загрузка...

3.1. Британия и формирование Версальско-Вашингтонской системы международных отношений

Парижская мирная конференция (1919—1920). Первая ми­ровая война стала одним из ключевых событий XX в., которое многое определило в последующей европейской истории. Она привела к значительным социальным и политическим изменениям во многих европейских странах, а также оказала существенное влияние на всю систему международных отношений. Последнее стало следствием изменения соотношения сил на мировой арене и образования ряда новых государств после крушения Османской, Российской, Герман­ской и Австро-Венгерской империй в конце глобального военного конфликта.

Победа стран Антанты над Германией, Австро-Венгрией, Турци­ей и Болгарией позволила британским правящим кругам достичь основной цели, которую они ставили в этой войне: Германия была повержена и уже не представляла угрозы для Соединенного Коро­левства в колониальной, военно-морской сферах, а также как торго­во-промышленный конкурент. Немецкий дредноутный флот был интернирован в британской гавани Скапа-Флоу, германские коло­ниальные владения оккупированы союзниками, а международные торговые позиции немецкого государства, как никогда, ослаблены. В Лондоне полагали, что Германия надолго потеряла возможность претендовать на роль одной из ведущих держав в европейских делах.

18 января 1919 г. в Париже начала работу мирная конференция, созванная по инициативе Великобритании, Франции, США, Италии и Японии. Ее основными целями являлись разработка мирных дого­воров с Германией и ее союзниками, создание условий для сохране­ния безопасности в Европе и за ее пределами, для чего планирова­лось учредить международную организацию по поддержанию мира. В столице Франции решались также судьбы немецких колоний и бывших владений Османской империи, рассматривались вопросы, связанные с государственным переустройством в Центральной, Вос­точной и Южной Европе, затрагивались проблемы, вызванные при­ходом к власти в России большевиков. В целом Парижская мирная конференция должна была подвести итоги первого глобального воен­ного конфликта и заложить основы послевоенного мироустройства.

В работе конференции принимали участие более 30 стран, вхо­дивших в лагерь победителей или разорвавших дипломатические отношения с Германией. Государства бывшего Четверного союза были допущены на конференцию лишь после того, как организато­ры разработали проекты мирных договоров с ними. Россию не при­гласили на этот международный форум. Ведущую роль на конферен­ции играли государственные деятели Великобритании, Франции и США.

Соединенное Королевство на Парижской конференции пред­ставлял Дэвид Ллойд Джордж, вновь возглавивший правительство после выборов в декабре 1918 г. Вместе с ним в столицу Франции в начале 1919 г. прибыли министр иностранных дел Артур Бальфур, министр колоний Альфред Милнер, лорд-хранитель печати и лидер Консервативной партии Эндрю Бонар Лоу[36], а также многочисленные эксперты и чиновники различных ведомств. Руководители Велико­британии смогли добиться того, чтобы на конференции своих пред­ставителей имели британские доминионы (Австралия, Канада, Южно­Африканский Союз, Новая Зеландия) и крупнейшая колония — Ин­дия. Эта ситуация, с одной стороны, отразила стремление доминионов проводить самостоятельную внешнюю политику, с другой — усилива­ло положение Британии, поскольку доминионы в основном подде­рживали действия Соединенного Королевства на международной арене.

Позиции английского премьер-министра на мирной конференции были достаточно прочными: Великобритания являлась одним из ве­дущих государств Антанты, страна обладала самым мощным военно- морским флотом в мире и опиралась на обширную колониальную империю. Кроме того, преимущество британского премьера состояло также в том, что большая часть немецких колоний в Африке и в бас­сейне Тихого океана, а также турецкие владения на Ближнем Востоке, на которые претендовал Лондон, были в ходе войны оккупированы войсками Соединенного Королевства или его доминионов.

Главные задачи, стоявшие перед английской делегацией в Париже, заключались в следующем: юридически закрепить завоевания, достиг­нутые Великобританией в ходе войны, способствовать формированию такого послевоенного устройства мира, при котором в Европе не про­изошло бы чрезмерного усиления Франции, а Великобритания про­должала бы играть одну из главных ролей на международной арене.

В ходе конференции между ведущими державами нередко воз­никали ожесточенные споры по многим рассматривавшимся про­блемам, в результате чего деятельность Парижского форума неод­нократно оказывалась на грани срыва. Как писал Гарольд Николь- сон, входивший в состав английской делегации, самым трудным было «не только заключить мир с врагом, но и сохранить мир между союзниками».

Наиболее острые противоречия возникли между Великобритани­ей и Францией, которые (решая конкретные задачи послевоенного мироустройства) пытались воспрепятствовать чрезмерному усилению друг друга в послевоенной Европе. Во время работы конференции Ллойд Джордж, будучи искусным дипломатом и многоопытным по­литиком, по одним вопросам выступал совместно с США против Франции, по другим — с Францией против США. В итоге глава бри­танского правительства смог отстоять многие из своих главных требо­ваний.

После открытия Парижской мирной конференции президент США Вудро Вильсон настоял на том, чтобы первым рассматривался вопрос, связанный с разработкой Устава Лиги Наций. Это междуна­родное объединение должно было содействовать сотрудничеству между государствами, обеспечению безопасности и сохранению мира. Идея формирования авторитетной международной организа­ции, призванной поддерживать мир, отразила стремление многих народов не допустить в будущем новых кровопролитных военных конфликтов.

Участники конференции сформировали комиссию во главе с американским президентом В. Вильсоном, которой предстояло разработать Устав Лиги Наций. От Соединенного Королевства в нее вошли лорд Роберт Сесил и генерал Я. Сматс (Smuts). Накануне, 18 января 1919 г., проекты новой международной организации вы­двинули Соединенное Королевство, США и Франция.

