<<
>>

Закон о реформе финансовых учреждений, поддержке и исполнении 1989 года

Последствия принятия Закона о реформе финансовых учреждений, поддержке и исполнении 1989 г. (Financial Institutions Reform, Recovery, and Enforcement Act) для коммерческих банков были освещены в главе 10.
Здесь мы рассмотрим влияние этого закона на деятельность сберегательных учреждений, что и было основным мо­тивом его принятия Конгрессом. Начнем с освещения периода, непосредственно пред­шествующего принятию закона. Затем отметим его важнейшие положения и посмот­рим, во сколько же обошелся сберегательный кризис и кому придется за это платить.

УСИЛИЯ И БЕЗДЕЙСТВИЕ РЕГУПМРУЮЩ1ЛХ ОРГАНОВ ДО ПРИНЯТИЯ ЗАКОНА О РЕФОРМЕ ФИНАНСОВЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ

К 1985 г. всем, имевшим отношение к данное сфере, стало очевидно, что кризис сберегательной отрасли был на горизонте. Не менее очевидно было й то, что страхо­вой фонд FSLIC старался сохранить свою платежеспособность. К концу 1985 г. ре­зервный капитал фонда составлял 4,5 млрд. долл., а к концу 1986 г. он уменьшился более чем вдвое, до 1,9 млрд. долл. Сумма застрахованных депозитов сберегательных учреждений превышала 780 млрд. долл. к концу 1985 г. и к концу 1986 г. выросла более чем на 5%, практически до 824 млрд. долл.

Последние усилия, чтобы остановить кризис Регулирующие органы предприняли некоторые действия, чтобы остановить или по крайней мере замедлить кризис. В 1985 г. FHLBB ввел специальный дополнительный сбор, который увеличил ставки премий по страхованию депозитов для сберегательных учреждений на 150%. Он так­же ввел ограничения для ежегодных темпов роста сберегательных учреждений, капи­тал которых не соответствовал требованиям FHLBB, и осенью 1986 г. FHLBB начал постепенно ужесточать требования к размеру капитала, увеличив его норматив с 3% до максимально разрешенных законом 6%. В 1985 г. FHLBB также ввел Программу предписанного внешнего управления (Management Consignment Program), в соот­ветствии с которой некомпетентные управляющие обанкротившихся сберегательных учреждений увольнялись и заменялись на «предписанную» группу управляющих дру­гих сберегательных учреждений в том же регионе.

В течение 1986 г. FHLBB также увеличил численность аппарата, занимающегося проверками и надзором, на 50% и еще на 14% в последующие два года. Более того, весной 1987 г. FHLBB начал постепенную замену системы RAP, используемой для оценки стоимости активов, собственного капитала и прибыли, стандартами GAAP.

Хотя эти меры существенно помогли замедлить кризис, но они не остановили его. В течение 1986 г. FHLBB и некоторые члены Конгресса предприняли попытки по­лучить кредиты для FHLBB в размере до 15 млрд. долл. из федеральных средств с тем, чтобы FHLBB смог реконструировать страховой фонд FSLIC и закрыть обан­кротившиеся сберегательные учреждения. В дело вмешались политики, когда отдель­ным конгрессменам (в частности, конгрессмену от штата Техас Джеймсу Райту (Wright), вскоре занявшему место спикера палаты представителей) стали поступать жалобы от владельцев сберегательных учреждений (особенно техасских) о том, что новая политика FHLBB была слишком жесткой и что увеличение объема финансиро­вания FSLIC приведет к «несправедливому» закрытию многих сберегательных уч­реждений. Дж. Райт использовал свое политическое влияние для того, чтобы приня­тие в Конгрессе спасательного плана FSLIC было приостановлено.

