12.2. ПРОБЛЕМА ОБЩЕСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ В РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКЕ И СПЕЦИФИКА ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

В ходе достаточно длительного периода эволюции современ­ных западных обществ были сформированы многочисленные институты и инструменты общественного контроля за функциони­рованием рыночной экономики в национальных масштабах.
Вероят­но, ни в одной хотя бы относительно развитой стране мира не может существовать экономика абсолютно свободной конкурен­ции при отсутствии какого-либо контроля над ней со стороны общества (laissez-faire). Общественный контроль над рыночной экономикой производится как со стороны государственных ин­ститутов, осуществляющих весь комплекс мер экономической и социальной политики, так и в не меньшей мере со стороны ин­ститутов гражданского общества. Рост социальных расходов в основных развитых странах, создание систем социального стра­хования и социальной защиты населения вызвали появление в 1950-1980-х гг. концепций «государства всеобщего благосостояния», «социального» либо «социально ориентированного» государства, признающего за своими гражданами право на некоторый достой­ный уровень существования вне зависимости от конкретных результатов рыночной конкуренции.

В условиях глобализации (и прежде всего при реализации неолиберального варианта последней), когда происходит станов­ление глобальных товарных и финансовых рынков, контроль за ними со стороны национальных по своему происхождению и функциям институтов общественной власти утрачивается, а сколь- ко-нибудь развитые международные либо наднациональные ин­ституты общественного контроля не сложились (подобные функ­ции пока не выполняют в полной мере ни ООН, ни международные экономические организации, ни неправительственные органи­зации). В результате происходит определенная эрозия института общественного контроля за рынками. По образному выражению президента Афинского клуба (организации, выступающей за но­вые формы мирового управления), «мы должны признать, что... создавая известную формулировку "мир без границ" в интересах сторонников свободных обменов, мы породили также "мир без правил"»1.

Трудно не согласиться с известным финансистом Дж. Соросом, считающим, что глобальной рыночной экономике требуется глобальное и ответственное открытое общество и что будущее гло­бальных рынков во многом зависит от институтов, способных придать им устойчивость. По существу, он предлагает и для миро­вого рынка создать наднационального гаранта международно признанных вправил игры» подобно тому, как на внутреннем рынке таким гарантом выступает национальное государство.

Futuribles.2001.Nov. Р. 61.

Например, интерес представляют его рекомендации по реформи­рованию ведущих международных финансовых организаций[79]: МБРР целесообразно преобразовать в мировое агентство по развитию, а МВФ — в своего рода международный центральный банк, который сможет гарантировать международные займы и кредиты менее развитым странам в пределах некоторого лимита, установленного с учетом макроэкономической и структурной политики соответствующей страны, а также общей экономи­ческой ситуации в мире. (Интересно, что в последние годы осоз­нание необходимости изменить мандат Бреттон-Вудских институ­тов — МВФ и Всемирного банка — объединяет не только критиков существующей практики глобализации, но уже и само руководство Фонда и Банка, лидеров «большой восьмерки» и наиболее крупных стран — доноров МВФ и МБРР. Среди мер, намечаемых ими, выделяются следующие: повышение ответственности МВФ и Все­мирного банка за состояние мировой финансовой системы, в том числе за надзор над национальными финансами; включение в круг обязанностей содействия либерализации международного движе­ния капиталов; разработка механизма упреждающей помощи государствам, оказавшимся в стесненных условиях заимствова­ний из-за ситуации на мировом рынке[80].)

С проблемой контроля за рыночной экономикой со стороны общества тесно связано понятие «общественные блага». Обществен­ные блага — это такие блага, потребление которых не является исключительным (нельзя помешать индивиду пользоваться ими) и которые не служат объектом соперничества (использование блага одним индивидом не снижает возможности его потребления другим). Как правило, к категории общественных благ относят: национальную оборону, поддержание правопорядка, обеспечение прав собственности, конкурентную среду на рынках, обществен­ные сооружения и объекты инфраструктуры, большую часть услуг здравоохранения и образования и т.д.

Из экономической теории хорошо известно, что рынок сам по себе характеризуется так называемыми провалами в определенных сферах, к числу которых относится невозможность рыночными способами обеспечить население общественными благами. В от­сутствие корректировки рынка со стороны государства и институ­тов гражданского общества подобные блага просто не будут производиться. В национальных экономиках проблема обществен­ных благ была осознана достаточно давно, и государство обеспе­чивает своим гражданам подобные блага, организуя их производство и распределение на нерыночных принципах либо с ограниченным использованием последних.

