<<
>>

ФИНИКИЙСКАЯ И ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ

Характерной чертой истории многих государств древнего мира была колонизация, т. е. основание новых поселений в чужих землях. Само это поселение называлось колонией (от латинского слова коло — «живу, населяю, обрабатываю»; греки именовали его, как правило, апойкйей от слова апдйкео—«выселяюсь»).
Город же или страна, откуда уехали переселенцы, получил наз­вание метрополии (от греческих слов, означающих «город-мать»). Особенно большую роль в истории древнего Средиземноморья играла финикийская и греческая колонизация.

Крушение микенской Греции предоставило такую возможность. Правящие круги Тира использовали ситуацию для создания в чужих странах опорных пунктов, необходимых им для возобнов­ления и расширения торговли с этими странами и для высылки из метрополии наиболее недовольных элементов.

Первый этап колонизационной деятельности Тира охватывает вторую половину XII — первую половину XI в. до н.э. Одним путем финикийцы двигались к острову Родосу, затем по Эгей­скому морю вдоль западного побережья Малой Азии к богатому золотом острову Фасосу, другим — от Родоса по южной кромке Эгейского архипелага к Сицилии, оттуда к северному выступу Африки и, наконец, вдоль африканского побережья в Южную Испанию.

Вначале финикийцы занимались больше морским и прибрежным разбоем. Но затем они стали закрепляться в важ­нейших точках, куда были направлены их морские набеги. Так, золотоносный Фасос и обильная серебром Испания были главны­ми целями вывода настоящих колоний. По дороге же к ним фи­никийцы основывали промежуточные опорные пункты. Таким пунктом была, в частности, Утика [101] в Северной Африке. Антич­ное преданно рассказывает о трехкратной попытке тирян обосно­ваться в Южной Испании, и это, возможно, связано с сопротив­лением местного населения. Лишь на третий раз финикийцы основали на небольшом островке у побережья уже за Столпами Геракла (совр.
Гибралтарский пролив) город, получивший ха­рактерное название Гадир — «крепость»; этот город римляне именовали Гадесом (совр. Кадис). Вероятно, в промежутке между этими попытками тиряне создали на крайнем северо-западе Аф­рики Лике.

Па этом этапе финикийская колонизация носила преимущест­венно торговый характер. Важнейшей целью финикийцев были драгоценные металлы. За них они отдавали мясо, безделушки, ткани, мелкий морской товар. Это привело к тому, что мате­риальных остатков финикийской торговли дошло очень мало, и археология прослеитвает ее слабо. Да и был это, по-видимому, «немой» обмен, когда участники сделки выкладывали каждый свои товары, пока обо стороны не соглашались их взять. В не­которых же случаях финикийцы сами эксплуатировали рудники, как это было на Фасосе.

Финикийцы основывали и простые опорные пункты для веде­ния торговли или обеспечения ее безопасности, фактории без постоянного населения, якорные стоянки. Важную роль играли храмы, зачастую предшествовавшие основанию городов, как это было в Гадесе и Ликсе: при отсутствии в ту пору международ­ного права храмы давали торговцам ощущение божественного покровительства и безопасного рынка. Некоторые храмы, как па Фасосе, могли выступать и организаторами производства. Но уже в это время создавались и настоящие города с постоянным населением. Такими городами были Гадес и У тика.

Промежуток приблизительно в два века отделяет первый этап колонизации от второго. К этому времени рост экономики желез­ного века потребовал большого количества металлов, и не толь­ко драгоценных, но и необходимых для непосредственного про­изводства. Экономической основой возникновения первых ближ­невосточных империй было объединение под одной властью дополняющих друг друга хозяйственных регионов, в том число источников сырья (см. 1 лекцию книги «Расцвет древнего обще­ства»). Колонизация и выполняла роль подключения к эконо­мике империхг тех источников сырья, которые находились вне досягаемости непосредственной воеппой экспансии импер­ских владык.

Наряду с эуим империи мешали пормальной сухопутной тор­говле, перехватывая ее пути и грабя перевалочные пункты. По­этому часть путей, например, малоазийской торговли перемеща­ется па море — через Таре в Киликии, Сидон и Тир в Финикии.

С конца II тысячелетия до п. э. главным пунктом торговли не только Ближнего Востока, по и Малой Азии с дальним Запа­дом стал Тир.