Сберегательные учреждения-зомби В результате 1986 г. стал периодом, когда FHLBB усиленно проверял сберегательные учреждения, но у него не было достаточно ресурсов, чтобы закрыть их или провести слияния с более устойчивыми. Такие обан­кротившиеся, но продолжающие оставаться открытыми сберегательные ассоциа­ции получили название сберегательных учреждений-зомби (zombie thrifts). Для тех, кто никогда не смотрел фильмов ужасов категории «В», «зомби» — слово, происхо­дящее от имени змеиного бога вуду. Это термин, обозначающий мертвое тело, в ко­торое искусственным образом, с помощью магического заклинания вуду, вдохнули жизнь. Данный термин можно было применить и к открытым, но неплатежеспособ­ным сберегательным учреждениям: в финансовом плане они были мертвы, но продол­жали работать в силу бездействия регулирующих органов. Сотни таких организаций продолжали функционировать с 1985 по 1987 г.

Они продолжали нести убытки, что означало увеличение суммы обязательств стра­хового фонда FSLIC. В конце концов, дополнительные убытки таких организаций представляли собой суммы, которые сами сберегательные учреждения уже не смогут возместить застрахованным вкладчикам и которые, следовательно, придется оплачи­вать страховому фонду FSLIC.

День, который запомнится надолго В конце концов в феврале 1987 г. Главное бю­джетно-контрольное управление (General Accounting Office) объявило, что дебиторская задолженность FSLIC составила 6 млрд. долл. 25 февраля 1987 г. в Wall Street Journal появилась статья на трех полосах по дефициту бюджета FSLIC, в которой приводилось высказывание одного из членов Банковского комитета палаты представителей Конгрес­са: «FSLIC оказалась в еще худшем положении, чем мы могли представить в наших худших кошмарах». В действительно классическом стиле заявлений Конгресса он про­должил: «Это означает, что нам как можно скорее придется оказать им содействие». В той же статье была цитата нового спикера палаты представителей Джеймса Райта: «Я ожидаю, что Банковский комитет представит бюджет FSLIC в первой половине марта. Он (бюджет) будет значительно меньше того, что попросит администрация».

Как выяснилось, спикер палаты был прав. Итоговый законопроект, принятый Кон­грессом в конце июля 1987 г., выделил FHLBB общий кредит на сумму в 10,825 млрд. долл., при этом максимальный размер годового объема кредитования равнялся 3,75 млрд. долл. Новый законодательный акт также содержал «положение о неприменении прину­дительных мер» (forbearance provision), в соответствии с которым FHLBB получил инструкции разрешить сберегательным учреждениям с чрезмерно низким отношением собственного капитала к общим активам (до 0,5% всех обязательств) продолжать функ­ционировать до тех пор, пока они не смогут удовлетворить все требования. В сущности, в тот момент Конгресс был более обеспокоен тем, что FHLBB может быть слишком суров по отношению к сберегательным учреждениям, так что их ликвидация в принуди­тельном порядке была разрешена только в самых крайних случаях.

В 1987 г., если использовать стандарты RAP, то в общем оказалось банкротом 351 сберегательное учреждение, застрахованное FSLIC, что намного больше оценки на основе GAAP. Из общего числа обанкротившихся сберегательных учреждений 109 находились в Техасе: их активы составляли более 39 млрд. долл., или почти 40% из 99 млрд. долл., принадлежащих сберегательным учреждениям, являвшимся банкрота­ми по оценке на основе RAP. В течение 1988 г. FHLBB использовал свое новое право решать судьбу (путем ликвидации, продажи активов и т. п.) 205 сберегательных уч­реждений, что обошлось FSLIC приблизительно в 30 млрд. долл. Из них 81 фирма находилась в Техасе, так что расходы FSLIC по ликвидации последних превысили 18 млрд. долл.

