<<
>>

"КАК СНЕГ ПОД ДОЖДЕМ"

Политическая ситуация в стране ухудшалась, но шах по-прежнему проявлял нерешительность. Он опасался начать тотальную войну против все возрастав-шего числа бунтующих: за всеми его действиями слишком пристально наблю-дало "мировое общественное мнение".
К тому же это был его народ. Но он не хотел и признать себя побежденным. Более того, его сбивали с толку противо-речивые указания, исходившие от правительства США. Снова и снова он выс-казывал свои подозрения, что американское ЦРУ, британская разведка - и Би- Би-Си, горячая линия связи между его противниками - готовят против него заговор, хотя и по не вполне ясным причинам.

Проходили недели, и все большую часть страны охватывали забастовки, в том числе и технического персонала в нефтяной промышленности. В начале октября 1978 года по настоянию Ирана аятолла Хомейни был выслан из Ирака: баасистский режим Багдада опасался своего шиитского населения. Получив отказ Кувейта принять его, Хомейни отправился во Францию и вместе со своей свитой обосновался в пригороде Парижа.

Иранское правительство, возможно, и полагало, что, как говорят, с глаз долой - из сердца вон, но оно ошибалось. Франция обеспечила Хомейни доступ к прямой телефонной связи, которую шах ранее установил в Тегеране, что намного облегчило общение Хомейни со своими сторонниками. Пожилой разгневанный священнослужитель, так мало знавший западный мир и относившийся к нему с таким презрением, тем не менее оказался большим мастером пропаганды в средствах массовой информации, представители которых располагались лагерем у его порога.

Тем не менее шах продолжал проводить программу либерализации. Провозглашались академические свободы, свобода прессы, свобода собраний - но все эти права западного образца мало интересовали население, которое поднималось на борьбу против монарха, против его династии и против всего процесса модернизации.

В конце октября шаху оставалось только сказать "с каждым днем наши силы тают, как снег под дождем". Забастовки парализовали экономику и деморализовали правительство, студенты вышли из-под контроля, демонстрации и беспорядки нельзя было остановить.

В иранской нефтяной промышленности нарастал хаос. Главный район нефтедобычи в Иране называли "Поля". Находившийся на юго-востоке страны, он включал Месджеде-Солейман, где в 1908 году "Англо-персидская компания" впервые открыла нефть. Теперь, через семьдесят лет "Поля" находились в руках компании "Ойл сервис компани оф Иран", "Оско", которая образовалась на основе консорциума, учрежденного в 1954 году после падения правительства Мо- саддыка и возвращения шаха. Штаб-квартира "Оско", где работали главным образом бывшие служащие входящих в нее компаний, находилась в Ахвазе, примерно в восьмидесяти милях к северу от Абадана. В октябре бастующие иранские рабочие с промыслов заняли ее главное здание. Никто не пытался их изгнать. К ноябрю в здании штаб-квартиры находилось уже около двух сотен человек, которые ели и спали в коридорах, следуя своей тактике давления на "Оско" и "Иранскую национальную нефтяную компанию". Продолжавшие работать западные специалисты, следуя по коридорам, старательно обходили рабочих, стараясь не наступить на них. Тем временем во дворе здания уже шли стихийные митинги. Сначала в них участвовало не более десятка человек. Но вскоре из окон офисов было видно, что толпа скандировавших правоверных достигала уже нескольких сотен.

Результат забастовок не заставил себя ждать. Иран был вторым после Сау-довской Аравии крупнейшим экспортером нефти. Из ежедневно добывавшихся в Иране 5,5 миллиона баррелей нефти около 4,5 миллиона шли на экспорт, ос-тальное потреблялось внутри страны. К началу ноября экспорт не достигал и миллиона баррелей в день, и тридцать танкеров простаивали у погрузочной пло-щадки в ожидании нефти, которой не было как раз в то время, когда на мировых рынках в ожидании зимы возрастал спрос.