Британский премьер видел в Лиге Наций своего рода диплома­тический союз, во главе которого стоял бы совет ведущих стран мира (в первую очередь, победителей в войне). Он считал, что создаваемая организация не должна в какой-либо мере ограничивать суверенитет ее членов и все постановления надо принимать единогласно. В пред­ставлении Ллойд Джорджа Лиге Наций следовало осуществлять меж­дународный арбитраж, а статьи о санкциях и обязательствах членов

Лиги — изложить несколько расплывчато, чтобы впоследствии была возможность их интерпретировать в зависимости от конкретной ситуации. Британия настаивала также на том, что ее доминионы и Ин­дия должны иметь самостоятельное представительство в Лиге Наций. Руководители Великобритании и США уже на начальном этапе рабо­ты конференции согласовали совместный проект Устава Лиги Наций, который учитывал многие пожелания британской стороны.

Французский план заметно отличался от англо-американского. Премьер-министр Франции Жорж Клемансо выдвигал идею придать Лиге Наций международные вооруженные силы и создать постоян­ный военный штаб. За подобными предложениями просматривалось стремление французов играть определяющую роль в этих военных структурах, что могло привести к значительному усилению позиций Франции в Лиге Наций, а в конечном итоге — и во всей Европе. Это никак не устраивало британцев, которые совместно с представите­лями США резко выступили против позиции официального Парижа. Ллойд Джордж и Вильсон не согласились с предложением Клемансо запретить Германии когда-либо стать членом Лиги Наций. Несмотря на угрозу Франции отказаться от вступления в Лигу Наций, проект Клемансо не получил поддержки. После ожесточенных споров был принят компромиссный вариант устава, близкий к англо-американ­скому.

Все решения высших органов новой международной организа­ции — Совета и Ассамблеи Лиги Наций — должны были принимать­ся единогласно (как и предлагал Лондон), что снижало эффектив­ность этого объединения и позволяло Великобритании (и любому другому государству) блокировать те решения, которые шли вразрез с интересами страны. В общем собрании Лиги Наций (Ассамблее) Великобритания получила не один, как все другие государства, а фактически семь голосов, так как, помимо Соединенного Коро­левства, членами этого международного объединения стали пять английских доминионов и Индия (тогда — колония). В Совете Лиги Наций (ее руководящем органе) Великобритания являлась одним из четырех постоянных членов, среди которых также были Франция, Италия, Япония[37]. С 1920 по 1933 г. первым генеральным секретарем Лиги Наций был британец Джеймс Эрик Друммонд (ранее состояв­ший на дипломатической службе Соединенного Королевства), а с 1933 по 1940 г. этот пост занимал француз Жозеф Авенол.

Продолжительные споры в ходе Парижской конференции вызвал вопрос о распределении колоний Германии и бывших владений Османс­кой империи. Первоначально Ллойд Джордж и Клемансо полагали, что эти территории следует просто разделить между ведущими стра­нами-победительницами. Однако это вызвало возражения Вильсона, так как данное решение противоречило выдвинутой им ранее про­грамме, вошедшей в историю как «Четырнадцать пунктов» Вильсона. Достигнутое после долгих дискуссий компромиссное решение со­стояло в том, что Британия и некоторые другие государства получи­ли мандаты на управление колониями Германии и владениями Ос­манской империи формально от имени Лиги Наций. Подобная ман­датная система, автором проекта которой был генерал Я. Сматс, во многом являлась завуалированным оформлением старой колониаль­ной практики.

В соответствии с решениями Парижской конференции, под кон­троль Соединенного Королевства на африканском континенте пе­решли часть Камеруна, треть Того, значительная часть бывшей Гер­манской Восточной Африки, которая стала именоваться Танганьи­кой[38]. Британские доминионы получили мандаты на ряд территорий, которые в ходе войны были оккупированы их войсками. Южно-Аф­риканскому Союзу передавалась Юго-Западная Африка (впослед­ствии названная Намибией[39]). В Тихом океане Австралии досталась Германская Новая Гвинея (ранее именовавшаяся Землей императора Вильгельма), часть Соломоновых островов и архипелаг Бисмарка, а Новая Зеландия стала обладательницей острова Самоа.

На Ближнем и Среднем Востоке Соединенное Королевство и Франция поделили между собой бывшие владения Османской им­перии. Британия приобрела мандаты на управление Ираком (кото­рый имел богатые нефтяные месторождения) и Трансиорданией[40]. После ожесточенных споров между представителями Великобрита­нии, Франции и США по поводу того, кому должен принадлежать мандат на Палестину, англичане смогли отстоять право владеть этой территорией. Значение Палестины для Соединенного Королевства определялось ее стратегическим местоположением на подступах к Суэцкому каналу, а также на путях от Средиземного моря к Пер­сидскому заливу и далее к Индии. Фактически весь Ближний Восток, за исключением Сирии и Ливана, которые достались Франции, ока­зался под контролем Лондона.

Таким образом, по вопросу о распределении колоний и зависи­мых территорий побежденных стран английские представители на Парижской мирной конференции смогли добиться значительных успехов, заметно расширив границы Британской Империи.

Жаркие дискуссии между основными участниками конференции вызвал вопрос о будущем немецкого государства. Ж. Клемансо наде­ялся максимально ослабить Германию, чтобы исключить в будущем возможность немецкой агрессии против его страны. Одновременно он преследовал цель создать условия для усиления позиций Франции в континентальной Европе. Все это явно не отвечало интересам Ве­ликобритании, и Ллойд Джордж энергично выступал против того, чтобы низвести Германию до положения третьестепенной европей­ской страны. Подобный подход был обусловлен традиционным отста­иванием британской политической элитой внешнеполитического принципа «баланса сил», который предполагал существование не­скольких достаточно сильных государств в континентальной Европе. При этом английские политики пытались играть на противоречиях между европейскими странами, добиваясь их взаимного ослабления. Представители Лондона отводили себе роль арбитра и, таким образом, надеялись контролировать всю европейскую политику. В планах Д. Ллойд Джорджа немецкое государство выступало как «противовес» не только по отношению к Франции, но и к появившейся на между­народной арене Советской России. Кроме того, английский премьер- министр, стараясь несколько смягчить условия мира для Германии, полагал, что таким образом удастся не допустить в ней революции.