В 1988 г. президентом США был избран Джордж Буш (Bush), и в январе 1989 г. он приступил к исполнению своих обязанностей. Администрация Буша объявила о вве­дении новой сберегательной программы 6 февраля 1989 г., и 7 февраля Wall Street Journal опубликовала передовую статью под заголовком «Динозавры сберегательной отрасли: спасательный план Буша для вымирающих ссудо-сберегательных ассоциаций». В первоначальном плане администрации было заложено проведение займа размером в 50 млрд. долл. посредством выпуска долгосрочных государственных облигаций. В соот­ветствии с предлагаемой схемой сберегательные учреждения оплатят основную сумму долга, а налогоплательщикам придется оплатить часть процентов по долгу, начисляемых ежегодно. Планировались переход около 350 сберегательных учреждений в государст­венную собственность, придание ранее независимому FHLBB статуса подразделения Казначейства, установление более высоких ставок премий по страхованию депозитов и расходы в сумме 50 млн. долл. для Министерства юстиции для уголовного преследова­ния за мошенничество владельцев и управляющих сберегательными учреждениями.

Администрация официально внесла свой законопроект в Конгресс в марте 1989 г. Спустя пять месяцев, несмотря на очевидную безотлагательность ситуации — в это время сберегательные учреждения-зомби продолжали терять деньги, — Конгресс в конце концов принял Закон о реформе финансовых учреждений, как стал называться законо­проект Дж. Буша. В нем сохранились основные положения первоначального варианта.

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ЗАКОНА 1989 ГОДА

Закон о реформе финансовых учреждений был довольно объемным документом; в распечатанном виде он занимал 381 страницу. Поэтому мы выделим только ключевые аспекты этого законодательного акта. Кроме того, более подробно рассмотрим поло­жения, непосредственно относящиеся к преодолению сберегательного кризиса.

Новая структура системы надзора Закон упразднил Федеральный совет банков жилищного кредита (FHLBB). Вместо него было создано новое агентство — Управ­ление надзора за сберегательными учреждениями (Office of Thrift Supervision, OTS), которое находилось в составе Министерства финансов США. Его структура и пол­номочия по регулированию сберегательных учреждений, застрахованных на федераль­ном уровне, схожи с Управлением контролера денежного обращения Казначейства в отношении национальных коммерческих банков.

В некоторых случаях полномочия OTS были ограничены. Закон предоставил FDIC, которая сменила FSLIC в качестве органа надзора за страхованием сберегательных ассоциаций, осуществляемым через Страховой фонд сберегательных ассоциаций, все права по принятию принудительных мер для неплатежеспособных сберегательных уч­реждений. Закон также уполномочил FDIC отменять действие страховки сберега­тельных ассоциаций даже при несогласии OTS. К тому же в Совет FDIC были дополнительно включены еще два директора (контролер денежного обращения и глава OTS), что увеличило численность совета с трех до пяти человек.

Закон создал новое независимое агентство — Федеральный совет по жилищному финансированию (Federal Housing Finance Board) для осуществления надзора за Феде­ральной системой банков жилищного кредита, которую закон оставил без изменений. Этот совет состоит из пяти директоров, включая секретаря Департамента жилья и город­ского развития и четырех частных лиц, назначаемых президентом США и утверждаемых сенатом Конгресса. Закон потребовал от системы FHLB расширения финансирования для дальнейшего удешевления жилищного строительства за счет предоставления субсиди­рованных ссуд (под процентную ставку ниже рыночной) сберегательным учреждениям, участвующим в ипотечном кредитовании заемщиков с низкими и средними доходами.

Новые ограничения для повышения безопасности и надежности В начале 1980-х годов Закон о реформе финансовых учреждений постепенно стал менять политику, первоначально направленную на финансовое дерегулирование, и ввел новые официаль­ные ограничения на деятельность сберегательных ассоциаций. В законе уточнялось, что всем некооперативным сберегательным ассоциациям запрещается хранение высо­кодоходных, высокорискованных «бросовых» облигаций. Он отменил ограничения За­кона Гарна—Сент-Жермена относительно размера коммерческих ипотечных ссуд сбе­регательных ассоциаций, который не должен был превышать 40% общих активов, и вместо этих ограничений установил, что объем такого кредитования должен быть в четыре раза меньше собственного капитала учреждения.

