<<
>>

Отношения Востока и Запада: «Холодная война» в Европе, 1948­1989 гг.

С самого начала и до конца «холодная война» концентрировалась в Европе. Она развилась из распада Большой тройки европейских держав, когда победившие союзники должны были стать лицом к лицу с победившим Советским Союзом.

Она выросла из невозможности для бывших союзников достичь согласия в вопросах о независимости Польши, о будущем Германии и о разделе Европы в целом. Можно спорить о том, когда конкретно она началась, но она окончательно вызрела в результате того, что Америка втянулась в дела Европы, как это проявилось в доктрине Трумэна и плане Маршалла (1947) и в последовавших затем выражениях протеста со стороны Советского Союза. Она, без сомнения, вступила в новую фазу развития во время блокады Берлина в 1948-1949 гг., что привело к созданию НАТО; и она не прекращалась до тех пор, пока 40 лет спустя не был прорван «железный занавес». Тем не менее важно подчеркнуть, что «Холодная война» вскоре вышла за рамки Европы, где она фокусировалась. У холодной войны всегда был азиатский компонент; у нее была определенная внутренняя логика, логика соперничества Советского Союза с Америкой, приведшая буквально к глобальной конфронтации.

Азиатский компонент развился из противоречий, которые были подобны европейским противоречиям. В этом случае Советский Союз выходит на сцену в августе 1945 г., когда Советская Армия вступила в последнюю военную кампанию — в войну против Японии. Ялтинские соглашения предусматривали, что Советы занимают Курильские острова в благодарность за участие Сталина. Но никто в Ялте не предполагал неожиданного и полного коллапса Японии, который был обеспечен атомной бомбардировкой США японских городов Хиросимы и Нагасаки. В этом случае Советы получали совершенно неожиданную награду. Советская армия быстро занимает Маньчжурию, 600-тысячную Квантунскую армию оттуда отправляют в сибирские лагеря.

Помимо Курильской гряды Советы захватывают еще четыре северных японских острова, до тех пор считавшихся частью Хоккайдо, — они теперь становятся Малыми Курилами, а Охотское море стратегически стано­вится внутренним морем Советского Союза. Больше того, Советы открыто выступают в поддержку революционеров в Китае и Корее, к которым теперь у них есть свободный доступ. В Китае они выступают против зависимого от Америки Чан Кайши, бывшего членом Великого альянса в войне против Японии. И к тому времени, когда в Пекин в 1949 г. вступает Мао Цзэдун, на Дальнем Востоке опускается бамбуковый занавес — в пару к железному в Европе.

Глобализация холодной войны происходит в 1950-е гг. В геополитическом аспекте это было естественное следствие конфронтации, в ходе которой одна держава, господствовавшая на громадной территории Евразии, противостояла другой, которая была в состоянии послать в любую часть света свои наземные, военно-морские и военно- воздушные войска. В политическом, экономическом и идеологическом аспектах она отражала соперничество одного блока, претендовавшего на опеку всех в мире революционных сил во главе с коммунистами, с другим, преданным демократии, капитализму и свободной торговле. Она подстегивалась одновременно шедшим процессом деколонизации, после которой осталось немало нестабильных экс-колониальных стран, подверженных войнам по доверенности (силами наемников), и где, как на богатом нефтью Ближнем Востоке, ценные ресурсы представляли сильнейшие искушения. Все кончилось тем, что в конце 1950-х гг. появились межконтинентальные баллистические ракеты (МБР), которые ставили всю Землю под непрерывное наблюдение и делали возможным немедленный ядерный удар. Так что внутренние города России или Америки были теперь «прифронтовыми» не в меньшей степени, чем Тайвань или Берлин.

В военном отношении холодная война прошла через несколько отчетливо определимых этапов. В 1950-е гг., когда США решительно лидировали и по запасам ядерного оружия, и по средствам доставки, Советы не могли позволить себе большого конфликта.

На Московской встрече в январе 1951 г., когда американцы были связаны в Корее, Сталин, очевидно, дал лидерам стран советского блока приказ готовиться к третьей мировой войне.

