<<
>>

БИБЛИЯ

Codex Argenteus VI в. (Cod. DG 1 fol. 118v) хранится в библиотеке университета в Упсале. Он был привезен в Швецию из Праги. Текст написан серебряными буквами на пурпурном пергаменте.
Это, возможно, лучшая ранняя копия готического перевода Библии, сделанного Ульфилой (Вульфилой ок. 311-383). Вульфила, то есть «волчонок», арианин, потомок пленных христиан, был рукоположен «епископом готов» во время недолгого пребывания тех на границе по Дунаю. Сделанный им перевод Библии на готский язык открыл череду переводов Священного писания на народные языки и положил начало немецкой литературе.

Codex Amiatinus, который теперь находится в библиотеке Лауренциана во Флоренции, не такой древний. Он был записан в Джерроу в Нортумбрии ок. 69G-7GG г., во времена аббата Кеольфрида. Это древнейший сохранившийся список Вульгаты — перевода Священного Писания на латынь, выполненного бл. Иеронимом. Он основан на более старом списке Вульгаты Кассиодора (см. с. 266) и был подарен аббатом Кеольфридом папе, а затем был помещен в аббатство Амиата.

На особенно тонкий пергамент для этого Кодекса (vellum) пошли шкуры 15GG животных.

Надо заметить, что Вульфила завершил свой перевод на готский раньше перевода бл. Иеронима на латынь. Оба они переводили с греческих текстов, среди которых не было единого принятого за канонический. Современные реконструкции ранних греческих рукописей Священного Писания ос­новываются на Codex Vaticanus IV века из Александрии; на Codex Sinaiticus IV века, который был продан русским царем Британскому музею; на Codex Alexandrinus V века (также в Британском музее) из Константинополя; и на Codex Ephraemi V века из Национальной

библиотеки в Париже.

Никогда не удавалось установить раз и навсегда совершенно точный и надежный текст Священного Писания, который бы подходил сменявшим друг друга поколениям.

Но попытки исполнить эту задачу предпринимались непрерывно. Ветхий Завет был написан на древнееврейском и арамейском, Новый Завет — греческом эпохи эллинизма. Ветхий Завет был переведен на греческий (Септуагинта) для грекоговорящих евреев Александрии. Так что теоретически можно думать, что уже с I века существовал полный греческий текст Ветхого и Нового Заветов.

Современная Библия в католическом и протестантском вариантах состоит из почти 100 книг. Их нельзя было собрать в один корпус обоих Заветов, пока в IV веке не был установлен основной канон. Тем временем в ходу были бесчисленные варианты каждой книги Библии и апокрифы. До нас эти варианты дошли только в фрагментах на древних папирусах, в цитатах у отцов Церкви, в раз-личных предшествовавших Вульгате текстах «старой веры» и в работах древних иудейских и христианских критиков. Среди последних особенно важна знаменитая Hexapla Оригена, записавшего шесть древнееврейских и греческих вариантов

Ветхого Завета в шесть колонок рядом. [папирус]

Даже Вульгата не систематизирована. По мере того как бл. Иероним заканчивал какие- нибудь значительные части своей работы, он отсылал их разным адресатам. Позднее их также пришлось собирать по разным библейским компиляциям, куда эти отрывки были вставлены. Больше того, работа средневековых переписчиков была буквально игрой в «испорченный телефон», где ошибки накапливались на каждом этапе переписки. Легко понять, почему греческое слово «biblia» — «священные книги» — первоначально употреблялось только во множественном числе. Унификация библейских текстов стала возможна только с изобретением книгопечатания. [печатный станок]

К тому времени, однако, христианство уже стояло на пороге Реформации и близилось время, когда протестанты подвергнут сомнению всю прежнюю библейскую ученость. Протестантские библеисты были больше всего заинтересованы в переводе Библии на национальные языки, для чего нужны были аутентичные тексты древнееврейских и греческих оригиналов. Вся новая эпоха в библеистике, таким образом, прошла под знаком соперничества между католицизмом и протестантизмом.