Закон также ввел новую систему требований к размеру капитала для застрахованных сберегательных ассоциаций, возложив на OTS контроль за исполнением указанных нормативов. К тому же закон запретил сберегательным ассоциациям, не соответствую­щим требованиям к размеру капитала, принимать какие-либо депозиты, прошедшие через брокера. Наконец, закон ужесточил гражданскую и уголовную ответственность за не­законные сделки владельцев и управляющих сберегательными ассоциациями. Финансирование ликвидации обанкротившихся сберегательных учреждений Ос­новным положением Закона о реформе финансовых учреждений было финансирова­ние ликвидации (resolution) обанкротившихся сберегательных учреждений, которая была приостановлена FHLBB в 1989 г. в ожидании принятия этого закона. Закон установил, что такое финансирование должно вестись совместно Министерством фи­нансов и новым агентством — Финансовой корпорацией для урегулирования (Re­solution Funding Corporation, RFC).

В соответствии с законом было создано еще одно новое агентство — Трастовая компания для урегулирования (Resolution Trust Corporation, RTC), осуществляющая надзор за ликвидацией обанкротившихся сберегательных ассоциаций под эгидой FDIC. Трастовую компанию возглавляет совет, состоящий из пяти членов, в который входят министр финансов, председатель Совета управляющих Федеральной резервной систе­мы, секретарь Департамента жилья и городского развития и два частных лица, назна­чаемых президентом США и утверждаемых сенатом Конгресса.

В основном за счет займов, организованных Казначейством и Финансовой корпора­цией для урегулирования, законом предусматривались ассигнования в размере 50 млрд. долл., преобладающую часть которых (40 млрд. долл.) составляют расходы RTC по ликвидации старых сберегательных ассоциаций-зомби и новых банкротов. Оставшиеся 10 млрд. долл. были ассигнованы для обанкротившегося страхового фонда FSLIC, ко­торый был преобразован в SAIF под эгидой FDIC.

Очевидно, что «алфавитная мешанина» из правил значительно изменилась в ре­зультате принятия данного закона. FHLBB стал делом прошлого, хотя Федеральная система банков жилищного кредита до сих пор действует. Канула в Лету и FSLIC. Теперь функции упраздненных органов выполняют OTS, RFC и RTC. Естественно, те, кто непосредственно связан с деятельностью агентств, сталкиваются с проблемой их субординации. Поэтому RTC разработала схему всех взаимоотношений, которые были установлены в соответствии с законом (рис. 13-1).

ВО СКОЛЬКО ОБОШЕЛСЯ КРИЗИС И КОМУ ПРИШЛОСЬ ЗАПЛАТИТЬ?

Даже когда Конгресс выделил 50 млрд. долл. для наведения порядка в сберегательной отрасли, стало очевидно, что этой суммы не хватит для решения проблемы с обанкро­тившимися сберегательными учреждениями. Даже в начале 1989 г., пока Закон о реформе финансовых учреждений обсуждался в Конгрессе, FHLBB подсчитал, что придется закрыть еще 400 сберегательных ассоциаций, что будет стоить — в ценах 1989 г. — 40 млрд. долл. Приплюсовав эту сумму к ранее рассчитанной сумме в 40 млрд. долл., мы получим величину 80 млрд. долл., что и является стоимостью выхода сберегательной отрасли из кризиса, когда Конгресс принял закон.

Слишком оптимистичные планы В Конгрессе понимали, что фактическая стоимость выхода из кризиса зависела от ряда факторов, большинство из которых были вне его контроля. К примеру, положение сберегательных учреждений было в довольно боль­шой зависимости от общего состояния экономики. Учитывая масштабы ипотек и обес­печенных ими ценных бумаг, которыми владели сберегательные учреждения, особенно важно, насколько устойчивыми были цены на недвижимость в начале 1990-х годов. Конгрессу не были известны эти факторы, когда в 1989 г. принимался закон, так что администрация Дж. Буша и Конгресс использовали прогнозы будущих событий в качестве ориентиров при принятии законодательных актов.