33

Но эти планы так и не были осуществлены . Сначала Великобритания (1952), а потом Франция (1960) создали собственные ядерные арсеналы, а НАТО разрабо- 828 DIVISA ET INDIVISA

тало доктрину массированного возмездия. В то время шли две коммунистические войны по доверенности: одна — против сил ООН под руководством США в Корее в 1950-1951 гг., другая — в Индокитае, где потерпевшие поражение французы уступили место американцам в 1954 г. Европа, хотя и ощетинилась оружием в двух вооруженных лагерях, но не воевала.

В конце 1950-х гг. положение изменилось. Спутник (1958) и инцидент с самолетом У-2 (1960) показали, что Кремль практически перешагнул пропасть в ракетных технологиях, отделявшую его от Америки. Сверхдержавы начали вливать громадные ресурсы в космическую гонку, а также в спутники Земли и межконтинентальные ракеты. Хотя США победили в соревновании с высадкой человека на Луне, но не было никакой уверенности в том, что же является военным преимуществом. СССР, казалось, без всяких угрызений совести наращивал превосходство в ядерных, обычных и военно-морских силах. Но с приходом тактического ядерного оружия, а потом и «оружия поля боя» и вкупе с новой доктриной НАТО — стратегией гибкого реагирования собственно количественное превосходство перестало иметь решающее значение. Давление, оказываемое на Европу, несколько ослабло, когда стало ясно, что обмен ударами межконтинентальных ракет (если до этого дойдет) будет осуществляться через Северный полюс. В военных расходах сверхдержавы дошли до максимального уровня и зашли в тупик. Наступательная доктрина Варшавского пакта так и не была осуществлена на практике; исключительно растянутый советский флот не подвергся боевому испытанию; массированное перевооружение шло вместе с то и дело возобновлявшимися слабыми попытками разоружения. Но и на этот раз никакого конфликта в Европе не произошло.

В 1980-х гг. очередное обострение было вызвано развертыванием нового поколения еще более грозного оружия: советских ракет СС-20С и американских Першинг-2 и крылатых ракет. В 1983 г. президент Рейган объявляет о плане начала многомиллиардной Стратегической оборонной инициативы (СОИ), известной как Звездные войны. Это была система размещения новых типов оружия в космосе и на Земле для защиты США от советского ядерного нападения. Эта программа открыто

бросала вызов Москве и втягивала ее в такую гонку, которую она просто не могла выдержать. Каждая сторона теперь владела килотоннами оружия, которое способно было множество раз разрушить всю нашу планету; ни одна из сторон просто не могла им воспользоваться. Защитники ядерного оружия как средства устрашения были совершенно уверены, что убедили других. Их противники — которые могли выступать открыто только на Западе — с таким же пылом верили, что военные теоретики вроде д-ра Стрейнджлава34 просто сошли с ума. Войны по-прежнему не было, царил гнетущий Pax atomica («атомный мир»).

С легкой задержкой политический ритм «холодной войны» обычно соответствовал ритму военных нововведений. Самое большое напряжение приходится на конец 1950-х гг., когда обе стороны могли следовать своим курсом с большой убежденностью и не думая о провале. Пиком этой напряженности стал Кубинский кризис в октябре 1962 г. В 1960-е гг. обе стороны уже не надеялись на легкую победу. Международный коммунизм было почти парализован китайско-советским конфликтом, который в 1969 г. приблизился уже к принятию решения о превентивном ядерном ударе по Пекину; могущественные США были совершенно обескуражены тем, что никак не могли справиться с крошечным Вьетнамом; а по НАТО сильнейший удар нанес де Голль. Поэтому в 1970-е гг. и Советы, и американцы были уже полны раскаяния и готовы делать больший акцент на ином процессе, который очень удачно назвали detente (разрядка). Первые советско-американские переговоры об ограничении стратегических вооружений в Вене сменились политическими дискуссиями, которые привели к Заключительному хельсинскому акту 1975 г. В 1980-е гг. международная напряженность вновь усиливается в связи с советской интервенцией в Афганистане (1979) — это был кремлевский Вьетнам — и введением военного положения в

