8.2. Внутренняя политика. Борьба с инфляцией

Политика цен и доходов. Отличительной чертой деятель­ности первого кабинета Г. Вильсона (1964—1966) явилось составле­ние и принятие Парламентом пятилетнего плана экономического развития. Такой документ был подготовлен к 1965 г. созданным для этой цели Национальным советом по экономическому развитию. План предусматривал рост промышленного производства в среднем на 5% в год, что позволило бы к 1966 г. ликвидировать дефицит пла­тежного баланса страны. Таким образом, идея государственного регу­лирования экономики получила новый внушительный импульс.

Среди практических мер для сокращения дефицита платежного баланса и нарастающей инфляции правительство увеличило пошли­ны на страхование и бензин, а также повысило налоги на прибыль. Не менее важная задача заключалась в ограничении внутреннего потребления, что в первую очередь касалось установления пределов роста заработной платы.

Важным шагом в этом направлении стало подписание в декабре 1964 г. представителями Конфедерации британской промышленно­сти, БКТ и правительства «Декларации о намерениях». Тред-юнионы отказывались от акций протеста, связанных с требованием опережа­ющего повышения заработной платы, а предприниматели выразили готовность сохранять заработную плату на приемлемом уровне и не прибегать к необоснованному повышению цен на продукты. Госу­дарство брало на себя функции контроля, который должно было осуществлять Национальное управление по ценам и доходам. Отсю­да и лейбористская политика получила название «политика цен и до­ходов». Первоначально договоренность представителей бизнеса и профсоюзов имела добровольный характер.

В 1965 г. Национальное управление по ценам и доходам ограни­чило рост заработной платы 3,5% в год, в то время как ежегодный рост цен составлял 4%. При всех принятых мерах сдерживание инф­ляции могло быть эффективным при одновременном сокращении государственных расходов. Лейбористы же, выполняя предвыборные обещания, пошли на расширение бюджетных программ. На 20% были повышены пенсии по старости, возвращена практика бесплат­ной выписки рецептов, расширена льготная категория квартиро­съемщиков. Началось широкомасштабное строительство муници­пального жилья. При реализации этих мероприятий сохранялся принцип универсальности («все для всех»), введенный послевоен­ным правительством К. Эттли.

Второй кабинет Вильсона. Нововведения повысили авторитет кабинета Вильсона и создали благоприятные условия для проведения 31 марта 1966 г. досрочных выборов. В предвыборном манифесте «Вре­мя решать» говорилось о намерении правительства наращивать эко­номический рост, внедрять рациональное планирование, расширять жилищный фонд и осуществлять меры, направленные на унифика­цию системы среднего образования и улучшение службы здраво­охранения.

По числу голосов избирателей, поданных за лейбористов (48%), и выигранных ими мандатов (364) партия добилась второго после выборов 1945 г. результата за свою историю. Консерваторы получили 41,9% голосов и обеспечили себе 253 мандата, либералы соответ­ственно 8,5% голосов и 12 мандатов. Абсолютное большинство в 94 места в Палате общин значительно укрепило позиции второго кабинета Вильсона.

В июле 1966 г. в рамках дефляционной политики правительство ввело принудительное «замораживание» заработной платы. А в ав- густе того же года Парламент принял Закон о ценах и доходах. В соот­ветствии с этим Законом Министерству труда и Национальному управлению по ценам и доходам предоставлялись полномочия задерживать на 4 месяца реализацию соглашений о повышении за­работной платы, достигнутых между предпринимателями и профсо­юзами. За нарушение закона устанавливался штраф. Тред-юнионы должны были уведомлять министра труда о предстоящей забастовке, а роль арбитра поручалась тому же Национальному управлению по ценам и доходам.

Блокирование инфляционных тенденций осуществлялось и дру­гими мерами. Так, например, в целом на 10% были повышены кос­венные налоги на спиртные напитки, бензин и почтовые услуги, ужесточению подверглось инвестирование национализированных отраслей, были введены ограничения на вывоз капитала за рубеж. Тем не менее, предотвратить падение курса фунта стерлингов прави­тельству не удалось. В ноябре 1967 г. курс был снижен на 14,3% (один фунт стерлингов приравнивался уже не к 2,8, а к 2,4 долл.), что вы­звало цепную реакцию и валютный кризис в странах стерлинговой зоны.