В 1907 г. Ватиканская комиссия поручила бенедиктинцам подготовить установленный текст Вульгаты. Работа продолжается на протяжении всего XX века. Как заметил один стоически настроенный бенедиктинец, когда она может быть закончена, «знает только Бог». Рождение Европы, ок. 330 - 800 207

продолжался вплоть до последних набегов монголов в 1287 г. Разрыв между Востоком и Западом перешел из имперской сферы в церковную, но оформился только в 1054 г. Обращение в христианство язычников в Европе завершилось только в 1417 г. Воины ислама все еще были на марше, когда в 1354 г. в Европе появились турки-османы. Только тогда Римская империя начала угасать.

Причем все эти процессы взаимодействовали, и совокупный результат этого взаимодействия был уже вполне различим к тому времени, когда большая часть Средиземноморья была завоевана армиями Пророка. В течение четырех веков после Константина родилась Европа. В это время различные народы полуострова наконец окончательно осели. В этот период остатки Римской империи стали одним из суверенных государств христианского мира, консолидировавшего свои силы в тени ислама. Пока еще никто не употреблял для обозначения этой общности названия Европа, но без сомнения, она уже существовала.

Монс Йовис, Пеннинские горы (Пеннинские Альпы), ок. 25 ноября 753 г.н.э. Была уже поздняя осень, и скоро должен был выпасть снег. Стефан II, епископ и патриарх Рима, спешил проехать через Альпы, пока дороги еще были открыты. Он поехал из Павии на реке По, столицы королевства лангобардов, в королевство франков. Папа направлялся вначале в монастырь св. Мориса в верховьях Роны. Оттуда он продолжит путь на королевскую виллу Понтион на Марне — всего примерно 700 км. Если проезжать но 15-18 км в день, то все

32

путешествие займет у него шесть недель .

По Монс Йовис (горе Юпитера) проходила одна из двух римских дорог, построенная за 700 лет до того и соединявшая провинции Цизальпинской и Трансальпийской Галлии. Известная также как Альпис Ленина (Пеннинский проход), эта дорога некогда вела в земли Гельвеции.

Она проходила на высоте 2476 м. Дорога с каменным мощением 4м шириной предназначалась для колесного транспорта, и в прежние времена повозка преодолела бы 80 км от Августы Претории (Аосты) до Октодороса (Мартиньи) за день. В VIII веке двигаться стало труднее. Местные называли ее таким именем, которое еще находилось

33

на полпути от лат. Mons Jovis к современному Монте Иов или Монжу .

Стефан II был возведен на трон св. Петра за 20 месяцев до того при неожиданных обстоятельствах. Осиротевший сын римских аристократов, он вырос и воспитывался во дворце при базилике св. Иоанна на Латеране и был дьяконом при папе Захарии (правил в 741-752 гг.). Умелый администратор, он достиг достаточно высокого положения, чтобы поставить свою подпись под актами Римского синода 743 года. Так что десять лет спустя он, по-видимому, был в средних летах. После смерти Захарии он присутствовал, наверное, при том, как следующим папой был избран старейший пресвитер, также по имени Стефан. И для него, наверное, стала потрясением неожиданная смерть Стефана от удара спустя всего лишь четыре дня, еще до возведения в сан. Очевидно, он был совершенно не готов к тому, что в тот же день была одобрена его собственная кандидатура на этот пост. Из-за неопределенности положения предшественника дьякона Стефана называют то Стефаном II, то Стефаном III, а то и Стефаном II (III)34.