Нефтяные компании, учитывая об-щую вялость рынка, расходовали свои резервы. Возникнет ли на мировом рынке нехватка нефти? Более того, стабильность самого Ирана зависела от нефтяных доходов: они были основой всей его экономики. Глава "Иранской националь-ной нефтяной компании" отправился на юг, на нефтепромыслы "Полей", чтобы установить диалог с забастовавшими рабочими - во всяком случае, так он пред-полагал. Когда же он туда прибыл, возмущенные рабочие его избили. Он мгно-венно решил отказаться от всех переговоров и укатил из страны. Положить конец забастовке, по-видимому, не было никакой возможности.

Пытаясь сдержать растущий хаос, шах пошел на крайнюю меру, создание военного правительства - шаг, которого он всегда стремился избежать. Это был последний шанс. Но во главе он поставил слабого генерала. Вскоре у руководи-теля иранского военного правительства случился сердечный приступ, и он так и не успел реализовать свою власть. Новое правительство смогло, по крайней мере временно, восстановить некоторый порядок в нефтяной промышленности и снова организовать работу на нефтепромыслах. В штаб-квартиру "Оско" в Ахвазе были введены солдаты, где они довольно неловко сосуществовали с за-бастовщиками, которые по-прежнему располагались лагерем в коридорах.

По мере того, как события шли к развязке, политика Соединенных Штатов, са-мого главного союзника Ирана, по-прежнему находилась в состоянии замешательства и разброда. В течение почти всего 1978 года государственные политики администрации Картера занимались другими глобальными и требовавшими неотложного внимания вопросами: подписанием Кэмп-Дэвидских рамочных соглашений между Египтом и Израилем, переговорами по сокращению стратегических вооружений с Советским Союзом, нормализацией отношений с Китаем. Американская политика основывалась на предпосылке, что Иран является надежным союзником и останется главной опорой в регионе. Из уважения к шаху и опасений вызвать его гнев американские политики продолжали дистанцироваться от противников шахского режима, а это означало, что у них отсутствуют каналы информации о положении в рядах растущей оппозиции.

В Вашингтон не поступало даже сообщений о содержании обрагцений аятоллы Хомейни, которьге распространялись в Иране на ставших уже знаменитыми магнитофонных кассетах. Кое-кто в Вашингтоне был убеждегг, что волнения в Иране являются результатом тайного заговора, за которым стоит Советский Союз. И, как и всегда, возникал один и тот же вопрос: что может правительство Соединенных Штатов предпринять при любом варианте развития событий? Лишь очень немногие вашингтонские политики считали, что иранские военные смогут противостоять напору всеобщих забастовок и переходу гга сторону бастующих религиозно настроенных солдат. Действительно, в последние несколько месяцев 1978 года в Вашингтоне ожесточилась борьба мнений относительно направления политического курса по отношению к Ирану. Как помочь шаху, как обеспечить сохранность дружественного режима? Как оказать поддержку шаху, чтобы в случае его падения не создать антагонистических отношеггий с его преемником? Как при необходимости отмежеваться, не повредив положению шаха, если он удержит политическую власть? Нерешительность и колебаггия в Вашингтоне приводили к противоречивым советам Ирану: шах должен быть жестким, шах должен отречься, надо использовать для подавления забастовок армию, следует соблюдать права, осуществить военный переворот, военные должны оставаться в стороне, должно быть введено регентство. "От Соединенных Штатов не поступило гги одной четкой и последовательной рекомендации, - вспоминал один из ведущих политиков. - Чем бросаться из одной крайности в другую и не принимать никакого последовательного решения, мы достигли бы лучших результатов, если бы сделали выбор, подбросив монетку". Разнобой мнений со стороны Соединенных Штатов безусловно дезориентировал шаха и его правительство, мешал их расчетам и коренным образом ослаблял решительность. К тому же никто в Вашингтоне не знал, насколько болен был шах.

