загрузка...

3.2. Изменения в политической и социально-экономической сферах

Избирательная реформа 1918 г. Первая мировая война оказала большое влияние на всю послевоенную жизнь Соединенно­го Королевства. Участие миллионов британцев в военных действиях в различных частях света, жизнь рабочих и их семей, полная трудно­стей в тылу, а также революционные события в ряде стран континен­тальной Европы — все это способствовало росту самосознания масс, более активному приобщению широких слоев населения Велико­британии к общественно-политической деятельности и к борьбе за свои экономические права.

Конец войны и первые годы после ее завершения были отмечены активизацией рабочего движения. В 1917—1918 гг., когда еще шли сра­жения в континентальной Европе и в других районах мира, по Брита­нии прокатилась волна забастовок: сотни тысяч британцев участвова­ли в стачках. В это же время среди простых британцев заметно усили­лись коллективистские настроения, вера в способность тред-юнионов успешно отстаивать интересы рабочих. С 1914 по 1918 г. численность профсоюзов увеличилась в полтора раза — с 4,1 млн до 6,5 млн чело­век. Лейбористская партия, опиравшаяся в основном на тред-юни­оны, значительно укрепила свои позиции: в 1918 г. число ее сторон­ников возросло почти в два раза по сравнению с 1914 г., достигнув 3 млн человек. В 1917 г. была создана Кооперативная партия, которая впоследствии активно сотрудничала с Лейбористской. Кроме того, в конце второго десятилетия XX в. в Великобритании большое рас­пространение получила внепарламентская политическая деятель­ность масс, в стране возникло немало общественно-политических объединений различной политической ориентации. Среди них мож­но назвать Британский имперский союз (1917), Национальную пар­тию (1917), Союз средних классов (1919), Союз национальной безо­пасности (1919), Лигу свободы (1920) и ряд других.

Рост социальной и политической активности широких слоев на­селения Великобритании не был следствием исключительно влияния войны. Он стал прямым продолжением тех тенденций в развитии бри­танского общества, которые стали проявляться еще до 1914 г. В начале XX в., как отмечалось ранее, наблюдался рост рабочего движения, усилилось влияние Лейбористской партии, наметились изменения в общественном положении женщин. Глобальный военный конфликт явился катализатором этих процессов. Первая мировая война нагляд­но продемонстрировала несоответствие между положением широких слоев населения и той ролью, которую массы сыграли в победе и в целом занимали в жизни Великобритании в начале XX в.

Все это вызвало беспокойство британского политического руко­водства. Тревогу порождал и тот факт, что в это время в ряде стран континентальной Европы ширилось революционное движение, ко­торое могло перекинуться и в Великобританию. Эти опасения были вполне обоснованны, учитывая резкое социальное расслоение насе­ления. В начале 1920-х годов в двух наиболее населенных частях Со­единенного Королевства — Англии и Уэльсе — 1% населения владел 61% всех богатств, а 5% жителей — 82%. Представители политиче­ского истеблишмента Великобритании не могли не понимать и того, что в страну после окончания войны должны были вернуться сотни тысяч демобилизованных британских солдат, умевших обращаться с оружием и ожидавших с завершением войны значительного улуч­шения своей жизни. Вследствие всех этих обстоятельств проблема взаимоотношения с массами стала для британского политического руководства в конце второго десятилетия XX в. одной из самых важ­ных и потребовала от правительства страны принятия ряда неотлож­ных решений в политической и социальной сферах.

Еще во время мировой войны руководители Великобритании пришли к осознанию того, что в складывавшейся в обществе обста­новке уже нельзя, как прежде, не допускать большинства населения страны к участию в формировании высшего органа законодательной власти. В 1917 г. в ходе обсуждения в Палате общин нового закона о будущей парламентской реформе один из членов законодательно­го органа страны говорил: «...можем ли мы после того, как призвали женщин приложить столько усилий для ведения этой войны и, по­лучив такой блестящий отклик на этот призыв, отказать женщинам в праве голоса...» Ллойд Джордж, касаясь будущих изменений в по­рядке проведения выборов, писал: «Я полагаю, что они (солдаты. — А.П.) имеют право голоса при выборах правительства, которое посы­лает их на страдания и смерть».