В основе закона 1989 г. лежали далекие от реальности прогнозы. Кроме всего про­чего, допускалось, что в ближайшие 10 лет вряд ли произойдет серьезный экономиче­ский спад; события 1990 и 1992 гг. сразу показали несостоятельность таких выводов. Более того, с самого начала законопроект, который впоследствии стал Законом о рефор­ме финансовых учреждений, допускал, что депозиты сберегательных ассоциаций будут расти на 7% ежегодно; в действительности же каждый месяц они сокращались на не­сколько миллиардов долларов, начиная с конца 1989 г. до 1991 г. (рис. 13-2).

Естественно, все эти расчеты оказались неверными. Тем не менее Конгресс в ос­нову закона 1989 г. положил именно эти чересчур оптимистичные прогнозы. Это занизило оценочную величину расходов по выходу из кризиса сберегательной отрасли, официально рассчитанную в 1989 г. Однако это не остановило рост фактических рас­ходов, когда все прогнозы на поверку оказались неправильными.

Оценка расходов по выходу из кризиса Прежде чем мы рассмотрим оценку фактических расходов, понесенных в результате сберегательного кризиса, необходи­мо учесть все сложности с определением их реальной суммы. Во-первых, многие расчеты были не совсем точны, например, по срокам. Как уже отмечалось, пробле­мы стали расти в 1985 г., и FHLBB пришлось закрыть значительное число сбере­гательных ассоциаций в период между 1985 и 1987 гг. Многие официальные расче­ты общей суммы не включают эти расходы и поэтому занижают прогнозируемую стоимость выхода из кризиса.

Во-вторых, большинство расчетов не учитывают тот факт, что Казначейство США потеряло миллиарды долларов несобранных налогов в результате кризиса. Чтобы по­будить устойчивые банки и сберегательные организации к приобретению неплатеже­способных учреждений, Конгрессу и регулирующим органам пришлось предоставить им различные налоговые льготы.

В-третьих, самое главное — многие оценки, приводимые в средствах массовой информации, часто упускают временной фактор. Напомним из предыдущих глав, что для сравнения текущей стоимости капитала с его будущей стоимостью необходимо привести будущую стоимость к оценкам на настоящий момент, т. е. дисконтированную стоимость, причем нормой дисконтирования будет процентная ставка.

Рис. 13-1

Функциональные взаимоотношения, установленные в соответствии с Законом о реформе фи­нансовых учреждений, поддержке и исполнении 1989 г. (Источник: White Lawrence J., The S&L

Debacle. — New York: Oxford University Press, pp. 190—191.)

-(54Н
(71Н
* Органы расположены безотносительно к их иерархии
48.
1.

2.

3.

4.

5.

6.

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

14.

34.

35.

36.

37.

38.

39.

40.

41.

42.

43.

44.

45.

46.

47.

49.

50.

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

62.

63.

64.

65.

66.

67.

68.

69.

70.

71.

Доклад об исполнении Доклад комитета Доклад об исполнении Деятельность «банков-мостов»

Ежегодный отчет

Одобрение назначения 2 членов Совета Одобрение назначения 4 членов Совета Назначение б членов Комитета Покупка облигаций FHLMC Передача на рассмотрение преступных действий

Гарантийные фонды Обслуживание

Сохранение минимального числа учреждений

Отчет о деятельности по поддержке / сохранению.

Возможность предоставления займов в 5 млрд. долл. с согласия Казначейства. Ежеквартальное планирование и прогнозирование деятельности Дополнительные фонды SAJF, фонд FSUC Передача на рассмотрение преступных действий

Передача на рассмотрение преступных действий

Передача на рассмотрение преступных действий

Деятельность «банков-мостов» Информация по холдингам Одобрение деятельности по погашению корпорационных долгов.

Сохранение минимального числа учрехадений Извещение о переводе средств. Взимание сборов /взносов.

Рассмотрение заявлений новых сберегательных ассоциаций.

Принятие принудительных мер. Деятельность филиалов.

Отчет о деятельности по поддержке/ сохранению Финансовая помощь фонду SAIF Обслуживание BOD Возмещение имущества RTC Финансовая помощь фонду Размещение региональных банков Обслуживание BOD Определение поддержки/сохранения Обслуживание BOD Член комитета Член комитета Аудит за год.