25 марта 1918 г. Ллойд Джордж направил президенту США Виль­сону и французскому премьеру Клемансо послание, которое вошло в историю как меморандум из Фонтенбло (по названию небольшого городка во Франции, где был составлен этот документ). В этом пос­лании наиболее отчетливо отразилась позиция Великобритании по важнейшим проблемам, обсуждавшимся на конференции. Касаясь вопроса о положении немецкого государства, Ллойд Джордж, в част­ности, отмечал: «Величайшая опасность в данный момент... заклю­чается в том, что Германия может связать свою судьбу с большеви­ками... Если мы будем благоразумны, мы предложим Германии такой мир, который, будучи справедливым, покажется всем мыслящим людям предпочтительней, чем другая альтернатива — большевизм». В этом же документе Ллойд Джордж высказался против притязаний Франции на немецкую территорию, примыкавшую к левому берегу Рейна и против предложения Клемансо заставить Германию выпла­чивать непомерно большие репарации. В целом позиция Велико­британии в отношении немецкого государства нашла поддержку у президента США.

По решениям Парижской конференции Франции были возвра­щены Эльзас и Лотарингия. Попытки Клемансо добиться присоеди­нения к Франции Рейнской области встретили энергичное проти­водействие представителей Великобритании и США. Результатом острых дискуссий стало компромиссное решение, по которому ле­вобережный район Рейна оккупировали войска стран Антанты сро­ком на 15 лет, правый берег Рейна на глубину в среднем в 50 км был объявлен демилитаризованной зоной, но эти территории оставались в составе немецкого государства.

Великобритания и США не поддержали намерение Франции присоединить богатую углем Саарскую область. Она передавалась на 15 лет под управление Лиги Наций, но Франция в этом районе по­лучила в собственность угольные шахты. После истечения назван­ного срока плебисцит должен был определить, к какому государству перейдет Саарская область.

В специальной статье Версальского договора вся ответственность за развязывание Первой мировой войны возлагалась на Германию, и она была обязана выплачивать пострадавшим от войны государ­ствам репарации. Однако по вопросу о размерах этих выплат Вели­кобритания, США и Франция в 1919 г. не смогли прийти к общему мнению. Только в мае 1921 г. по результатам работы Лондонской ре­парационной конференции была определена сумма платежей в раз­мере 132 млрд золотых марок (около 6,6 млрд ф. ст.), из которых еще ранее было согласовано, что 22% должна была получить Британская империя, 52% — Франция, 10% — Италия, 8% — Бельгия, остальную часть — другие страны. Однако, как показало будущее, и этот объем выплат оказался в 1920-1930-е годы для Германии нереальным [41]

Деятельность делегации Соединенного Королевства во время Парижской конференции подвергалась критике в британском обще­стве. 8 апреля 1919 г. 233 консервативных члена Палаты общин на­правили Ллойд Джорджу телеграмму, в которой выражалась озабочен­ность в связи с тем, что премьер, по их мнению, занимал не очень жесткую позицию в отношении поверженной Германии. Лейбористы после опубликования в начале мая 1919 г. проекта договора с Герма­нией выступили против планов оккупации союзными войсками лево­бережного района Рейна, против передачи Франции шахт Саара. Они высказали сожаление, что подготовленный документ не положил конец милитаризации европейского сообщества. Лига Наций, в представлении руководителей ЛПВ, должна была получить более демократический характер. Лейбористы выражали также беспокой­ство в связи с медленной работой конференции. Последнее крити­ческое замечание было, в первую очередь, вызвано тем обстоятель­ством, что власти Великобритании до подписания мира с Германией не спешили проводить всеобщую демобилизацию, несмотря на стремление большинства солдат как можно скорее вернуться домой[42]. Позиция Уайтхолла объяснялась тем, что в Лондоне (как и в других столицах стран-победителей) не были вполне уверены в том, что гер­манское правительство подпишет готовившийся тяжелый для немец­кого государства мирный договор. В подобных условиях существо­вание многочисленной армии у Британии являлось одним из средств давления на немецкую сторону. Весной и летом 1919 г. в британском обществе все громче звучали призывы ускорить демобилизацию и уменьшить численный состав армии. Эти протесты, а также учас­тившиеся акты неповиновения в английской армии заставляли де­легацию Соединенного Королевства в ходе Парижской конференции настаивать на скорейшем рассмотрении военных статей мирного договора и добиваться сокращения немецких вооруженных сил еще до подписания мира.

После долгих споров (в основном между Францией и Велико­британией) ведущие участники Парижской конференции приняли решение: немецкая армия не должна превышать 100 тыс. человек, всеобщая воинская повинность отменялась. Германии запрещалось иметь подводный и военно-воздушный флоты, а также использовать танки и тяжелую артиллерию; число надводных военных кораблей ограничивалось. Некоторые дискуссии вокруг раздела между стра­нами-победительницами военных судов Германии сами собой раз­решились после того, как в июне 1919 г. немецкие команды дредно­утного флота Германии, находившегося в британской гавани Скапа Флоу, затопили большинство своих кораблей.

28 июня 1919 г. в Зеркальном зале Большого Версальского двор­ца в пятую годовщину убийства наследника австро-венгерского пре­стола был подписан мирный договор с Германией, занявший цент­ральное место в решениях конференции[43]. С ним были тесно связаны мирные договоры стран Антанты с Австрией (Сен-Жерменский мир­ный договор, 1919 г.), с Болгарией (Нёйиский мирный договор, 1919 г.), с Венгрией (Трианонский мирный договор, 1920 г.), с Тур­цией (Севрский мирный договор, 1920 г.). Раздел об учреждении Лиги Наций вошел в каждый из названных договоров.

Подписание Ллойд Джорджем Версальского договора было с эн­тузиазмом встречено в Британии. Действия правительства поддержа­ли все ведущие политические партии страны, и Палата общин почти единогласно утвердила договор. Это и не удивительно, так как многие из поставленных руководством страны целей были достигнуты. Вели­кобритания добилась юридического оформления захвата новых коло­ниальных владений; смогла занять прочные позиции в руководящих органах Лиги Наций, стала одним из наиболее влиятельных членов этой организации, что позволило британцам в 1920-1930-е годы успешно отстаивать свои интересы при решении многих междуна­родных проблем. Кроме того, Ллойд Джорджу в ходе Парижской конференции удалось не допустить доминирования Франции в Ев­ропе, а также воспрепятствовать чрезмерному ослаблению Германии.

