<<
>>

Что такое квази-рента?

При объединении специализированных по отношению друг к другу[36] ресурсов возникает сверхсуммативный эффект, который и является источником квази-ренты. Эта квази-рента[37] делится между собственниками специфических ресурсов.

Когда экономический агент принимает решение о входе в от­расль, он сравнивает тот доход, который он получит, с теми инве­стициями, которые ему необходимо осуществить. Та часть дохода, которая превышает минимальное количество, необходимое, что­бы привлечь фирму в данную отрасль — это рента. Рента возни­кает, как правило, на ограниченный ресурс (причем ограничения могут быть как естественными, так и искусственными, например, таможенные барьеры).

Однако когда инвестиции уже осуществлены, доходы могут оказаться ниже, чем предполагалось. Они могут даже не окупать тех вложений капитала, которые осуществил экономический агент. Квази-рента — это часть дохода, превышающая минималь­ное количество, необходимое для того, чтобы удержать произво­дителя в данной отрасли. Квази-ренту можно определить следу­ющим образом: это разница между доходом фактора при его ис­пользовании в данном месте и доходом при его альтернативном наилучшем варианте использования. В качестве примера здесь можно привести сталелитейный завод, расположенный поблизо­сти от энергетического предприятия и осуществляющий инвести­ции, которые зависят от того, сможет ли завод покупать энергию по определенной цене. После осуществления инвестиций, кото­рые имеют безвозвратный характер, энергетическое предприятие может поднять цену на энергию, и сталелитейный завод все равно будет работать, поскольку предельные выгоды, даже при более высокой цене энергии, будут превышать предельные издержки, несмотря на то, то безвозвратные инвестиции при этом не окупят­ся [Marshall, 1948. Цит. по: Alchian, Woodward, 1987].

Рента — это излишек по сравнению со средними общими из­держками. Квази-рента — это излишек по сравнению со средни­ми переменными издержками.

В конкурентной экономике рен­та — явление преходящее, а квази-рента — это явление довольно распространенное. Она создается всегда, когда осуществляют­ся невозвратные специфические капиталовложения. Поэтому квази-рента встречается чаще, чем рента. Квази-рента по своей величине может быть или равна, или меньше ренты, но она не мо­жет превышать ренту. Для того чтобы удержать фирму в данной отрасли, достаточно более низкого дохода по сравнению с тем, ко­торый необходим, чтобы привлечь ее в данную отрасль. Разница между ними возникает из-за наличия издержек, которые фирма (или работник) несет при входе в отрасль, и которые она не может вернуть, если уходит с этого рынка.

Плата за приносимую квази-ренту — это повышенная ри­скованность специализированных капиталовложений, необходи­мость поиска дополнительных гарантий от нарушения партнером своих обязательств. Квази-рента может быть экспроприирована, а владелец не будет извлекать фактор из данной сферы его исполь­зования. Рассмотрим следующий пример [Klein et al, 1978].

Владелец типографского станка А получает от издате­ля В плату за пользование станком в размере 5500 долл. в день. Эксплуатационные расходы составляют 1500 долл. в день, а его остаточная стоимость — 1000 долл. в день. Станок будет эксплуа­тироваться до тех пор, пока плата за его использование не достиг­нет минимума — 1500 долл. в день (средние переменные издерж­ки). Квази-рента, которая приходится на станок, составляет:

5500 — 1500 —1000 =3000 долл. (в день).

Сумма 3000 долл. в день — это разница между доходом, прино­симым типографским станком в данном месте его использования (4000 долл. в день) и его наилучшим альтернативным использова­нием (1000 долл. в день), при условии, что издатель В является един - ственным потребителем услуг типографии. Если В — единственный покупатель услуг станка, то он имеет возможность присвоить всю квази-ренту в размере 3000 долл. в день. Но предположим, чт.е. еще издатель С, готовый платить А 3500 долл. в день. Поскольку издатель С готов платить 3500 тыс.