Аудит фондов BIF, SAIF, FSUC.

Старые дела FSUC Аудит за год

Отчет о деятельности по поддержке/ сохранению

Наложение административных денежных

штрафов

Член комитета

Член комитета

Член комитета

Отчеты и представительство

Отчеты для BOD

Финансовая помощь SAIF

Утверждение правления/активов для

ликвидации

Запросы по финансированию/отчетности Отчеты региональных банков Перевод средств в фонд FSUC Эмиссия акций

Отчет о результатах аудиторской проверки

Отчет об исполнении

Передача на рассмотрение преступных

действий

Передача на рассмотрение преступных действий

Отчет об исполнении. Банковские взносы Обслуживание ВОО Отчет по федеральной финансовой оценке за год/оценка риска Годовые отчеты по жилищному строительству, об исполнении, по операциям и ссудам в связи с Законом о процедуре урегулирования финансовых операций с недвижимостью Годовой отчет по фондам BIF, SAJF, FSUC. Отчет об исполнении Годовой отчет о деятельности RFC Годовой отчет о деятельности Отчет об исполнении Осуществление надзора Сохранение минимального числа учреждений Выпуск сертификатов.

Оплата на особых условиях Деятельность по надзору Выплаты по ликвидации активов Член комитета Регулирующий орган Обслуживание ВОО Деятельность «банков-мостов»

Требование авансовых платежей Член комитета

Одобрение образования холдинга Назначение трех членов совета

ASONDJFMAMJJ ASONDJFMAMJ JASONDJFMAMJ JASONDJFM 1988 1989 1990 • 1991

Год

Рис. 13-2

Депозиты сберегательных учреждений, застрахованные SAIF (Источник. Federal Reserve Bulletin.)


Полезно рассмотреть пример неправильного понимания, которое может возник­нуть, если не учитывать временной фактор. Например, возьмем лотерею, проводимую в штатах. Во многих из них проводят так называемые «лотереи в миллион долларов». Утверждается, что денежный приз состоит именно из этой суммы. В действительности обычно вся сумма выплачивается за несколько лет. Например, победитель получает 100 ООО долл. каждый год в течение 10 лет. Это и есть 1 млн. долл., правильно? Ну, в общем-то, не совсем. Предположим, что процентная ставка в течение этих 10 лет составляет 7%. Тогда дисконтированная стоимость выплат по 100 000 долл., получа­емых каждый год, составит чуть более 750 000 долл. Это и будет сумма, фактически полученная победителем «лотереи в миллион долларов», т. е. стоимость, приведенная к оценкам на настоящий момент. Следовательно, лотереи штатов, не учитывая времен­ной фактор, часто завышают текущую стоимость тех сумм, которые выплачивают­ся в качестве денежных призов.

Это важно для оценки фактической суммы, в которую обошелся кризис. Средства массовой информации, чтобы представить последствия кризиса в более драматичном свете, публикуют максимальные величины, которые при этом не учитывают времен­ной фактор. Рассмотрим следующий пример, касающийся первоначальных ассигнова­ний в 50 млрд. долл., предусмотренных законом 1989 г. RFC получила этот заем на 30-летний срок. Некоторые расчеты того периода, публикуемые в средствах массовой информации и не учитывающие фактор времени, использовали сумму долга плюс про­центы, которые RFC придется заплатить через 30 лет. В сумме это составило 250 млрд. долл., в которые обошелся кризис. На самом же деле 50 млрд. долл. ассигнований в то время представляли собой соответствующую дисконтированную стоимость расхо­дов — даже опуская тот факт, что Конгресс и администрация, скорее всего, недооце­нили фактическую сумму, в которую обошелся кризис.

Оценка убытков Конечно, 50 млрд. долл. сами по себе очень крупная сумма, но, как мы уже показали, этого было слишком мало для выхода из кризиса. К началу 1990-х годов стало очевидно, что понадобится гораздо больше.