В целях экономии с 1968 г. был взят курс на сокращение государ­ственных расходов. Сворачивались программы жилищного строи­тельства, была восстановлена плата за выписку рецептов.

Увеличение налогового бремени на потребителей сочеталось с введением королевских премий для предприятий наукоемких отрас­лей. Крупнейшие британские компании, способные выдержать кон­куренцию на мировых рынках, получали налоговые льготы, дешевые кредиты, субсидии. Правительство было инициатором создания Корпорации по реорганизации промышленности (КРП) с фондом в 150 млн ф. ст. При ее содействии в 1966—1970 гг. проходили все крупные слияния. Так, в угольной промышленности вся добыча была сосредоточена в руках одной государственной компании — «Нацио­нального управления угольной промышленности». «Дженерал элект­рик энд Инглиш электрик» производила 90% локомотивов, 50% тур­богенераторов, а также 50% электроники военного и промышленно­го назначения. Процесс монополизации, охвативший все отрасли хозяйства, включая банковскую сферу, облегчал устранение конку­рентов.

Второй кабинет Г. Вильсона вернулся к реализации четвертого пункта устава партии. Была проведена национализация всей стале­литейной промышленности, которая сопровождалась масштабными государственными капиталовложениями в эту отрасль.

Недостаток инвестиционных средств лейбористы, подобно кон­серваторам, пытались возместить путем получения кредитов у Со­единенных Штатов Америки, Международного валютного фонда[98]и ряда международных банков. В целом государственный заем соста­вил около 3 млрд ф. ст.

Все эти действия на короткое время способствовали оживлению экономики. В 1968 г. объем промышленного производства вырос на планируемые 5%, но среднегодовые темпы роста во второй полови­не 1960-х годов составили лишь 2,3%. По темпам экономического роста и уровню жизни населения Великобритания не могла преодо­леть отставание от других ведущих государств Запада. С 1958 по 1966 г. валовой национальный продукт стран ЕЭС увеличился на 51%, США — на 46%, а Великобритании — на 31%. Промышленное производство с 1957 по 1967 г. в странах ЕЭС возросло на 71%, в США — на 73%, Великобритании — на 35%. В конце 1960-х годов по размерам промышленного производства среди развитых индуст­риальных стран Британия занимала четвертое место после США, ФРГ и Японии. Обострялась проблема безработицы. С 1963 по 1967 г. число безработных увеличилось с 340 тыс. до 700 тыс. человек.

Шотландия и Уэльс озадачили лейбористов новым всплеском националистических настроений, начавшимся еще в 1950-е годы. В Уэльсе дело осложнялось тем, что древнему валлийскому языку и традициям грозила гибель под напором массовой англоязычной культуры. Требования в защиту валлийского языка вылились в кам­панию гражданского неповиновения, сопровождавшуюся несколь­кими взрывами бомб. В обоих регионах националисты добились успеха на местных выборах в ряде муниципалитетов.

Ужесточение экономической политики вызывало растущий со­циальный протест по всей Великобритании. В первую очередь это коснулось тех слоев населения, которые составляли основной элек­торат лейбористов — наемных рабочих и служащих. Если в 1963 г. в забастовках участвовало 593 тыс. человек, то в 1966 г. — 2398 тыс.

Не оправдала себя и «политика цен и доходов». В 1967 г. съезд БКТ отверг этот правительственный курс. Осенью 1968 г. на ежегод­ной конференции Лейбористской партии соотношение голосов сто­ронников и противников «политики цен и доходов» составило 1 : 4, что доказывало: стратегия, избранная лидерами, лишается поддер­жки партии. В конце 1968 г. одной только угрозой общенациональ­ной стачки профсоюз машиностроителей добился 9%-ного повыше­ния заработной платы. Все это свидетельствовало о кризисе соци­ально-экономической политики кабинета Вильсона.

Оппозиция правительству. В январе 1969 г., следуя линии на «обуздание» профсоюзов и дистанцирование от них, правительство опубликовало Белую книгу[99] под названием «Вместо раздоров». В ней был представлен проект нового закона о правах и обязанностях профсоюзов. Его основной смысл сводился к ограничению права рабочих на стачки. Главным объектом атаки явились «дикие заба­стовки», т.е. забастовки, не получившие одобрения высшего руко­водства профсоюзов. Между тем 90% всех стачек были именно таки­ми. В числе предложенных мер в опубликованном законопроекте предлагалось ввести 28-дневный «охладительный» период для наибо­лее массовых неофициальных забастовок и применять принудитель­ные санкции в виде денежных штрафов или тюремного заключения зачинщиков протестов для тех, кто нарушит это условие. Кроме того, перед началом крупных официальных забастовок предусматривалось проведение обязательного референдума среди членов тред-юнионов.

