загрузка...

11.4. Внутренняя политика

Методы руководства. Период пребывания Тэтчер в качес­тве главы кабинета знаменателен авторитарным стилем ее руковод­ства и неоднократной «перетряской» состава правительства, т.е. от­ставкой прежних министров и назначением новых. Число заседаний кабинета сократилось почти вдвое по сравнению с принятой «нор­мой». Некоторые решения Тэтчер принимала единолично. Привер­женцы неолиберализма, получившие название «сильные», все актив­нее противостояли сторонникам прежней политики — тори-тради­ционалистам, именовавшимся «слабыми» или «мокрыми». Отставки и новые назначения должны были сделать кабинет единой командой, но этого удавалось добиться лишь на короткое время.

Была введена и новая практика работы главы правительства в Палате общин. Здесь Тэтчер чаще, чем ее предшественники, высту­пала в дебатах и нередко лично отвечала на запросы, поступавшие от оппозиции в парламентские дни вопросов. Примечательны и методы ее руководства партией. Тэтчер использовала ежегодные конферен­ции, чтобы напрямую обратиться к партийным массам с теми или иными заявлениями. В период ее правления ежегодные форумы кон­серваторов приобрели большую значимость по сравнению с пред­шествующими годами.

«Демократия мелких собственников». Особое место в стратегии Тэтчер занимали культ индивидуализма и свободы, т.е. создание условий, при которых каждый смог бы завести свой бизнес, стать собственником акций предприятий, своего дома или участка земли. Эта система получила название «демократия собственников», «на­родный капитализм» или «диффузия собственности». Идеалом тэт- черизма стало общество мелких акционеров и предпринимателей, представляющих мелкий и средний бизнес. Что касается крупного бизнеса, то правительство не вмешивалось в его дела. И если раньше оно оказывало помощь обанкротившимся фирмам («хромым ут­кам»), то кабинет Тэтчер лишил их финансовой помощи. Во многом отказ от государственного регулирования стал продолжением потер­певшей неудачу «тихой революции» Э. Хита.

Бюджет и налоговая политика. Новая стратегия требовала и но­вого планирования бюджета страны. Бюджеты 1979—1981 гг. должны были создать условия для реализации монетаризма. Главным в них было снижение прямых налогов. Так, например, наибольшая ставка на доход от капиталовложений, введенная лейбористским правитель­ством и составлявшая 98%, была снижена до 75%. И если лейборис­ты, по существу, конфисковали доход, то монополии отныне могли использовать часть его для обновления и расширения производства.

Существенные льготы получил малый бизнес. Раньше дивиден­ды облагались налогом, начиная с 1700 ф. ст., а теперь — только с 5 тыс. В результате, по некоторым подсчетам, несколько тысяч мел­ких фирм, в которых трудилось около 1,5 млн человек, были осво­бождены от налогов.

Снижение прямых налогов создавало брешь в бюджете. Она вос­полнялась за счет косвенных налогов. Например, налог на добавлен­ную стоимость, т.е. налог, включавшийся в цену продаваемого това­ра, был увеличен с 7 до 15%, что непосредственно отражалось на кармане рядового покупателя. Одновременно сокращались государ­ственные расходы на коммунальное и дорожное хозяйство, а также на культуру и просвещение, включая высшее образование. За счет сокращения числа служащих (с 10 до 20%) некоторых министерств были уменьшены средства, отпускаемые этим ведомствам.

Причины падения рейтинга правительства. Проведенные меро­приятия, как, впрочем, и ожидали их инициаторы, вызвали ряд негативных последствий. Положение осложнялось тем, что приход консерваторов к власти в июне 1979 г. совпал с мировым экономи­ческим кризисом, который продолжался три года. В период кризиса ВВП сократился на 4%, а промышленное производство — на 12%. Падение производства сочеталось с ростом инфляции и безработи­цы. Согласно официальной статистике безработица, составлявшая в 1979 г. 1,3 млн человек, к осени 1981 г. достигла почти 3 млн чело­век. Причем 40% всех зарегистрированных безработных были люди моложе 25 лет. Первыми лишались работы иммигранты и женщины. В крупнейших промышленных центрах Британии (Лондоне, Бир­мингеме, Бристоле, Ливерпуле) повысился уровень преступности. Следствием всех этих негативных моментов стала стихийная волна протеста, охватившая различные слои городского населения.

