<<
>>

ОХОТА

La Livre de la chasse [Книга охоты] Гастона Феба, с ее полным названием Les Deduits de la chasse des bestes sauvages et des oiseaulx de proye (1381 г.), — важный документ социальной жизни, вдохновивший немало других изумительно иллюстрированных манускриптов.
Она больше известна в версии MS 616 Français Национальной библиотеки Парижа. Автор этой книги Гастон III, называвшийся Фебом, граф Фуа и сеньор Бёма (1331-1391 гг.), был колоритным искателем приключений из Гаскони, который сражался за Францию при Креси и за тевтонских рыцарей в Пруссии. Он часто фигурирует в хрониках Фруассара как владелец замка в Пиренеях в Ортезе. В книге дан обзор всех родов дичи и способов охоты на них: волк, олень-самец, медведь, кабан и барсук; английская кровяная гончая, борзая, мастифф и спаниель: облава, охота на зайца с гончими «по зрячему», захват добычи, ловля тенётами и силками, охота с ружьём (на дичь), ловля в западню, даже браконьерство; каждый шаг охотника от момента, когда взят след до mort [сигнал на рожке, оповещающий о смерти преследуемого зверя], описан

со знанием дела и великолепно иллюстрирован.

В XIV в. охота все еще была частью экономики Европы. Дичь была существенной составляющей пищи людей, особенно зимой. Орудия охоты —лук, меч и пика, умение ездить верхом, психология преследования и добычи — все это было важным элементом военного обучения. Лесные заповедники, находившиеся под защитой суровых законов, были важными привилегиями королей и знати.

На Востоке, где лесов и дичи было больше, а занятие сельским хозяйством — дороже, искусство охоты было еще важнее. Историк Марчин Кроме в 1 577 г. описал охоту на зубров в Подолии на Днестре очень похоже на испанскую корриду: «Тем временем один из охотников при поддержке сильных собак приближается и водит, и водит зубра вокруг дерева, играя с ним и дразня, пока тот не упадет от ран или просто от изнеможения.

Если же охотнику грозит опасность, его спутники отвлекают зубра, размахивая большими красными плащами, потому что красный цвет приводит зубра в ярость. Тогда зубр отпускает первого человека и нападает на другого, кото­рый к тому времени уже готов его прикончить».

С развитием огнестрельного оружия и ростом сельскохозяйственного производства меняются приемы охоты и ее социальная функция. Так, в Англии, где последнего волка убили в XVIII в., охота сосредоточилась на лисах, этих главных врагах фермеров. Здесь сохраняются старинные обычаи с камзолами красного цвета охотников на лисиц, рожками и криками Tally-ho (ату!). Но охота утратила здесь свое прикладное значение. Вот как Оскар Уайлд описывает в 1893 г. английского джентльмена, несущегося галопом за лисой: «невыразимое в погоне за несъедобным». Охота с ружьем стала всего лишь развлечением. С точки зрения фундаменталистов, противников убийства, даже прицеливаться — это уже пережиток варварства.

В Восточной Европе охота сохраняет социальные характеристики несколько дольше: она стала символом общественного статуса коммунистических сановников. Для них, как для рейхсмаршала Геринга в 193G^ гг., поохотиться на зубра было высшей наградой и подражанием феодальной аристократии. Христианский мир в кризисе, ок. 1250-1493 309

Орлеан — последний оплот королевско-арманьякских сил на севере, и будущность Валуа представлялась почти безнадежной. До тех пор никто не считался с молодой крестьянкой Жанной д'Арк la Pucelle] девой-рыцарем; но она, пристыдив его, заставила дофина действовать. 8 мая 1429 г. атакой конницы на мост в Орлеане Жанна прорвала осаду Орлеана. Проведя своего вялого дофина через всю англо-бургундскую территорию, Жанна доставила его на коронацию в Реймс. Ко времени ее смерти в 1431 г. (от рук англичан на костре на площади в Руане) натиск англичан уже стремительно спадал. [рента]

Затем конфликт постепенно идет на убыль и после Конгресса в Аррасе в 1435 г., когда Бургундию отняли у англичан, не представлялось уже возможным, чтобы удача вернулась к англичанам.