Другие известные «провалы» рынка — невозможность обес­печить оптимальное для общества использование общих ресурсов (это те блага, которые являются объектом соперничества, но не характеризуются принципом исключительности в их потреблении), а также наличие негативных внешних эффектов (экстерналиИ) хо­зяйственной деятельности. Классический пример негативных экстерналий — последствия экологически «грязной» хозяйст­венной деятельности для окружающей среды, когда связанные с экологическим загрязнением издержки перекладываются на все общество. Задача государства в этом случае состоит в том, чтобы внешние издержки (издержки для общества) интернализиро- вать — превратить во внутренние издержки (издержки для ком­пании, деятельность которой вызывает загрязнение). На нацио­нальном уровне существуют и функционируют (с большим или меньшим успехом) институты общественного и государственного контроля над рыночной экономикой, нейтрализующие данные «провалы» рынка.

Еще один вид «провалов» рынка связан с тем, что современная рыночная экономика ни на национальном, ни на глобальном уровне не является, за исключением, возможно, ряда секторов, экономи­кой совершенной конкуренции. На современном рынке, как пра­вило, доминируют олигопольные структуры, функционируют монопольно-конкурентные фирмы. Это создает возможность для изыскания ими дополнительной прибыли за счет потребителей, если правительства не будут ограничивать их попытки установить власть над рынком, проводя антимонопольную экономическую политику. На национальном уровне во многих странах накоплен богатый опыт осуществления подобной антимонопольной поли­тики, однако на наднациональном/международном уровне соот­ветствующих институтов контроля над рынком не существует, за исключением подразделения Европейской комиссии в Евросоюзе, осуществляющей соответствующие функции для стран ЕС. В от­сутствие же такого контроля над глобальными товарными и фи­нансовыми рынками реализация принципов экономического либерализма в силовом поле структур, пытающихся установить власть над рынком, приобретает искаженный характер диктата и дискриминации.

В условиях глобализации мировой экономики, и особенно в связи с реализацией ее неолиберальной модели, обеспечение населения общественными благами, оптимальное использование общих ресурсов, интернализация (трансформация во внутренние эффекты) негативных экстерналий хозяйственной деятельности, а также нейтрализация монополистического поведения крупных фирм оказались поставленными под вопрос, Кроме того, многие исследователи отмечают, что наибольшую угрозу даже для богатых стран несет порождаемая глобализацией, а точнее — ее неолибе­ральным вариантом, опасность антисоциальной направленности экономического развития, сокращения объема предоставляемых населению общественных благ в условиях дерегулирования гло­бальных рынков. Часто подчеркивается, что в условиях отсутствия барьеров для международной миграции капитала одним из моти­вов перемещения капитала и переноса хозяйственной деятельно­сти мобильных международных компаний в другие страны, при прочих равных обстоятельствах, становится более низкий уровень налоговых платежей и отчислений в различные социальные фон­ды, которые выполняют роль источника ресурсов для обеспечения населения общественными благами. В результате между странами разворачивается процесс своеобразной налоговой конкуренции, негативной по своему воздействию на бюджет государства.

Ответом на данный вызов стало появление концепции глобаль­ных общественных благ, т.е. таких благ, обеспечение населения которыми уже в масштабах всего мирового сообщества не может быть реализовано на рыночных принципах. Это прежде всего свободная от загрязнений окружающая среда, базовый комплекс услуг здравоохранения, образования для всего населения плане­ты, поддержание мира, безопасности и правопорядка в мировом масштабе, глобальные информационные сети, стабильность в гло­бальной финансовой сфере и многое другое.

Целый ряд обстоятельств формирует предпосылки для переноса на международный и наднациональный уровни функции обеспе­чения населения общественными благами.

Во-первых, растущие в условиях глобализации взаимозависи­мость и взаимодополняемость национальных экономик сближа­ют и национальные общественные секторы последних. Развитие сотрудничества между ними дает возможность оптимизировать структуру производства общественных благ, осуществлять эконо­мию на масштабе, совместно противодействовать негативным внешним эффектам и т.д.

Во-вторых, в условиях глобализации мировой экономики ста­новятся все более многочисленными и масштабными проявления межстрановых экстерналий, как положительных, так и негатив­ных.

Это подталкивает затронутые ими страны к выработке со­вместной политики вданной области, совместному регулированию тех секторов хозяйственной деятельности человечества, в которых возникают межстрановые внешние эффекты.

В-третьих, опыт мирового экономического развития в 1990-е гг. и в первом десятилетии XXI в. показал, что сами возникающие глобальные рынки не избавлены от дефектов функционирования («провалов»), особенно зримо это проявилось на финансовых рынках в виде череды международных финансовых кризисов.

В-четвертых, можно отметить проявляющуюся во многих ре­гионах мира тенденцию передачи на наднациональный и между­народный уровни части функций национальных государств в том случае, когда именно там данные функции могут быть более эф­фективно реализованы (эта тенденция соответствует принципу субсидиарности при построении системы управления любого общества).