Ситуация в экономике усугублялась и неблагоприятными внешни­ми обстоятельствами. В 1980 г. после свержения шахского правления (1979) в Иране и начала ирано-иракской войны (1980—1988) страны ОПЕК повысили цены на нефть в два раза. Британия использовала свои североморские ресурсы нефти и газа, но все же значительная часть предприятий работала на импортной ближневосточной нефти.

Рейтинг правительства и самой Тэтчер к 1981 г. резко упал. Это­му способствовали углубившиеся противоречия в партии, возникшие на почве идейно-политических расхождений, и неприятие автори­тарного стиля руководства премьера. Активизировали свою деятель­ность организации «слабых»: «Тори-реформаторы», группы «Боу» и «Одна нация». Многие члены этих групп критиковали политику правящего кабинета и требовали возвращения к социал-реформист­ской модели.

Фолклендская война. В сложных экономических и политических обстоятельствах правительство Тэтчер выручил случай. 2 апреля 1982 г. Аргентина высадила свои войска на Фолклендских или, как их называли аргентинцы, Мальвинских островах[107]. Давний спор двух государств из-за владения островами неожиданно закончился воен­ным конфликтом. Для Тэтчер он имел принципиальное значение как возможность возродить имперские амбиции и вызвать протест бри­танцев против унижения их национального достоинства.

Военные действия начались 2 мая 1982 г. с потопления британ­ской подводной лодкой аргентинского крейсера «Генерал Белграно». Аргентинцы ответили подрывом британского миноносца «Шеф­филд». Британцы высадили 21 мая десант на главный опорный пункт архипелага — порт Стэнли. Операция проходила в условиях превос­ходства британских вооруженных сил и завершилась для них побе­дой. При этом значительную военную помощь своему младшему партнеру оказали американцы. В порядке солидарности в апреле

1982 г. ЕЭС ввело экономические санкции против Аргентины. 20 июня 1982 г. аргентинцы подписали акт о капитуляции. Людские потери с британской стороны составляли 255 военнослужащих, с ар­гентинской — 650.

Цели, поставленные Тэтчер в Фолклендской войне, были достиг­нуты. Британия укрепила свой статус сильной морской державы, а им­перские амбиции ее граждан получили удовлетворение. Престиж кон­сервативного правительства существенно вырос. Если в конце 1981 г. рейтинг консерваторов составлял 25—27%, то в 1982 г. — 48—59%.

Выборы 1983 г. Новая расстановка политических сил. Срок пол­номочий Парламента истекал весной 1984 г., но Тэтчер умело использовала фактор Фолклендов и назначила выборы на 9 июня

1983 г., т.е. на год раньше. В результате, несмотря на неблагоприят­ную экономическую ситуацию в стране, правительство осталось у власти на новый срок. «Маленькая» победоносная война обес­печила консерваторам победу на этих выборах. Более того, число завоеванных ими мест в Палате общин возросло с 339 до 397. Всего за консерваторов проголосовало 42,4% избирателей.

Выборы проходили при новой расстановке политических сил. В первую очередь перемены коснулись Лейбористской партии. После поражения лейбористов на выборах в мае 1979 г. лидер партии Дж. Каллаген осенью 1980 г. покинул свой пост. На его место был избран политик левой ориентации — Майкл Фут. В октябре 1980 г. на ежегодной конференции Лейбористской партии ее участники вы­сказались за одностороннее ядерное разоружение Великобритании, выход страны из ЕЭС и перевыборы членов Парламента.

Одновременно были внесены изменения в процедуру отбора кан­дидатов в депутаты Парламента, она стала более демократичной. Прежде такой отбор производила лейбористская фракция палаты общин. По новым правилам при решении вопроса она получила лишь 30% голосов. Столько же голосов было предоставлено органи­зациям партии в избирательных округах, и 40% голосов закреплялось за тред-юнионами.

Состоявшийся поворот влево руководства лейбористов способ­ствовал углублению внутрипартийных противоречий. Создалась угроза не только единству, но и самому существованию Лейборист­ской партии. В марте 1981 г. 27 лейбористских парламентариев, при­надлежавших к правому крылу и включавших таких известных деятелей, как Д. Оуэн, Р. Дженкинс, Ш. Уильямс и У. Роджерс[108], объ­явили о выходе из организации и об основании центристской Соци­ал-демократической партии (СДП). В ее программе содержались по­ложения о введении пропорционального представительства партий в Парламенте, о поддержке членства Британии в ЕЭС и НАТО. По всей стране насчитывалось около 70 тыс. сторонников новой пар­тии. Лидером СДП в июне 1982 г. стал Рой Дженкинс. При подго­товке к парламентским выборам СДП вступила в Альянс с Либераль­ной партией в лице ее лидера Д. Стила. В основе этого союза лежала договоренность о совместном выдвижении кандидатов и единой пар­ламентской тактике.