Польше (1981). Впрочем, на всех стадиях можно заметить и угрозы, и разрядку. Были моменты детанта в самые холодные годы конфронтации и периоды заморозков в эпоху детанта. Конечно, в Европе, где уже 40 лет не было явной войны, может быть, точнее было бы говорить, по меткому выражению одного французского журналиста, не о «холодной войне», а о «раскаленном мире». Температура то повышалась, то падала. Европа разделенная и нераздельная, 1945-1991 829

Экономические отношения никогда так и не достигли возможного высокого уровня: Запад не продавал продвинутые технологии, которые могли быть использованы в военной промышленности. Список американского Координационного комитета по контролю за экспортом разросся до многих тысяч названий, которые запрещалось продавать. Восток же, со своей стороны, твердо верил в экономическую независимость и предпочитал мириться с отсталостью, чем попасть в зависимость от капиталистического импорта. К концу 1970-х гг. постоянные неурожаи заставляли Советы в панике закупать американское зерно в громадных количествах, и при этом 50% советской нефти предназначалось для убыточной торговли внутри СЭВ.

Культурные отношения оставались консервативными как по масштабам, так и по содержанию. Гастроли Большого театра и Хора Советской армии или фольклорного ансамбля «Мазовше» устраивались в обмен на выступления различных западных оркестров или Шекспировского театра. В советском блоке придавали большое значение Олимпийским играм, где прекрасно выступали спортсмены советского блока, которые всегда были на государственном содержании. Спорт использовался как инструмент политики, в особенности когда в 1980 г. США бойкотировали Московскую Олимпиаду, а Советы отомстили в Лос-Анджелесе в 1984 г.

В дипломатических отношениях было множество осложнений. Совет Безопасности ООН был парализован в течение 40 лет, чаще всего — советским вето. Шпионская война достигла невероятных размеров: на самом высоком уровне в западных разведках оказались советские агенты, рекрутированные в Англии, а в Бонне — агенты, завербованные Восточной Германией. В 1950-е гг., в эпоху сенатора Джозефа Маккарти, обоснованные страхи по поводу деятельности коммунистических агентов привели к несообразной «охоте на ведьм». Здания американских посольств в Москве были так переполнены подслушивающими устройствами, что дипломаты были вынуждены их покидать. Всякое доверие было утрачено.

Детант возник еще в начале «холодной войны». Сталин однажды предложил разрешить объединение Германии в обмен на уход американцев.

На встрече в Женеве в 1955 г., когда президент Эйзенхауэр встречался с преемниками Сталина, Запад вновь удивился далеко идущим советским предложениям по разоружению. В 1959 г. Хрущев появляется в Кэмп-Дэвиде, а Гарольд Макмиллан (в казачьей шапке) — в Москве. Однако активный диалог был прерван инцидентом с самолетом, вторым Берлинским кризисом и, главное, обнаружением советских ракет на Кубе.

У-2 был летающим на большой высоте американским самолетом-шпионом, который считали неуязвимым. В 1960 г. самолет, прилетевший из Турции, был сбит над Волгой35. Эйзенхауэр сглупил и стал отрицать вообще возможность подобных операций, пока Хрущев не предъявил пилота и убийственные свидетельства его заданий.

Берлинский кризис 1961 г. назревал много лет. Поток беглецов на Запад все время нарастал. Только в одну последнюю неделю июля 1961 г. перебежало 10 000 человек. Кремль все время угрожал подписать односторонний договор с ГДР и положить конец совместной оккупации четырех держав. У Советов здесь было решительное военное превосходство, но Запад ничего не предпринимал. Затем 13 августа 1961 г. была построена Берлинская стена. Молодого президента Кеннеди испытывали на прочность, как никогда ранее. Сам он решил, что стена снижает возможность новой блокады, и не предпринял никаких ответных военных действий; вместо этого он устраивает настоящий пропагандистский выпад: стоя у стены, он вызывающе прокричал со своим неподражаемым бостонским акцентом: «Ich bin ein Berlinere»36.