Прецеденты сотрудничества национальных государств, между­народных официальных и некоммерческих организаций в обеспе­чении населения планеты отдельными общественными благами существовали еще в 1970—1990-х гг. Так, совместными усилиями была реализована международная программа вакцинации детей против полиомиелита, программа «зеленой революции» (разрабо­таны новые методы ведения сельского хозяйства, созданы новые, более урожайные сорта основных продовольственных растений и более продуктивные породы в животноводстве, адаптированные для природных условий стран «третьего мира*, что позволило им серьезно повысить обеспеченность продовольствием своего на­селения).

В то же время практическая реализация концепции глобаль­ных общественных благ в полном объеме требует большой поли­тической воли лидеров стран нашей планеты, мобилизации серьезных финансовых ресурсов и проведения организационных мероприятий. Так, Дж. Сорос считает, что МВФ и официальным финансовым учреждениям развитых стран необходимо сформиро­вать специальные (фактически «нерыночные» или «ограниченно рыночные») отношения с развивающимся миром и создать особые международные фонды для финансирования глобальных обще­ственных благ (в том числе для борьбы со СПИДом, распростране­нием и потреблением наркотиков, для развития предпринима­тельства широких слоев населения в менее развитых странах и др.). Скорее всего, потребуются изменения в позиционировании в рамках глобальной общественной системы тех международных институтов, которые существуют в настоящее время (прежде все­го учреждений системы ООН), а также, возможно, и создание новых. Так, в последнее время часто выдвигаются предложения по демократизации ООН, а также по созданию нового органа — Совета экономической безопасности при ООН.

Реализация на практике данной концепции могла бы поста­вить под общественный контроль спонтанно протекающие про­цессы рыночной глобализации в ее неолиберальном варианте. По мнению аналитиков, работающих в Программе развития ООН, «концепция глобальных общественных благ поможет нам понять новые глобальные вызовы XXI в. и ответить на них»1.

Проблема недостаточного общественного контроля за глобаль­ными рынками в наибольшей степени осознается в западноевро­пейских странах, что контрастирует с американским подходом к глобализации. Страны ЕС смогли не только поднять на наднаци­ональный уровень — в рамках Западной Европы — сферу обще­ственного контроля над рыночной экономикой, но и сохранить, а по ряду направлений укрепить свои экономические конкурент­ные преимущества. Кроме того, в целом сохраняются уровень и объем предоставляемых жителям этих стран общественных благ (в том числе прав на образование и здравоохранение), степень социальной защищенности населения. Большую роль в сохра­нении социальных гарантий сыграл факт влиятельности в ЕС социал-демократических движений и партий. Их общий принцип был примерно таким: в условиях глобализации, как и прежде, нужна политика контроля за стихией рынка, для которого, как хорошо известно из экономической теории, в отсутствие регули­рования со стороны общества характерны существенные «провалы», негативные внешние эффекты, невозможность обеспечения на­селения общественными благами и нерациональное использова­ние общественных ресурсов. При этом в рамках данной позиции масштаб политики, ориентированной на социальную солидарность и равенство возможностей, признавался уже не национальным, а международным и в перспективе — глобальным.

Главным приоритетом такой политики должны быть инвести­ции в человеческий и социальный капитал. Например, французские социалисты выдвинули лозунг: «Да — рыночному хозяйству, нет — рыночному обществу». За ним стоит признание важности и зна-

1 Каи!/., Granberg/., Stern М. Global Public Goods. Oxford, 1999. P. 498. 340

чения для общества здоровья граждан, доступности образования, культуры, окружающей среды и других благ, которые не должны зависеть от распределения через рынок, как национальный, так и глобальный. Эту позицию хорошо иллюстрирует Декларация Конгресса Социалистического интернационала, принятая в Париже в ноябре 1999 г., которая гласит: «Великим парадоксом данного исторического периода является то, что никогда прежде человечество не имело столь богатых возможностей борьбы с та­кими извечными проблемами, как неравенство, голод, болезни и малограмотность. И в то же время эти возможности используют­ся для того, чтобы увеличивать, а не сокращать существующие диспропорции. Наша задача — обратить вспять эту тенденцию и, таким образом, заставить глобализацию служить прогрессу чело­вечества»1.