В середине 1918 г. Парламент принял Закон о народном предста­вительстве, который значительно демократизировал британскую избирательную систему. Теперь право голоса получили все мужчины старше 21 года, при этом сохранялся 6-месячный ценз оседлости, или необходимо было владеть помещением для ведения бизнеса. Возможность прийти на избирательные участки получили и солдаты. Кроме того, впервые в британской истории женщинам (достигшим 30-летнего возраста) было предоставлено право участвовать в выбо­рах в Парламент. Но для женщин имелись не только возрастные ог­раничения: британки должны были обладать недвижимостью с до­ходом не менее 5 ф. ст. в год или состоять в браке с мужчиной, кото­рый имел указанный доход. В результате избирательной реформы 1918 г. британский электорат увеличился почти в три раза — с 7,9 до 21,39 млн человек, среди которых 8,4 млн были женщины.

В конце войны и в первые послевоенные годы изменения в поло­жении женщин в британском обществе произошли не только благо­даря Закону о народном представительстве. В 1919 г. вступил в силу закон, по которому семейное положение или пол человека не могли быть причиной отказа в назначении на ту или иную государственную должность. Однако в реальности многие препятствия на пути про­фессиональной и общественной деятельности женщин продолжали сохраняться. Тем не менее, в 1919 г. в состав Парламента впервые была избрана женщина (виконтесса Нэнси Астор), а в 1921 г. первая женщина получила должность адвоката. Все это свидетельствовало о том, что после Первой мировой войны в общественном сознании произошли существенные изменения относительно прав женщин.

Социальная и политическая активизация широких слоев населе­ния, появление массового электората привели к тому, что после 1918 г. ведущие политические партии все чаще стремились выглядеть выразителями интересов не одного класса, а всего народа. «Особен­но в этом преуспели консерваторы, — утверждает английский исто­рик К. Роббинс. — Они представляли себя стоящими над групповы­ми интересами, партией моральных ценностей, защитниками семьи, сторонниками стабильности и порядка»[47]. Лейбористы также пыта­лись предстать выразителями интересов не одного рабочего класса. В программе, принятой ими в последний год войны, утверждалось, что Лейбористская партия является партией не только работников физического, но и умственного труда.

Избирательная реформа 1918 г. стала законодательным оформ­лением заметно возросшей социальной активности масс, своеобраз­ным признанием изменений, произошедших в британском обществе. Закон о народном представительстве 1918 г. явился важным шагом на пути, который через десять лет привел к равенству в политических правах женщин и мужчин и становлению в стране массовой демокра­тии, когда все взрослое население страны получило возможность участвовать в политической жизни страны.

Выборы 1918 г. Первая мировая война существенно изменила со­отношение сил на политической арене Великобритании. За годы гло­бального военного конфликта консерваторы смогли заметно упрочить свои позиции, и их представители с конца 1916 г. занимали ведущие министерские посты в коалиционном правительстве. Либеральная партия, расколотая на сторонников Ллойд Джорджа и Асквита, пере­живала период явного ослабления. Одна часть сторонников либералов перешла к лейбористам, другая — к консерваторам.

Вскоре после окончания войны премьер-министр Великобрита­нии Д. Ллойд Джордж объявил о проведении 14 декабря 1918 г. всеоб­щих выборов. Поспешность, с которой премьер выдвинул подобный план, была вызвана надеждами лидеров коалиции завоевать на волне патриотических настроений и эйфории от победы большинство мест в Парламенте и остаться у власти. В условиях роста активности тру­дящихся ведущие представители политической элиты страны при­шли к осознанию того, что для решения сложных внутри- и внешне­политических проблем необходимо сохранить коалиционный харак­тер будущего правительства (что было крайне редким явлением для мирного времени) и на выборах 1918 г. выступить единым фронтом. Решение консерваторов не разрывать союза с Д. Ллойд Джорджем и его сторонниками диктовалось и тем, что премьер, обладавший большим политическим опытом и имевший славу реформатора и «человека, который выиграл войну», как никто другой подходил на роль политического лидера в непростых условиях социальной неста­бильности послевоенного времени. В свою очередь Ллойд Джордж, обеспокоенный расколом Либеральной партии и утратой ею прежне­го престижа, также был заинтересован в том, чтобы выступить на выборах совместно с консерваторами.