Для Лейбористской партии выборы 1983 г. обернулись крупней­шим в послевоенной истории поражением. За ее кандидатов было подано 27,6% голосов, что обеспечило лейбористам 209 депутатских мандатов в Палате общин. Для партий Альянса итоги выборов оказа­лись разочаровывающими. За них проголосовало 25,4% электората, и им удалось провести в Парламент 23 депутата, включая 16 либера­лов и 7 социал-демократов. Для СДП это было поражение. Не был избран в Палату общин даже лидер СДП — Р. Дженкинс.

Неудачи на выборах Лейбористской и Социал-демократической партий повлекли за собой и смену их лидеров. Руководителем Лей­бористской партии был избран профсоюзный деятель Нейл Киннок. Социал-демократов возглавил бывший министр иностранных дел лейбористского правительства Дэвид Оуэн.

Реприватизация национализированных отраслей в экономике. Поставив во главу угла своей социально-экономической стратегии разгосударствление экономики, Тэтчер уже к 1987 г. приватизиро­вала около [109]/3 промышленных, транспортных и финансовых струк­тур, включая 9 крупнейших концернов в газовой индустрии и систе­ме телекоммуникаций. Были распроданы контрольные пакеты акций нефтяной компании «Бритиш петролиум», многих предприятий ста­лелитейной, авиакосмической промышленности, электроэнергети­ки, водоснабжения, воздушного транспорта. Происходило внедрение частного капитала в разработку нефтяных месторождений в Север­ном море, в эксплуатацию угольных шахт. В результате доля го­сударственного сектора снизилась с 10 до 6,5% валового националь­ного продукта (ВНП)1. Причем при распродаже активов государ­ственных компаний держателями мелких акций стали около 9 млн британцев, включая людей, работающих на этих предприятиях.

Продолжалось сокращение субсидирования неперспективных предприятий в государственном и частном секторах и снижение налогов для малого бизнеса. В итоге этих мероприятий к концу 1980-х годов в сфере малого предпринимательства оказалась занятой х/4 самодеятельного населения.

Заметно выросли инвестиции в экономику. Производительность труда за 1980—1987 гг. ежегодно увеличивалась на 2,5%, значительно опережая средний показатель — 1,8% других индустриально разви­тых стран. Возросший потребительский спрос содействовал расши­рению промышленного производства.

В русле программы разгосударствления происходила приватиза­ция жилья. Значительное число граждан Британии арендовало квар­тиры в муниципальных домах, строительство и содержание которых осуществлялись за счет государства. Тэтчер поставила задачу сделать большинство британцев собственниками своего жилья. Был принят закон, по которому местные власти обязывались продавать квартиры в муниципальных домах жильцам-арендаторам по льготным ценам. Уже в первые годы правления консерваторов такая распродажа со­ставила 1/5 всего фонда. Семьи, располагавшие стабильным доходом и перспективой его увеличения, переселялись в пригороды больших городов. Уменьшались ассигнования на новое государственное стро­ительство.

Как следствие всех преобразований, включая процесс «распыле­ния» собственности, менялась социальная структура общества. За счет увеличения числа держателей мелких акций, владельцев не­больших предприятий, менеджеров разного уровня и собственников жилья выросло число людей, относящих себя к среднему классу. Об этом, в частности, свидетельствовало увеличение среднего уров­ня доходов в стране. Так, к моменту выборов 1987 г. он вырос по сравнению с 1979 г. примерно на 25%. Численность акционеров по отношению к населению страны увеличилась за 1981—1987 гг. с 7,5 до 20%. К концу 80-х годов 64% британцев имели собственные дома, более 70% — автомобили, 46% — видеомагнитофоны. Около поло­вины граждан могли обеспечивать платное образование своих детей.