Великобритания и Советская Россия. Свержение 7 ноября (25 ок­тября по старому стилю) 1917 г. Временного правительства в России и установление там власти большевиков вызвало резко негативную реакцию правящих кругов Соединенного Королевства. В ходе сек­ретного заседания военного кабинета 3 декабря 1917 г. его члены пришли к выводу, что необходимо оказывать поддержку любым анти­большевистским силам в России. Политическое руководство Вели­кобритании 7 декабря постановило: «Большевиков следует рассмат­ривать как открыто признанных врагов». После того, как советское руководство 15 декабря подписало перемирие со странами Четверно­го союза и 22 декабря в Брест-Литовске начало переговоры с австро- германским блоком, представители Великобритании и Франции 23 декабря 1917 г. согласовали в Париже тайную конвенцию «О райо­нах будущих операций британских и французских войск на террито­рии России». Англо-французские планы интервенции предполагали фактическое расчленение России. В соответствии с достигнутым со­глашением Великобритания претендовала на Кавказ, Кубань и район Дона. Позднее, уже в ходе интервенции британская «сфера влияния» охватила также Среднюю Азию и Север России от Мурманска до Урала.

16 января 1918 г. глава британского Министерства иностранных дел (часто также Форин Офис) А. Бальфур с парламентской трибу­ны заявил, что Великобритания не признает власть большевиков. Тем не менее, неофициальные дипломатические контакты Соеди­ненное Королевство с Советской Россией сохранило, направив для этой цели в январе 1918 г. в Петроград Брюса Локкарта, который стал главой специальной британской миссии при Советском правитель- стве[44].

Позиция официального Лондона в отношении Советской России в первое время после прихода к власти большевиков была обуслов­лена неприятием Британией политических, экономических и соци­альных изменений, происходивших в крупнейшей восточноевропей­ской стране, а также опасениями, что в случае укрепления советской власти революционные идеи могут распространиться далеко за пре­делы России. Кроме этого, прекращение военных действий на Вос­точном фронте и стремление большевиков заключить сепаратный мир с Германией заметно ухудшало военное положение войск стран Антанты. Нежелание большевиков платить по долгам царского и временного правительств грозило привести к немалым потерям для британского капитала. В годы Первой мировой войны английские финансовые круги предоставили России заем на огромную по тем временам сумму в 5,37 млрд руб. Общие капиталовложения Брита­нии накануне Октября 1917 г. исчислялись 507,5 млн руб., что соста­вило 22,6% всех зарубежных капиталов в России.

Объективно планы интервенции, разработанные Великобритани­ей, были не только направлены непосредственно против большеви­ков, но и имели далеко идущие геополитические цели. Фактически Лондон намеревался использовать сложное внутреннее положение России, отсутствие там твердой центральной власти для того, чтобы еще более ослабить страну, а при благоприятном для британской по­литической элиты развитии событий принять участие в расчленении давнего геополитического противника на востоке Европы. Соединен­ное Королевство явно было заинтересовано в том, чтобы не иметь на востоке Европы сильное государство, с интересами которого при­шлось бы считаться.

В 1918 — первой половине 1919 г. британское руководство высту­пило в роли одного из наиболее энергичных организаторов интер­венции против Советской России, в которой принимало участие 14 государств. Особенно непримиримую антисоветскую позицию занимали влиятельные представители английского правительства — У. Черчилль, А. Милнер, лорд Керзон (в 1919—1924 гг. министр ино­странных дел). Именно они во многом и определяли в это время политику Великобритании в отношении России.

В начале марта 1918 г. с английского крейсера «Глория» в Мурман­ске был высажен десант, вскоре к нему присоединились военные под­разделения Франции и США. В первых числах августа британцы за­хватили Архангельск, в результате местные органы советской власти были свергнуты, создано антибольшевистское правительство Севера России. Осенью 1918 г. в Архангельск прибыли первые 500 канадских военнослужащих. За все время иностранной интервенции в северных российских областях в разное время находилось около 50 тыс. иност­ранных солдат и офицеров, в большинстве своем британцев.

Весной и летом 1918 г. Япония, США, Великобритания и Фран­ция предприняли военную интервенцию на Дальнем Востоке и в Сибири. В октябре этого года на Дальний Восток были направлены канадские части, численность которых к марту 1919 г. достигла 4,5 тыс. человек. В середине лета 1918 г. английские подразделения под командованием генерала Денстервиля заняли Баку, поддержав местные контрреволюционные силы. Интервенты прибыли туда из Ирана, который в конце Первой мировой войны был почти полно­стью оккупирован войсками Соединенного Королевства. В конце 1918 — начале 1919 г. британцы, опираясь на 20-тысячный военный отряд, захватили Закавказье; в декабре 1918 г. они заняли Батуми. В Туркестане в июне 1918 г. местные антибольшевистские силы (при поддержке Лондона) смогли ликвидировать советскую власть и сформировать в Ашхабаде свое правительство. В это время из Ира­на в Туркестан были направлены военные подразделения генерала Малесона.

После заключения Компьенского перемирия 11 ноября 1918 г. и завершения Первой мировой войны Великобритания попыталась придать новый импульс интервенции на территорию бывшей Рос­сийской Империи.

В середине ноября 1918 г. военные корабли Великобритании и Франции вошли в Черное море, и вскоре в Одес­се, Николаеве, Севастополе и Новороссийске были высажены десан­ты этих стран. На Балтике также хозяйничал английский флот.