Перед политической элитой страны в первое послевоенное вре­мя стояла непростая задача — заручиться поддержкой и повести за собой миллионы солдат и рабочих, смертельно уставших от войны, и миллионы женщин, впервые получивших право участвовать в вы­борах. Избирательная кампания проходила на фоне роста социаль­ной активности масс, увеличения числа забастовок, революционных событий в континентальной Европе, в условиях, когда большинство рабочих ожидали изменения своей жизни в лучшую сторону, в обста­новке антигерманской националистической истерии первых недель после 11 ноября 1918 г.

Именно этим объясняется тот факт, что в ходе избирательной кампании руководители коалиции активно использовали разного рода посулы, адресованные широким слоям населения, в первую очередь рабочим и солдатам. Призыв «Сделаем страну достойной ее героев» стал главным лейтмотивом предвыборной агитации консер­ваторов и либералов Ллойд Джорджа. Этот лозунг должен был вну­шить избирателям веру в то, что премьер и стоявшие за ним полити­ческие силы готовы многое сделать для улучшения жизни простых британцев. Руководители коалиции обещали выделить всем желаю­щим землю (в первую очередь военнослужащим), ликвидировать трущобы и быстро построить новые дома для бедняков. Последнее предложение в первую очередь имело целью получить поддержку со стороны женщин. Демобилизовавшимся солдатам власти намерева­лись выплачивать пособия за счет государства, пока они не найдут работу. Подобная беспрецедентная мера свидетельствовала о том, что Уайтхолл был готов идти на любые меры, чтобы сохранить в стране социальную стабильность.

Представители коалиции обещали также взыскать с Германии расходы, которые Великобритания потратила на ведение войны. Используя широко распространенные антигерманские настроения, Ллойд Джордж в конце предвыборной кампании неоднократно пов­торял: «За все заплатят немцы!» и ратовал за то, чтобы Вильгельм II был повешен.

Руководители коалиции выдвинули своих представителей в 550 из 707 избирательных округов. Лидеры консерваторов и либералов Эндрю Бонар Лоу и Дэвид Ллойд Джордж направили каждому кан­дидату от коалиции письмо поддержки за своими подписями. Поли­тические противники коалиции не без сарказма называли данные послания «купонами» (по аналогии с продовольственными карточ­ками — купонами, существовавшими во время войны). Пресса охот­но подхватила этот термин, окрестив голосование 1918 г. «выбора­ми по купонам». Другим популярным названием политического волеизъявления британцев стало «выборы в хаки». Это было связано с тем, что в 1918 г. военнослужащим впервые предоставили право прийти на избирательные участки и отдать свои голоса за того или иного кандидата.

Раскол в рядах Либеральной партии, вызванный соперничеством между Ллойд Джорджем и Асквитом, привел к тому, что последний (за которым шло большинство либералов) отказался поддержать ко­алицию. Лейбористы также приняли решение не присоединяться к коалиции. Их руководители еще в июне 1918 г. объявили о прекра­щении «избирательного перемирия», а сразу после окончания войны вышли из состава правительства Ллойд Джорджа.

Лейбористская партия в 1914—1918 гг., как уже отмечалось выше, значительно укрепила свои позиции. Если в 1914 г. в ее составе на­считывалось 1,6 млн ее членов, то в 1918 г. — 3 млн, а в 1920 г. — уже 4,3 млн человек. Лейбористы, ясно осознавая усиление своей партии и видя рост активности широких рабочих масс, посчитали, что для них пришло время выступить на политической арене самостоятель­но. С целью лучше подготовить свою организацию к будущей парла­ментской борьбе руководители ЛПВ на последнем этапе войны про­вели реорганизацию партии. В феврале 1918 г. ежегодная партийная конференция утвердила устав партии, который разрешал наравне с существовавшим коллективным членством (профсоюзов) также и индивидуальное. Это решения расширило социальную базу партии: в нее вошли представители мелкобуржуазных слоев и левой интел­лигенции, что усилило в первую очередь правое крыло партии. Теперь ЛПВ могла опираться не только на тред-юнионов, социали­стические организации, но и на постоянно действовавшие в избира­тельных округах местные партийные организации.