В IX в. до п. э. в этом городе обострилась социальная и по­литическая борьба. Вспыхпуло восстание земледельцев, подни­мались рабы, развернулось острое соперничество внутри знати, приведшее к чехарде па тирском престоле. Это все способство­вало возобновлению колонизации.

Начало второго этапа колонизации приходится, видимо, на правление очередного узурпатора Итоба'ла (гторая четверть IX в. до п. э.), который был явно заинтересован в создании но­вых городов, куда он мог бы отправить потенциальных против­ников, включая сторонников прежней династии. Именно ому предание приписывает основание Ботриса в самой Финикии и Аулы в Африке.

В Восточном Средиземноморье возможности финикийской экс­пансии были ограниченны. Здесь вновь набирали силу крупные централизованные государства, а в Эгейском бассейне передви­жения греков и фракийцев привели к вытеснению финикийцев с запятых было ими островов уже пе позже IX—VIII вв. до н. э. 13 самой Греции в условиях начавшегося формирования полиса места для финикийской колонизации пе было. Поэтому там фи­никийцы иногда селились в городах, но пе образовывали са­мостоятельных организаций. В других случаях они ограничива­лись созданием отдельных кварталов-факторий, как Тирский Стан в египетском Мемфисе. И только па юге Кипра и в Киликии финикийцы рано основали колонии. Основной же ареной фи­никийской колонизации стало Западное Средиземноморье.

В сферу финикийской колонизации теиерь входит Сардиния. Она привлекала колонистов и своим стратегическим положением, открывавшим путь к Средней Италии, Корсике, Галлии и к Ис-

23 Заказ М 752 пании через Балеарские острова, и своими минеральными бо­гатствами, и плодородием почвы.

В IX—VII вв. до н. э. на южном и западном берегах Сардинии возник целый ряд финикийских городов, как Нора, Сульх, Бития, Таррос. Сравнительно рано фи­никийцы стали обосновываться и внутри острова.

Вторым новым районом финикийской колонизации были ост­рова между Сицилией и Африкой: Мелита (совр. Мальта) и Гавлос (совр. Гоццо). Там тиряпе обосновались в VIII в. до н.э. Эти острова служили важнейшим пунктом связи между метро­полией и самыми западными окраинами финикийского мира.

Укреплепие контактов фипикийцев с Южной Испанией по­требовало создания новых торговых опорпых пупктов па Пире­нейском полуострове. На его южном берегу, но уже восточнее Столпов Геракла, в VIII—VII вв. финикийцы создали целый ряд поселений различного размера и зпачепия. Одпи были относи­тельно круппыми городами, как Малака (совр. Малага), дру­гие — сравнительно небольшими поселками, древпих названий которых мы пе зпаем и которые обычно сейчас называют по имепам ближайших современных поселений, как Тоскапос или Чоррерас.

В Сицилии в VIII в. до н.э. с началом греческой колониза­ции фипикийцы покинули восточное и южное побережья, где они селились ранее, и сконцентрировались в западной части. Созданные там города Мотия, Солунт и Панорм (ныне Палермо) обеспечивали связи с уже ранее колонизованными районами Сар­динии и Африки.

В центральной части Северпой Африки, где еще ранее была основана Утика, теперь возпик целый ряд финикийских городов, в том число знаменитый Карфаген. На северо-западе этого мате­рика южпее Ликса фипикийцы обосновались вокруг залива, по- сившего по-гречески красноречивое название Эмпорик («Торго­вый» ).

Второй этап фипикийской колонизации охватил IX—VII вв. до и. э., причем паиболыний размах колонизация приобретает, видимо, во второй половине IX в. до п. э., когда тиряпе начали колонизовать Сардипию и радикальпо расширять свое присут­ствие в Африке; именно тогда, в частности, был основан Карфа­ген. По-прежнему осповные цели финикийцев — металлы. Но те­перь речь идет не только о золоте и серебре, но и о железе, свинце, олове. Другой целью колонизации выступает па втором этапе приобретение земель: педаром направление колонизацион­ной активности в значительной степени переместилось из Испа­нии в центр Средиземноморья — в плодородную Сардинию и сла­вившийся земельными богатствами тунисский выступ Африки, где возник Карфаген. Сама колонизация приобрела гораздо больший размах. Хотя по-прежнему единственной метрополией оставался, по-видимому, Тир (участие в колонизации жителей Сидоиа возможно, но не доказано), масса переселенцев увели­чилась.