Успеху радикальных реформ М. Тэтчер способствовал ряд фак­торов: подъем мировой экономики, наблюдавшийся после кризиса 1980—1982 гг., огромные материальные ресурсы, полученные от рас­продажи государственных корпораций, а также доходы от экспорта нефти, добываемой в Северном море. Экономический подъем в стра­не продолжался до лета—осени 1990 г. Впервые с 1980 г. процесс ослабления позиций Великобритании в мировой экономике был прерван.

Выборы 1987г. Начавшееся оживление в британском хозяйстве, расширение социальной базы консерваторов за счет мелких соб­ственников и, наконец, преодоление острого конфликта в угольной отрасли (о чем будет сказано ниже) укрепили положение консерва­торов и стимулировали их на проведение новых досрочных парла­ментских выборов. Исход этих выборов, состоявшихся 11 июня 1987 г., для консерваторов уже в третий раз оказался успешным: за них было подано 42,3% голосов, в Палате общин они получили 376 мест из 650, т.е. твердое парламентское большинство. В то же время выборы продемонстрировали неравномерность поддержки консерваторов в различных регионах страны. Со значительным пе­ревесом они победили в Южной и Центральной Англии, но утрати­ли свои позиции в промышленных городах Севера. Не случайно в прессе преуспевающий Юг противопоставлялся отсталому Северу с его постоянной безработицей. В Уэльсе партия увеличила число своих сторонников на 5%, а в Шотландии — на 7,5%.

Лейбористы несколько улучшили свой результат по сравнению с выборами 1983 г. За них проголосовало 30,8% избирателей, и им досталось 229 парламентских мандатов, что все же не дало основания утверждать, что партия вышла из кризиса.

Руководство Альянса либералов и социал-демократов, рассчиты­вавшее на быстрое возрастание популярности союза и превращение его в третью политическую силу, должно было расстаться с этой на­деждой. Процент поданных за Альянс голосов сократился с 25,4 до 22,5%, а в Парламенте на его долю пришлось 22 места вместо 23 в 1983 г. (17 мест заняли либералы и 5 — социал-демократы). Последовал распад Альянса, а затем и раскол СДП. Часть социал- демократов пошла на полное слияние с либералами, которое и со­стоялось 3 марта 1988 г.

Новую Партию либеральных демократов (ПЛД) возглавил прежний лидер либералов Д.

Стил. Партия выступала за последова­тельное укрепление рыночных принципов экономики и интеграцию страны в ЕЭС, включая присоединение к ее валютной системе. Лидер СДП (с 1983 г.) Д. Оуэн и небольшая группа его единомышлен­ников еще некоторое время составляли самостоятельную партию, но к лету 1990 г. организация прекратила свою деятельность. Несколько раньше, к середине 1980-х годов, число сторонников КПВ, сокращав­шееся в 1960-е и 1970-е годы, уже не превышало 7 тыс. человек, и пар­тия, по существу, исчезла с арены политической борьбы.

Третий срок кабинета М. Тэтчер. В течение третьего срока пре­бывания у власти кабинет Тэтчер продолжал реализовывать прежние направления своей программы. Годы второго и третьего срока прав­ления кабинетов Тэтчер часто называют «тэтчеризмом в наступле­нии». В частные руки перешли аэропорты, речное хозяйство, систе­мы водоснабжения и энергетики. Арендаторы квартир в муници­пальных домах продолжали выкупать свое жилье по низким ценам. В целом к 1990 г. было денационализировано около половины быв­шего государственного сектора экономики. Правительство получило средства для решения бюджетно-финансовых проблем. Стало оче­видным и продолжавшееся расширение прослойки среднего клас­са — социальной опоры партии — за счет собственников жилья, вла­дельцев акций денационализированных предприятий, мелких и средних предпринимателей.

Судя по документам консерваторов, изданным к 11-летию пре­бывания партии у власти, численность владельцев акций с 1979 по 1990 г. утроилась и приблизилась к 11 млн человек (около 24% взрослого населения). Число наемных рабочих, владевших акциями своих предприятий, достигло 1,5 млн человек, а число тех, кто имел собственное дело, увеличилось примерно на 1 млн 335 тыс. человек и составило около 3 млн 250 тыс.

Улучшились бытовые условия большей части населения. К концу правления кабинета М. Тэтчер в квартирах и домах со всеми основ­ными удобствами проживало около 99% населения; 67% семей име­ли одну машину, 19% — больше чем одну. Приобретать автомобиль стало выгоднее, чем совершать каждодневные поездки (особенно из пригородов в центр городов) на поезде, метро или автобусах. Замет­но увеличились затраты населения на отдых и образование детей.