Разные группы и отдельные лица занимались оценкой последствий сберегательно­го кризиса. Между более ранними расчетами существовали довольно большие разли­чия: даже в 1988 г. некоторые оценки текущей стоимости расходов по выходу из кризиса отличались ни много ни мало на 100 млрд. долл. Прошло достаточно времени для учета всех факторов, поэтому большинство оценок теперь гораздо ближе друг к Другу.

Оценки дисконтированной стоимости общих расходов по выходу из кризиса, проведенные Бюджетным управлением Конгресса, Главным бюджетно-контрольным управлением, экономистами аппарата правительства и независимыми исследователя­ми теперь находятся в пределах от 140 млрд. до 200 млрд. долл. (в ценах 1991 г.). Чтобы сделать эти суммы более наглядными, давайте проделаем некоторые расчеты. Для начала заметим, что дефицит государственного бюджета в 1991 г. составил 320,9 млрд. долл.; следовательно, убытки, понесенные в результате сберегательного кризиса, могли компенсировать большую часть дефицита. Для большей наглядности отметим, что (в соответствии с переписью населения 1990 г.) в США проживает около 248 710 000 женщин, мужчин и детей. Это означает, что каждому из них пришлось заплатить от 562 до 807 долл., если учитывать общую дисконтированную стоимость убытков от кризиса.

Более того, существует вероятность того, что, даже если оценки убытков различ­ных наблюдателей сходятся, расчеты все-таки могут показывать несколько занижен­ную сумму, необходимую для выхода из кризиса. Эти подсчеты зависят от периода времени, затраченного RTC на реализацию активов обанкротившихся сберегательных учреждений. Кроме того, большую роль играет рыночная цена активов, которая в будущем может возрасти или уменьшиться.

Кто платит? Естественно, важный вопрос, который пришлось решать Конгрессу, это — кому же придется оплатить все понесенные убытки? В соответствии с законом 1989 г. предполагалось, что сами сберегательные учреждения оплатят примерно х/ всей суммы, а остальную часть — налогоплательщики. На самом деле сберегательные учреждения оплатили гораздо меньшую долю, и произошло это по двум причинам. Во-первых, как мы обсуждали в разделе «Современная дискуссия» главы 12, они оплатили часть убытков через значительное повышение премий по страхованию депо­зитов. Часть этих премий, однако, в конечном итоге платят клиенты сберегательных учреждений, поскольку рыночная процентная ставка, в соответствии с которой вклад­чики получают проценты по депозитам, уменьшается в результате повышения страхо­вых премий. Следовательно, с самого начала было очевидно, что сберегательные ор­ганизации не смогут оплатить даже У4 суммы всех расходов.

Вторая и более важная причина заключается в том, что они просто не могли заплатить больше. Как уже отмечалось, прогнозы общего состояния экономики, на которых основывался закон 1989 г., были чересчур оптимистичными, если не сказать неверными. Хотя было большое количество действующих сберегательных учрежде­ний с компетентным управлением, в целом сберегательная отрасль продолжала ис­пытывать финансовые трудности. Она не располагает 140—200 млрд. долл., кото­рые необходимы в данный момент.

Следовательно, в конечном итоге основную часть (т. е. практически все) придется оплачивать налогоплательщикам. Им придется делать это, поскольку их правительст­во гарантировало, беря на себя обязательства по федеральному страхованию депози­тов, оплатить все убытки. Как гражданам нам это малоприятно, но как избиратели мы все были за систему страхования депозитов. Конечно, мы как избиратели могли насто­ять, чтобы законодатели отказались выполнить обещания по застрахованным депози­там, но произойти это могло только за счет нарушения целостности государства и надежности системы страхования депозитов. Короче говоря, деваться некуда и по счету придется платить.

На какие цели ушли деньги? Наряду с вопросом о том, кто платит, важен и вопрос: на какие цели ушли деньги? Естественно, они потрачены, иначе почему же такое количество сберегательных учреждений стали банкротами? Где все деньги?

