<<
>>

Функция спроса на деньги

Одной из ключевых проблем, которые интересовали экономистов-классиков, таких, как Ирвинг Фишер и Альфред Маршалл, был спрос на деньги. Эти экономисты считали, что основной причиной спроса на деньги был трансакционный мотив хра­нения денег, используемых в качестве средства платежа при осуществлении сделок.

При достаточной степени неопределенности экономической конъюнктуры, естествен­но, экономисты-классики признавали также существование мотива предосторожно­сти , т. е. хранения денег на непредвиденные сделки.

Оба мотива относятся к одной и той же идее, что индивиды склонны хранить деньги как доступное в любое время средство платежа. Поскольку оба мотива касаются роли денег как средства обраще­ния, экономисты классической школы предполагали, что основным детерминантом спроса на номинальные денежные остатки (наличные деньги) является уровень номи­нального дохода индивида. Они выразили основной вывод этой теории в виде кемб­риджского уравнения,

АР=*У, (20-1)

где М* — спрос на номинальные денежные остатки;

к — отношение номинальных денежных остатков к номинальному доходу, при 0 < к < 1;

У — номинальный национальный доход, равный Ру.

Некоторые экономисты классической школы признавали, что кембриджское урав­нение дает лишь упрощенное представление спроса на деньги. Они понимали, что повышение процентной ставки приводит к увеличению альтернативных издержек хра­нения денег, поскольку индивиды могут приобрести облигации и получать доход в виде процентов. Тем не менее эти экономисты утверждали, что процентная ставка играет ограниченную роль в качестве фактора, влияющего на спрос на деньги. Вместо этого они акцентировали внимание на доходе как ключевом детерминанте спроса на деньги.

Важным вкладом Дж. М. Кейнса и его последователей в экономическую науку было развитие теории спроса на деньги, в которой особая роль отводилась процентной ставке. Эта теория к тому же включала в себя объяснение механизма установления процентной ставки, который значительно отличался от классической модели. Она также показала, что механизм осуществления денежно-кредитной политики значительно отличается от модели, разработанной экономистами-классиками.

ПОРТФЕЛЬНЫЙ СПРОС НА ДЕНЬГИ

Как уже отмечалось, экономисты классической школы выделяли трансакционный мо­тив хранения денег, в соответствии с которым деньгам отводилась роль средства об­ращения. Дж. М. Кейнс следовал классической традиции (ведь Дж. М. Кейнс изучал экономическую теорию, изложенную в работах представителей классической школы). Следовательно, он воспринимал трансакционный мотив хранения денег и мотив пре­досторожности как часть общей теории спроса на деньги.

Когда Дж. М. Кейнс внимательно изучал экономическую ситуацию 1920—30-х годов и понимал, что классическая теория была далека от реальности, поскольку она утверждала, что единственным детерминантом спроса был уровень дохода. Он наблю­дал индивидов, которые до краха фондового рынка в 1929 г. аккумулировали значи­тельные портфели акций и облигаций, но хранили небольшое количество наличных денег. Дж. М. Кейнс заметил, что после краха эти же самые индивиды держали меньшее количество ценных бумаг. В результате этого наблюдения он стал размыш­лять о совершенно новом мотиве хранения денег, в основе которого лежала роль денег как финансового актива, объем которого у индивидов меняется в связи с корректи­ровкой их портфелей в соответствии с изменениями экономической конъюнктуры, включая колебания процентных ставок.

Деньги, другие финансовые активы и богатство Как отмечалось в главе 6, финан­совые активы могут выступать в виде облигаций, обычных акций, сберегательных счетов, депозитных сертификатов и т. д. В период с 1930-х и до 1980-х годов в США не начислялись проценты по трансакционным депозитам. Ситуация сохраняется и в настоящее время в отношении наличных денег и депозитов до востребования, но по­лучение дохода в виде процентов теперь возможно по некоторым трансакционным счетам (например, по текущим счетам с выплатой процентов и списанием по безналич­ным расчетам, или счетам NOW). Тем не менее верно то, что обычно процентная ставка по трансакционным счетам меньше, чем индивид может получить по неденеж­ным финансовым активам. Следовательно, целесообразно различать денежные и не­денежные финансовые активы.

