<<
>>

Экономическая политика государства и инвестиционный спад

Международный опыт показывает, что макроэкономические за­дачи государственного регулирования могут содержать значительные внутренние противоречия. Так, стабилизация цен в рамках антиин­фляционный: программ выгзытает, как правило, уменьшение темпов экономического роста и спад инвестиционной активности, а решение проблемы инвестиций генерирует инфляционные процессы.

Экономическое регулирование должно носить многоцелевой ха­рактер, что предполагает сочетание в рамках комплекса осуществля­емых государством разноплановых мер, направленных на достижение взаимно противоречащих друг другу целей, динамическую сбаланси­рованность мероприятий, прогнозирование результатов и своевре­менное корректирующее воздействие с целью нейтрализации нега­тивных последствий.

Между тем проводимая в ходе рыночных преобразований в России экойомическая политика быта ориентирована, преимущественно на одну цель — стабилизацию цен. Следствием ее осуществления яви-

1 Резкое ухудшение ситуации на российском фондовом рынке обусловило сни­жение кредитного рейтинга страны известными рейтинговыми агентствами Moody's, Standard & Poor's и Fitch 1BSA.

9-6458

лись: экономический спад, пятикратное снижение объема инвести­ций, ухудшение состояния производственного потенциала, возраст­ной структуры основных производственных фондов, усиление дефор­мации производства, денежной массы, платежной системы, сущест­вование секторов экономики с резко различающимися уровнями до­ходности, нерешенность вопросов формирования доходной базы бюд­жета, накопление социальных проблем и т.д.

В основу политики экономического реформирования была поло­жена монетаристская концепция экономического регулирования. В условиях высокой инфляции, сковывавшей механизмы рыночного саморегулирования, в качестве приоритетных конечных целей мак­роэкономического воздействия рассматривалось снижение темпов инфляции, в то время как инвестиции и производство принимались за вторичные, производные процессы, автоматически возобновляе­мые при создании благоприятной финансовой среды.

Такой подход определил выбор соответствующих приоритетов и в системе промежуточных целей, устанавливающих ориентиры в де­нежно-кредитной сфере: установление предельных темпов прироста денежной массы (агрегата М 2) и предельных границ девальвации рубля по отношению к доллару (с 1995 г.). С января по июль 1998 г. главным целевым ориентиром денежно-кредитной политики стал ва­лютный курс, а динамика других характеристик денежной сферы (де­нежная масса и процентные ставки) формировалась исходя из задачи поддержания заданной динамики валютного курса.

Антиинфляционная политика дала определенные результаты, вы­разившиеся в постепенном уменьшении темпов инфляции. Согласно данным официальной статистики, среднемесячные темпы инфляции составили, %'. в 1992 г. 31, в 1993 г. 21, в 1994 г. 10, в 1995 г. 7,5, в 1996 г. 1,9, в 1997 г. 0,9.

Однако на этой основе инвестиционный кризис преодолеть не удалось. Представления о самоактивизации инвестиционной деятель­ности как реакции на снижение темпов роста цен, уровня процентных ставок, доходности государственных ценных бумаг не оправдались. Более того, они оказались ошибочными и опасными, если учитывать весь комплекс негативных последствий и сложность задач по их ней­трализации. Если в недалеком прошлом многие экономисты полага­ли, что дезинфляция даст мощный импульс к оживлению в инвести­ционной сфере, то впоследствии стало ясно, что снижение темпов инфляции не является необходимым и достаточным условием усиле­ния инвестиционной деятельности, прежде всего в сфере материаль­ного производства.

Достижение низкой инфляции и устойчивости денежной едини­цы бесспорно является необходимой мерой стабилизации экономики, но в целом в основе оздоровления рыночных отношений должно ле­жать стимулирование производства, что предполагает учет при опре­делении конечных целей взаимосвязанного комплекса экономичес­ких параметров, включающего объем произведенного продукта, ин­вестиций, занятости и т.д.

Следует также отметить, что эффективное использование показа­теля денежной массы в обращении как основного объекта рыночного регулирования достигается, как было показано ранее, при сформиро­вавшемся рынке, развитой рыночной инфраструктуре, конкуренции, сбалансированном общественном воспроизводстве.

Реальная ситуация в российской экономике кардинально отличалась от совокупности ус­ловий, предполагаемых монетаристской концепцией. Она характери­зовалась значительными структурными диспропорциями, высоким уровнем монополизации, затрудняющим трансформацию экономики в конкурентно-рыночную структуру, незавершенностью приватизаци­онных процессов, оттоком материальных и валютных средств за рубеж, экономической и социально-политической нестабильностью.