Власти Соединенного Королевства не только направляли свои войска в различные районы России, но и оказывали интенсивную поддержку ведущим антибольшевистским силам в стране. Кабинет Ллойд Джорджа передал армиям А.В. Колчака и А.И. Деникина во­оружения и провиант на многие миллионы фунтов стерлингов. Под­держка Белого движения со стороны Британии особенно возросла после того, как военным министром в январе 1919 г. стал У. Чер­чилль. Колчак получил десятки тысяч английских винтовок, не­сколько тысяч пулеметов и артиллерийских орудий, различные бое­припасы и военное снаряжение. В его армии находилось несколько тысяч британцев и канадцев, а также японцы, американцы и фран­цузы. Ответственным за поступавшее из Британии вооружение и ру­ководителем подготовки офицерских кадров был английский генерал А. Нокс. Несмотря на то что британцы оказали существенную по­мощь Колчаку, наступление его армии весной — летом 1919 г. на Центральную Россию закончилось неудачей.

Особое внимание британские власти уделяли тем районам, на которые претендовали. На юге России в армии Деникина в качестве советников и инструкторов находилось почти две тысячи британских офицеров и добровольцев, среди которых были летчики и танкисты. Английское правительство передало деникинским войскам около двухсот тысяч винтовок, сотни орудий, десятки танков и самолетов, 160 миллионов винтовочных патронов, более полутора миллионов снарядов, также большое число военного обмундирования, несколько радиостанций, лекарства. В первой половине 1919 г. вооружение из Британии поступало в таком изобилии, что, по свидетельству неко­торых участников Белого движения, его порой даже не успевали разгружать. Несмотря на разностороннюю поддержку со стороны Британии, антибольшевистские вооруженные силы на юге страны в декабре 1919 г. — январе 1920 г. были разгромлены Красной армией. Остатки Добровольческой армии Деникина эвакуировались в Крым, где генерал-лейтенант барон П.Н. Врангель стал формировать новую Белую армию.

Со второй половины 1919 г. отношение английских властей к ан­тибольшевистским силам в России стало меняться. В британском правительстве возобладала более гибкая и реалистическая политика Ллойд Джорджа и Бальфура. После поражения Колчака и Деникина и двух неудачных походов Н.Н. Юденича (1919) на Петроград Ллойд Джордж посчитал более нецелесообразным снабжать Белое дви­жение провиантом и различным вооружением, и к концу 1919 г. под­держка антибольшевистских сил из Лондона заметно уменьшилась, а в первой половине 1920 г. фактически прекратилась.

С начала 1919 г. в Великобритании ширилось движение рабочих против участия английских войск в интервенции в Советскую Рос­сию. В конце марта 1919 г. в ходе работы конференции Федерации горняков (одного из крупнейших профсоюзов в стране) была приня­та резолюция, в которой шахтеры потребовали от кабинета минист­ров Ллойд Джорджа «немедленно отозвать все английские войска из России». Аналогичные заявления вскоре сделали и другие тред-юни­оны: Национальный союз текстильщиков, Союз паровозных кочега­ров и машинистов, Национальный союз механиков. «Дэйли геральд» — газета, близкая ЛПВ, — писала 27 мая 1919 г., что в ее редакцию поступают многочисленные резолюции рабочих организаций, вы­ступавших против интервенции в Россию, а также за отмену воин­ской повинности.

В начале апреля 1919 г. участники объединенной конференции БКТ и Лейбористской партии обратились к правительству с требо­ванием «немедленно вывести все британские войска из России». Июньская конференция ЛПВ обязала лейбористское руководство использовать всю экономическую и политическую силу организован­ного рабочего движения с целью прекратить интервенцию в Россию. Создатели основанного 7 ноября 1919 г. Национального комитета «Руки прочь от России» высказались не только за вывод английских войск с российской территории, но и против оказания помощи силам контрреволюции, за установление дипломатических и торговых отно­шений с Советской Россией.

Одновременно с этими событиями в армии и на флоте все больше солдат и матросов стали выступать за прекращение военных опера­ций против Советской России. В середине лета 1919 г. матросы трех английских кораблей, находившихся в акватории Балтийского моря, отказались воевать против новой России. По признанию Ллойд Джорджа, в британских сухопутных частях, дислоцированных на российской территории, порой складывалась схожая ситуация: зву­чали требования вернуть солдат обратно в Великобританию. В анг­лийской армии участились случаи неповиновения солдат приказам командования, как это, например, произошло в Лондоне 8 февраля

1919 г. У. Черчилль отмечал, что военнослужащие требовали не толь­ко скорейшей демобилизации, но и выступали против посылки войск в Россию.

Приведенные факты, а также успехи Красной армии заставили Лондон принять в июле 1919 г. решение вывести свои подразделения с территории бывшей Российской Империи. Еще в апреле 1919 г. английские (а также французские) части оставили Крым и Одессу, в конце лета — Баку. В начале июня 1919 г. из Архангельска и с Даль­него Востока были эвакуированы канадские войска. Из Ашхабада британцы были изгнаны в начале июля 1919 г., из Батуми — в июле

1920 г. В сентябре — начале октября 1919 г. британские части остави­ли Архангельск и Мурманск, а вскоре покинули Закавказье и Тур­кестан. В начале 1920 г. британские, а также французские и амери­канские войска были полностью эвакуированы с Дальнего Востока.

Подобные действия не означали отказа ведущих западных стран от политического курса конфронтации в отношении Советской Рос­сии. 10 октября 1919 г. Верховный Совет Антанты объявил о начале экономической блокады большевистской России. Однако эта политика не привела к ожидаемым результатам, и уже в 16 января 1920 г. дан­ное решение по инициативе Ллойд Джорджа было отменено.

В 1920 г. в ходе советско-польской войны Великобритания и Фран­ция оказали разностороннюю поддержку Польше, которая в конце апреля 1920 г. без объявления войны вторглась на территорию Укра­ины. Великобритания предоставила Польше вооружение и направи­ла в польскую армию более 2 тыс. военных инструкторов. Войска Й. Пилсудского 6 мая захватили Киев и вышли на левый берег Днеп­ра, однако уже в начале лета 1920 г. под напором Красной армии им пришлось оставить столицу Украины, а к середине августа советские войска приблизились к Варшаве.