В уставе содержался специальный раздел, посвященный задачам партии. В его четвертом пункте говорилось, что целью партии являет­ся «обеспечение работников физического и умственного труда всем продуктом их труда и его наиболее справедливое распределение на основе общественной собственности на средства производства и наи­лучшей системы народного управления и контроля над всеми отрас­лями промышленности и предприятиями обслуживания». Тем самым лейбористы впервые высказались за осуществление мер социалисти­ческого характера. Добиваться поставленных целей они намеревались эволюционным парламентским путем, не прибегая к революции и на­силию. Пункт об обобществлении средств производства просущест­вовал в уставе ЛПВ вплоть до середины 1990-х годов.

Незадолго до выборов 1918 г. лейбористы опубликовали первую программу партии, озаглавленную «Труд и новый социальный по­рядок», в подготовке которой активное участие приняли С. Вебб и А. Гендерсон. В ней предусматривалось проведение ряда социаль­но-экономических и политических реформ: установление обязатель­ного минимума заработной платы, сокращение продолжительности рабочего дня, введение всеобщего избирательного права, а также национализация важнейших отраслей хозяйства страны — предпри­ятий электроэнергетики, железных дорог, угольных шахт, торгового судоходства, военного производства. Лейбористское руководство выдвинуло более 350 кандидатов в Парламент, которые проводили свою предвыборную кампанию, пропагандируя основные положения программы партии.

Всеобщие выборы состоялись 14 декабря 1918 г., около 60% изби­рателей впервые участвовали в голосовании, многие из них, не имея политического опыта и под влиянием энергичной предвыборной агитации представителей коалиции, отдали свои голоса кандидатам от Консервативной партии и либералам Ллойд Джорджа. Из 707 мест в Палате общин кандидаты от коалиции завоевали абсолютное боль­шинство — 478. При этом 335 мандатов получили консерваторы, а 133 — либералы Ллойд Джорджа, 10 — коалиционные лейбористы. Сторонники Асквита добились успеха только в 28 избирательных округах. За Лейбористскую партию проголосовало 22% электората, и ей удалось провести в Палату общин 63 своих представителей. Хотя лейбористы не смогли выиграть выборы, они впервые стали круп­нейшей оппозиционной партией в Палате общин и получили офи­циальный статус «оппозиция Его Величества». Этот успех ознамено­вал начало превращения лейбористов во вторую ведущую партию на политической сцене страны.

После завершения выборов консерваторы, несмотря на то, что им принадлежало 3/4 парламентских мест в коалиции, предпочли предоставить пост премьер-министра либералу Ллойд Джорджу. Однако многие другие ключевые позиции в новом правительстве остались за консерваторами. Их лидер Э. Бонар Лоу стал лордом- хранителем печати, О. Чемберлен — министром финансов (канцле­ром Казначейства), лорд Керзон — министром иностранных дел.

Социально-экономическая ситуация в первые послевоенные годы. Участие Великобритании в Первой мировой войне потребовало от британского общества не только больших человеческих жертв, но и мобилизации всех экономических ресурсов, что привело к заметно­му ослаблению финансово-экономического положения Соединенно­го Королевства после 1918 г. За время мирового военного конфликта страна лишилась около четверти зарубежных инвестиций; выпуск промышленной продукции к 1918 г. уменьшился по сравнению с 1913 г. на 9%; существенно возрос импорт и одновременно сокра­тился экспорт. Было уничтожено 40% британского торгового флота. Участие в войне потребовало огромных финансовых расходов, вследствие чего британскому правительству пришлось прибегнуть к многочисленным внутренним и внешним займам.

В результате долг Великобритании за период с 1914 по 1918 г. увеличился в 12 раз, до­стигнув 7,8 млрд ф. ст., и к концу войны страна из кредитора превра­тилась в должника США.

Новому кабинету министров предстояло решать многие непро­стые проблемы как за рубежом, так и в самой Великобритании. Для погашения долга правительство в послевоенный период должно было тратить ежегодно значительную часть бюджета страны, что пот­ребовало увеличения налогов. Если в начале века, как отмечалось ранее, налог платили немногим более 1 млн человек, имевших доход более 160 ф. ст. в год, то к 1919—1920 гг. планка налогообложения была снижена до 130 ф. ст., и выплаты в государственную казну вно­сили уже 7,8 млн человек[48]. Увеличение налогов вело к росту цен и снижению платежеспособности британцев, ограничению их де­ловой активности. В 1919 г. кабинет министров оказался перед необ­ходимостью отмены золотого стандарта фунта стерлинга.