Поспешные попытки выработать какую-то новую американскую позицию осложнял и тот факт, что средства массовой информации в Соединенных Штагах и в других странах проявляли крайнюю враждебность к шаху, что в результате образовывало хорошо знакомую схему - критику с моралистических позиций политики Соединенных Штатов плюс проецирование гга нее романтического и нереалистичного представления о Хомейни и его целях. Один известный профессор писал в "Нью-Йорк Тайме" о религиозной терпимости Хомейни, о том, что "его окружение целиком состоит из людей с умеренными и прогрессивными взглядами", а также о том, что Хомейни создаст "так крайне необходимую модель гуманного правления для страны третьего мира". Постоянный представитель США при ООН Эндрю Янг пошел еще дальше: Хомейни, говорил он, в конечном счете будет отнесен в лику "святых". В растерянности президент Картер был вынужден немедленно заявить, "что Соедиггеггньге Штаты не осуществляют канонизацию".

Отсутствие последовательности и согласованности мнений было настолько велико, что один государственный деятель, занимавшийся с шестидесятых годов урегулированием всех ближневосточных кризисов, отметил такой "экстраорди-нарный" факт, что "первое систематическое совещание" на высшем уровне по Ирану не созывалось до начала ноября - когда было уже слишком поздно. 9 ноября 1978 года американский посол в Тегеране Уильям Салливен направил в Вашингтон доклад под названием "Мысли о немыслимом". Посол выражал сомнение в способности шаха удержаться на троне и предлагал незамедлительно приступить к разработке планов защиты и обеспечения американских интересов в Иране. Но в Вашингтоне, где полным ходом шли бюрократические баталии, не последовало какой-либо значимой реакции, за исключением того, что президент Картер направил госсекретарю, советнику по вопросам национальной безопасности, министру обороны и директору ЦРУ короткие, написанные от руки записки с вопросом, почему его прежде не информировали о ситуации в Иране. А посол Салливен окончательно убедился в том, что при сложившейся ситуации в Иране у Соединенных Штатов нет "какой-либо определенной политической линии"3.

<< | >>
Источник: ЕргинД.. Добыча. Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть/Пер. с англ. - М.: Издательство "ДеНово",1999. - 968 стр.. 1999

Еще по теме "КАК СНЕГ ПОД ДОЖДЕМ":

  1. Взгляд под новым углом: проседание как актив
  2. Подстройка под состояние другого - важнейшее умение гипнотизера. Как и контроль эмоций
  3. Глава 4. Подстройка под состояние другого - важнейшее умение гипнотизера. Как и контроль эмоций
  4. 7.3. Как противодействовать произволу и не попасть под "ментовскую крышу"
  5. Под редакцией М.В. Чиненова. Инвестиции: учебное пособие / М.В. Чиненов и [др.]; под ред. М.В. Чиненова. - М.: КНОРУС, - 248 с, 2007
  6. 9.2. США. Федеральная модель подготовки и проведения следственного опроса под гипнозом Целесообразность (нецелесообразность) опроса под гипнозом
  7. Под ред. С.Д. Серебряного. История мировой культуры: Наследие Запада: Античность. И Средневековье. Возрождение: Курс лекций / Под ред. С.Д. Серебряного . М.: Российск, гос. гуманит. ун-т,1998.429 с., 1998
  8. Под ред. Г. Б. Поляка, А.Н. Марковой. Всемирная история: Учебник для вузов/ Под ред. Г.Б. Поляка, А.Н. Марковой. – М.: Культура и спорт, ЮНИТИ, – 496 с, 1997
  9. Под ред. проф. В.Т.Лисовского. Социология молодежи: Учебник Под ред. проф. В.Т.Лисовского .—СПб: Изд-во C. –Петербургского университета,1996. 460 с., 1996
  10. Под общ. ред. проф. А.Г. Эфендиева. Общая социология: Учебное пособие Под общ. ред. проф. А.Г. Эфендиева . — М.: ИНФРА-М,2000. — 654 с. — (Серия «Высшее образование»)., 2000
  11. 16.3.1. Заем под обеспечение
  12. Финансирование под залог имущества
  13. 7.3. Операции под залог ценных бумаг
  14. Китай под властью маньчжуров.
  15. Русь под ордынским игом.