<<
>>

9.3. Доказательство

Прежде чем вернуться к обсуждению примера с приватизацией государственных предприятий, рассмотрим различные варианты доказательства теоремы Коуза. Доказательства в общем виде не существует, обычно для этих целей используются конкретные примеры по обмену правомочиями между экономическими субъ­ектами.
К слову, сам Коуз использовал различные случаи из реаль­ной судебной практики в качестве источника примеров. Первый пример станет продолжением нашей дискуссии о пастухе и его стаде4. Предположим, по пути на пастбище пастух вынужден прогонять свое стадо через владения земледельца и тем самым подвергать опасности потравы его посевы. Учитывая, что с ростом размера стада увеличивается вероятность потравы, заметим, что решение пастуха об увеличении стада на одну корову приведет к ожидаемым убыткам земледельца, равным 1 ц зерна, или в стои­мостном выражении 80 дол. (20 дол. прямых затрат плюс 60 дол. недополученной прибыли). Если издержки увеличения стада на одну корову равны для пастуха 50 дол., то социальные издержки составят 130 дол.
(80 + 50), в то время как социальная выгода — 100 дол. (цена продажи выращенной коровы).

Очевидно, что в данном случае увеличение поголовья стада связано с негативным внешним эффектом, экстерналией — соци­альные издержки превышают социальную выгоду. Рассмотрим два варианта распределения права на запрещение вредного исполь­зования: случай, когда оно принадлежит земледельцу, и случай, когда оно принадлежит пастуху5. В первом случае земледелец запретит пастуху прогон увеличенного на одну корову стада, и пастуху придется смириться с этим решением. Пастух готов пред­ложить земледельцу 50 дол. за разрешение прогона увеличенного стада (цена продажи дополнительной коровы за вычетом издержек на ее выращивание), тогда как земледелец согласится не меньше чем на 60 дол.

(недополученная прибыль при отказе от выращи­вания зерна на площадях, близлежащих к дороге). Предмета для торга нет {0 — пустое множество}, и структура производства оста­нется прежней — земледелец не будет сворачивать посевы, а пастух — увеличивать поголовье стада.

Во втором случае, когда пастуху принадлежит «право прохода», он согласится отказаться от выращивания дополнительной коровы за любую сумму, превышающую его прибыль от ее выращивания —- 50 дол. Земледелец же будет готов заплатить любую сумму до 60 дол. (прибыль от продажи центнера зерна, находящегося под угрозой потравы). Предмет для торга есть, и стороны остановятся на любой сумме в интервале от 50 до 60 дол. В результате торга земледелец оставит неизменными свои посевные площади, а пастух не будет увеличивать численность своего стада, т. е. кому бы ни при­надлежало первоначально право на запрещение вредного исполь­зования, итоговая структура производства останется неизменной.

Однако в первом случае никакого перераспределения дохода не произойдет, тогда как во втором случае произойдет перераспреде­ление суммы от 50 до 60 дол. в пользу пастуха. Именно в последнем заключается эффект дохода: первоначальное распределение прав собственности влияет не на структуру производства, а на относи­тельное благосостояние участников взаимодействия.

Рассмотрим еще одну ситуацию, когда использование ресурса влечет за собой негативные внешние эффекты и, следовательно, зависит от спецификации права на запрещение вредного исполь­зования. Речь пойдет о курении, точнее, о случае, когда в одном помещении вынуждены вместе работать курящий индивид А и некурящий индивид Б. Естественно предположить прямую зави­симость между количеством выкуренных в течение рабочего дня сигарет и производительностью А. В то же время производитель­ность Б будет обратно пропорциональна количеству выкуренных сигарет: Б не выносит дыма, который причиняет ему головную боль. Если предположить применение на предприятии, где рабо­тают А и Б, заработной платы, зависящей от выработки, то связь между количеством ежедневно выкуриваемых сигарет и дневным заработком А и Б будет выглядеть следующим образом:

Количество ежедневно выкуриваемых сигарет Заработок А (в условных единицах, в день) Заработок Б
0 5 15
I 7 14
2 9 13
3 П 12
4 13 8
5 15 5

Допустим, право на запрещение вредного использования сига­рет принадлежит тому, у кого в данный момент находится табличка, запрещающая курение в помещении.