долл. в день за пользование станком, то В сможет присвоить только 2000 долл. в день, если ему удастся снизить цену на печатные работы до 3500 тыс. долл. в день. Таким образом, 2000 долл. в день — это квази-рента, которая мо­жет быть присвоена (appropriable quasi-rent). Владелец станка тоже может присвоить часть доходов издателя, если у того нет другого продавца, или если цена услуг другого продавца выше.

Каким образом может быть присвоена квази-рента? [Эггертсон, 2001, с. 187—188].

а) Квази-рента может быть присвоена нелегальными спосо­бами, например, гангстерами посредством рэкета;

б) Квази-рента может быть экспроприирована законными способами — владельцами специализированных ресурсов.

Опасность экспроприации существует тогда, когда специфи­ческий ресурс зависит от другого ресурса, который является в не­котором роде уникальным. Когда владелец этого уникального ре­сурса изымает своей ресурс, а субституты либо очень дороги, либо более низкого качества, тогда происходит изъятие квази-ренты, приходящейся на другие специфические ресурсы. Например, ре­шение лауреата Нобелевской премии покинуть небольшой част­ный колледж ради крупного университета означает уменьшение квази-ренты, получаемой владельцами колледжа. Другим при­мером может служить расторжение арендного соглашения, в ре­зультате которого розничный магазин, который стал привычным в какой-то местности, вынужден покинуть местный рынок. В дан­ном случае экспроприируется квази-рента, которую магазин по­лучал за счет своего местоположения.

Существует и еще один тип зависимости, который связан с асимметрией информации. В этом случае, экспроприация квази­ренты может произойти если результаты деятельности сложно измерить и трудно предотвратить недобросовестную работу, при этом близкие субституты могут быть вполне доступны. Например, неквалифицированный работник на заводе по производству на­питков, которому легко найти замену, плохо проверяет грязные бутылки и ставит под удар репутацию фирмы и ее специализиро­ванные капиталовложения в торговую марку.

Экспроприация квази-ренты одной из сторон сделки — это всего лишь перераспределение богатства. Именно поэтому было бы неправильным использовать антимонопольное законодатель­ство в ситуациях, которые характеризуются специфичностью ресурсов, несмотря на возникновение отношений двусторонней монополии после того, как заключен контракт и осуществлены инвестиции в специфические ресурсы. Антимонопольное зако­нодательство направлено на защиту потребителей от высоких цен и ограниченного предложения, вызванного монопольным поло­жением производителя. А экспроприация квази-ренты не ведет к увеличению цен для потребителей. Она касается перераспреде­ления дохода между сторонами сделки и не влияет на рыночные цены, поскольку квази-рента — это доход на невозвратный капи­тал. Влияет ли потенциальная возможность экспроприации квази­ренты на богатство общества, и какие опасности с точки зрения экономической эффективности таит в себе вымогательство?

Присвоение квази-ренты связано с затратами ресурсов и не создает никакой ценности, а лишь перераспределяет ее. Угроза вымогательства со стороны партнера — это серьезное препятствие на пути осуществления специализированных инвестиций. Если не найти способа предотвращения экспроприации квази-ренты, тогда экономические агенты не будут вкладывать средства в спец­ифические ресурсы. Это можно проиллюстрировать с помощью следующего математического примера [Мильгром, Робертс, 1999, т. 1, с. 207—208].

Таблица 21

Специфические инвестиции и угроза вымогательства

В
Присваивать Не присваивать
А Присваивать -1; -1 3; -2
Не присваивать -2; 3 2; 2

Две фирмы — А и В объединяют усилия в целях реализации со­вместного проекта. Каждая из фирм должна осуществить специфи­ческие инвестиции, ценность которых за пределами данной сделки равна нулю. Пусть каждая фирма осуществляет капиталовложения в размере 2. Общая прибыль, которую приносят эти инвестиции, со­ставляет 8, и если прибыль делится поровну в соответствии с перво­начальной договоренностью, то каждая фирма получит по 4. Однако распределение прибыли между фирмами таит в себе опасность вы­могательства со стороны каждого из партнеров. Присвоение при­были — это не бесплатная деятельность. Чтобы присвоить большую часть прибыли, каждая из фирм должна понести издержки в размере 3. Надежный контракт, который управлял бы процессом распределе­ния прибыли, заключить в нашем примере невозможно.