Однажды между американскими писателями Ф. Скоттом Фицджеральдом (1896— 1940) и Эрнестом Хемингуэем (1899—1961) произошел известный разговор. Как говорят, С. Фицджеральд заметил Э. Хемингуэю: «Знаешь, Эрнест, между нами и богачами есть большая разница». «Да, знаю, — ответил Э. Хемингуэй, — у них больше денег». Естественно, деньги являются составляющей богатства индивида. В широком смысле, однако, богатство включает в себя любой актив, который может иметь ценность для владельца. Однако это определение слишком широко для наших целей. Мы будем рассматривать финансовое богатство (financial wealth), или часть богатства индивида в виде финансовых активов.

В модели, приведенной ниже, мы упрощаем терминологию, допуская, что в опре­деленный момент времени финансовое богатство индивида распределяется лишь меж­ду деньгами (М) и одним видом неденежного актива, который мы будем условно называть облигациями (В). Используя термин «облигации» для обозначения всех не­денежных активов, мы будем следовать подходу Дж. М. Кейнса. Нужно помнить, что мы используем этот термин в более широком контексте, чем ранее.

Основная разница между деньгами и облигациями (неденежными финансовыми активами) заключается в том, что деньги, по определению, — наиболее ликвидный из финансовых активов. Номинальная цена денег всегда равна одной денежной еди­нице (к примеру, одному доллару, франку, иене и т. д.). Номинальная цена неденеж­ного актива (облигации) может со временем измениться. Это означает, что можно получить доход, если цена облигации за определенный период возрастет. Однако воз­можен и убыток, если номинальная цена облигации уменьшится. Долларовая же банк­нота США имеет одну и ту же номинальную стоимость в любой данный период, так что нет прибыли от прироста капитала и капитального убытка, если индивиды хранят только деньги, не приносящие проценты.

Разумеется, богатство индивида со временем меняется по мере того, как происхо­дит накопление или расходование средств. Для упрощения мы будем рассматривать только принятие индивидом решения о распределении богатства между деньгами и облигациями в данный момент. Предположим, что в данный момент номинальное финансовое богатство индивида равно W. Индивид распределяет богатство по двум направлениям. Во-первых, он может иметь наличные деньги (Af), которые мы будем считать не приносящей проценты наличностью. Во-вторых, он может держать обли­гации (В) у которые могут приносить доход в соответствии с номинальной ставкой (Гп). Тогда в данный момент справедливо, что

W= М + В. (20-2)

Так как мы рассматриваем ситуацию в определенный момент времени, то накопления или отрицательных сбережений не происходит, так что богатство — величина посто­янная.

Это значит, что AJVno условию равняется нулю. Из уравнения (20-2) следует, что AM + АВ = 0, или

-АВ = АМ: (20-3)

С другой стороны, уравнение (20-3) показывает, что в определенный момент любое изменение количества облигаций у индивида должно соответствовать противополож­ному изменению его денежных средств, и наоборот. Этот факт лежит в основе зави­симости между ожидаемым объемом сбережений (спросом на деньги) и процентной ставкой, поскольку облигации приносят доход в виде процентов.

Опять для упрощения предположим, что все облигации (т. е. неденежные активы) являются консолями (consols), или бессрочными облигациями, т. е. облигациями без фиксированного срока погашения. Как отмечалось в главе 7, английское правительство размещает консоли на британском рынке облигаций. Эти ценные бумаги предполага­ют непрерывный поток фиксированных номинальных платежей их владельцам. Номи­нальная дисконтированная стоимость консоли равна R/гп, где R — фиксированный номинальный платеж, получаемый в каждый данный период, и гп — номинальная рыночная процентная ставка. Если R = 1000 долл. в год, а рыночная процентная ставка (гп) равна 10%, тогда дисконтированная стоимость консоли составит 10 000 долл.