Захария, ученый грек из Калабрии, проводил политику, намеченную до него Григорием II (715-731) и Григорием III (731-741), и, сопротивляясь требованиям иконоборческого императора Константина Копронима, тем не менее не порывал с Империей. В то же время он проявлял большой интерес ко всему происходящему на севере. Захария находился в постоянном контакте со св. Бонифацием, которого послал легатом для романизации обрядов франкской Церкви. Однако важнее, что по просьбе франков он издал формальное постановление о том, что королевский титул желательно носить тем, кто реально осуществляет власть. Фактически он санкционировал таким образом смещение последнего короля из династии Меровингов. От имени города Рима он подписал двадцатилетнее перемирие с лангобардами и попытался выступать посредником в спорах лангобардов с византийским экзархом Равенны. Но в последние годы жизни он не имел сил сдерживать агрессивного нового короля лангобардов Айстульфа. В 751 г. Айстульф захватывает Равенну и устремляется на юг. Когда же посланцы лангобардов стали взимать ежегодный налог с Рима, ясно определилась угроза давним свободам этого города и его епископу. Такие вот 208 ОЯГСО

события заставили отправиться в путь преемника Захарии.

Францией, или «Страной франков» — самым большим государством из возникших на территории западной Римской империи, — уже 300 лет (к тому времени) управляли потомки Меровея (ум. 458 г.), деда Хлодвига I. Тогдашняя Франция занимала территорию от Пиренеев до Везера. Из трех составлявших Францию частей Нейстрия (с центром в Париже) и Бургундия на Роне оставались по преимуществу галло-романскими, но Австразия на востоке (с центром в Реймсе), бывшая первоначальной территорией франков, была в основном германской. При этом государство на протяжении истории часто дробилось, а потом объединялось. В VIII в. Меровинги сохранили лишь номинальный контроль над наследственными матордомами дворца в Австразии, Арнульфингам, которые фактически правили страной. В 751 г. именно майордом Австразии Пипин III, внук Карла Мартелла, отправил послов к папе Захарии спросить, неужели «один должен царствовать, а другой — править». Получив желательный для него ответ, он сверг своего короля Хильдерика III и захватил трон, при этом получив всю власть.

Когда путешественники поднялись с большим трудом на самую высокую точку пути, их потрясло состояние дороги, шедшей среди суровых гор. Некогда гладко вымощенная, она потрескалась, покрылась впадинами и кочками, а местами была и полностью смыта. Уже никто не помнил, когда в последний раз ремонтировали громадные каменные плиты на ней. Дорожные станции времен Империи давно уже не действовали. В ложбине под голой, окутанной туманом вершиной у скованного льдом озера виднелись забытые развалины храма Юпитера Пеннинского.

Карта 11

Проживший всю жизнь у развалин Колизея, Стефан не нуждался в напоминаниях о том, что слава Рима миновала, но вид забытой, всеми заброшенной дороги, должно быть, отвечал его собственному настроению. Здесь он ясно увидел, что вступает на путь, по которому не рисковал пойти никто из его предшественников. Хотя Григорий II однажды

приготовлялся отправиться в подобное путешествие, но тогда поездка не состоялась. Ни один епископ Рима никогда не перебирался через Альпы. И когда Стефан начал спуск к Сен-Мори­су, он, должно быть, стал думать о последствиях. Его поступки не были импульсивными. Он посылал за поддержкой в Константинополь, но напрасно. Он посетил Павию и лично обращался к Айстульфу, но без результата. Теперь Стефан обращался к франкам в последнем рассчитанном усилии предотвратить катастрофу. Если допустить анахронизм, он «взывал к Новому Свету ради восстановления равновесия в Старом».

Христианский мир, в котором епископ Римский хотел занять центральное положение, был теперь меньше, чем был в прошлом (или чем ему предстояло быть в будущем). В предшествующее столетие его постоянно сокращали арабские завоевания, и он еще не распространился на земли в центре и на востоке полуострова. Византийская империя хотя и устояла против арабов в 718 г., но была окружена ими на Балканах и в Малой Азии. Мусульмане только что покорили все западное Средиземноморье и большую часть Иберии. Хотя за 20 лет до того они были отброшены от Луары, но все еще удерживали большую часть южной Галлии, где в состоянии мятежа находились готские города Ним и Безье. Если бы Стефану вздумалось преодолевать Альпы двадцатью милями западнее, то, спустившись, он попал бы на мусульманскую территорию.