Если табличка принадле­жит А, то он прячет ее и спокойно продолжает курить. Если же табличка попадает к Б, то он вешает ее на стенку, используя тем самым свое право запретить вредное использование сигарет, при­надлежащих А, в своем присутствии. Рассмотрим более подробно обе ситуации. Когда запрещающая табличка принадлежит А, то он курит максимальное количество — 5 сигарет. Б готов заплатить ему до 3 условных единиц (у. е.) (разницу в своем доходе при выкуривании А пяти и четырех сигарет) за то, чтобы А курил четыре сигареты. А согласится курить меньше на одну сигарету за любую сумму, превышающую 2 у. е. (15—13). Далее, когда А курит четыре сигареты, Б готов продолжить торг и далее, предлагая ему 4 у. е. (12—8) за сокращение курения еще на одну сигарету. А согласится, ведь для него важно получить больше 2 у. е. (13-11). А вот на следующем этапе сделка не состоится — Б предлагает

1 условную единицу (13—12) за сокращение аппетитов А еще на одну сигарету, тогда как А согласится выкуривать две сигареты лишь за большую, чем 2 у. е., сумму (11—9). Таким образом, в по­мещении ежедневно будет выкуриваться три сигареты — Б купит право уменьшить курение за общую сумму от 4 до 7 у. е.

Если же запрещающая табличка принадлежит Б, то в помеще­нии вообще не курят. Вряд ли А будет долго устраивать такая ситуация, и он предложит Б 2 у. е. за право выкуривать хотя бы одну сигарету в день. Б согласится, ведь его устроит любая сумма от 1 у. е. (15—14). На следующем этапе А вновь предложит 2 у. е., на этот раз — за право курить две сигареты. Б опять согласится,

2 > 1 (14—13). Выкупит А и право выкуривать третью сигарету, 2 (11 - 9) > 1 (13 — 12). Однако попытка А получить право выкури­вать четыре сигареты не увенчается успехом, 2(13 - 11) < 4 (12 — 8). Итак, во втором случае в помещении будут выкуриваться все те же три сигареты: А выкупит право на них у Б за общую сумму от 3 до 6 у. е. Количество выкуренных сигарет не зависит от того, кому принадлежит право на запрещение вредного использования, принадлежность этого права влияет лишь на перераспределение дохода между А и Б.

Следовательно, теорема Коуза вновь выпол­няется. Данный анализ можно проиллюстрировать и графически, с помощью коробки Эджуорта, в которой по вертикали отложено количество выкуриваемых в день сигарет, а по горизонтали — дневной заработок А и Б. Взаимосвязь количества выкуренных сигарет и заработка отражена с помощью семейства кривых без­различия /(А), /'(А), /(Б) и Г (Б) на рис. 9.1 6.

Когда право на запрещение вредного использования находится у некурящего Б, исходной точкой будет /% в которой количество выкуренных сигарет равно нулю. Торг между А и Б позволит достичь устраивающего обе стороны решения в точке /'"(три сига­реты), лежащей на кривой контрактов. В случае, когда право на запрещение вредного использования принадлежит курящему А, следует принимать в рассмотрение кривые безразличия /'(А) и Г(Ь), лежащие правее исходных /(А) и /(Б). Эти кривые

Цена курения
5
10
Рис. 9.1

4

3

2

1994 1995 1996 1997 1999
Внутренние, всего 65 55 58 52 51
Работники 56 39 40 40 36
Дирекция 9 16 18 12 15
Внешние, всего 22 33 34 41 45
Банки - 1 2 1 2
ЧИФ, ИФ - 6 5 4 5
Смежники - 5 3 13 12

Если же рассматривать не юридическую сторону дела, а фак­тический контроль (фактический контроль свидетельствует о реальном осуществлении права владения), то среди промышлен­ных предприятий, преобразованных в акционерные общества в результате приватизации, на конец 1997 г. большинство находи­лось де-факто под контролем их администрации (рис. 9.2)9.