355

Изменился и характер колонизации. В колониях стали раз­вертываться ремесло, земледелие и, разумеется, рыболовство. Увеличилось количество городов. Наряду с ними возникли и не­большие поселки; некоторые из них развили разнообразную эко­номику, другие же сосредоточивались на какой-нибудь одной от­расли. Финикийцы начали пропикать с побережий и вовнутрь отдельных стран.

Изменились отношения колонистов с местным населением. Последнее уже достаточно развилось, чтобы вступать в самые разнообразные контакты с пришельцами. Эти контакты охватили экономическую, политическую и культурную сферы. Возникло ii обратное влияние местного населения на финикийцев, что при­вело к появлению локальных ответвлений финикийской культу­ры. Местное общество, таким образом, выступает как важный компонент колонизационного процесса.

Возникновение колоний, а в значительной степени и торгов­ля были обязаны поддержке или даже инициативе правительства. Не корабли тирских купцов, а суда царя Хирама ходили в да­лекий Таршиш (Тартесс) в Испании[102]. Возникшие в таких ус­ловиях города считались частью Тирской державы, хотя сейчас трудно установить степень и формы зависимости их от метропо­лии. Однако известно, что в Китии па Кипре находился намест­ник тирского царя, а попытка, вероятно, Утики уклониться от дани вызвала карательную экспедицию из Тира. Позже, с ослаб­ленном Тира, его держава, по-видимому, распалась.

Иначе обстояло дело с Карфагеном. По преданию, группи­ровка тирской аристократии во главе с сестрой царя Элиссой, потерпевшая поражение в политической борьбе, тайно бежала из Тира и в конце концов прибыла в Африку, где сравнительно не­далеко от «старой» Утики беглецы и основали город, который назвали «Новым городом»—Еартхадашт (лат. Картаго, откуда русское «Карфаген»). Поскольку Карфаген возник вопреки пра­вительству, а во главе экспедиции к тому же стояла женщина из царского рода, то Новый город сразу же стал независимым от Тира, хотя духовные связи с метрополией Карфаген поддер­живал в течение всего своего существования.

<< | >>
Источник: Под ред. И. М. Дьяконова, В. Д. Нероновой, И. С. Свенцицкой. История древнего мира. Изд. 3-е, исправленное и дополненное. М.: Наука: Главная ре­дакция восточпой литературы издательства, (Кн. 1.) Ранняя древность. Отв. ред. И. М. Дья­конов.— 470 с. 1989

Еще по теме ФИНИКИЙСКАЯ И ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ:

  1. Ю. Б. ЦИРКИН. Лекция 17. ФИНИКИЙСКАЯ И ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ
  2. Финикийская колонизация
  3. Великая греческая колонизация.
  4. 3. ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ
  5. ГРЕЧЕСКАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ VIII—VI вв. до н. э.
  6. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ГРЕЧЕСКОЙ КОЛОНИЗАЦИИ
  7. § 32. Возникновение полиса. Монета города Коринф Великая греческая колонизация
  8. КАРФАГЕН В IX — III ВВ. ДО Н. Э.: ОТ ФИНИКИЙСКОЙ КОЛОНИИ ДО ВЕЛИКОЙ ДЕРЖАВЫ
  9. §15. Финикийские мореплаватели
  10. Глава 20. КАРФАГЕН В IX — III ВВ. ДО Н. Э.: ОТ ФИНИКИЙСКОЙ КОЛОНИИ ДО ВЕЛИКОЙ ДЕРЖАВЫ
  11. Колонизация Северного Причерноморья
  12. ЗНАЧЕНИЕ И ПОСЛЕДСТВИЯ КОЛОНИЗАЦИИ VIII—VI вв. до н. э.
  13. ПРИЧИНЫ И ХАРАКТЕР КОЛОНИЗАЦИИ VIII—VI вв. до н. э.
  14. Два типа греческих государств
  15. РАБОВЛАДЕНИЕ В ГРЕЧЕСКОМ ПОЛИСЕ
  16. Колонизация берегов Геллеспонта и Понта
  17. Истоки греческой историографии
  18. Колонизация Западного Средиземноморья
  19. Позднейшая колонизация Запада