<<
>>

АРХИТЕКТОР

Казалось, все наконец установилось - даже граница с Турцией. Остался лишь один "камень преткновения" - Калуст Гульбенкян и его 5 процентов. На переговорах Гульбенкян оставался странной, одинокой фигурой.
Он всячески избегал встреч, придирался к каждому слову в документе и отвечал потоками телеграмм. "Нефтяная дружба - понятие весьма скользкое", - сказал он однажды. Эту мысль, несомненно, подтверждали его личные отношения с Детердингом, прерванные в середине двадцатых годов. "Мы очень гармонично работали более двадцати лет, - говорил позднее Гульбенкян, - но, как это часто бывает в нефтяном бизнесе, личные страсти и расхождение мнений разделили нас". Говорили, что разрыв стал следствием их борьбы за сердце русской женщины - Лидии Павловой, бывшей жены царского генерала. Некоторое время два джентльмена находили взаимопонимание в отношении этой женщины, как находили они его в отношении нефти. Однажды, когда Детердинг обнаружил, что не может расплатиться с Картье за бриллианты стоимостью в триста тысяч долларов, импульсивно подаренные даме сердца, Гульбенкян устроил ему ссуду до следующей выплаты от "Ройял Датч/ Шелл".
Однако в дальнейшем, как и следовало ожидать, Лидия Павлова стала миссис Детердинг, и между мужчинами возникла враждебность. Кроме того, Детердинг и Гульбенкян столкнулись в остром споре по поводу прибылей Венесуэльской нефтяной компании, которую Гульбенкян привел в группу "Ройял Датч/ Шелл". В дело вмешались личные мотивы.

Уникальные возможности для наблюдения за развитием событий имел Нубар Гульбенкян. Он был личным помощником своего отца и Детердинга и оставил последнего только после произошедшего решительного разрыва. Как объяснял Нубар, Детердинг стал обижаться на придирчивость Гульбенкяна, тот же не мог выносить "подавляющего величия Детердинга".

С Детердингом или без него, Гульбенкян продолжал заниматься самым разнообразным бизнесом.

Так, например, он пытался получить эксклюзивную концессию на торговлю советской икрой. Жену свою он оставил среди произведений искусства - его "детей", как он их называл - в особняке на авеню Д'Йена в Париже. Сам же стал жить в шикарных номерах отеля "Ритц" в Париже, в "Ритце" или "Карлтоне" в Лондоне, где его посещали беспрестанно сменяющиеся любовницы. По меньшей мере, одна из них всегда была моложе восемнадцати лет (из "медицинских соображений", чтобы освежать сексуальную силу). Раз или два в день можно было видеть, как Гульбенкян совершает моцион в Булонском лесу или Гайд-парке, а его лимузин едет сзади. Он всегда старался оставаться в тени, занимался делами в самых разных частях света с помощью телефонных звонков и телеграмм.

Компании, входящие в американский консорциум, и в особенности "Стандард", по-прежнему ориентировались на разработки новых нефтяных месторождений по всему миру. Важная роль в их планах отводилась Ираку. Но на пути, как скала, стоял Гульбенкян. Для него важнее всего были те самые 5 процентов "Турецкой нефтяной компании", причем в виде наличных, чему американцы противились. Его разрыв с Детердингом только усилил его упрямство, способное разрушить даже величайшее терпение Детердинга и Тигла. Тигл как-то даже сказал, что Гульбенкян был "в трудной ситуации самой большой трудностью". Гульбенкян, со своей стороны, был убежден в том, что "нефтяные группировки, руководимые американцем, имели единственную цель - хитростью или жульничеством уничтожить" его права. Он был абсолютно уверен в своей позиции. Армянский бизнесмен хотел денег, а не сырой нефти. "Как бы это вам понравилось, - спрашивал он газетного репортера, - если бы вы имели в нефтяной компании небольшую долю, и вам предложили бы выплатить ваши дивиденды несколькими галлонами нефти?"

В конце концов Тигл решил, что необходимо личею увидеться с Гульбенкяном. Он организовал совместный ланч в лондонском отеле "Карлтон". После многих попыток Тигл достиг своего. Он выбрал свою тактику обсуждения и вопросы о прибыли, которую потребовал Гульбенкян. "Уверен, г-н Гульбенкян, вы слишком хороший торговец нефтью, чтобы не знать, что собственность не будет стоить так много".

Лицо Гульбеикяна побагровело, и он в бешенстве ударил по столу. "Юнец! Юнец! - выкрикнул он. - Никогда не называйте меня торговцем нефтью! Я не торговец нефтью, и я заставлю вас ясно понять это!"

Тигл был смущен. "Хорошо, мистер Гульбенкян, - начал он снова, - приношу извинения, если обидел вас. Я не знаю, как вас называть или как классифицировать, если вы не торговец нефтью". - "Я скажу вам, как я себя классифицирую, - горячо сказал армянин. - Я классифицирую себя как архитектора бизнеса. Я создаю одну компанию, другую компанию. Я создаю компании. Это благодаря мне Детердинг сидит в своем кабинете. Это благодаря мне вы сидите в своем кабинете". Его ярость не утихала. "А теперь вы пытаетесь меня выкинуть"16.

<< | >>
Источник: ЕргинД.. Добыча. Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть/Пер. с англ. - М.: Издательство "ДеНово",1999. - 968 стр.. 1999

Еще по теме АРХИТЕКТОР:

  1. 4.2.3. Природа оппортунистического поведения
  2. Архитектура
  3. Эпоха Фидия (450—400 гг. до н. э.)
  4. ПРОГРАММЫ УПРАВЛЕНИЯ РИСКАМИ
  5. Периоды ранней (600—525 гг.) и развитой (525—480 гг.) архаики Архитектура
  6. 5. Профессиональная организация как канал вертикаль ной циркуляции.
  7. Французское изобразительное искусство и архитектура XVI - XVII вв.
  8. ПРАКТИЧЕСКАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ МАРКЕТИНГА
  9. Профессионал
  10. «Титаны Возрождения»
  11. Восточная Римская империя.
  12. Детальный инжиниринг и заключение контрактов.
  13. Литература
  14. Искусство IV в. до н. э.
  15. Архитектура.
  16. § 2. Этапы проектирования объектов