Кубинский кризис в октябре подвел «холодную войну» к самой грани настоящей войны. Кеннеди вышел из Берлинского кризиса (и предшествующей встречи с Хрущевым в Женеве) убежденный, что не смог произвести на Москву большого впечатления достаточной решимости. В следующий раз ему надо продемонстрировать твердость. Он наращивает присутствие американцев в Южном Вьетнаме. Когда фотографии с воздуха обнаружили наличие советских ракет в стартовых шахтах на Кубе всего в 130 км от побережья Флориды, он решает, что надо заставить Кремль уйти с этих позиций. Единственный вопрос был как. Вашингтон отказывается от точечного удара с воздуха в пользу блокады («карантина») Кубы. Не- 830 DIVISA ET INDIVISA

делю мир жил, затаив дыхание; потом советские ракеты были убраны. США убирают свои ракеты из Турции и воздерживаются от вторжения на Кубу37.

Переговоры по разоружению тянулись десятилетиями. Женевские предложения подрывались отказом Советов разрешить инспекцию. В 1963 г. Московское соглашение запрещает атомные испытания в атмосфере, но был уже нанесен громадный ущерб окружающей среде в глобальном масштабе. Договор о нераспространении ядерного оружия 1968 г. должен был закрепить монополию пяти существовавших на то время ядерных держав и исключить в первую очередь Китай. Он потерпел неудачу по всем пунктам, обеспечив только временную приостановку. Первый раунд переговоров об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-1) после четырех лет привел к заключению в 1972 г. промежуточной договоренности. ОСВ-2 двигался со скрипом, пока конгресс США не заблокировал его в 1980 г. Следующий этап переговоров, начиная с середины 1970-х гг., был направлен на абсолютное сокращение объемов военных арсеналов (а не об ограничении темпов их роста). В течение 15 лет в Вене велись переговоры о взаимном и сбалансированном сокращении обычных вооружений. Переговоры о сокращении стратегических вооружений, то есть о ядерном оружии, велись в Мадриде с 1982 г. Тридцать лет межправительственных переговоров принесли так же мало пользы, как и народные движения против ядерного оружия, очень популярные на Западе в начале 1960-х гг., а потом опять в начале 1980-х гг.

Европейские страны, конечно, гораздо меньше участвовали в дипломатии «Холодной войны» сравнительно с масштабами конфронтации США — СССР. Однако с середины 1950-х гг. и они втягиваются в «Холодную войну». В 1957 г. с согласия СССР Польша представляет в ООН План Рапацкого о создании в Центральной Европе зоны, свободной от ядерного оружия, а в 1960 г. — План Гомулки о замораживании (на существующем уровне) в этой зоне ядерного оружия. Из этого ничего не вышло. В 1965 г. польские епископы обращаются с открытым письмом к немецким епископам, заявляя о своей готовности «простить и быть прощенными». Эта смелая инициатива, ко­торую коммунисты осудили как предательство, показала, как выйти на свет из тумана страха и ненависти.

Советская политика в Восточной Европе все время разыгрывала германскую карту, а коммунистическая пропаганда изо всех сил старалась поддерживать германофобию на таком уровне, как во время войны. В Западной Германии к резкому голосу изгнанных очень прислушивались правительства христианских демократов, а неясная судьба их родных земель на Востоке не давала затихнуть кипению страстей. Этот политический климат начал смягчаться только в конце 1960-х гг., в основном благодаря усилиям германских церквей, которые таким образом прокладывали путь для новой восточной политики канцлера Вилли Брандта.

Новая восточная политика, начавшаяся в 1969г., основывалась на ясно определенных краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных целях. В сложившейся тогда ситуации Брандт хотел покончить с тупиком в отношениях Восток—Запад, возникшим после вторжения в Чехословакию. Со времени полного признания в мире Федеративной Республики Западная Германия проводила так называемую доктрину Гальштейна [статс- секретаря по иностранным делам — перев.], отказываясь иметь дело с теми правительствами (кроме СССР), которые поддерживали отношения с ГДР. Результатом стала почти полная изоляция от всех восточных соседей Германии. Разбивая лед, Брандт захотел затем установить некий modus vivendi с ГДР и другими членами советского блока. Он надеялся, что в течение 10, 20 или, возможно, 30 лет развитие связей Западной и Восточной Германии смягчит режим в Восточном Берлине и приведет постепенно к единству. Если речь идет о первых двух задачах, то восточная политика, без сомнения, достигла своей цели. Что касается третьей цели, то ее результаты были противоположны задуманному. Хотя, впрочем, неизвестно наверняка, что Брандт действительно надеялся на объединение Германии. Уже выйдя в отставку, он признался: «Новое объединение — это ложь, управляющая политической жизнью Германии».

