, эпоха открытой и всеобщей войны свелась к 30 кровавым годам. Она началась и кончилась, как ей и подобало, в столице Германии — Берлине. Она началась 1 августа 1914 г. в канцелярии императора с объявления кайзером войны России. Она окончилась 8 мая 1945 г. в главном штабе советского командования в берлинском пригороде Карлсхорст, где был подписан третий акт, которым завершилась окончательная капитуляция Германии.

Первая мировая война в Европе, 1914-1921

Полагали, что Великая война, которая началась в августе 1914 г., продлится три - четыре месяца. К Рождеству ждали, что все уже кончится. Здравый смысл подсказывал, что современная война будет интенсивнее, чем в прошлом, и решительнее. Какая сторона одолеет на ранних стадиях конфликта, та и будет иметь средства для быстрой победы. На деле же война продлилась не четыре месяца, а более четырех лет. Но и тогда не все разрешилось: "Большой Треугольник" военно-политических блоков распался только в 1945 г., а

в некоторых отношениях даже только после 1991 года.

Первоначально конфигурация геополитической структуры "Большого" Треугольника была достаточно неустойчивой. Западные союзники (Британия и Франция) были в исключительно невыгодном положении, так как только у Франции была регулярная армия. Целых два года прошло в этом рискованном положении, прежде чем союзники смогли вполне реализовать свой военный потенциал. Тем временем они, во-первых, прельстили Италию присоединиться к союзному лагерю в мае 1915 г; во-вторых, они неуклонно наращивали военный потенциал в самой Британии и в Британской империи; в-третьих, в апреле 1917 г. к ним присоединились США. Азиатский союзник Британии — Япония, объявившая Германии войну 23 августа 1914 г., не сыграла в европейском конфликте никакой роли. Главному партнеру союзников имперской России — большой помехой стали затянутый процесс мобилизации, неразвитая сеть внутренних коммуникаций, сомнительный промышленный потенциал и, наконец, отсутствие общего согласия относительно стратегических целей. Однако именно Россия довольно скоро организовала наступление. И если затем Россия потерпела поражение, то не из-за недостатка солдат или

3

снарядов, а в связи с моральным и политическим разложением .

Центральные государства (Германия и Австро-Венгрия) имели большие преимущества в связи с их консолидированной политикой и развитыми внутренними линиями коммуникаций. После выхода Италии из коалиции они неожиданно приобрели другого надежного союзника в лице Оттоманской империи, которая из страха перед Россией была вынуждена четко определить свою позицию в ноябре 1914 г. В 1914 г. страны Центральной Европы боялись войны на два фронта. Эти страхи были напрасными: они смогли вести развернутые действия на восьми направлениях — на Западном фронте — в Бельгии и Франции; на Восточном фронте — против России; на Балканах, в Леванте, на Кавказе, в Италии, в колониях и на море.

В начале войны ее участники еще не определили своих военных задач. Центральноевропейские державы вступили в войну, имея в виду оборонительные и превентивные цели. Они намеревались 668 TENEBRAE

воспрепятствовать действиям, направленным против Австрии, разорвать то, что они воспринимали как окружение Германии, и обуздать притязания России и Франции. Однако очень скоро они сформулировали целый список требований: передать восточные провинции Бельгии (Льеж и Антверпен) Германии, а части Сербии и Румынии — Австрии; увеличить количество колоний Германии и тем самым ослабить Британскую и Российскую империи; установить политическую и экономическую гегемонию Германии над Mitteleuropa (Центральной Европой), включая Польшу. И лишь Турция хотела только уцелеть.

Поскольку страны Антанты взялись за оружие, когда на них напали, они ощущали свое безусловное моральное превосходство. Тем не менее Сербия планировала вытеснить Австрию из Боснии, Франция мечтала вернуть Эльзас-Лотарингию, Британия быстро начала искать компенсацию колониями и деньгами, и, наконец, Россия строила дерзкие планы расширения своей территории. В сентябре 1914 г. русский Генеральный штаб опубликовал Карту будущей Европы, которая удивительно напоминает ту, что стала действительностью в 1945 г.4 Вдобавок, Россия заручилась секретным обещанием союзников предоставить ей контроль над Проливами. Целью Италии была irredenta [присоединение пограничных земель, населенных преимущественно итальянцами].