После 1918 г. Лондон стал уступать место мирового финансового центра Нью-Йорку. Одновременно наблюдалось ослабление внешне­торговых позиций Великобритании. Немало английских экспортных рынков в годы Первой мировой войны оказались захвачены конку­рентами (особенно в странах Латинской Америки, а также в США и Японии). В результате этого захвата, а также вследствие активной протекционистской политики многих стран значительно сократился британский экспорт. В 1920 г. вывоз товаров из Великобритании со­ставил немногим более 80% довоенного уровня.

Одной из первоочередных задач, стоявших перед кабинетом Ллойд Джорджа во внутренней политике, являлся перевод экономи­ки на мирные рельсы. Для достижения этой цели руководство стра­ны уже в 1919 г. упразднило многие государственные контрольные и регламентирующие органы, созданные в 1914—1918 гг. Прежним владельцам было возвращено большинство предприятий (прежде всего в ведущих отраслях хозяйства). После ликвидации летом 1922 г. министерств вооружений и продовольствия, а также передачи еще ранее в частные руки шахт, железных дорог и водного транспорта завершился демонтаж механизма государственного регулирования военного времени.

Профсоюзы и стачечная борьба. Радикальные политические объ­единения. В первые послевоенные годы большую тревогу у власть имущих вызывала заметно возросшая активность масс. В годы Пер­вой мировой войны, как отмечалось ранее, существенно возросла численность профсоюзов. После окончания войны она продолжала увеличиваться: если в 1918 г. в тред-юнионах состояло 6,5 млн чело­век, то в 1920 г. уже — 8,3 млн человек. Это означало, что на рубеже 1910-1920-х годов в рядах профсоюзов находилось немногим мень­ше половины всех рабочих. Данный показатель оставался самым высоким за весь межвоенный период. В это же время возникло не­сколько новых крупных тред-юнионов, среди них Сталечугунный трудовой союз (1917), Объединенный союз машиностроителей

(1920) , Профсоюз транспортных и неквалифицированных рабочих

(1921) .

Одновременно с укреплением тред-юнионистского движения невиданного ранее размаха и накала в стране достигла стачечная борьба. В 1918 г. в Великобритании было организовано более тысячи забастовок, в которых приняло участие около миллиона британцев. Рабочие добивались повышения заработной платы, сокращения ра­бочего времени, снижения цен, установления рабочего контроля над производством. В 1919 г. произошло уже 1352 промышленных кон­фликта, охвативших 2,4 млн рабочих. Одной из самых крупных ста­ла стачка 450 тыс. текстильщиков, требовавших сокращения рабочей недели. Осенью 1919 г. правительство попыталось снизить зарплату железнодорожникам, что привело к десятидневной всеобщей забас­товке сотен тысяч железнодорожников. Весной 1919 г. почти милли­он организованных в профсоюзы шахтеров предприняли попытку добиться увеличения заработной платы, введения 7-часового рабо­чего дня, кроме того, горняки призвали власти национализировать шахты. Шахтеры входили в созданный еще до войны Тройственный союз, поэтому к акциям протеста углекопов должны были присоеди­ниться железнодорожники и транспортники. Все это привело к тому, что правящим кругам страны, не имевшим в это время возможности активно противостоять объединенным силам трех профсоюзов, при­шлось частично удовлетворить требования горняков. В этом же году бастовали десятки тысяч йоркширских шахтеров, машиностроитель­ных рабочих Тайнсайда, тысячи горняков Файфшира, докеров Мер- сея, рабочих лондонского метро и др.

В 1920 г. в стране продолжался рост забастовочного движения, произошло более 1,5 тыс. стачек, число забастовщиков достигло поч­ти 1,8 млн человек. В конце второго десятилетия XX в. Великобрита­ния являлась государством, где был отмечен один из самых высоких уровней забастовочного движения в Европе. За период с 1916 г. по 1920 г. в среднем из тысячи работавших британцев 71 человек участ­вовал в производственных конфликтах.