Тем не менее, появление Вилли Брандта на политической сцене имело очень существенное значение. Восточная Европа не была готова к по- Европа разделенная и нераздельная, 1945-1991 831

явлению германского канцлера-социалиста и борца за мир. Брандт (настоящее имя Герберт Карл Фрам, 1913-1992) родился в Любеке и был внебрачным сыном продавщицы, в силу чего был вынужден преодолевать всевозможные социальные препятствия. Во время войны он жил в Норвегии, сражался против нацизма и имел незапятнанное прошлое демократического деятеля. Кроме того, будучи бургомистром Западного Берлина в 1957­1963 гг., он завоевал репутацию последовательного противника коммунизма. Когда в августе 1970 г., через 25 лет после разгрома вермахта, он появился в Москве, то произвел большое впечатление. В том же декабре в Польше он встал на колени перед памятником повстанцам варшавского гетто — этот эмоциональный жест должен был надолго запомниться. В Восточном Берлине также не смогли устоять перед его инициативами. В течение трех лет он довел до подписания германо-советский договор о сотрудничестве (1970), германо-польский договор (1970), который смягчил проблему утраченных Германией земель на востоке, а в 1973 г. — договор о взаимном признании с ГДР. Ни «железный занавес», ни Берлинская стена от этого не исчезли; в них даже вдохнули новую жизнь. Проблема Германии не была разрешена, но она была стабилизирована на уровне минимальных отношений. Консервативные оппоненты Брандта обвиняли его в том, что он добровольно отказался от исконных прав Германии. «Нельзя отдать то, что уже проиграли»,

— ответил он.

Историки всегда будут спорить о последствиях новой восточной политики: продлила ли она разделение Европы или посредством унизительного компромисса направила развитие событий в такое русло, которое привело в конце концов к объединению. Впрочем, эти два вывода не исключают друг друга. Без сомнения, новая восточная политика задала тон на следующее десятилетие. Но, покончив с бойкотом ГДР, она втянула федеральное правительство в большие расходы, которые не давали достаточных выгод, и во множество сомнительных операций — как скандальная торговля политическими заключенными, которых Восточный Берлин продавал за просто королевский выкуп. Благодаря этой политике атмосфера в конце 1960-х гг. перестала быть такой угрожающей, как раньше, и открылся путь к «эпохе детанта».

Детант (Detente) - это дипломатический термин, причем исключительно многозначный. Кому нравится, для тех он может означать «разрядка» или «потепление». Это слово во французском также означает «курок». В контексте 1970-х гг. оно, без сомнения, означало «ослабление напряженности»; но будет ли это ослабление благодатным или губительным

— это еще оставалось под вопросом.

Помимо восточной политики Бонна и прогресса в переговорах ОСВ-1, другой важный толчок к детанту следует искать в далеком от Европы Китае. В 1972 г. американский президент Никсон посетил стареющего председателя Мао, разыгрывая китайскую карту. Биполярная структура холодной войны трансформировалась таким образом в новую треугольную конфигурацию, которая состояла из стран советского блока, Китая и Запада. Советские лидеры, чьи отношения с Китаем зашли в тупик, чувствовали необходимость стабилизировать свое положение в Европе. Через 30 лет после триумфальной победы под Сталинградом Советский Союз все еще не имел формального урегулирования на западном фланге. В 1970 г. начинаются переговоры, кульминацией которых стало Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) в Хельсинки, которое проходило с 1973 г. по 1975 г..