С Ордонансом об армии (1439 г.) у французского королевства появилась наконец сильная регулярная армия кавалеристов и лучников. Подавление восстания Прагерии покончило с арманьяками и сопротивлением аристократии; последние события этой борьбы имели место в 1449-1453 гг. Когда войска графа Шрусбери были подавлены артиллерийским огнем в Кастильоне в июле 1453 г. и ворота Бордо открылись французской власти, в руках англичан оставался только Кале. В 1475 г. развертывается своего рода эпилог; английская армия высадилась во Франции, ожидая от бургундцев поддержки, но от англичан удалось откупиться назначением выплат по 50000 крон в год, 75000 крон единовременно и обещанием, что дофин женится на дочери Эдуарда IV.

Для Франции Столетняя война оказалась событием, заставившим ее посмотреть правде в глаза: население сократилось почти на 50%, и возрождение нации началось, можно сказать, с нуля. При Людовике XI (правил 1461-1483 гг.), этом «терпеливо плетущем свою сеть пауке» и великом дипломате, национальное возрождение быстро набирает темп, в особенности после того, как он покончил с бургундской угрозой.

Для Англии Столетняя война стала решающим временем формирования нации. В начале войны Англия Плантагенетов была династическим королевством, которое в культурном и политическом отношениях было всего лишь форпостом Франции. К концу войны, лишившись владений на кон-

тиненте, Англия Ланкастеров становится островным государством, которое благодаря своему географическому положению надежно защищено и уверенно смотрит в будущее, обретя национальное самосознание. В это время творчеством Джефри Чосера (ок. 1340-1400 гг.) начинается богатая история английской литературы. При Ричарде II (правил 1377-1399 гг.) и трех Ланкастерах — Генрихе IV (правил 1399-1413 гг.), Генрихе V (правил 1413-1422 гг.) и Генрихе VI (правил 1422-1461 гг.) — войны с Францией были местом приложения избыточных сил, не растраченных в жестокой борьбе монархии с баронами. Ричарда II принудили отречься от престола и позднее убили в Понтефракте.

Генрих IV, сын узурпатора Джона Гонта, захватил трон с помощью фальшивой генеалогии. Генриху V не удались его попытки покорить Францию. Генрих VI, еще один несовершеннолетний король, был со временем свергнут. И если на поверхности нам видна кровавая политическая борьба, то в глубине в это время растет и крепнет чувство патриотизма и национальной гордости. Так что со стороны Вильяма Шекспира (200 лет спустя) было несомненным анахронизмом вложить лучший патриотический панегирик в уста Джона Гонта, который так много сил и времени отдал борьбе во Франции. Однако Шекспир в его речи выразил те чувства, которые родились в конфликтах этого ушедшего времени: Подумать лишь, что царственный сей остров, Страна величия, обитель Марса, Трон королевский, сей второй Эдем, Противу зол и ужасов войны Самой природой сложенная крепость, Счастливейшего племени отчизна, Сей мир особый, дивный сей алмаз В серебряной оправе океана, Который,словно замковой стеной Иль рвом защитным ограждает остров От зависти не столь счастливых стран, Что Англия, священная земля25.

Именно во Франции англичане совершили все те подвиги, которые сцементировали их патриотические чувства. Что еще, кроме Harfleur, накануне Азенкура, могло стать декорацией того шекспировского монолога, который будет призы- 310 PESTIS

<< | >>
Источник: Дэвис Норман. История Европы / Норман Дэвис; пер. с англ. Т.Б. Менской. — М.: ACT: — 943с.. 2005

Еще по теме ОХОТА:

  1. Царская охота на льва [Рельеф из дворца Ашшурбанапала]
  2. Условия жизни первобытных людей.
  3. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СРЕДА ОБИТАНИЯ
  4. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СРЕДА ОБИТАНИЯ
  5. Пример решения задач
  6. Пример решения задач
  7. § 2. объекты обложения
  8. Тендерные роли и культура
  9. 11.2. Объект обложения
  10. 12.1. Сбор за пользование объектами животного мира
  11. Ключевые положения темы
  12. Туристическийhspace=0 vspace=0 align=left> гид
  13. Основные культурные архетипы
  14. 45. СТАВКИ СБОРОВ
  15. Фауна
  16. Передняя Азия
  17. §2. Родовые общины охотников и собирателей