Реальная опасность разгрома Польши и беспокойство, что Сове­ты собираются «экспортировать» революцию за пределы своей стра­ны, вызвали в Лондоне тревогу и стремление не допустить развития военного успеха Советской России. Министр иностранных дел Ве­ликобритании лорд Керзон в ноте от 11 июля 1920 г., направленной в Москву, потребовал прекратить наступление Красной армии, пред­ложил заключить перемирие и установить границу между государ­ствами по линии, которая была предложена Верховным Советом Антанты 8 декабря 1919 г. (так называемая линия Керзона[45]). В по­слании Керзона советскому руководству от 4 августа 1920 г. министр иностранных дел Великобритании в ультимативной форме угрожал вмешаться в войну на стороне Польши в случае продолжения наступ­ления советской стороной. В это время британский флот демонстра­тивно передислоцировался в Балтийское море. В английской прессе развернулась активная антисоветская кампания, высказывались предложения возобновить блокаду России.

Однако в 1920 г. далеко не все в Соединенном Королевстве раз­деляли воинственные устремления правительства. Среди британцев росла озабоченность тем, что страна может быть вновь втянута в вой­ну с Советской Россией, ширилось движение против проводимой кабинетом Ллойд Джорджа внешней политики в Восточной Европе. Так, 10 мая 1920 г. лондонские докеры отказались грузить оружие на корабль «Джолли Джордж», направлявшийся в Польшу. Через неде­лю профсоюз докеров запретил погрузку любого военного снаряже­ния для армии Пилсудского. После опубликования ультиматума Керзона местные организации ЛПВ по призыву одного из руково­дителей Лейбористской партии А. Гендерсона провели по всей стра­не сотни митингов протеста против планов правительства начать войну с Россией. На совместной конференции парламентского ко­митета БКТ, исполкома ЛПВ и парламентской фракции Лейборист­ской партии 9 августа была принята резолюция, в которой, в част­ности, говорилось следующее: «...Вся сила, которой располагают в промышленности организованные рабочие, будет использована для того, чтобы нанести этой войне поражение». Для проведения в жизнь решений ЛПВ и БКТ во многих крупнейших городах страны были созданы комитеты действия. Как писал известный лейборист­ский историк Дж. Коул, если бы возникла необходимость проведе­ния всеобщей забастовки, тред-юнионисты, поддержанные многими другими представителями британского общества, с успехом бы ее организовали.

Ситуация, складывавшаяся в Великобритании в связи с совет­ско-польской войной, могла привести к заметному ослаблению по­зиций правительства Ллойд Джорджа. В этих условиях британские власти под давлением общественности, а также в результате измене­ния положения в зоне военных действий не решились открыто вме­шаться в советско-польский военный конфликт. В начале октября 1920 г. советские и польские власти заключили перемирие, а 18 мар­та 1921 г. в Риге был подписан мирный договор между Польшей и Советской Россией. Оказанная Лондоном материальная помощь и энергичная дипломатическая поддержка Варшаве сыграли не пос­леднюю роль в том, что поляки на последнем этапе войны смогли нанести поражение войскам большевиков, и Й. Пилсудскому уда­лось заключить мир на выгодных для своей страны условиях.

В 1919—1920 гг. для многих британских политиков все более оче­видным становился тот факт, что планы свергнуть власть большеви­ков в России, используя военную силу, не приведут к успеху. В этой обстановке и в условиях, когда Соединенное Королевство охватил экономический кризис, британская политическая элита, заинтере­сованная в восстановлении торговых контактов с Россией, пошла на подписание 16 марта 1921 г. англо-советского соглашения, возобнов­лявшего торговые связи между государствами. Стороны договори­лись об обмене официальными представителями, которые имели широкие полномочия и фактически выполняли не только коммер­ческие, но и дипломатические функции. Для Советской России это было начало преодоления экономической и дипломатической изоля­ции. В свою очередь Великобритания рассчитывала на то, что установ­ление торговых контактов с Советской Россией позволит не только заключить выгодные сделки, но и даст возможность оказывать на нее давление при решении интересующих Лондон вопросов.

Расширение колониальной империи. Изменение положения Ирлан­дии. После Первой мировой войны Великобритания, как отмечалось выше, смогла значительно увеличить свои заморские владения. Их площадь возросла на 2,6 млн км2, в результате чего Британская Империя достигла максимального размера за все время своего су­ществования. В 1919 г. Великобритания контролировала разработку большей части добываемых в мире алмазов, золота, никеля и каучу­ка. Кроме этого, к 1920 г. на подвластных Соединенному Королев­ству территориях находилось около 2/3 разведанных мировых запасов нефти, в то время как в 1914 г. этот показатель составлял только 9%. Таким образом, после 1918 г. Великобритания распоряжалась огром­ными природными богатствами и продолжала оставаться крупней­шей колониальной державой.

Однако эти изменения сопровождались нарастанием кризисных тенденций в колониальной империи. Лондону не удалось удержать в ор­бите своего влияния Афганистан и Иран. В мае 1919 г. британцы си­лой оружия попытались полностью подчинить Афганистан, но, встретив упорное сопротивление местного населения, уже летом 1919 г. были вынуждены прекратить военные действия и признать независимость этой страны. В 1918 г. английские войска захватили почти всю территорию Ирана и в 1919 г. по договору с проанглий- ским правительством этого государства поставили под свой контроль важнейшие сферы общественно-экономической жизни страны. Но уже в 1921 г., не получив поддержки политической элиты страны, британским властям пришлось вывести воинские части из Ирана, что означало потерю тех позиций, которые они завоевали в этом го­сударстве в последний год Первой мировой войны.

Усилилась борьба против английского господства в Индии, Егип­те и ряде других колониальных и зависимых от Великобритании тер­риторий. В Египте в 1919 и 1921 гг. произошли массовые восстания, их участники выступали с требованием полной независимости стра­ны. В сложившейся непростой ситуации британский кабинет минис­тров в конце февраля 1922 г. был вынужден объявить об отмене про­тектората и о признании независимости Египта. Однако эта «неза­висимость» была весьма ограниченной. В соответствии с британской декларацией 1922 г. из ведения египетских властей изымались воп­росы, касавшиеся имперских путей сообщения, обороны страны, защиты прав иностранцев и национальных меньшинств, управления Суданом.