В это время латинское христианство удерживало узкий коридор от Британских островов до центральной Италии. Здесь (на полпути от Евангелий из Линдисфарна и Книги из Келль) исключительно расцвело кельтское искусство книжной иллюстрации. В Англии 18 лет назад умер Беда Достопочтенный, и мантия англосаксонской учености перешла от него к Алкуину, которому предстояло прославиться во Франции. Центральная Германия только что была обращена в христианство, а патрон этих мест св. Бонифаций умер всего два года назад, оставив еще совсем юными аббатство Фульду и хоровую школу при нем. Лангобардские правители Италии были католиками еще с прошлого века, но и они с опаской поглядывали на свободы Рима и видели измену всякий раз, когда папы поддерживали граждан Рима против Павии. При помощи герцогств Тосканы, Сполетто и Беневенто они осуществляли контроль над центральной и южной Италией, против чего протестовала Византия, до сих пор сохранявшая здесь свои провинции — Сицилию, Калабрию и Неаполь. 21O ORIGO

Но наибольшая часть европейского полуострова удерживалась языческими племенами. Скандинавия быстро шла к взрыву, уже вскоре дикие морские разбойники-викинги покинут ее, устремившись по северным морям к другим берегам. Территорию язычников-фризов и саксов то и дело опустошали франки, но не могли их все-таки покорить. Именно в это время правитель франков Пипин Короткий (правил 751 — 768), которого ехал повидать Стефан, как раз отдыхал в Бонне после очередного набега на Саксонию. На востоке язычники- славяне удерживали все земли от устья Эльбы до Эгейского моря. Помимо Эльбы, в их власти были почти все крупнейшие реки: Одер, Висла, среднее течение Дуная и Днепр. В это время хроники зафиксировали сведения о Киеве как о важном пункте на речном пути с Балтики в Черное море и Месопотамию.

К счастью для христиан, мусульманский мир и сам был в состоянии перемен. Абассидский халифат в это время начал переносить центр тяжести своей политической жизни из Аравии в Персию. Аль-Мансур был в походе. Его сын Гарун аль-Рашид, который останется в истории как главный герой Тысячи и одной ночи, был еще маленьким мальчиком. Последний из побежденных Омейядов был на пути в Испанию, где ему предстояло основать эмират Кордова.

События путешествия папы Стефана можно теперь восстановить по двум главным источникам: романскому (римскому) и франкскому. Vita Stephani составляет часть обширнейшей компиляции, известной как Liber Pontificalis, и представляющей собой череду биографий и декреталий пан с VI по XIX век35. Vita Stephani стремится представить весь эпизод с точки зрения папы. Напротив, третье продолжение Хроники Псевдо- Фредегара представляет собой приложение к главному франкскому собранию сведений об эпохе Меровингов36. Оно описывает события времени правления Пипина III и было составлено по распоряжению родственника Пипина Нибелунга, В этом тексте изложен взгляд на события с точки зрения Каролингов. То, что недосказывают два источника (или, наоборот, что они подчеркивают), породило разнообразные толкования позднейших историков.

Наши источники мало что сообщают о политической сделке, вдохновившей Стефана на путешествие, но в общих чертах она ясна. Хотя Пипин предусмотрительно посоветовался с папой, прежде чем пойти на coup d'etat и, возможно, его даже благословил св. Бонифаций, но все-таки его права на власть были сомнительными. Хотя Стефан II предварительно посоветовался и с императором, и с королем лангобардов, его обращение к франкам не могло их не беспокоить. Суть предстоящей сделки заключалась в том, что Рим доставит Пи- пину то, чего ему недостает по части легитимности, если франки помогут Риму силой оружия. Стефан II горячо желал освятить и санкционировать правление Пипина, а Пипин должен за это был восстановить порядок в Италии.