В первые послевоенные годы, наряду с широкомасштабными выступлениями трудящихся за свои экономические права, как отме­чалось ранее, происходили энергичные акции против интервенции британских войск в Советскую Россию. Руководители Великобри­тании были крайне обеспокоены распространением революционных настроений в Европе. В марте 1919 г. британский премьер-министр Д. Ллойд Джордж писал премьеру Франции Ж. Клемансо и прези­денту США В. Вильсону: «Вся Европа насыщена духом революции. Глубокое чувство не только недовольства, но и гнева и возмущения царит в рабочей среде против условий, существовавших до войны. От одного конца Европы до другого весь современный строй с его политическим, социальным и экономическим укладом больше не удовлетворяет массы».

Октябрьская революция в России в 1917 г. и создание в 1919 г. Коммунистического интернационала придали заметный импульс развитию и консолидации левых сил в Британии. В Лондоне 31 июля — 1 августа 1920 г. состоялся учредительный съезд, на кото­ром была основана Коммунистическая партия Великобритании (КПВ). В этом же году она вошла в состав Коминтерна, чье руковод­ство в 1920-1930-е годы оказывало финансовую помощь британским коммунистам и фактически определяло основные направления их деятельности. Лидеры КПВ, следуя в фарватере политики Комин­терна, своей конечной целью ставили низвержение буржуазного строя в стране и создание Советской Британии. Коммунисты стре­мились привлечь на свою сторону пролетариат, вели активную про­паганду в профсоюзах, среди безработных и членов Лейбористской партии, а также пытались установить контакты с немногочисленны­ми сторонниками коммунистической идеи в некоторых странах колониальной империи. В 1920-е годы КПВ провела в Парламент несколько своих представителей, стараясь использовать парламент­скую трибуну для пропаганды своих взглядов. Несмотря на под­держку со стороны Коминтерна, руководителям КПВ не удалось создать массовую партию и увлечь за собой рабочих. Численность партии в 1920-е годы колебалась от 2,5 тыс. (в 1921 г.) до 12 тыс. (в 1926 г.), после чего число коммунистов к 1929 г. снова сократилось до 3,5 тыс. (в 1929 г.).

Одновременно с ростом активности левых радикалов в стране стали усиливаться и крайние правые силы. Уже в конце войны воз­никли такие объединения, как Британский имперский союз и Нацио­нальная партия, которые стремились объединить широкие массы трудящихся на основе националистических и антикоммунистиче­ских идей. После 1922 г. в Великобритании появилось несколько организаций, именовавших себя фашистскими. Большинство из них были малочисленными по составу, их лидеры отстаивали в основном антикоммунистические, контрреволюционные, штрейкбрехерские цели.

Право- и леворадикальные силы находились далеко на перифе­рии политической жизни Британии, тем не менее, их противостоя­ние стало характерной чертой общественной жизни Соединенного Королевства в 1920-е и особенно в 1930-е годы.

Внутренняя политика кабинета Ллойд Джорджа. В условиях не­виданного размаха забастовочного движения в Британии, в обста­новке, когда некоторые простые жители страны выступали с требо­ваниями радикальных реформ в промышленности и в обществе, коалиционное правительство Ллойд Джорджа было вынуждено уделять повышенное внимание социальным проблемам. Государство оплачивало кратковременные пособия демобилизованным военно­служащим и рабочим военных фабрик и заводов, которые потеряли работу. Кроме того, для уменьшения числа безработных правитель­ство организовало общественные работы. В 1920 г. Парламент одоб­рил Закон о страховании по безработице, действие которого распро­странялось на 12 млн человек, т.е. практически на всех рабочих, за­нятых физическим трудом, а также на часть служащих. (В 1911 г. от безработицы было застраховано 2,25 млн человек, в годы войны к ним прибавился еще миллион британцев.) Принятый в 1919 г. за­конодательный акт несколько увеличивал размер пенсии по старости и расширял круг лиц, которые могли ее получать. В 1919—1922 гг. в рамках правительственной программы жилищного строительства на общественные средства было возведено 200 тыс. домов, что, прав­да, позволило обеспечить жильем только четверть нуждавшихся бри­танцев. Проведенная в 1918 г. реформа народного образования вво­дила бесплатное обязательное обучение для всех детей до 14 лет. В результате этого в межвоенный период 81% английских детей в возрасте от 5 до 14 лет посещали школы, что являлось одним из самых высоких показателей среди западноевропейских стран. Созданное в 1919 г. Министерство здравоохранения проводило по­литику в сфере охраны здоровья населения в масштабе всей страны. Одновременно с этим несколько увеличились пособия, выдаваемые в рамках медицинского страхования. Приведенные данные свиде­тельствовали о том, что в сложных социально-экономических усло­виях первых послевоенных лет политические лидеры Великобрита­нии приложили немало усилий, чтобы добиться социальной стабиль­ности и удовлетворить ряд требований широких слоев населения. После Первой мировой войны государство стало играть значительно большую роль в жизни общества, чем до 1914 г., и это было обуслов­лено социальными функциями, которые правительство взяло на себя после 1918 г.