На конференции в Сан-Ремо 3 мая 1920 г. Великобритания (с одобрения союзников по Первой мировой войне) получила мандат Лиги Наций на управление Ираком, который еще в 1918 г. был окку­пирован британскими воинскими частями. Ответом иракцев на это решение стало массовое восстание против власти Лондона, продлив­шееся до конца 1920 г. Британским войскам с большим трудом (при­меняя авиацию и танки) удалось к середине ноября 1920 г. подавить выступления жителей Ирака. Учитывая массовые протесты иракцев, Лондон принял решение отказаться от непосредственной оккупации этой страны и использовать там в своих интересах марионеточный режим во главе с послушным Великобритании королем Фейсалом аль-Хашеми. По англо-иракскому договору (1922 г.) Великобритания сохраняла в стране свои войска и получила возможность оказывать решающее влияние на внешнюю и финансовую политику Ирака. Таким образом, в формально независимых государствах — Египте и Ираке — многоопытные британские политики, предоставив ряд существенных уступок местным элитам, смогли сохранить свое вли­яние.

Наиболее чувствительным ударом для Лондона стало его факти­ческое поражение в Ирландии. В декабре 1918 г. в ходе всеобщих вы­боров в британский Парламент 73 из 105 мест, предназначенных для представителей Ирландии, завоевали сторонники Шин Фейн — пар­тии, которая ставила своей целью получение независимости своей страны и создание Ирландской Республики. Депутаты от Шин Фейн отказались принимать участие в работе палаты общин и 21 января 1919 г., собравшись в Дублине, объявили о начале деятельности ир­ландского парламента — дойла, от имени которого они приняли Де­кларацию независимости и провозгласили основание Ирландской Республики. Было сформировано ирландское правительство, кото­рое возглавил единственный уцелевший лидер восстания 1916 г. Имон де Валера (Ëamon de Valera). По всей Ирландии начали созда­ваться новые органы власти. Ллойд Джордж, не желая смириться с таким развитием событий, попытался силой восстановить там власть Лондона. В сентябре 1919 г. британское правительство объ­явило дойл вне закона, и в Ирландию была направлена 60-тысячная армия. Так началась Англо-ирландская война (1919—1921), которую нередко называют войной за независимость Ирландии.

С 1919 г. Ирландию захлестнула волна террора и насилия. Пе­чальную известность получили британские подразделения специаль­ных констеблей, прозванных по цвету их формы «черно-пегими». Они вербовались в основном из бывших военных и полицейских. Эти соединения прославились в Ирландии особой жестокостью. Британским войскам противостояла состоявшая из добровольцев Ирландская республиканская армия (ИРА), численность которой к вес­не 1921 г. достигла 100 тыс. человек. В борьбе против британских полицейских и военных частей отряды ИРА с успехом применяли тактику партизанской войны. Столкнувшись с ожесточенным сопро­тивлением ирландцев, Ллойд Джордж в июле 1921 г. был вынужден пойти на перемирие. После длительных переговоров 6 декабря 1921 г. был заключен компромиссный договор, по которому северо-восток Ирландии — часть Ольстера (шесть наиболее промышленно-развитых графств) признавался частью Соединенного Королевства. Остальная территория острова (26 графств, или 3/4 всей Ирландии) получила статус доминиона и стала именоваться «Ирландское Свободное Государство» (Irish Free State). Лондон и после декабря 1921 г. сохра­нил контроль над внешней политикой Ирландии, и на ее территории оставалось несколько британских военных баз.

Вашингтонская конференция (12.11.1921—06.02.1922). В ходе ра­боты Парижского международного форума не все проблемы, возник­шие в послевоенном мире, были решены, в первую очередь это ка­салось Дальнего Востока и Тихоокеанского региона, где на ведущую роль претендовали США. После мировой войны Соединенные Шта­ты смогли заметно укрепить свои позиции: их доля в мировом про­мышленном производстве превысила 50%, Нью-Йорк заметно по­теснил Лондон как международный финансовый центр. Кроме это­го, США упрочили свое положение на многих международных рынках в значительной степени в результате ослабления там влияния Великобритании. В 1921 г. представители США выступили с иници­ативой проведения нового международного форума, во время кото­рого должны были обсуждаться вопросы ограничения военно-мор­ских вооружений и ряд проблем, затрагивавших интересы великих держав на Дальнем Востоке и в бассейне Тихого океана.

12 ноября 1921 г. в Вашингтоне открылась конференция, в которой приняло участие 12 государств: среди них США, Франция, Япония, Италия, Великобритания и ряд других стран. В состав имперской делегации, возглавляемой членом кабинета министров Артуром Бальфуром, были включены представителей доминионов — Канады, Австралии, Новой Зеландии, Южно-Африканский Союз, а также Индии. А. Бальфур вместе с руководителями делегаций США (Ч. Юз) и Японии (Т. Като) играл одну из главных ролей в разработке основ­ных решений вашингтонского международного форума.

Особая заинтересованность Лондона в обсуждаемых на конфе­ренции проблемах была обусловлена тем, что Великобритания явля­лась ведущей военно-морской державой в мире, ей принадлежал ряд владений в районе Тихого океана: Британская Малайя, Сингапур, Гонконг и др. Там же располагались ее доминионы Австралия и Но­вая Зеландия. Кроме того, Великобритания имела значительные экономические интересы в Китае.

Первым на конференции был рассмотрен вопрос, напрямую ка­савшийся англо-японского союза, который, как уже отмечалось ранее, был заключен в 1902 г. После Первой мировой войны, которая при­вела к ослаблению России и Германии, этот договор объективно ока­зался направленным против США и политики расширения амери­канского влияния в Тихоокеанском регионе. Поэтому неудивитель­но, что, несмотря на попытки Лондона сохранить союз с Токио, Вашингтон приложил много усилий, чтобы добиться его аннулиро­вания.