Позднейшая традиция поддерживает мнение, что римские папы имели полное право действовать без оглядки на Византийскую империю, но это означает читать историю в обратном направлении. Формально патриарх Рима обязан был соотносить свои действия с Империей. Он завоевал себе фактическую самостоятельность в Вечном городе, не имея на это никакого законного нрава. Хотя нет никаких причин думать, что он намеренно старался задеть интересы Империи. Ведь в конце концов он отправился в это путешествие в сопровождении императорского посла, который доехал с ним до Павии и участвовал в беседах с Айстульфом. И предлагая свой план Пипину, он должен был употребить фразу «для дела св. Петра и Римской республики», что до создания папского государства respublica romanorum означало только «Византийская империя». Вообще, призывать одного вождя варваров для отражения другого варвара было древнейшей тактикой Империи, Так что само по себе призвание франков не было актом измены. И Стефан II оставался верным Империи... до конца этой истории.

Начало путешествия папы описано в Liber Pontificalis. Он выехал из Рима 15 октября и направился в Павию. Злокозненный властитель лангобардов выслушал его, но не смог отговорить. Он выезжает из Павии 15 ноября:

«Из Павии с Божьей помощью он доехал до ворот королевства франков исключительно быстро. После того как он пересек (проход) со своей свитой, он с радостью вознес хвалу Всемогущему

Рождение Европы, ок. 330 - 800 211

Богу. В начале путешествия дорога шла круто в гору, но благословенный понтифик [преодолел этот путь] и невредимым добрался до древнего монастыря св. Мориса, мученика за Господа»37.

Стефан путешествовал в сопровождении 12 прелатов высокого ранга, а также посланника франков герцога Айтчара (Огиера) и канцлера, епископа Хродеганга из Метца.

В Сен-Морисе при въезде в королевство франков папу приветствовал личный представитель Пипина аббат Фулрад из Сен-Дени. Монастырь был построен на склоне Агаунума, где за 500 лет до того встретил свою смерть римский центурион Маврикий, призвавший солдат Фиванского легиона лучше не исполнить приказа, чем сражаться с братьями-христианами. Оттуда отправили Пи-пину послание, чтобы приготовили встречу (этих двоих) в Понтионе. Посланец разыскал короля в Арденнах на пути из Бонна. Пипин тут же послал инструкции своему двенадцатилетнему младшему сыну Карлу встретить почетного гостя на дороге. Покинув Сен-Морис, Стефан обогнул озеро Леман и пересек Юру. Его встреча с сыном короля произошла где-то в Бургундии в конце декабря. Чтобы встретить папу, двенадцатилетний Карл проехал 150 км на юг от Понтиона.

Стефан доехал до Понтиона 6 января 754 г. Римский источник сообщает, что король выехал за городские ворота, чтобы встретить Стефана, спешился, простерся перед ним ниц и лично поддержал под уздцы коня папы. Именно тогда со слезами папа стал молить короля о помощи:

«Благословенный папа в слезах молил величайшего и христианнейшего короля придти к согласию в деле мира. Для дела св. Петра и Римской республики»38.

По франкскому источнику, «папа Рима предстал перед королем... принес ему и его франкам богатые дары и попросил его помощи против лангобардов и их короля в связи с их

39

обманом» . Пипин затем предоставил Стефана заботам аббата Фулрада, чтобы он перезимовал в Сен-Дени.

В следующие затем недели Пипин обменялся посольствами с Айстульфом. Посланник франков отправился в Павию и призвал лангобардов воздержаться от захвата территорий и от своих «еретических требований». Айстульф же послал с

миссией к Пипину его младшего брата Карломана. (Карломан когда-то удалился в монастырь в Риме и потому был жителем королевства лангобардов.) 1 марта франки проводили ежегодный парад на Марсовом иоле в Бернакусе (Берни-Ривьер, Айсн). Потом на Пасху 14 апреля они собрались в Кариаскуме (Кьерси), чтобы обсудить новую кампанию. Не без колебаний они решили выступить против лангобардов.