Некоторые страны, такие как Испания, Швейцария, Нидерланды и три скандинавские страны, сумели себе на пользу твердо сохранять нейтралитет. Болгария была втянута в войну в сентябре 1915 г., Румыния в августе 1916 г, Греция в июне 1917 г. Атакованный Японией Китай, несмотря на то, что Япония захватила сданные в аренду Германии китайские анклавы, вступил в войну на стороне союзников в 1917 г. Другие вступали в войну еще охотнее. Несколько сот бойцов Польского легиона Пилсудского открыли Восточный фронт, перейдя российскую границу возле Кракова 6 августа 1914 г. В надежде найти верховых лошадей на месте они несли с собой седла. Им хотелось показать, что и через 100 лет после разделов Польша еще жива. Впрочем, как только появились казаки, они благоразумно отошли и были включены в состав австрийской армии.

Военная стратегия и тактика, как всегда, исходили из уроков недавней войны. Франко- прусская

и англо-бурская войны продемонстрировали уязвимость атакующей пехоты. Считалось, что решение проблемы следует искать в трех областях: в массированном артиллерийском огне, как главном наступательном оружии против позиций противника, в использовании железнодорожного транспорта для быстрой переброски атакующих сил и, наконец, в использовании кавалерии для окружения и преследования противника. Эти предложения оказались полезными на Восточном фронте. Но на Западе, где уже появились укрепленные траншеи, только после тысячи неудач стали, наконец, догадываться, что снаряды бессильны перед блокгаузами из цемента. Несмотря на очевидные преимущества обороны по сравнению с наступлением, генералы не спешили менять свои убеждения. Самолеты с их слабыми моторами и очень ненадежные, использовались только для разведки, наведения артиллерийских орудий и воздушного боя. Почти повсюду, где не было хороших дорог с покрытием из гравия, незаменимым оказался гужевой транспорт. На море торпеды подводных лодок оказались страшнее 15-дюймовых пушек дредноутов.

На Западном фронте германской армии почти удалось нанести сокрушительный удар прежде, чем началась война на выживание. В то время как в центре удар германцев был направлен в сердце Шампани, их правый фланг растянулся гигантской дугой по северной Франции. Намереваясь повторить триумф 1870 г., они пошли на Париж по трем направлениям. Они были ненадолго задержаны бельгийцами у Льежа и Британским экспедиционным корпусом у Ипра. [лангемарк] Центральные силы германцев задержались в погребах Эперней. Но уже к началу сентября 1914 г. французская столица была на краю беды. В самый последний момент генерал Жоффр убедил 600 таксистов перевезти на линию Марны все доступные французские резервы. Центру германской армии не хватило капельки разбега; германский правый фланг был чуть дальше. В результате линия фронта отступила. В октябре и ноябре фронт стабилизировался по всей линии двойных окопов от Швейцарии до Ла Манша (см. карту 24).

В течение следующих трех лет линия фронта едва ли сдвинулась. Обе воюющие стороны, чтобы выпрямить тот или иной образовавшийся выступ или чтобы организовать локальный прорыв,

Затмение в Европе, 1914-1945 669

<< | >>
Источник: Дэвис Норман. История Европы / Норман Дэвис; пер. с англ. Т.Б. Менской. — М.: ACT: — 943с.. 2005

Еще по теме XI. TENEBRAE. Затмение в Европе, 1914-1945 гг.:

  1. Реконструкция Европы, 1945-1968
  2. Британия и Европа, 1945-1951
  3. Западная Европа, 1945-1985 гг.
  4. Восточная Европа, 1945-1985 гг.
  5. Послевоенная Европа: замораживание и оттаивание, 1945-1969
  6. Европа и Ближний Восток, 1945-1968
  7. Вторая мировая война в Европе, 1939-1945 гг
  8. Глава 11 Реконструкция Европы, 1945-1968
  9. XII. DIVISA ET INDIVISA. Европа разделенная и нераздельная, 1945-1991 гг.
  10. Восстановление демократии в Западной Европе, 1945-1957
  11. Глава 10 Послевоенная Европа: замораживание и оттаивание, 1945-1969
  12. 6.2. СССР в 1945-1991 гг.6.2.1. Советское общество в послевоенный период. Апогей сталинского тоталитаризма (1945-53 гг.)