Большая часть профсоюзов выступила против опубликованного законопроекта. Главной силой в развернувшейся борьбе являлись два крупнейших профсоюза страны — Союз транспортных и неква­лифицированных рабочих (1,5 млн членов) и Объединенный проф­союз машиностроителей (1,1 млн членов). Чрезвычайный конгресс БКТ 5 июня 1969 г. осудил правительственный законопроект.

В оппозицию правительству встали и левые лейбористы, возглав­ляемые Энтони Бенном. Свой протест против линии правительства они выражали в Палате общин и на страницах леволейбористского еженедельника «Трибюн». Принимая во внимание негативную реак­цию масс, 17 июня 1969 г. большинство членов лейбористского ка­бинета высказались за снятие законопроекта с повестки дня парла­ментской сессии, что и было сделано. Очевидные противоречия с профсоюзами, а также активизация левого крыла партии подрыва­ли авторитет правительства Г. Вильсона.

Попытка преодолеть кризис. Неудача постигла лейбористов и в попытке улучшить платежный баланс страны за счет активизации экспорта и внешних займов. Традиционный рынок империи после ее трансформации в Содружество Наций заметно сократился. Так, если в 1950 г. на долю имперских территорий и стран Содружества приходилось 40% внешнеторгового оборота Великобритании, то в 1970 г.

— только 23%. Доля стран Западной Европы в торговом обо­роте Соединенного Королевства, напротив, поднялась с 23 в 1955 г. до 41% в 1970 г. В политическом аспекте Содружество также пред­ставляло для Лондона серьезную проблему — родезийский кризис, гражданская война в Нигерии, индо-пакистанский конфликт — все это расшатывало данное объединение.

Тем не менее, колониально-сырьевые монополии оставались еще значительной силой в экономике страны. Они сосредоточили в сво­их руках подавляющую часть британских заграничных капиталовло­жений, которые размещались на предприятиях по добыче благород­ных металлов, олова, меди, цинка, свинца, а также на плантациях по выращиванию каучука. Экспорт капитала за границу по-прежнему являлся одной из причин экономического отставания Британии от других развитых стран Запада.

Сомнительной оказалась ставка на ЕАСТ. Удельный вес Брита­нии в товарообороте ассоциации имел тенденцию к постоянному снижению. Так, если в 1959 г. он составлял 32%, то в 1967 г. только 26%. Кроме того, именно в этот период ЕАСТ переживала кризис, вызванный тем, что в нарушение основных принципов ассоциации в 1965 г. Великобритания ввела дополнительный 15%-ный таможен­ный сбор.

Не оправдали себя и надежды на серьезную помощь в преодоле­нии экономических трудностей со стороны североатлантического союзника. Предоставляя кредиты, США одновременно стремились к тому, чтобы в большей степени подчинить себе британскую эконо­мику. Так, два гиганта американской автомобильной промышлен­ности — «Дженерал моторс» и «Форд» захватили 50% производства автомобилей в Великобритании. Под давлением США британские правящие круги отказались от производства собственного ракетного оружия и взяли на вооружение американские ракеты «Поларис».

В целом экономический фактор побуждал правительство пред­принимать новые шаги для переориентации внешних экономических связей страны на уже сложившийся рынок Сообщества с его населе­нием в 185 млн человек. Уже в 1966 г. проявилась тенденция к отказу от конкретизации условий вступления Британии в ЕЭС. Более того, Г. Вильсон открыто признал, что «пять условий», принятых лейбористами в 1962 г., в период пребывания партии в оппозиции, подверглись «эрозии времени». С каждым годом в стране росло чис­ло приверженцев Общего рынка.