С учетом неопределенности и трансакционных издержек, таких, как оплата бро­керских услуг, индивид при покупке обычно платит сумму несколько меньшую, чем дисконтированная стоимость консоли. В качестве последнего упрощения допустим, что эти факторы не имеют значения при определении суммы, за которую индивид будет согласен приобрести консоль. При этом цена ее будет равняться той сумме, которую индивид готов заплатить, что фактически является дисконтированной стои­мостью консоли, так что

Рв = R/rn (20-4)

и составляет ее цену.

Уравнение (20-4) показывает, что при прочих равных условиях между ценой об­лигаций и ставкой процента будет существовать обратно пропорциональная зависи­мость. Если процентная ставка падает, то цена облигации возрастает и владельцы облигаций получают доход от повышения их рыночной стоимости. Если же процент­ная ставка растет, то цена на облигации падает и владельцы облигаций несут убытки от снижения рыночной стоимости этих активов. Но если индивиды хранят только деньги, то при изменении ставки процента ни того, ни другого с ними не произойдет, так как номинальная стоимость денег не меняется.

Портфельный спрос на деньги Теперь у нас есть все необходимые предпосылки для объяснения того факта, что изменения процентных ставок могут оказывать влияние на спрос на деньги в экономике. Поскольку цена размещенных облигаций находится в обратно пропорциональной зависимости от изменений процентной ставки, уменьшение последней в будущем приведет к увеличению цены бессрочных облигаций; следователь­но, владельцы облигаций получат доход от роста их стоимости. И наоборот, ожидание роста процентной ставки в будущем повлечет за собой падение цены бессрочных обли­гаций, в результате чего индивиды, владеющие этими облигациями, понесут убытки. Следовательно, ожидаемые доходы или убытки от облигаций прямо зависят от предпо­ложения относительно того, возрастут или снизятся процентные ставки в будущем. В свете этих предположений индивид корректирует свой портфель денежных средств и облигаций.

Предположим теперь, что процентная ставка падает в данный момент до опре­деленного уровня, который для индивида (по сравнению с первоначальным) считается

низким. Если этот индивид полагает, что процентная ставка снизилась, тогда он будет считать, что в будущем процентная ставка поднимется. Следовательно, он также бу­дет ожидать, что цены на облигации упадут, что приведет к убыткам. Чтобы избежать этих убытков, он может продать облигации в данный момент. Из уравнения (20-2) мы видим, что, если индивид продает облигации, у него становится меньше облигаций и больше денег, так как величина его богатства фиксирована. Поэтому для него сни­жение текущей процентной ставки ведет к увеличению спроса на деньги в данный момент.

Предположим теперь, что процентная ставка увеличивается в настоящем до уров­ня, который индивид рассматривает как высокий по сравнению с первоначальным показателем. Если этот индивид полагает, что процентная ставка возросла по сравне­нию с первоначальной, то тогда он уверен, что процентная ставка будет падать в будущем, поэтому он ожидает повышения цен на облигации. Это позволит ему полу­чить доход от роста стоимости своих активов. Тогда для увеличения доходов в буду­щем индивид будет покупать больше облигаций в настоящем. Из уравнения (20-2) следует, что если индивид покупает облигации, то он перераспределяет свое фиксиро­ванное богатство между облигациями и наличными деньгами. Следовательно, для индивида повышение текущей процентной ставки приводит к сокращению спроса на деньги в данный момент.

Естественно, предположения относительно уровня процентных ставок могут быть разными в экономике в целом. Когда ставка процента достигает особенно высокого уровня, то большее число людей станут ожидать, что процентные ставки будут падать в будущем. Их реакция будет заключаться в сокращении запасов наличных денег. Если же процентная ставка значительно снижается, то большее число людей будут ожидать ее повышения в будущем. В этом случае они будут реагировать на эту ситуацию путем увеличения запасов наличных денег.