Великобритании было сложно противостоять нажиму США не только в связи с тем, что Соединенные Штаты после мировой войны заметно упрочили свои позиции в мире. Свою лепту в ликвидацию англо-японского союза внесли и британские доминионы Канада и Южно-Африканский Союз. После мировой войны доминионы стремились играть на международной арене все более независимую от метрополии роль. Политические лидеры Канады и ЮАС накану­не Вашингтонского форума в ходе проведения имперской конферен­ции, проходившей в Лондоне в июне—июле 1921 г., выступили (враз­рез позиции Великобритании) против продления действия англо­японского договора из опасения быть в перспективе втянутыми в конфликт между США и Японией на стороне последней. У руко­водителей Австралии и Новой Зеландии также вызывала беспокой­ство политика Японии в Тихоокеанском регионе. Но лидеры этих доминионов полагали, что сдерживать экспансионистские устрем­ления Токио можно, сохранив союз с Японией.

По инициативе американцев 13 декабря 1921 г. был подписан договор между четырьмя странами — США, Великобританией, Францией и Японией, по которому эти государства обязывались ува­жать права каждой из сторон на островные владения и территории в Тихом океане. При этом специально было указано, что англо-япон­ский союзный договор теряет силу. Данное решение заметно ослаб­ляло позиции на Дальнем Востоке как Великобритании, так и Япо­нии. Японский представитель, говоря с Бальфуром о заключении договора четырех, отмечал: «По крайней мере вы организовали блес­тящие похороны нашему союзу».

Можно согласиться с мнением российского исследователя Д. Лихарева и ряда западных историков, которые полагают, что согла­сие Британии расторгнуть англо-японский союз можно правильно оценить и понять только, учитывая англо-американское соперниче­ство в сфере военно-морских вооружений[46]. Участники Вашингтонской конференции утвердили следующее соотношение тоннажа линейных кораблей Великобритании, США, Японии, Франции и Италии: 5 : 5 : : 3 : 1,75 : 1,75. При этом руководители делегаций США и Великобри­тании договорились о том, что общее водоизмещение каждого из их линейных флотов не должно превышать 525 тыс. т.

Равенство Соединенного Королевства и США по линейным ко­раблям во многом устраивало Лондон. В столице Великобритании понимали, что в ближайшей перспективе стране будет крайне слож­но конкурировать с Соединенными Штатами в деле строительства современного флота. Английские эксперты еще накануне конферен­ции пришли к выводу, что в случае равного числа линейных кораблей силы королевского флота все же будут превосходить американские. Это объяснялось существенным превосходством Соединенного Ко­ролевства по легким боевым кораблям, по морской авиации, нали­чием большого числа военно-морских баз по всему миру и уже упо­минавшемуся мировому лидерству Британии по торговым судам. Кроме этого, в пользу паритета с США по линейным кораблям го­ворили и другие факторы. Наличие у Великобритании после Первой мировой войны огромного военного флота требовало непомерно больших государственных затрат. А принятие конференцией отмечен­ного выше решения позволило английскому правительству сущест­венно уменьшить расходы на военно-морское вооружение и оставить в строю только самые современные линейные корабли. Как полагает ряд современных историков, расторжение англо-японского договора стало своеобразной платой за согласие США принять во многих от­ношениях выгодное для Британии решение о морских вооружениях.

В ходе работы конференции США настаивали также на равном с Великобританией числе крейсеров, эсминцев и подводных лодок. Однако Бальфуру удалось отклонить эти предложения. Подобная позиция британского представителя объяснялась тем, что страна нуждалась в большом числе быстроходных крейсеров для охраны коммуникаций, связывавших метрополию с многочисленными за­морскими владениями. В свою очередь Бальфур пытался убедить участников форума в необходимости упразднить подводные лодки, что сделало бы положение надводного британского флота еще более выгодным. Против этой идеи категорически выступила Франция, и предложение Британии не было одобрено.

По вопросу о Китае конференция провозглашала принцип ува­жения территориальной целостности этой страны и одобрила отста­иваемый президентом США принцип «открытых дверей», который подразумевал равные возможности всех заинтересованных держав в сфере торговли и промышленности в данном государстве. Эта ре­золюция явно шла вразрез с намерениями Великобритании и Япо­нии разделить Китай на сферы влияния, однако под нажимом США им пришлось уступить.

Принятые Вашингтонской конференцией решения позволили сгладить англо-американские противоречия, заметно обостривши­еся, особенно в западной части Тихого океана. Несмотря на то что Великобритания согласилась на паритет с США по линейным ко­раблям, она не потеряла статуса самой могущественной морской державы на планете.

Конференция оформила новое соотношение сил на Дальнем Востоке, в Тихоокеанском регионе и в целом завершила процесс формирования новой системы международных отношений, получив­шей название Версальско-Вашингтонской. Внешнеполитические по­зиции Великобритании после 1918 г. оставались достаточно сильными, страна продолжала играть одну из ведущих ролей на международной арене. Однако по мере замедления темпов экономического развития Соединенного Королевства, а также в условиях нарастания кризисных явлений в колониальной сфере Лондон был вынужден после заверше­ния Первой мировой войны все больше считаться с интересами других великих держав и приспосабливать свою внешнюю политику к изме­нявшемуся не в его пользу соотношению сил.

<< | >>
Источник: Остапенко Г.С., Прокопов А.Ю.. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: Учеб. пособие. — М.: Вузовский учебник: ИНФРА-М, — 472 с.. 2012

Еще по теме 3.1. Британия и формирование Версальско-Вашингтонской системы международных отношений:

  1. СИСТЕМА МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  2. 2. Теоретические модели системы международных отношений и современность.
  3. 4. Россия в системе международных отношений
  4. РОССИЯ В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ В 60-70-е ГОДЫ
  5. Глава 19. СТРУКТУРА И СИСТЕМА МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  6. Международная валютная система и валютные отношения
  7. Лекция 12. Международные отношения, мировая политика, природа международной политики, содержание и принципы международной политики
  8. Международные валютные отношения
  9. 7.1. Международные отношения, их содержание и участники
  10. 8.6.Международные кредитные отношения
  11. 1. Участники международных отношений.
  12. Раздел 5. Деньги и кредит в сфере международных экономических отношений
  13. ГИБЕЛЬ БРИТАНИИ
  14. 7.2. Тенденции развития международных отношений