Ответ заключается в том, что большое количество людей получили эти средства. Рассмотрим еще один простой пример. Предположим, что вы собираетесь одолжить 500 долл. другу, чтобы помочь оплатить ему учебу за текущий семестр. Друг согла­шается вернуть вам сумму долга плюс 25 долл. в конце семестра. Но когда приходит время платить, друг (уже, наверное, бывший) сообщает вам, что может выплатить только 250 долл. и что вы никогда не получите остальные обещанные 275 долл. Кто же получил эти 275 долл.? Очевидно, что он. В результате произошла передача ресурсов (resource transfer) (переход права собственности на ресурсы), деньги ушли на образование, которое друг получил в течение семестра за 275 долл. Эта сумма является для вас чистым убытком, поскольку вы могли использовать эти средства для приобретения товаров или услуг.

Проводя аналогию, выгодно это было тем, кто получил ссуды от сберегательных учреждений, которые в начале и середине 1980-х годов потеряли стоимость или остались полностью не выплаченными. Значительная часть этих ссуд была выдана для строительства, к примеру, офисных зданий и магазинных центров (в таких ме­стах, как Калифорния, Аризона и Техас), стоимость которых позднее резко сокра­тилась. Кому же достались деньги, кто воспользовался результатами передачи ре­сурсов? Ответ на этот вопрос такой — множество людей. Одна группа состояла из землевладельцев, которым посчастливилось продать землю под застройку до паде­ния цен на нее. Другая группа состояла из строительных компаний и рабочих, за­нимавшихся обустройством участков. Все эти люди в конечном итоге получали сред­ства от проектов, финансируемых сберегательными ассоциациями, которые, как ока­залось, стоили гораздо меньше, чем вложено средств. Это означает, что те, кто участвовал в реализации проектов, воспользовались передачей ресурсов от сберега­тельных ассоциаций, а в конечном счете через систему страхования депозитов — от налогоплательщиков.

<< | >>
Источник: Роджер Лерой Миллер, Дэвид Д. Ван-Хуз.. Современные деньги и банковское дело: Пер. с англ. — М.: ИНФРА-М, — XXIV, 856 с.. 2000 {original}

Еще по теме Закон о реформе финансовых учреждений, поддержке и исполнении 1989 года:

  1. ЗАКОН О РЕФОРМЕ ФИНАНСОВЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ, ПОДДЕРЖКЕ И ИСПОЛНЕНИИ 1989 ГОДА
  2. Закон о реформе финансовых учреждений, поддержке и исполнении 1989 г.
  3. ВЫВОД СЕКТОРА ССУДО-СБЕРЕГАТЕЛЬНЫХ АССОЦИАЦИЙ ИЗ КРИЗИСА: ЗАКОН О РЕФОРМИРОВАНИИ, ВОССТАНОВЛЕНИИ И УКРЕПЛЕНИИ ФИНАНСОВЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ОТ 1989 г.
  4. ВЫВОД СЕКТОРА ССУДО-СБЕРЕГАТЕЛЬНЫХ АССОЦИАЦИЙ ИЗ КРИЗИСА: ЗАКОН О РЕФОРМИРОВАНИИ, ВОССТАНОВЛЕНИИ И УКРЕПЛЕНИИ ФИНАНСОВЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ОТ 1989 г.
  5. ЗАКОН О ДЕРЕГУЛИРОВАНИИ ДЕПОЗИТНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ И КОНТРОЛЕ ЗА ДЕНЕЖНЫМ ОБРАЩЕНИЕМ 1980 ГОДА
  6. Экономическая и технологическая трансформация Европы. С 1989 года по настоящее время
  7. Европа и остальной мир. С 1989 года по настоящее время
  8. Восточная Европа: реформы и упадок, 1968-1989
  9. ЗАКОН ГАРНА—СЕНТ-ЖЕРМЕНА 1982 ГОДА
  10. Федеральный закон о государственной поддержке малого предпринимательства в Российской Федерации
  11. Вопрос 90. Реформы в капиталистических странах? Законы о труде и социальном страховании