Рис. 9.2

Нетрудно заметить, что структура собственности де-юре и де-факто не совпадают. Юридическое закрепление титула собст­венности не гарантирует для экономического агента возможности реализовать его на практике.

В реальности распределение правомочий в акционерных обществах, созданных путем преобразования государственной собственности, имеет сложную структуру. Все чаще для описания сложившихся на этих предприятиях отношений собственности используется термин «рекомбинированная собственность»10. Под рекомбинированной собственностью понимается несовпадение легально закрепленных прав собственности и реальных, размытость механизмов контроля и организационных границ предприятия. Помимо легальных обладателей права владения, администрации и внешних инвесторов, функции контроля за функционированием предприятия осуществляют его смежники, основные поставщики, сбытовые фирмы и потребители. Основной смысл возникновения рекомбинированной собственности заключается в создании пред­посылок для оперативной перегруппировки активов и консолида­ции пассивов п, позволяющих хеджировать и распределять риски. Высокий объем взаимных неплатежей предприятий в российской экономике образца 1995—1998 гг., в частности, предполагает су­ществование механизмов взаимного контроля, позволяющих предприятиям продолжать функционировать. В случае возникно­вения угрозы банкротства предприятие легко находит ресурсы для выполнения обязательств, перегруппируя активы.

Почему же легальная структура собственности не отражает реальной ситуации, в которой право владения распределено между многими экономическими субъектами? Рекомбинированная собст­венность основывается на быстроте и оперативности перераспре­деления правомочий между администрацией, внешним собствен­ником, смежниками и трудовым коллективом. Другими словами, что мешает оперативному перераспределению легально специфи­цированных правомочий, когда пучок из 11 правомочий перегруп­пируется вместе с каждым изменением ситуации на рынке и, сле­довательно, появлением новых эффективных собственников?

<< | >>
Источник: Олейник А.Н.. Институциональная экономика: Учебное пособие. — М.: ИНФРА-М, - 416 с. - (Серия «Выс­шее образование»).. 2002

Еще по теме 9.3. Доказательство:

  1. 14. Понятие доказательств. Свойства доказа- тельств. Классификация доказательств. Виды доказательств
  2. Аудиторские доказательства. Виды. Источники. Оценка доказательств
  3. 33. ДОКАЗАТЕЛЬСТВО И ЕГО СТРУКТУРА. СПОСОБЫ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА
  4. III А. Колеса уголовного правосудия и их современные характерные черты. — Действительное назначение уголовного суда. — Собирание доказательств (судебная цолиция). — Рассмотрение доказательств (обвинение и защита). — Оценка доказательств (судьи и присяжные). Уголовная клиника. Судьи гражданские и уголовные. Развитие и независимость судей (избранных). Власть судьи.
  5. 20. Вещественные доказательства. Понятие и виды вещественных доказательств
  6. Предъявление вещественных доказательств
  7. Аудиторские доказательства
  8. 65. Исследование и оценка доказательств
  9. Аудиторские доказательства
  10. 63. Представление и истребование доказательств
  11. 69. Вещественные доказательства
  12. Доказательства
  13. Аудиторские доказательства.
  14. 61. Понятие судебных доказательств
  15. 68. Письменные доказательства
  16. 35. ПРАВИЛА И ОШИБКИ В ДОКАЗАТЕЛЬСТВЕ
  17. Аудиторские доказательства, документирование аудита
  18. Процедуры получения аудиторских доказательств
  19. 15. Процесс доказывания. Собирание и проверка доказательств