С точки зрения Советского Союза, Заключительный акт в Хельсинки заменил мирный договор с Германией, которого никогда не было. С точки зрения Запада, он означал признание того, что с советским господством в Восточной Европе не удалось покончить силой, так что теперь Запад решает заставить Советы купить стабильность по возможно более высокой политической цене. Первая корзина переговоров — по вопросам безопасности, завершилась соглашением, которое гарантировало неизменность существующих в Европе границ, за исключением тех случаев, когда границы изменяются мирным путем и по взаимному согласию. Вторая корзина заключала в себе меры дальнейшего экономического сотрудничества. Третья корзина содержала соглашение но развитию культурных и информационных проектов, а также гарантии контактов между людьми. Это был политический ценник. И с того дня, когда в 1975 г. был подписан Заключительный акт, восточноевропейские режимы должны были выбирать меж- 832 DIVISA ET INDIVISA

ду соблюдением прав человека и нарушением своих торжественно взятых обязательств.

Многие критиковали Заключительный акт как капитуляцию перед лицом советской экспансии в Восточной Европе. В то же время этот документ формально подстегнул движение политического инакомыслия в Советском блоке. В Польше он стимулировал создание КОР, предшественника Солидарности; в Чехословакии — Хартии 77, группы под руководством Вацлава Гавела; а в Советском Союзе — многочисленных хельсинкских групп. Андроповское КГБ все их совершенно игнорировало, но зато к ним очень серьезно относилась американская администрация и президент Картер, которые ввиду того, что Советский Союз постоянно нарушал свои обязательства, посчитали невозможным уменьшать американское присутствие в Европе.

В конце 1970-х гг. на Западе появляются три новых лица. В 1978 г. на престол Святого Петра вступает папа-славянин, мечтающий об объединении христианской Европы. В 1979 г. женщина исключительной силы духа въезжает на Даунинг-стрит, 10. Кремль уже вскоре назовет ее «Железной леди». В 1980 г. бывший актер Голливуда занимает Овальный кабинет Белого дома. Great Communicator38 вскоре назовет Советский Союз «империей зла». Эти трое изменили отношения Восток — Запад. Все трое были противниками коммунизма по моральным убеждениям; все трое были исключительно популярны в Восточной Европе — более популярны, чем на Западе; все трое, казалось, были недовольны компромиссами предыдущих десятилетий. Рейган и Тэтчер оттачивали двустороннюю политику НАТО, которая состояла в том, чтобы протягивать руку миролюбия и укреплять в то же время военный щит.

К 1980-м гг. стало ясно, что Западу придется расплачиваться за длительную приверженность трем своим иллюзиям. Среди политологов было модно говорить о конвергенции: будто со временем политические и экономические системы Востока и Запада станут ближе друг другу. Это была чистейшая выдумка. Разрыв между двумя системами с каждым днем только ширился. Считалось также возможным различать коммунистические режимы по степени их подчинения Москве. Эта политика особенно благоволила к самым репрессивным режимам, каким был, например, режим

Чаушеску. Детант выдвинул также «орнитологическую» гипотезу. Согласно ей, поведение коммунистов зависит от примерного поведения Запада: «Злобные выпады на Западе только поддержат ястребов, в то время как мягкость — голубей». На деле же такого противопоставления вообще не было. Ни о ком не говорили таких суровых слов, как о Ярузельском, и все же он обратился на путь реформ. Никому не предлагали столько сладких славословий, как Хонеккеру, — и Хонеккер всегда оставался настоящим «ястребом». Дело в том, что коммунисты не реагируют на мягкость. Как заметил один из первых критиков детанта в своей работе Тезисы о надежде и безнадежности, подчеркивание напряжения между Востоком и Западом было опасным предприятием, но это было единственной стратегией, которая давала надежду на окончательный успех39.

Среди этих разногласий взошла новая звезда. В марте 1985 г. Михаил Сергеевич Горбачев (род. 1931) становится четвертым Генеральным секретарем КПСС за три года. Он был избран партийным аппаратом, так что его было трудно заподозрить в демократических установках. Но как личность он был совершенно другим; он был первым советским лидером, который не запачкался при Сталине. Он был приветлив, умен и говорил без «бумажки». Наконец-то появился человек, как поторопилась объявить миссис Тэтчер, «с которым мы можем иметь дело».