Однако не только уступками и реформами в социальной сфере британские правящие круги старались добиться стабильности в стра­не и не допустить острого социального противостояния в обществе. В ряде случаев правительство не останавливалось перед применени­ем силы для того, чтобы стабилизировать ситуацию в тех районах, где происходили массовые забастовки. Так, в начале 1919 г. только введение армейских подразделений в крупнейший промышленный город Шотландии Глазго позволило не допустить эскалации соци­ального конфликта в этой части Великобритании.

В октябре 1920 г. в кратчайшие сроки Парламент утвердил Закон

0 чрезвычайных полномочиях. Он мог применяться в случае, если уже произошло или только готовилось крупное антиправительственное выступление, существовала угроза нарушения поставок и распре­деления продовольствия, топлива, электроэнергии и т.п. В соответ­ствии с этим законодательным актом кабинет министров мог от име­ни Короля в мирное время вводить в стране чрезвычайное положение, самостоятельно издавать законы и использовать фактически любые средства для поддержания общественной безопасности и нормали­зации обстановки в стране. Таким образом, Парламент не только заметно усиливал органы исполнительной власти, но и в чрезвычай­ных обстоятельствах передавал им законодательные полномочия. Подобная деятельность получила название делегированного законо­дательства, т.е. акты издавались формально по поручению Парла­мента. Этот закон, направленный главным образом против забасто­вок, не остался мертвой буквой и в 1920-е годы дважды применялся на практике.

Экономический кризис 1920—1921 гг. и положение рабочих. В пери­од с начала 1919 г. и до осени 1920 г. Великобритания переживала торгово-промышленный бум, когда в стране значительно увеличива­лось количество выпускаемой продукции и наблюдался быстрый рост внешней торговли. Это было вызвано увеличением спроса на потребительские товары, конверсией, благоприятной внешнеторго­вой конъюнктурой. Однако выпуск промышленной продукции в это время так и не достиг довоенного уровня: в 1920 г. он составил толь­ко 90% уровня 1913 г. Оживление производства оказалось недолго­временным, и осенью 1920 г. страну охватил экономический кризис, продолжавшийся почти весь следующий год. Объем производства в 1921 г. уменьшился по сравнению с 1920 г. на треть, и правительству Ллойд Джорджа пришлось увеличить налоги и сократить ассигнова­ния на социальные программы.

Во время кризиса в стране заметно выросла безработица. В сере­дине 1921 г. не имело работы около 2 млн человек (17% трудоспособ­ного населения). Особенно остро эта проблема стояла в таких тра­диционных для Британии отраслях, как кораблестроение и машино­строение (в этих отраслях не имели работы соответственно 36 и 27% рабочих)1. На протяжении почти всего периода 1920-х годов уровень безработицы в целом по стране не опускался ниже 10%, поэтому и вопрос занятости являлся одним из наиболее болезненных для бри­танского общества на протяжении всего межвоенного периода.

В начале 1921 г. в сложных экономических условиях, в обстанов­ке роста числа безработных власти и предприниматели посчитали, что наступил удобный момент для того, чтобы добиться уступок со стороны рабочих. В это время резко ухудшилась ситуация на рынке угля, что могло привести к существенным финансовым потерям го­сударства. В середине февраля 1921 г. правительство объявило о на­мерении досрочно, с 31 марта, отменить государственный контроль, введенный в годы войны, в угледобывающей промышленности. Шахтовладельцы заявили, что с начала апреля заработная плата гор­няков снизится на 20% и будет отменена общенациональная система заключения трудовых соглашений. Представители шахтеров отказа­лись принять эти условия, после чего с 1 апреля 1921 г. предприни­матели объявили локаут.