В результате использования антиинфляционных мер, преимуще­ственно направленных против инфляции спроса, в российской эко­номике, где преобладали факторы инфляции издержек, сложился такой механизм замедления инфляционных процессов, когда сниже­ние темпов роста цен достигается за счет инвестиционного спада. Это связано с тем, что возможности дезинфляции преимущественно ме­тодами денежно-кредитной рестрикции имеют свои пределы. Пос­ледние обусловлены реальными возможностями ограничения сово­купного спроса, превышение которых ведет к блокированию инвес­тиционного процесса. ,

Нельзя не читывать.и того, что причины инфляции не были уст­ранены. Открытая инфляция была переведена в иные формы, выра­зившиеся, в частности, в нарастании неплатежей, девальвации рубля, внутреннего и внешнего государственного долга, кредитов, получен­ных под гарантии Правительства РФ, и т.д.

Как показывает опыт стран, столкнувшихся с решением этой про­блемы, и отечественный опыт последних лет, уровень инфляции вы­ступает лишь одним из целостной системы взаимосвязанных пока­зателей, характеризующих степень и комплексность финансовой ста­билизации, в числе которых: состояние и структура денежной массы, соответствие денежных и материальных потоков, качество платежно­расчетной системы, устойчивость национальной валюты, состояние финансов на различных уровнях экономики, сбалансированность бюджета, размеры внутреннего и внешнего долга, эффективность на­логообложения и др. В этих сферах позитивные сдвиги не были до­стигнуты. Напротив, происходило наращивание реального кризисно­го потенциала в различных формах.

Сжатие денежной массы (с 51,8% в 1991 г. до 13,0% в 1998 г.) оп­ределило вытеснение рубля из платежного оборота различными де­нежными суррогатами, ускоренный рост неплатежей и бартерных рас­четов. Действенность денежно-кредитной политики существенно уменьшилась тем, что основная масса платежных средств в России (свыше 70%) существовала в форме, не поддающейся непосредствен­ному воздействию инструментов денежно-кредитного регулирования (наличная национальная и иностранная валюты, денежные суррогаты и др.). Вытеснение реальных денег из обращения, национальной ва­люты из формы сбережений практически лишало экономику возмож­ностей привлечения необходимых ресурсов.

Роль денег и сфера их действия существенно уменьшились. По существу, сложились два сегмента: в одном из них (бюджетные пла­тежи, экспортно-импортные сделки, финансовый рынок, розничная торговля) функционировали в основном действительные деньги, в другой (реальный сектор) — преобладало использование денежных суррогатов и бартерных операций.

Искажение стоимостных показателей и оценок делало невозмож­ным выявление действительных рыночных цен, а следовательно, ре­альных издержек, прибыли, базы налогообложения. Разработка бюд­жетной, налоговой, амортизационной политики велась без опоры на расчеты объема денежной массы. Характерной особенностью финан­совой политики стала глубокая диспропорция денежной массы по секторам экономики. Российская экономика все в большей степени становилась долговой. Использование ГКО-ОФЗ в качестве источ­ника финансирования дефицита бюджета без учета реальных возмож­ностей обслуживания государственного долга обусловило формиро­вание механизма оттока финансовых потоков из реального сектора экономики.

Размещая государственные ценные бумаги в основном на корот­кие сроки и устанавливая по ним беспрецедентно высокие процент­ные ставки, государство руководствовалось краткосрочными целями в ущерб целям стратегического характера. Высокая стоимость обслу­живания государственного долга, сдерживая снижение процентных ставок, препятствовала активизации инвестиционной деятельности, развитию производства, а следовательно, вела к подрыву доходной

базы бюджета. Рост государственного долга, использование все боль­шей части доходов от очередных эмиссий ГКО-ОФЗ для покрытия расходов по обслуживанию прежних выпусков означали усиление на­грузки на бюджет.

По оценкам, прирост доходности ГКО всего на 1% обходился фе­деральному бюджету в 600 млн долл. С 1993 по 1998 г. за счет разме­щения государственных ценных бумаг было получено 32 млрд руб. реальных денег, в то время как на выплату процентов по ним и по­гашение тиражей израсходовано 450 млрд руб., так что цена одного привлеченного с рынка рубля составила свыше 12 руб. С апреля 1998 г. ГКО полностью перестали выполнять роль инструмента покрытия де­фицита бюджета, превратившись в средство перетока бюджетных средств к держателям этих ценных бумаг. Основными покупателями и держателями ГКО-ОФЗ являлись Банк России и группа уполно­моченных коммерческих банков, значительная часть вложений ком­мерческих банков в государственные обязательства рефинансирова­лась ЦБ РФ под залог тех же ценных бумаг путем предоставления кредитных ресурсов, т.е. посредством денежной эмиссии, не обеспе­ченной производством товаров и услуг.