Снижение налогов на прибыль крупных компаний (с 52 до 35%) и предоставление налоговых льгот малому бизнесу способствовали росту производства и оснащению его новыми технологиями. Благо­даря всем этим мероприятиям с 1986 по 1990 г. безработица сократи­лась с 3,13 млн до 1,6 млн человек. Некоторый вклад в сокращение уровня безработицы внесла и программа профессионального обуче­ния безработных. Проект стоимостью в 1,4 млрд ф. ст., разработан­ный в 1988 г., предусматривал обучение производственным спе­циальностям с последующим трудоустройством около 600 человек ежегодно.

Новая трактовка функций «социального» государства. Особо сле­дует сказать о «государстве всеобщего благосостояния», или «социаль­ном» государстве, имея в виду систему бесплатного здравоохранения и социального страхования, созданную послевоенным лейборист­ским правительством и мало изменившуюся при их преемниках, независимо от того, были ли они лейбористами или консерваторами. Тэтчер же подвергала основы государства «всеобщего благосостоя­ния» острой критике и заявляла, что все эти «благодеяния» превра­щают граждан в государственных иждивенцев и сопровождаются деградацией общества.

В годы нахождения у власти тэтчеристы стремились ограничить государственную поддержку предоставлением материальных средств лишь тем британцам, которые не могли пользоваться дорогостоящим рынком услуг. К подобным категориям граждан «неоконсерваторы» относили безработных, живущих на государственные пособия, пен­сионеров и инвалидов, а также лишенных нормального заработка матерей-одиночек. Предоставлению помощи все чаще предшествова­ла проверка материального положения семьи. Система обеспечения социальной помощи «для всех» заменялась индивидуальным подходом к каждому, кто нуждался в такой помощи. Отменялись или сокраща­лись небольшие пособия. Так, например, студенты лишились специ­альных выплат на рождественские и пасхальные каникулы. Только после специального рассмотрения конкретных дел экспертами выда­вались средства на помощь семье, если она теряла имущество при по­жаре или наводнении.

Обращаясь к семье как к источнику моральных ценностей, кон­серваторы одновременно возлагали на нее затраты, которые она пре­жде не несла, включая оплату части медицинских услуг и обучения детей. Тем самым косвенно поощрялось стремление трудиться ин­тенсивнее и зарабатывать больше. К январю 1980 г., по официальным сообщениям, половина британских женщин работали.

В конце 1980-х годов правительство Тэтчер выработало совер­шенно новый подход к выплате алиментов мужчинами, покинув­шими семью. По новым правилам мужчина должен был нести основную финансовую ответственность за содержание неполной семьи. Для поиска уклонявшихся от своих обязанностей родителей (в основном бывших мужей) было учреждено Агентство для под­держки семьи.

Новая трактовка функций социального государства встретила острую критику со стороны лейбористской оппозиции и непонима­ние значительной части населения. В сознании этой категории бри­танцев уже укоренилось убеждение, что государство должно предо­ставлять определенный набор социальных гарантий всем своим гражданам, несмотря на то что такая модель «государства всеобщего благосостояния» требовала высокого налогообложения.

Учитывая настроения масс, правительству Тэтчер пришлось не сокращать, а увеличивать финансирование систем здравоохранения и социального страхования, добиваясь нового технического оснаще­ния больниц и более высокого качества услуг с их стороны. Так, со­гласно данным, приводимым в консервативных изданиях, объем государственных расходов на здравоохранение с 1979 по 1990 г. уве­личился на 45%. При этом полного отступления от первоначального замысла не произошло.

Под предлогом свободы выбора происходило интенсивное внед­рение частного сектора в государственные системы, что оборачива­лось экономией на обслуживании граждан. Так, например, в системе здравоохранения «ползучая» приватизация коснулась сферы услуг (стирки белья, уборки помещения, ухода за больными). Наряду с бес­платными, в больницах функционировали палаты с платным обслу­живанием. Поощрялось развитие частных клиник и частного меди­цинского страхования. Но в целом консерваторы не посягали на разрушение укоренившейся системы социальных услуг.