Великобритания и ЕЭС. В 1966 г. по опросам Института Гэллапа более 66% опрашиваемых граждан и от 75 до 90% представителей политической и экономической элиты высказались за вступление Великобритании в ЕЭС. Немаловажную роль сыграл тот факт, что в 1960-е годы ряд крупных британских фирм уже достаточно глубоко внедрились в экономику стран Западной Европы. Так, например, британский капитал присутствовал в англо-голландских монопо­лиях — нефтяном гиганте «Ройял Датч Шелл» с годовым оборотом в 4 млрд ф. ст. и самом мощном в мире маргариновом и мыловарен­ном тресте «Юнилевер» с ежегодным оборотом в 2,6 млрд ф. ст. На предприятиях одной из крупнейших автомобилестроительных ком­паний в Европе «Бритиш лейланд мотор корпорейшн» работало око­ло 180 тыс. человек в Великобритании и других странах. Именно эти монополии являлись наиболее активными сторонниками вступления страны в Общий рынок.

В мае 1967 г. Вильсон объявил о решении правительства начать переговоры о присоединении страны к ЕЭС. При голосовании этого вопроса в Палате общин премьер-министра поддержало большин­ство депутатов от лейбористов и консерваторов. Против выступили 62 парламентария, в том числе 35 лейбористов, и еще 50 лейбо­ристских депутатов воздержались.

Что касается профсоюзов, то их отношение к Общему рынку было неоднозначным и зависело в каждом случае от предполагаемо­го выигрыша или проигрыша той отрасли, которую они представля­ли. Причем наиболее сильный довод противников интеграции в этот период состоял в том, что члены «шестерки» проводят единую сель­скохозяйственную политику. В случае введения ее в Великобритании сельское хозяйство страны будет серьезно подорвано, поскольку оно лишится традиционных государственных дотаций. Кроме того, об­щий для ЕЭС внешнеторговый тариф затруднит доступ сравнитель­но дешевого продовольствия из стран Содружества, и населению придется покупать более дорогие продукты, поступающие из стран Европы.

В Белой книге, опубликованной правительством под заголовком «Британия и Европейское Сообщество», говорилось, что присоедине­ние к Общему рынку может обойтись платежному балансу страны в сумму, доходящую до 1100 млн ф. ст., максимальное увеличение цен достигнет 18—20%, а стоимость жизни повысится на 4—5%.

Впрочем, вторая попытка Британии стать членом ЕЭС вновь за­кончилась неудачей по той же причине — из-за вето, наложенного президентом Франции Ш. де Голлем в декабре 1967 г. На этот раз он обосновал свой отказ тем, что экономика Британии несовместима с более развитой экономикой стран Общего рынка. Такой совмести­мости, с точки зрения де Голля, можно достигнуть, лишь отказав­шись от системы торговых льгот в отношениях со странами Содру­жества, а также урегулировав вопросы единой сельскохозяйственной политики.

В Великобритании непреклонная позиция французского прези­дента, помимо чувства национального унижения, вызвала новую волну выступлений противников интеграции. Несмотря на это, пра­вительство опубликовало документ, в котором говорилось, что бри­танское заявление о присоединении к ЕЭС не будет отозвано.

Либерализация законодательства. Во второй половине 1960-х го­дов произошла либерализация законодательства, касавшегося сек­суальных отношений, института брака и положения женщин. В 1967 г. был принят Акт о сексуальных преступлениях, который легализовал гомосексуальные отношения[100] и покончил с практикой преследования гомосексуалистов. В том же году были опубликованы Закон об абортах и Закон о планировании семьи. В соответствии с первым актом клиникам было разрешено производить подобные операции, издание второго повлекло за собой распространение средств контрацепции. Оба закона ознаменовали отход общества от жесткой викторианской морали и победу феминистских организа­ций, которые видели в контроле над рождаемостью реализацию пра­ва женщин на свободный выбор. Некоторые политики со своей сто­роны рассматривали данные законы как средство ограничения рож­даемости в наименее обеспеченных семьях и предотвращения возможной перенаселенности островов .

В конце 1969 г. был опубликован Закон о разводах, который об­легчал эту процедуру и позволял расторгать неудачные браки по вза­имному согласию после трех лет раздельного проживания. До этого в британском законодательстве само понятие «развод» трактовалось как санкция за измену, жесткое обращение с супругом или оставле­ние семьи без уважительных причин. Без согласия пострадавшей стороны виновный в разрушении семьи не мог рассчитывать на рас­торжение брака.