Здесь источники опять расходятся. Продолжение к Хронике Фредегарда рассказывает, что франки перешли Альпы у Монт Денис и нанесли решительное поражение лангобардам в Валь де Суза. Напротив, Liber Pontificalis рассказывает, как в середине лета Стефан вновь короновал Пипина и его королеву Бертраду в Сен-Дени, помазав их освященным маслом и даровав им титул патрициев Рима, а сыновей и наследников Пипина благословил вечно править государством франков после Пипина. Историческая достоверность этих событий подтверждается и другим источником, по-видимому, очевидцем в Clausula de Unctione Peppini. Можно сделать вывод, что франкские комментаторы смущались тем, что повторное венчание на царство Пипина заставляет усомниться в законности его более раннего коронования.

Последствия всего происшедшего стали ясны через два года. После первой победы франков Айстульф подчинился Пипину и епископ вернулся в Рим. Однако затем уже через несколько месяцев лангобарды нарушили клятву и возобновили свои атаки. Поэтому в 756 г. Пипин организует новую кампанию против лангобардов, захватывает Павию и подавляет всякое их сопротивление. В этот раз, если не раньше, франки отбирают у лангобардов экзархат Равенны и дарят его папе; этим они создали территориальные предпосылки для создания папского государства. Приняв этот дар как часть наследия св. Петра (вопреки притязаниям Византии), епископ Римский очевидным образом обнаружил, что отрекается от верности императору.

Но кое-что остается неясным. Кажется, что некоторые важные детали были вписаны в источники гораздо позже. В такого рода делах особенно преуспела папская канцелярия. Liber Pontificalis утверждает, например, что Пипинов дар был совершен не в 756 г., а в 753 г. в Кьерси. 212 ORIGO

Больше того, здесь же заявлено, что Пипин всего лишь вернул то, что издревле принадлежало Риму. Как мы теперь знаем, в это же время папская канцелярия состряпала документы о несуществовавшем Даре Константина. И пока в XV веке не был открыт этот подлог, верные католики придерживались ложного представления, будто Римская церковь получила экзархат Равенны из рук первого христианского императора за 400 лет до Пипина. Поэтому можно предположить, что «Константинов дар» был придуман для убедительности «Пипинова дара». Кажется, что в ходе борьбы с лангобардами Пипин установил дружеские отношения с византийцами. Франкский автор говорит, что не знает, что случилось с этой дружбой, но только она не расцвела40. Случилось же то, что византийцы потребовали возврата своего экзархата и получили ответ, что он только что был отдан

папе. Преданные Римом и бессильные перед франками, византийцы постарались объединиться с лангобардами.

Как это часто случается в истории, никто не мог предвидеть далеких последствий произошедшего. Франки увязли в Италии. Епископ Рима завоевал такое положение, что его стали признавать верховным из патриархов — папой; папство заложило территориальную основу для создания государства; а союз франков с папами надолго стал определяющей чертой международной политики. Решившись преодолеть Альпы, Стефан II лично установил ту связь, которая обеспечила северу возможность постоянно участвовать в делах юга. Но, главное, был чрезвычайно подорван авторитет Империи на Западе. У мальчика, выехавшего навстречу епископу Стефану, зародилась мысль, что он может основать собственную империю.

<< | >>
Источник: Дэвис Норман. История Европы / Норман Дэвис; пер. с англ. Т.Б. Менской. — М.: ACT: — 943с.. 2005

Еще по теме БИБЛИЯ:

  1. «Библия греков»: поэмы Гомера
  2. Изобретение книгопечатания.
  3. Теории кредита
  4. Месопотамия
  5. 1 1 . СХОЛАСТИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ПОЛИТИКИ И ПРАВА
  6. §16. Библейские сказания
  7. Культура и власть
  8. 15. Учение о законах и государстве Марсилия Падуанского
  9. 36. ИСТОКИ НОВЫХ 36 ИДЕЙНО—ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕЧЕНИЙ И ТРАДИЦИЙ В XVIII В
  10. 26. Cтоглав 1551 г. Cемейно-брачное право
  11. Словарь
  12. 12 СХОЛАСТИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ПОЛИТИКИ И ПРАВА