Реформирование системы среднего образования. Меры по преоб­разованию системы школьного обучения детей в 1960-1970-е годы предпринимали как лейбористские, так и консервативные прави­тельства. И тем, и другим было ясно, что школьное обучение, утвер­дившееся в стране и основанное на делении школ на три основные категории — классические «грамматические», «современные» и «тех­нические» при жестком отборе 11-летних детей для последующего обучения — создавало препятствия получению полноценного сред­него образования для большей части британцев. Кроме того, новые отрасли промышленности и достижения научно-технической рево­люции требовали вовлечения в сферу среднего и высшего образова­ния самих широких слоев юного поколения.

Лейбористские кабинеты 1960-1970-х годов, как уже отмечалось, начали форсированное создание так называемых общеобразователь­ных, или объединенных, школ. В них не проводился экзамен «одиннад­цать плюс», а основная масса учащихся получала современное среднее образование и имела шанс поступить в вузы. Причем новые школы нередко объединялись с прежними средними «грамматическими». Это нововведение особенно одобряли малоимущие, поскольку они не име­ли средств на подготовку своих детей к экзамену «одиннадцать плюс». К концу 1970-х годов в «объединенных» школах обучалось по разным подсчетам 80—90% всех детей каждой возрастной группы.

Консерваторы называли подобную практику «уравниловкой». Их критику этого типа заведений поддерживала значительная часть состоятельных родителей, опасавшихся за качество знаний и буду­щее своих детей.

В политической борьбе между двумя правящими партиями стал и подход к управлению школами. Лейбористы возлагали эту обязан­ность на учителей, школьные отделы местных советов и Националь­ный школьный совет, в которых влиятельные позиции занимали те же преподаватели. Консерваторы считали приоритетными интересы родителей, университетов и бизнеса.

В период премьерства Тэтчер консерваторы учли, что объединен­ные школы получили широкое распространение и сосредоточили свое внимание на развитии данных учебных заведений и всей системы среднего образования в целом. В основу реформирования был заложен принцип общих стандартов обучения и признания права родителей на выбор для ребенка той или иной школы. Последнее требование орга­нически вписывалось в общую концепцию неолибералов о «свободе выбора» и объяснялось необходимостью восстановления «плюрализ­ма» в школьном обучении. Эти идеи, а также свойственный тори под­ход к управлению школами были воплощены в законах 1980, 1986 и 1988 гг.

По закону 1980 г. в школьные советы должны были входить ро­дители. Для одаренных учеников, чьи семьи не имели возможности оплачивать их обучение в престижных заведениях, вошло в практику широкое внедрение стипендий. По закону 1986 г. в состав школьных советов входили и представители бизнеса. Делался акцент на усиле­ние профессиональной ориентации обучения. Предполагалась ста­жировка части учителей в фирмах и организация производственной практики учащихся на промышленных предприятиях.

Селективный метод приобрел новые формы. По новой системе 16-летние учащиеся получали базовое образование, но сдавали эк­замены не по всем, а лишь по нескольким предметам и по их резуль­татам получали один из семи видов аттестатов (сертификатов), ко­торые определяли дальнейшие направления обучения подростков. На этой стадии заканчивалось обязательное обучение детей. Претен­денты на поступление в университет и политехнические институты еще в течение двух-трех лет получали целенаправленное обучение по избранным предметам. Остальные учащиеся, которых было боль­шинство, получали общее или профессиональное образование.

Примечательным фактом, имевшим место в эти годы (1986), яви­лась отмена телесных наказаний в государственных школах. Частные школы («паблик скулз») продолжали жить по своим правилам. В них обучалось около 10% детей, как правило, из влиятельных семей, при­надлежавших к верхушке британского общества.

По закону 1988 г., помимо экзаменов в 16-летнем возрасте, в объ­единенных школах вводились промежуточные экзамены на основных ступенях обучения (в 7, 11 и 14 лет), что поощряло состязательность среди учащихся и в какой-то степени и среди их родителей. Оценки основывались на средних оценках учителей, а также, что важнее, — на национальных тестах. На основе единой школьной программы была унифицирована система преподавания всех категорий школ. Важно также, что закон 1988 г. освобождал объединенные школы от подчи­нения местным школьным отделам, и они становились «самоуправ­ляющимися учебными заведениями». В руководящий орган этих школ входили представители родителей, учителей и жителей того района, который обслуживало данное школьное заведение.