Закон 1970 г. определил правила раздела имущества разведенных. Супруга получала право на равную часть совместной собственности, независимо от того, работает она или ведет домашнее хозяйство. Алименты, уплачиваемые на оставленных детей, обычно отцом, дополнялись значительными социальными выплатами со стороны

3

государства .

Следствием Закона о разводах явилось резкое увеличение числа расторжений браков[101]. Одновременно возросло число повторных бра­ков. Если в 1969 г. число таких союзов составляло 14% всех заклю­ченных браков, то в 1999 г. — уже 36%. Это означало, что британцы более свободно относятся к разрыву брачных уз, но все же во многих случаях стремятся к созданию семьи с новым партнером. В то же вре­мя стало расти число незарегистрированных браков. Подобные отношения между партнерами уже не вызывали тотального обще­ственного осуждения.

Британское общество освобождалось от ценностей викториан­ской морали с ее религиозностью, почитанием семьи и строгими нравами. Формирующийся «новый средний класс», к которому при­надлежали широкие слои служащих государственных учреждений и предприятий национализированного сектора экономики (особен­но его второе поколение), становился проводником морали «все­дозволенности», которая, все же, не превращалась в норму поведе­ния для большинства британцев.

В 1969 г. в стране был принят первый закон против употребления наркотиков, которое с прибытием переселенцев из Азии приобрета­ло все более широкое распространение.

Молодежные и особенно студенческие волнения, охватившие ряд стран континентальной Европы в конце 1960-х годов, ускорили принятие британским Парламентом Закона о народном представи­тельстве (1969). В соответствии с ним избирательный ценз для всех британцев был снижен с 21 года до 18 лет. В следующем году был принят Закон о семейных отношениях, снижавший возраст совер­шеннолетия для жителей Англии и Уэльса с 21 года до 18 лет.

Политика в сфере образования. В годы лейбористского правления произошла модернизация среднего школьного и высшего образова­ния. Существующая система средних учебных заведений («граммати­ческих», «современных» школ и технических училищ) была замене­на сетью «общеобразовательных» средних школ (1965). К концу 1970 г. более 90% детей посещали эти школы. Несмотря на острую критику в адрес такого типа учебных заведений, общеобразова­тельные школы в течение двадцати последующих лет стали значи­тельным шагом вперед в совершенствовании системы образования. Отборочный экзамен «одиннадцать плюс» был отменен. Оканчивав­шие эти школы после сдачи экзаменов обычной сложности получа­ли так называемый аттестат «О», а при повышенной сложности — аттестат «А» и имели возможность поступать в высшие учебные за­ведения. Частные школы («паблик скулз») в значительной степени были лишены государственной поддержки.

За счет грантов расширились возможности поступления молодежи в высшие учебные заведения и получения высшего образования, которое в большинстве случаев стало бесплатным. В конце 1960-х годов откры­лись 9 университетов и 21 политехнический институт, находившиеся в ведении местных органов власти. Результаты сказались к середине 1980-х годов: число студентов дневных отделений университетов пре­высило 500 тыс., а к 1990-м годам треть 18-летних британцев обуча­лась в этих учебных заведениях. В 1969 г. начал функционировать так называемый Открытый университет, предназначенный для заочного обучения студентов зрелого возраста, которым в молодые годы не удалось получить высшее образование.

<< | >>
Источник: Остапенко Г.С., Прокопов А.Ю.. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: Учеб. пособие. — М.: Вузовский учебник: ИНФРА-М, — 472 с.. 2012

Еще по теме 8.2. Внутренняя политика. Борьба с инфляцией:

  1. БОРЬБА НА ВНУТРЕННЕМ ФРОНТЕ
  2. Внутренняя колонизация и борьба с непокоренными индейцами
  3. Внутренняя борьба в Спарте и других греческих государствах
  4. 6.2.3. Анализ инновационной политики и ее роли в конкурентной борьбе
  5. Глава 4. Дивидендная политика и политика развития производства. Внутренние темпы роста и норма распределения прибыли
  6. 1. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА
  7. Дискреционная денежно-кредитная политика и инфляция
  8. 9.3.2. Влияние инфляции на ценовую политику
  9. 2. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА В 1725 - 1762 гг.
  10. 4. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА
  11. Внешняя и внутренняя политика Якова I
  12. НЕЗАВИСИМОСТЬ ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЙ ПОЛИТИКИ И ИНФЛЯЦИЯ
  13. Глава 23. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.