Государство тщательно подготовилось к подобному развитию событий. Правительство заранее сделало запасы угля, 1 апреля в стране было объявлено чрезвычайное положение и в угледобыва­ющие районы стянуты войска. Лейбористская газета «Дэйли геральд» назвала действия правительства и предпринимателей «лобовой ата­кой капиталистов на весь рабочий класс». Руководители Федерации горняков обратились за помощью к Тройственному союзу. Тред-юни­онистские лидеры транспортников и железнодорожников первона­чально обещали начать забастовку солидарности. Однако в назна­ченный день (15 апреля) они заявили, что шахтеры не использовали всех возможностей мирного урегулирования конфликта, и поэтому стачка отменялась.

В историю профсоюзного движения Британии 15 апреля 1921 г. вошло как «черная пятница». Срыв забастовки солидарности желез­нодорожниками и транспортниками, предопределивший поражение горняков, повлек за собой ряд негативных последствий для многих миллионов британских рабочих. Горняки в течение двух с лишним месяцев в одиночку пытались отстоять свои требования, но к концу июня им пришлось принять условия шахтовладельцев. В 1921— 1922 гг. предприниматели провели локауты в хлопчатобумажной и машиностроительной отраслях; к концу 1921 г. владельцы фабрик и заводов заметно урезали заработную плату 6 млн рабочих. Большая часть традиционных отраслей британской промышленности (угле­добыча, хлопчатобумажное производство и др.), как отмечалось ра­нее, не подверглись в начале XX в. модернизации и имели техниче­ски и морально устаревшее оборудование. Следствием этого было то, что производимая ими продукция не могла успешно конкурировать с товарами большинства других индустриальных западных стран.

Наступление предпринимателей на позиции рабочих в начале 1920-х годов означало попытку буржуазии с помощью снижения за­работной платы повысить конкурентоспособность британских това­ров и таким образом за счет трудящихся решить сложные проблемы, возникшие в ведущих отраслях британской индустрии.

После завершения в Великобритании экономического кризиса 1920—1921 гг. в стране не наступило полноценного подъема. До кон­ца 1920-х годов состояние английской экономики в целом характе­ризовалось хроническим застоем; производительность труда в Со­единенном Королевстве в это время была значительно ниже, чем в США. Хотя страна продолжала оставаться европейским лидером в судостроении и после войны быстрыми темпами развивался ряд новых отраслей промышленности (химическая, электротехническая, авиационная, автомобильная), тем не менее, темпы роста британ­ской экономики в целом отставали от многих других развитых запад­ных государств.

<< | >>
Источник: Остапенко Г.С., Прокопов А.Ю.. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: Учеб. пособие. — М.: Вузовский учебник: ИНФРА-М, — 472 с.. 2012

Еще по теме 3.2. Изменения в политической и социально-экономической сферах:

  1. Социально-экономический и политический строй Персии
  2. 14.1. Политическое и социально – экономическое развитие России в начале XIX в.
  3. 4.6.4. Реформы 60-70-х годов XIX в. в России, их социально-экономические и политические результаты
  4. 2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРОЙ РОССИЙСКОГО ЕДИНОГО ГОСУДАРСТВА
  5. 5.6.3. Индустриализация и коллективизация.Их политические, социально-экономические и демографические итоги и последствия
  6. 22.2. Социально-экономические и политические причины, осложнившие выход страны на новые рубежи
  7. 1. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРОЙ РУСИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XV в.
  8. МАРКЕТИНГ В ОТДЕЛЬНЫХ СФЕРАХ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  9. Подходы к изучению социальных изменений. Концепции социального прогресса
  10. Подходы к изучению социальных изменений. Концепции социального прогресса
  11. 2. Изменение экономических оценок мобильности рабочей силы
  12. Раздел пятый СОЦИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ
  13. § 4. Социальные изменения и социальная стабильность
  14. § 3. Факторы социальных изменений
  15. Социальное изменение
  16. Социальные изменения
  17. СОЦИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