В соответствие со всеми принятыми законами большое внимание было уделено созданию средних школ нового типа — городских тех­нологических колледжей, призванных давать профессионально-тех­ническое образование детям, проявившим способности к приклад­ным специальностям. Началось создание центров обучения способ­ных детей из неблагополучных семей (1980). В развитие идеи сотрудничества бизнеса со школьным образованием финансирова­ние подобных заведений осуществлялось совместно государством и промышленными предприятиями.

Таким образом, в области образования правительству Тэтчер уда­лось сохранить часть традиционных «грамматических» школ, оставить нетронутыми частные высокооплачиваемые колледжи и модернизи­ровать основанные лейбористами объединенные школы (в отличие от прежних их стали называть независимыми государственными, а также «стипендиальными» и «грантовыми»).

Светская государственная модель школы, введенная в результате реформы Р. Батлера в 1944 г. и утвердившаяся в период послевоенно­го лейбористского правления, сохранилась в качестве основы новой, реформированной системы. Посещение уроков религии продолжало быть добровольным и зависело от желания родителей. В таких заведе­ниях обучалось более 90% детей. Небольшая часть учащихся посеща­ла религиозные школы (англиканской или католической ориентации), находившиеся под патронатом Церкви Англии или британского като­лического епископата. Здесь вопросам религии придавалось особое значение.

Североирландский вопрос. После прихода к власти правительства Тэтчер в 1979 г. численность британских войск в Северной Ирландии увеличилась. Планы консерваторов, направленные на создание в регионе законодательной ассамблеи (1982—1986), состоящей из представителей протестантской и католической общин, как и при пре­жних правительствах, наталкивались на сопротивление юнионистов. Добиваясь от правительства Ирландской Республики участия в борь­бе с террористами ИРА, кабинет Тэтчер вынужден был идти с ним на переговоры. В ноябре 1985 г. в Хилсборо, пригороде Белфаста, Тэтчер и премьер-министр Ирландской Республики Г. Фитцджеральд под­писали соглашение. Оно предусматривало учреждение межправи­тельственной комиссии в целях сотрудничества в борьбе с террориз­мом и по экономическим вопросам. Статус Северной Ирландии остался прежним, что официально признавалось ирландской сторо­ной, но намечались меры, направленные на облегчение положения католического меньшинства. Они включали демократизацию судо­производства, увеличение числа католиков в полиции, расширение экономических контактов Северной Ирландии с Ирландской Рес­публикой. Правительство Республики получило возможность влиять на обеспечение внутренней стабильности в неспокойном регионе, а также консультировать Лондон по вопросам, касающимся католи­ческого населения.

Кроме того, еще раньше, в июне 1985 г., М. Тэтчер удалось до­биться от Р. Рейгана подписания соглашения, по которому лица, подозреваемые в организации актов насилия в Северной Ирландии и укрывавшиеся в США, подлежали экстрадиции в Великобританию. Несмотря на противодействие ирландского лобби в Конгрессе, аме­риканский президент обещал также содействовать прекращению поставок оружия ИРА из США.

Однако достигнутая в ноябре 1985 г. договоренность была сорва­на юнионистами, которые отказались сотрудничать с Лондоном, а их представители вышли из британской Палаты общин. Вслед за этим Северную Ирландию, как и в 1974 г., парализовала забастовка, спро­воцировавшая новые столкновения между протестантами и католи­ками. При этом радикально настроенные юнионисты угрожали даже провозгласить одностороннюю декларацию независимости. Добить­ся перелома ситуации в мятежной провинции Тэтчер, как и ее пред­шественникам, так и не удалось.

<< | >>
Источник: Остапенко Г.С., Прокопов А.Ю.. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: Учеб. пособие. — М.: Вузовский учебник: ИНФРА-М, — 472 с.. 2012

Еще по теме 11.4. Внутренняя политика:

  1. Глава 4. Дивидендная политика и политика развития производства. Внутренние темпы роста и норма распределения прибыли
  2. 1. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА
  3. 2. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА В 1725 - 1762 гг.
  4. 4. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА
  5. Внешняя и внутренняя политика Якова I
  6. Глава 23. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
  7. Глава 19. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА В РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
  8. Внутренняя политика Филиппа
  9. Факторы внутренней политики
  10. 3. ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПАВЛА I
  11. 4.3.4. Внутренняя политика России во второй половине XVIII в.
  12. 1. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА В 1801 - 1812 гг.
  13. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА И РЕФОРМЫ ИВАНА IV
  14. 3. ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА ПОСЛЕ КРЕСТЬЯНСКОЙ ВОЙНЫ