В отличие от США, в европейских странах социальная защи­та относительно малоимущих слоев населения имеет достаточно давнюю традицию. Так, в Западной Европе обязательное страхо­вание от несчастных случаев на производстве в ведущих странах региона было введено в 1871 — 1903 гг., обязательное медицинское страхование работников — в 1883—1911 гг., пенсии по старости — в 1889-1913 гг., пособия по безработице — в 1905-1919 п. В США аналогичные меры были приняты лишь в 1929—1935 гг. По расче­там экспертов, в странах Евросоюза эффективная социальная политика (посредством трансфертных платежей населению) сни­жает удельный вес малоимущих слоев населения (по сравнению с ситуацией отсутствия подобной политики) в 6-11 раз (в среднем с 18—23 до 2-5% населения), в США же — лишь на 44% (с 21 до 12%). Доля социальных расходов в ВВП в Великобритании, Германии, Франции, Швейцарии превышает в настоящее время 30%, в Дании и Швеции — 40%. В США соответствующий пока­затель поддерживается на уровне 23%. В основных государствах ЕС на пенсионные нужды тратится сегодня от 8,8-до 13,3% ВВП, вСША-4,1%2.

Характерно, что во многих западноевропейских странах кон­цепция «государства всеобщего благосостояния» трансформируется в концепцию «.государства социальных инвестиций», в рамках

Declaration of Paris. The Challenge of Globalization. 1999. — . 3 socialistinternational.org/ 5Congress/XXISICONGRESS/DecIParis-e.html. См.: Ferguson N. The Cash Nexus. Money and Power in the Modern World 1700-2000. London, 2001. P. 212. Вданном исследовании малоимущими слоями населения называются категории людей, которые получают до­ходы ниже 40% от среднего показателя.

которой акцентируется внимание на необходимость вложений в человеческий и социальный капитал, улучшения здоровья и по­вышения профессионализма и квалификации экономически активного населения. Согласно данному подходу государство уже не только смягчает общественное неравенство, но и способствует общеобразовательной и профессиональной подготовке, позволя­ющей людям полноценно включиться в трудовую жизнь, содей­ствует реализации идеи обучения в течение всей жизни. Это дает возможность конкретному индивиду не «выпадать» из обществен­ной жизни и хозяйственной деятельности в условиях стремительных технологических инноваций, изменения структуры производства, сдвигов в профессиональной структуре спроса на труд. Соответ­ственно одно из центральных мест в «государстве социальных инвестиций» отводится системе образования, призванной обес­печить его высокое качество и разнообразие.

Как противовес стихийности глобальных рынков, можно рас­сматривать отмеченную некоторыми аналитиками тенденцию к формированию глобальных общественных сетей (глобальных сетей общественной политики), к которым присоединяются на­циональные органы управления и институты гражданского обще­ства в национальном масштабе, официальные и неправительствен­ные международные организации, профессиональные ассоциации и даже крупные предприятия. На настоящий момент в мире су­ществует более 20 тыс. неправительственных международных организаций, выступающих в виде проекции институтов граждан­ского общества на международный уровень, роль которых в со­гласовании усилий по противостоянию вызовам глобального рынка и решению глобальных проблем постоянно возрастает. По мнению известного отечественно ученого ГО. Шишкова, «в целом исторический вектор направлен в сторону усиления регулирующего начала для восстановления равновесия между рыночными и внерыночными регуляторами в глобальном масштабе»[81]. Можно присоединиться к позиции экспертов Программы развития ООН, утверждающих, что «мир, интегрированный в глобальных масш­табах, будет нуждаться в более эффективном регулировании, если ставится задача сохранить преимущества глобальной рыночной конкуренции и направить силы глобализации на поддержку прогресса человека»[82].

<< | >>
Источник: Под ред. д-ра экон. наук, проф. М.Н. Осьмовой, канд. экон. наук, доц. A.B. Бойченко. Глобализация мирового хозяйства: Учеб. пособие - М.: ИНФРА-М, - VIII, 376 с. - (Учебни­ки экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова).. 2006

Еще по теме 12.2. ПРОБЛЕМА ОБЩЕСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ В РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКЕ И СПЕЦИФИКА ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ:

  1. Общественный сектор рыночной экономики: экономическое содержание и тенденции развития
  2. Нарушение процессов формирования общественного капитала, обособленность реального и финансового секторов экономики
  3. Контроль в условиях рыночной экономики
  4. Финансы общественного сектора как ресурсный потенциал
  5. Специфика общественных движений в России
  6. Глава 5. ФИНАНСЫ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА В СТРУКТУРЕ ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ
  7. Вопрос 49. Общественные блага. Определение оптимального объема производства общественных благ.
  8. 3.1. Налоговое планирование на уровне хозяйствующих субъектов в условиях глобализации экономики
  9. рынок труда в условиях глобализации МИРОВОЙ экономики
  10. Общественный финансовый контрол
  11. Экономика как особая сфера общественной жизни
  12. § 2. Альтернативные издержки и проблема общественного выбора
  13. 1. Экономика как объект общественного регулирования