Первые месяцы в новой должности Горбачев занимался перетасовкой Политбюро, ритуальным разоблачением предшествующих лидеров и грозной кампанией против коррупции. Но стиль очевидно изменился. Мир ждал, не изменится ли также и содержание. Внешняя политика предоставляла советскому лидеру особенно много возможностей маневра. Казалось логичным, что, если Горбачев начнет куда-нибудь двигаться, то это будет, в первую очередь, в отношениях Восток — Запад.

Первые встречи Рейгана и Горбачева были не особенно продуктивными. Новичок все еще мыслил категориями звездных войн. Но тяжелый груз военных расходов всем был очевиден. Долгие приготовления к Договору о сокращении ракет среднего радиуса действия предшествовали саммиту, который должен был состояться в Рейкьявике в Европа разделенная и нераздельная, 1945-1991 833

Исландии в декабре 1987 г. Неожиданно посреди переговоров в Рейкьявике Горбачев без предупреждения нанес удар. Он выдвинул сенсационное предложение о 50 %-ном сокращении всех видов ядерного оружия. Рейган заколебался, отказался — и пожалел об этом. Договор был подписан, но время сверхосторожных, сверхподозрительных встреч заканчивалось. Этот генеральный секретарь, казалось, решил остановить «Холодную войну».

Вскоре после этого одно исключительное событие помогло проколоть нарыв напряженности между Востоком и Западом. Система ПВО была важнейшим военным вопросом этого времени: вопрос о ПВО стоял и за проблемой крылатых ракет, за самими «звездными войнами», поглощая многие миллиарды. Каждая сторона до смерти боялась, что ракеты и бомбардировщики противника смогут безнаказанно поражать цели. Советский Союз вызвал всеобщее осуждение, когда вопреки договоренностям построил противоракетную радарную станцию в Красноярске и когда он сбил южнокорейский пассажирский самолет КАЛ-007, который свернул с правильного курса и вторгся в советское воздушное пространство. Однако все военные эксперты и стратеги были посрамлены шуткой немецкого студента. 28 мая 1987 г. девятнадцатилетний Матиас Руст перелетел на маленьком моноплане из Гамбурга через советскую границу в Литве, пролетел низко (на уровне деревьев) над самой мощной системой ПВО в мире и приземлился на брусчатке Красной площади в Москве. Он в одиночку высмеял всю «Холодную войну».

Ко времени саммита на Мальте в декабре 1989 г. президенты Буш и Горбачев почувствовали, что можно объявить об окончании «Холодной войны».

<< | >>
Источник: Дэвис Норман. История Европы / Норман Дэвис; пер. с англ. Т.Б. Менской. — М.: ACT: — 943с.. 2005

Еще по теме Отношения Востока и Запада: «Холодная война» в Европе, 1948­1989 гг.:

  1. 6.3. СССР и Запад: международные отношения. «Холодная война»
  2. 6.3. СССР и Запад: международные отношения. «Холодная война»
  3. Пределы глобализации. Проблемы отношений «Запад — Восток», «Север — Юг».
  4. Конец разнообразия: Восточная Европа, 1948-1950
  5. «Революции» в Восточной Европе, 1989 год
  6. Холодная война: конфронтация и разрядка, 1957-1969
  7. Экономическая и технологическая трансформация Европы. С 1989 года по настоящее время
  8. 17. Как началась холодная война?
  9. Европа и остальной мир. С 1989 года по настоящее время
  10. ВОСТОК И ЗАПАД
  11. Холодная война и прочий мир, 1949-1962
  12. 6.5. События 1989-1991 гг.в странах Восточной Европы
  13. 6.5. События 1989 -1991 гг. в странах Восточной Европы
  14. 2. Россия на перекрестке культур: Запад—Восток
  15. Восточная Европа: реформы и упадок, 1968-1989
  16. Война на Западе, 1940 год
  17. Глава V. Между Западом и Востоком
  18. Глава III. Между Западом и Востоком
  19. ЛЕКЦИЯ 1. ЗАПАД—РОССИЯ-ВОСТОК: ПЕРЕКЛИЧКА ЦИВИЛИЗАЦИЙ