В результате в российской экономике создавалась такая модель функционирования, при которой кредитные ресурсы (денежные сред­ства предприятий, населения на счетах в банках, эмиссионные ре­сурсы ЦБ РФ) направлялись преимущественно на операции с госу­дарственными ценными бумагами. При этом постоянное воспроиз­ведение этой модели сдерживало формирование предпосылок эконо­мического роста по целому ряду направлений: возрастание стоимости обслуживания государственного долга и дальнейший рост дефицита бюджета, сокращение платежных средств в реальном секторе, вытес­нение инвестиционного спроса реального сектора государственным.

Неэффективное использование иностранных валютных ресурсов, их краткосрочный характер усугубили сложности погашения внешних долгов. Искусственная поддержка валютного курса рубля с помощью различных режимов валютного коридора вела к наращиванию его ин­фляционного потенциала.

Кризис финансовой системы, отчетливо проявившийся в обостре­нии ситуации на фондовом рынке с октября 1997 г., крахе рынка го­сударственных ценных бумаг, объявлении в августе 1998 г. чрезвычай­ных мер, предусматривающих изменение валютной политики путем введения плавающего курса рубля, мораторий на погашение задол­женности перед иностранными кредиторами, реструктуризацию за­долженности по ГКО, и последующие события (инфляционный взлет цен, коллапс банковской системы, паника среди вкладчиков и т.д.) явились свидетельством того, что обеспечить финансовую стабили­зацию лишь за счет воздействия на сферу обращения путем регули­рования денежных агрегатов, валютного курса, финансовых рынков, расширения внутренних и внешних заимствований не удалось.

Провал курса на финансовую стабилизацию произошел не в ре­зультате воздействия мирового финансового кризиса. Последний лишь способствовал ухудшению финансовой ситуации, действитель­ные же причины его связаны с кризисом модели экономического раз­вития и определяются комплексом экономических условий, среди ко­торых: глубокий упадок национального производства, расстройство сферы государственных финансов, налоговой системы, денежного об­ращения.

Следствием проводимой денежно-кредитной и бюджетной поли­тики явилось решение о реструктуризации внутреннего и внешнего долга, выраженного В государственных ценных бумагах, что привело к резкому ухудшению возможностей инвестиционной деятельности вследствие замораживания значительной части денежных средств раз­личных слоев инвесторов, сужения ресурсной базы кредитной сис­темы, падения доверия к государству и его институтам.

Уроки кризиса показали необходимость корректировки курса эко­номических реформ, повышения роли государства в обеспечении роста эффективности производства, оздоровления государственных финансов, денежно-кредитной системы, восстановления рыночных механизмов реального сектора экономики, снижения налогового бре­мени, поощрения инвестиционной и инновационной активности.

Решение этих задач потребовало использования действенных ме­ханизмов мобилизации финансовых ресурсов, корректировки финан­совой политики, отражающей изменение характера экономических процессов под воздействием факторов, сформировавшихся в пост- кризисный период.

4.2.

<< | >>
Источник: Игонина Л.Л.. Инвестиции : учеб. пособие / Л.Л. Игонина; под ред. д-ра экон. наук, проф. ВА Слепова. — М.: Экономистъ, — 478 с. 2005

Еще по теме Экономическая политика государства и инвестиционный спад:

  1. Формирование инвестиционной политики государства в условиях развития рыночных отношений в России
  2. Структурная и инвестиционная политика государства, а также конкурентное стимулирование производства
  3. ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ политики ГОСУДАРСТВА В ОТКРЫТОЙ ЭКОНОМИКЕ
  4. § 2. Экономическая политика государства и регулирование национального хозяйства
  5. Глава 11 ОСОБЕННОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА
  6. Глава 3. ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ политики ГОСУДАРСТВА В ОТКРЫТОЙ ЭКОНОМИКЕ
  7. 13.1. Характеристика экономической политики государства Причины перестройки налоговой системы
  8. Понятия «инвестиции», «инвестиционная деятельность». Инвестиционная политика предприятия
  9. Экономические и правовые основы инвестиционной деятельности. Субъекты инвестиционной деятельности, их права и обязанности
  10. 8.3. Отрасли, переживающие спад
  11. Роль государства в регулировании инвестиционного процесса
  12. Принципы, границы и формы участия государства в инвестиционной деятельности
  13. Спад и итоги революции.
  14. Финансовая политика. Содержание, значение, принципы формирования финансовой политики государства
  15. Переживает ли банковское дело в Америке спад?