Каждый из игроков должен выбрать одну из двух стратегий: присваивать большую часть прибыли или не присваивать. Если ни одна из фирм не присваивает прибыль, тогда она делится пополам и выигрыши игроков составляют (8 — 4) : 2 = 2. Если оба пытаются присвоить большую часть прибыли, то общий выигрыш делится пополам: [(8 — 4) : 2] — 3 = —1. Если , к примеру, фирма А присваи­вает, а фирма В нет, тогда А получает всю прибыль, а В не получает ничего и выигрыш А составит 8 — 2 — 3 = 3, а В — понесет затраты на инвестиции, т.е. (—2).

Здесь мы имеем дело с ситуацией типа «дилемма заключен­ных». Игроки приходят к неэффективному равновесию, выбирая стратегию «присваивать» и получая выигрыши (—1;—1). В подобной ситуации фирмы даже не начнут игру. При принятии решения об ин­вестициях фирмы учитывают возможные выигрыши, и именно эти стимулы влияют на решения об инвестировании. В нашей ситуации угроза оппортунистического поведения в форме вымогательства полностью разрушает стимулы к инвестированию. Если фирмы не будут иметь гарантий, что их партнер не потребует больше, чем его доля в прибыли, то инвестировать средства они не будут. Вследствие этого отказа от специфических инвестиций возрастут издержки пре­доставления товаров и услуг, а это уже будет социальными издерж­ками оппортунистического поведения. Чтобы решить эту проблему, экономические агенты ищут и находят такую форму контракта, ко­торая гарантировала бы им доход на их специфические инвестиции.

Почему проблема вымогательства не возникает в стандартной теории рынков? В стандартной экономической теории предпола­гается, что контракты, которые заключаются, являются полными и предусматривают все возможные случайные события. Стороны могут обезопасить себя от различного рода проблем, специально оговорив их в договоре. Стандартная теория исходит из того, что рынок конкурентный и цены устанавливаются на рынке, поэтому нарушение обязательств и обман здесь невозможны. На классиче­ском рынке не бывает перебоев с поставками, поскольку существует большое количество поставщиков идентичного ресурса. Не следует беспокоиться также, если потребитель откажется от закупок, так как есть много альтернативных способов использования ресурса.

Проблема вымогательства возникает из сочетания специ­фичности ресурсов и неполноты контракта. Озабоченность этими проблемами ведет к неэффективному использованию ресурсов: фирмы, опасаясь, что осуществленные инвестиции сделают их уязвимыми в отношении вымогательства, отказываются от ка­питаловложений в специфические ресурсы. Решить проблемы, возникающие вследствие опасности вымогательства, помогает правильный выбор типа контракта и способа организации сделки. В приведенном нами примере с типографским станком издатели обычно имеют типографские станки в своей собственности, а не арендуют их. В Америке многие железные дороги, которые пред­ставляли собой отрезки единой сквозной транспортной линии и находились в раздельной собственности, в конце XIX века были интегрированы. До этого времени раздельная собственность на отдельные отрезки сквозной железной дороги приводила к посто­янным сражениям за долю компаний в общей стоимости транс­портировки, если та выходила за рамки одного отрезка железной дороги [Alchian, 1982, p. 240]. Интеграция устраняет опасность экспроприации дохода, который сторона, осуществившая специ­фические инвестиции, рассчитывает получить от этих вложений.

Но возможны и другие решения, которые мы рассмотрим в следующем разделе.

<< | >>
Источник: Одинцова М.И.. Институциональная экономика. М.: ГУ-ВШЭ, — 386 с.. 2007

Еще по теме Что такое квази-рента?:

  1. Что такое человек.
  2. Что такое государство?
  3. Что такое наркоанализ
  4. § 1. Что такое государство
  5. 1.1.Что такое качество?
  6. ЧТО ТАКОЕ ИНФОБИЗНЕС
  7. Что такое «менеджмент»?
  8. Что такое нация?
  9. Что такое Восток?
  10. Что такое Просвещение?