Согласно теории Дж. М. Кейнса, индивид совершает спекулятивные операции, связанные с хранением богатства либо в виде денег, либо в виде облигаций. Поэтому Дж. М. Кейнс назвал свою теорию моделью спекулятивного спроса на деньги (speculative demand for money). Последователи Дж. М. Кейнса, как, например, ла­уреат Нобелевской премии Джеймс Тобин, пошли дальше в развитии этой теории, предполагая, что люди хранят свое богатство и в виде облигаций, и в виде наличности, но корректируют свои портфели в соответствии с изменениями процентной ставки. Поэтому в настоящее время эта теория получила название теории портфельного спроса на деньги (portfolio demand for money).

Рис. 20-1

Портфельный спрос на деньги. С рос­том номинальной процентной ставки ве­личина финансового богатства индивидов в форме наличных денег уменьшается. Следовательно, портфельный спрос на деньги обратно пропорционален номи­нальной процентной ставке.

На рис. 20-1 представлен портфельный спрос на деньги ( Мр0ГЇ). График на дан­ном рисунке имеет отрицательный наклон вследствие обратной зависимости между процентной ставкой и спросом на деньги. График портфельного спроса на деньги ха­рактеризуется выпуклостью. Причина в том, как уже отмечалось, что, когда процент­ная ставка растет, большее число индивидов склонны размещать свои средства в об­лигации, а не хранить в виде наличности. Следовательно, спрос на деньги сокращается с ростом процентной ставки. Когда же процентная ставка снижается, то большее число индивидов склонны к хранению денег. Таким образом, со временем общество достигнет точки, в которой индивиды будут хранить неограниченное количество денег и очень мало облигаций.

Форма графика портфельного спроса на деньги зависит от субъективного пред­ставления индивидов об уровне процентных ставок в экономике. Если этот уровень приблизительно одинаково оценивается всеми индивидами, то график будет сильно выпуклым, поскольку когда процентная ставка возрастает до определенного уровня, то практически все индивиды уменьшают запасы наличных денег, и наоборот. Если же у каждого имеется свое представление об уровне процентных ставок, то график порт­фельного спроса на деньги будет менее выпуклым, или даже почти пологим.

Мё (У) М(і (У > У)

Ггап * 0* //Глол',1 V

м

(А) (5)

Рис. 20-2

Трансакционный спрос и спрос на деньги для непредвиденных сделок. В упрощенной версии кейнсианской теории спроса на деньги номинальная процентная ставка не влияет на спрос на эти виды активов. Следовательно, графики трансакционного спроса (рис. А) и спроса на деньги для непредви­денных сделок (рис. Б) представляют собой вертикальные прямые, значения номинальной процент­ной ставки откладываются на вертикальной оси. Рост номинального дохода, однако, увеличивает спрос на деньги в обоих случаях. Следовательно, рост номинального дохода смещает оба графика вправо.

<< | >>
Источник: Роджер Лерой Миллер, Дэвид Д. Ван-Хуз.. Современные деньги и банковское дело: Пер. с англ. — М.: ИНФРА-М, — XXIV, 856 с.. 2000

Еще по теме Функция спроса на деньги:

  1. Функция спроса на деньги в монетаристской интерпретации.
  2. 8. КРИВАЯ СПРОСА. ЗАКОН ПАДАЮЩЕГО СПРОСА. ФУНКЦИЯ СПРОСА
  3. СТАБИЛЬНОСТЬ СПРОСА НА ДЕНЬГИ
  4. СТАБИЛЬНОСТЬ СПРОСА НА ДЕНЬГИ
  5. 95. СПРОС НА ДЕНЬГИ
  6. 3.3. Спрос на деньги и их предложение
  7. СОВОКУПНЫЙ СПРОС НА ДЕНЬГИ
  8. Спрос на деньги
  9. Спрос на деньги
  10. Приложение к главе 23. ЭМПИРИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ О СПРОСЕ НА ДЕНЬГИ
  11. Приложение к главе 23. ЭМПИРИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ О СПРОСЕ НА ДЕНЬГИ
  12. Глава 23. СПРОС НА ДЕНЬГИ
  13. Глава 23. СПРОС НА ДЕНЬГИ